Романтика Рейха: Встреча с Люцифером

Однажды Мюллер сидел в кабинете и в двери постучали. - Да, заходите, - он отложил сигарету в сторону и закрыл ее портретом фюрера, потому как прекрасно помнил прошлый случай с кубинской сигарой…. В кольцах дыма возникли облачные воспоминания… Он сидел в пятничный вечер в баре «Черная звезда» и пил себе спокойно любимый немецкий шнапс на пару с Шелленбергом – они любили это занятие чуть меньше своей офицерской службы, но тем не менее на это находилось достаточно времени. - Ты помнишь, как мы вычислили этого английского шпиона? - Того, который пытался продать нам свой Бентли в обмен на сто девятый Мессершмит? Ахаха, конечно, какой еще дурень захочет продать офицерам британскую машину? - Еще и за деньги! Поэтому то и пришлось ее изъять как вещдок, кстати, я на ней пару раз катался… Ну, конечно, не Мерседес, но на дачу съездить – вполне. Рядом присел незнакомец в черном капюшоне и двое, сделав паузу, посмотрели на новоприбывшего. - Бармен, шнапс мне и этим замечательным ребятам! Шелленберг отвернулся с видом, как будто это очередной дохлый номер. Неужели очередной псих, который подсыпает снотворное в водку! - Я слышал, вы говорите про контрабандистов… - шепотом начал третий. - Да, и что вы об этом думаете? – спросил Мюллер, подкуривая очередную сигарету. - У меня есть нечто, что вам понравится, - он подмигнул, и вытащил коробку с сигарами. Заметив, как загорелись у шефа полиции глаза, он спрятал ее обратно. - Кубинские, - еле слышно сказал незнакомец. Шелленберг демонстративно вышел – он уже видел такие представления и прекрасно знал, чем это кончается, поэтому досматривать комедию до конца не хотелось. - Так, значит, я как офицер – забираю у вас сигары и отпускаю в знак своей безграничной доброты, - Хайнрих показал на погоны, подумав между тем, какой же попался придурок, если не различает воинские знаки. Тот испугался и вышел. А довольный шеф гестапо поспешил покинуть заведение. У выхода его ждал Шелленберг. - Опять ты за свое, Хайни? - Ну ты же никому не скажешь, не так ли? Он знал, что Вальтер будет молчать как рыба – все-таки на то они и друзья! На следующий день в гости в гестапо приехал Гиммлер. Это по началу был тайный визит, пока он не увидел Хайнриха с кубинской сигарой. Вот и скандал же был! Получали все, в основном, конечно, Шелленберг, но после клятв вечной дружбы Мюллер понял, что сдать его вполне мог и чудак из Черной звезды – до того уж странным он показался ему. «И как же я, такой крутой полицай, не додумался, что он был внутренним шпионом…» - с такой мыслью он засыпал пару месяцев, пока не настал сегодняшний день. _____ Теперь пепельницу надежно прикрывал портрет Адольфа, и вопросов по поводу страны производства сигарет не возникал. - Войдите, - строго сказал Хайнрих, приготовившись увидеть в дверях проверку или очередного шпиона для допроса. Но это был ни тот, и ни другой. - Привет, - в дверях показался штурмбанфюрер СС Пайпер, с которым они познакомились в летнем особняке Гиммлера в мае. - О, здравствуй, - Мюллер отодвинул портрет фюрера от пепельницы и опять закурил свою сигару, от которой в кабинете все было как в тумане. - Мне срочно нужен твой совет, это так срочно! Шеф полиции вздохнул – опять будет рассказывать о своей любви к секретарше босса! Он так наслушался этих пьяных разговоров на пикнике – о их служебном романе и повышении… - Нет нетнет, это не про Зиги, честно-честно, - он поспешно прыгнул в кресло напротив, но Мюллер уже успел скрыться в плотном облаке дыма сигары, - Хайни, у меня проблема с штурм-отрядом, и если ты мне не поможешь, то мое повышение будет отменено и я никогда больше не увижу секретаршу босса…. - Какие новости в Ваффен СС, Йохен? – послышалось из-за облака. Повисла тишина… «Какие новости? НОВОСТИ? Он меня вообще не слышит, чтоли?» - возмущенно думал Пайпер. «Секретарша. Повышение. Секретарша…. СЕКРЕТАРША… СЕКРЕТАРША!!!!» - эхом отдавало в голове Мюллеру. Он сидел так где-то с минуту, слушая эхо так внимательно, что даже забывал моргать. - если эти придурки не починят башню, то мне не то что повышения не видать, а так и уволит совсем… - закончил свой рассказ гость. - Уволит? За что?! – удивился гестаповец, еле подбирая слова из-за непрекращающегося эха секретарш. - За то, что пьяный рядовой отстрелил башню в министерстве культуры… Мюллер сам не верил своим ушам. - Йохен, только не говори мне, что ты позволяешь своим танкистам разъезжать пьяными по Берлину и стрелять по дворцам, спроектированным Шпеером! - Нет, конечно же нет, они у меня все под контролем… Ну, правда не всегда. Теперь отвечать за все мне как командиру их полка, что же скажет Гиммлер, я не могу ему сказать об этом позоре, так что очень прошу, чтобы это сделал ты, мы же друзья в конце концов! В дверь завалился новый гость без стука и с криком «Хайль Гитлер!» и шеф гестапо вместе с Пайпером от неожиданности даже подпрыгнули на месте, при чем первый лихорадочно нащупывал пепельницу и рамку с портретом фюрера. В дверях стоял никто иной, как Гиммлер. - Герр Пайпер, я вас везде ищу, а вы оказывается, прохлаждаетесь в гестапо и курите всякие инородные сигары! Мюллер мысленно выругался – и как он только догадался про Кубу, вот ведь пес охотничий, все вынюхает! Но Гиммлер был явно настроен не о сигарах толковать. - Мне доложили, что вчера произошло нечто необъяснимое… После того, как по улице проехали пару ваших зольдатен – у башни на министерстве пропал метр верха. И не 10, не 20 и не 50 сантиметров, а целый метр! Солнечный свет отражался в стеклах рейхсфюрера и было невозможно различить, куда он смотрит. - Не объясните ли мне доступно, как это могло произойти, если ровно в 16:00 я видел ваш отряд в в Черной звезде, а к шести часам вечера башня уже была разрушена? Пайпер сидел на кресле и смотрел то на Гиммлера, то на Мюллера, который все это время размышлял, откуда Хайнрих знает про сигару. - Герр Гиммлер, я вчера не давал никаких приказов… - начал было командир танкового отряда, но его перебил дачный друг. - Хайни, друг мой, да что вы прицепились к Пайперу, он тут ровным счетом нипричем, потому как сломанная башня – дело рук вражеской разведки! – заявил Мюллер, - Сегодня утром мне доложил об этом Шелленберг. Пайпер облегченно вздохнул, ах, если бы не Хайнрих, то можно было бы забыть о бесконечной любви и карьере. А также о железном кресте, новом мерседесе и доме в центре Берлина. Гиммлер придвинул к столу еще один стул и уселся рядом. - Разведка? Зачем же разведке громить министерство? – он поправил свои круглые очки и взял сигарету у шефа полиции, - И как вы только курите эту дрянь, вот я из Франции привез… - на этих словах он остановился, увидев пораженные взгляды других, - Да бросьте, можно подумать, вы конфискованное в печах жжете! Ха-ха-ха, как же! «Да, переводить темы – явно не его конек» - отметил про себя Мюллер. «Шеф сидит тут, в гестапо, значит его секретарша одна на работе, Зиги ОДНА на работе!» - Пайпер мечтал о том моменте, когда окажется в штабе СС наедине с секретаршей Гиммлера. «Черт, они не оценили мою шутку, только о работе и думают» - недовольно подумал Гиммлер. - Итак, разведка… Я же отлично знаю, как это работает, тем более что все данные подтвердил Шелленберг. У них появился тайный план – они хотят подорвать доверие изнутри, и как видите, Хайнрих, он отлично сработал, потому что вы уже собирались уволить такого замечательного командира, потом бы… - Мюллер рассказывал сказки, довольно прищурившись, и поражался своей находчивости, чему не менее поражался и Пайпер. - Стоп, стоп, что вы здесь городите! – возмутился Гиммлер, - Я вобще не собирался никого увольнять, кроме тех, кто стрелял в здание. Кстати, в штабе я оставил планы наступления у фройлен Хинрихсен, пожалуйста, изучите их за эту неделю, Йоахим, ваш отряд направят на восточный фронт в скором времени. Довольный Пайпер вскочил, и с криками «Да, герр Гиммлер, Дойчландубералес» выбежал навстречу служебному роману. - Герр Мюллер, я не знаю, о чем вы здесь говорили, но версия с разведкой… мягко говоря, меня поражает. Я сначала сомневался, но если герр Шелленберг сказал, что это так, то пожалуй, так оно и есть. А вы тоже отличный разведчик, насколько я знаю. «Я полицейский, а не разведчик, это ты наверное шпион, если через портрет Гитлера распознал кубинские сигары!» - думал Мюллер. - И, кстати, насчет сигар я пошутил, честно говоря, я совсем в них не разбираюсь, - посмеялся Гиммлер. Он подхватил черный кожаный плащ со спинки стула, в свете дня сверкнули знаки отличия. - Ну а теперь, я пойду, приятно иметь с вами дело, Мюллер. - Взаимно, герр Гиммлер, - он принялся перебирать бумажки с озадаченным видом. Тот повернулся и вышел, а Мюллер схватил трубку телефона и набрал номер лучшего друга. «Ну если ты не ответишь, Вальтер, пеняй на себя!» - после третьего гудка подумалось ему, как вдруг на другом конце провода послышался знакомый голос. Но это был не Шелленберг, а его секретарша… *** - Доброе утро! «Конечно доброе, куда уж лучше» - мрачно подумал Мюллер. - Герр Шелленберг просил передать вам, что сегодня после работы зайдет в гестапо по особо важному делу. - Передайте ему, что у меня тоже есть дело, а еще лучше сразу зовите к телефону! – когда надо было, Мюллер умел постоять на своем. - Но он ушел пару минут назад. - Куда? - Это секретное задание, пароль – кошкин дом. Если это вам говорит о чем-то. Звякнул рычаг положенной трубки. «Кошкин дом, и что бы это могло значить, сколько я себя помню, Вальтер никогда не придумал бы такого идиотского пароля! Кошкин дом»… Мюллер подошел к окну, из которого открывался прекрасный вид на здание министерства. На нем не хватало куска башни, а все было оцеплено солдатами. «Кошкин дом». Неужели разведка решила поджечь бундестаг? Если это так, то конечно же, Вальтер поехал допрашивать русских шпионов. А если это допрос, то почему не позвали шефа полиции? Ведь он такой мастер своего дела! Вот негодяи, знал бы фюрер – Мюллер посмотрел на портрет на столе, вспомнил про его предназначение, и вздохнул облегченно – все-таки, оно и к лучшему, что фюрер не в курсе. В двери как ветер в пустыне ворвался Шелленберг. Вид у него был немного растрепанный – судя по тому, что пуговицы на плаще были застегнуты криво, он очень спешил. - Это наверное по поводу разведки? – Мюллер решил проверить свои способности предсказания. Шелленберг упал в кресло, поспешно поправляя пуговицы. - Нет, нет, ты о чем вобще? Через три дня Новый год, а у нас еще ничего не готово, с этой работой о чем хочешь забудешь! - Шайсе!!! Опять придется ехать в пригород к Гиммлеру, а там же опять будет куча шнапса и Пайпер со своими историями…. – он обреченно посмотрел на календарь. - Да не волнуйся ты так, по крайней мере, нам не придется заботиться об организации. Вот же кошкин дом! Мюллер застыл на месте. КОШКИН ДОМ! Это же пароль. - Мне нужно бежать, срочно, - он схватил со стола фуражку, а через полминуты от здания гестапо отъехал Мерс. *** В кабинете у Гиммлера. - Сколько можно терпеть это свинство – наши враги совсем не дают нам жить, и это министерство… Скоро фюрер вернется из поездки и нам всем достанется. Он так обожает Шпеера и его искусство. - Хайни, я думаю, мы можем спать спокойно, все-таки нельзя недооценивать других разведчиков, они такие хитрые, особенно эти русские, как водки выпьют – так потом чудеса творят! – по кабинету разгуливал штандартенфюрер СС Зепп Дитрих. Гиммлер протер очки. - Уже конец декабря, и наверняка они где-то отмечают в своем подпольном штабе, осталось только выяснить, где он находится. А там – узнаем всю секретную информацию, все планы Сталина, наконец посмотрим военные чертежи 34-х, и узнаем, куда собирается вести армию Жуко… Дитрих не успел договорить свои раздумья по поводу советского маршала, как в двери влетел шеф гестапо. - Кошкин дом! Кошкин дом! – выпалил он и застыл в ожидании ответа от тех двоих, которые непонимающе переглянулись между собой. - Герр Мюллер, извольте объясниться – что значит Кошкин дом и почему вы врываетесь на полуслове! – обычный тон разговора Гиммлера, особенно когда он не высыпался. - Я только что разговаривал с Вальтером, русские подожгут рейхстаг в канун нового года. Операция «Кошкин дом»! - Ох и разведка, вот молодчики – все успевают. Данке-данке. Кстати, вам бы не помешало немного отдохнуть, Хайнрих, - он похлопал Мюллера по плечу, - Теперь мы знаем о планах вражеской разведки, и сможем остановить их, пока они не испортили чего-нибудь еще. Он достал из шкафа Хенесси и разлил по бокалам. *** Шелленберг вернулся в свой кабинет. - Берта, к нам случайно герр Мюллер не захаживал? Секретарша удивленно посмотрела на босса. - Нет, с чего бы. Зато звонил герр Гиммлер и рассказывал благодарности насчет операции «Кошкин дом». «Какой-то странный он сегодня» - подумал про себя начальник разведуправления и ушел обратно. «Кошкин дом – что бы это могло значить?» Тем временем довольный и подвыпивший шеф полиции прогуливался по улицам Берлина, сверкая железным крестом и другими почетными наградами. Навстречу ему стремительно приближался автомобиль, который остановился прямо на тротуаре. - Хайни, - из него вылез Шелленберг, - Наконец-то я нашел тебя! Нет времени объяснять, поехали. И уже в машине он продолжил разговор. - Я вот не могу взять в толк – что такое «Кошкин дом», и почему я, шеф разведки, до сих пор ничего об этом не знаю. - Не знаешь? Ты же об этом и сказал мне, ты чего. Посему было понятно, что Хайни сейчас немного выпил Хенесси и лучше бы ему поехать домой к жене. «Но я ничего не рассказывал» - подумал Вальтер, перебирая в голове все возможные варианты. А тем временем это все было только началом всей цепочки мистических случаев, произошедших в Берлине в 43-м.