Asexuality

Когда я просыпаюсь, я боюсь, что кто-то может занять моё место. Afraid. The Neighbourhood

2. Вечность спустя — Саймон? Этот примитивный не продержится и месяца, — фыркнул Джейс, за что получил тычок в бок от Клэри. Девушка недовольно посмотрела на своего парня, но потом перевела взгляд на смущенного Саймона и с неуверенной улыбкой сказала: — Джейс прав, даже если слегка грубоват, Саймон. Секс правда важен в любых отношениях… — Поддерживаю! — воскликнул Эрондейл, но Клэри полностью его проигнорировала. —… и не каждый сможет жить рядом со своим партнером, зная, что не сможет прикоснуться. Саймон нахмурился. — Вообще-то, Рафаэль не против касаний. Он любит и объятия, и поцелуи. Он сам мне так сказал. — Да, но этого может показаться тебе… недостаточно. Не сейчас, но возможно позже. Я знаю, ты влюблён в Рафаэля и уж наверняка и ты ему очень нравишься, но ты правда уверен, что готов просыпаться бок о бок с ним, понимая, что это и есть ваш максимум? Так, ладно, это уже начинало раздражать Саймона. Он попросил прийти в Дюморт Клэри, с которой не понять зачем притащился ещё и этот самовлюбленный придурок, чтобы поинтересоваться, что ему лучше надеть для свидания с Сантьяго, а это как-то само собой закончилось тем, что теперь его отговаривают вообще заводить отношения с вампиром, мотивируя это асексуальностью того. Чуть-чуть обидно, на самом деле. Как будто он только о сексе и думает. Нет, конечно иногда он и правда задумывается — да какой семнадцатилетний парень об этом не думает, чёрт возьми! — но он точно не какой-то сексуально озабоченный. Господи, да как они вообще дошли до этой темы?! Весь разговор казался Саймону какой-то дурацкой нелепицей. Ну ладно ещё, Джейс, что от него вообще можно ожидать, но Клэри?! Саймона действительно расстроили её слова. Та, видимо, как-то догадалась об этом, потому что вмиг приняла самый виноватый вид и жалобно протянула: — О нет, пожалуйста, не обижайся, Саймон. Просто я переживаю за тебя, ты же знаешь. Я понимаю, у тебя есть чувства к Рафаэлю, но я не хочу, чтоб в итоге ты оказался с разбитым сердцем. — Да, чувак, — кивнул Джейс. — С разбитым сердцем и болезненным стояком. Ужасный вариант. Саймон послал ему убийственный взгляд, уже собираясь высказать всё, что он думал о них двоих, как тихий вкрадчивый голос со стороны двери заставил его вздрогнуть и закусить губу от накатившей тревоги. — Возможно, они правы, Саймон, — медленно произнес Рафаэль, звуча при этом как-то приглушенно, будто намеренно снижая голос, чтобы тот звучал тверже. Будто он боялся, что тот может дрогнуть. Клэри, напоследок ободрительно улыбнувшись другу, вышла из комнаты вместе с Джейсом. Рафаэль так и остался стоять у двери, уперев взгляд в пол. Саймон тяжело сглотнул. — Что ты хочешь сказать? Вампир неопределенно пожал плечами. Саймон видел, как напряжена его спина. — Я просто считаю, что это нечестно по отношению к тебе. Я не могу дать тебе всего, что тебе нужно, чего ты заслуживаешь. Просто… Не могу. Тебе будет плохо со мной, — Саймон ошеломленно уставился на него. Сантьяго закусил губу и Саймон готов был поклясться, что голос вампира действительно заметно дрогнул, когда он произнёс следующие слова. — Возможно, тебе стоит найти кого-нибудь другого. У Саймона практически закружилась голова. Услышать такое предложение от Рафаэля было не то что странно — дико и неправильно. Господи, да почему же никто не может понять — Саймон не хочет другого, он хочет Рафаэля. И неважно, будет ли у них секс. Как по мнению Льюиса, то он вообще слишком переоценен в обществе. Почему отношения пары не могут базироваться на взаимной заботе и глубокой привязанности, а исключительно на сексе? Что за идиотизм такой? — Боже, Рафаэль, — Саймон ошалело потряс головой. Сантьяго неуверенно, на грани с робостью, посмотрел на него. Саймону показалось, будто он весь сжался, словно готовясь к чему-то ужасному и неизбежному, и у парня засосало под ложечкой. Видеть такого подавленного Рафаэля было выше его сил. — Я люблю тебя. Ты это знаешь, я часто говорю это тебе, потому что хочу, чтоб ты помнил. Это означает, что я люблю тебя полностью, со всеми твоими особенностями и недостатками. Как я могу любить только какую-то определенную часть тебя? Мне даже представить это сложно. Если я говорю, что люблю тебя, то я хочу сказать, что готов провести с тобой всю свою вечность и мне вообще плевать на то, будет у нас секс или нет. Я люблю тебя, Рафаэль. Тебя, а не твоё тело. Саймон внимательно посмотрел на лицо Рафаэля. Тот нахмурился, обдумывая что-то, и вдруг неуверенно улыбнулся. — Это ты сейчас так говоришь, птенец. Посмотрим на тебя вечность спустя. Саймон разразился хохотом, в его смехе проскальзывало облегчение. Он не хотел, чтобы Рафаэль винил себя в чем-либо. Всё-таки, это же его осознанный выбор и он сам за него в ответе. К тому же, думает Саймон, не сказать, что он им не доволен.