За гранью смерти

- У тебя что-то случилось? – продолжал он. Я нервно покивал. – Пошли. – он взял меня под локоть и попытался поднять. – Ох, ты же ледяной. Ты что ночью забыл в одной кофте на улице? Я молчал. Я был не в состоянии ответить. Да и мне уже было все равно, куда меня сейчас уведут. Лишь бы не на улице. Парень тащил меня под локоть, но ноги не держали вообще и, в итоге, он забросил меня себе на спину. Я уткнулся в плечо пальто. От парня приятно пахло, запах успокаивал. Щелчок, и звуки улицы стихли, стало теплее. Я открыл глаза и поднял голову. Мы были в подъезде. Он открыл дверь, и мы попали в квартиру. Опустив меня на тумбочку, парень быстро скинул кроссовки и пальто и включил свет. Я зажмурился от яркого освещения и почувствовал, как он уже стягивает с меня кеды. - Боже, ты же ледяной! Ну-ка топай в ванну. Я был не в состояние сделать это, даже слова доходили до меня туго. Старший, видимо понял это и, подхватив меня на руки, отправился куда то по коридору. Затащив меня в ванную комнату, он усадил меня на край ванной, стягивая с меня холодную одежду. Я поморщился - стало ещё холоднее, когда одежды не стало. - Боже! – только и выдавил он, одной рукой прикрывая рот, а другой проводя по синякам и ссадинам на моём теле. – Кто тебя так? Я молчал. Парень перекинул мои ноги через борт и усадил на дно холодной конструкции. Достав душевую лейку, он включил воду, тут же направляя горячие струи на меня. Стало очень приятно, от контраста холодного тела и горячей воды. Я подставлял любую часть тела, которую старший поливал водой. Тело отмирало от холода и начинало двигаться. Я поджал к себе колени и опустил голову. Хотелось сидеть так ещё долго, хотя я ещё чувствовал холод. Мой спаситель вылил на руку шампунь и начал втирать мне его в макушку. Пахло приятно, кажется, сиренью. Видимо именно этим шампунем и пахло от самого парня. А он уже руками намыливал мне плечи, руки, торс, аккуратно проходясь по кровоподтекам, чтобы не было больно. Однако я морщился и шипел, мыло сильно щипало. Смыв с меня пену он выключил воду и тут же накинул на меня большое махровое полотенце, помогая выбраться из ванной. Замотав меня в полотенце как следует, вывел из ванной и направился куда-то, как позже выяснилось, в кухню. Он усадил меня на диван и принялся что-то быстро готовить. - Эй, парнишка, ты вообще говорить можешь? – развернулся он ко мне. Я покивал. – Как тебя зовут? - Ч-Чонг-гук. – наконец выдавил я. - Ну вот… уже прогресс, Чонгук. – он, улыбаясь, сел рядом со мной на подлокотник диванчика и вручил мне кружку ароматного чая. – А я Сокджин, можешь звать меня просто Джин. И сколько же тебе лет, Чонгук? - 15. – выдавил я, отпивая приятную жидкость, которая согревала изнутри. - А мне 20. И как же так получилось, что ты чуть не погиб от переохлаждения? -он вернулся к плите, продолжая что-то варганить. - Я не знал, куда мне пойти. – я закинул под себя ноги, чтоб было теплее. - Тааак, а как ты вообще на улице оказался? – он тонко-тонко нарезал лук и сваливал в сковороду. - Я сбежал из дома. – «Если это место можно назвать домом» - додумывал я. - Сбежал? – Джин развернулся ко мне, его глаза были расширены. – А как же родители? Ты не думал, что они сейчас очень расстроены и напуганы? - У меня нет родителей. Я сбежал из дет. дома. – Джин накрыл сковороду крышкой и вернулся на подлокотник. - Мне жаль. – он взял у меня пустой стакан. – А… скажи… если не секрет… Откуда у тебя столько… побоев? – он явно был взволнован. Я чуть раздвинул края полотенца, оголяя избитый торс и рассматривая его. - Оттуда же. Джин опустил глаза на мои побои. - Ты поэтому сбежал? - Я не хочу там больше быть. Там плохо. Нас бьют, дают тяжёлую работу, почти не кормят. Мы моемся раз в неделю! – крик души так и хотел, чтоб его услышали. И, наконец-то нашёлся тот, кто слушал. И я кричал, кричал и плакал. Джин нагнулся и, неожиданно для меня, обнял меня. А слёзы по моим щеками продолжали бежать, и вот я плакал уже в чужое плечо. – Хен, не сдавай меня обратно, куда угодно, но только не туда! - Да тише ты, успокойся, никуда я тебя не сдам. И вообще… тебе надо поесть и поспать: немудрено, что ты заболеть можешь. Он поднялся и, открыв крышку, попробовал содержимое. - В самый раз. – сказал он и выключил плиту. Достав из шкафчика тарелку, он начал нагребать в неё приготовленное им блюдо. Передо мной оказалась тарелка, набитая рисом и говядиной. Я поднял глаза на старшего, а тот только улыбнулся. - Ну же, ешь, тебе надо поесть. И я начал есть. Вкладывая себе в рот кусочек мяса, я закрыл глаза от удовольствия. - Боже, хен, это очень вкусно, никогда такого не ел! – бубнил я с набитым ртом, продолжая пихать в себя рис. - Конечно, в детском доме домашней едой не накормят, да и ты сам сказал, что вас почти не кормят. * * * - Ещё будешь? – поинтересовался Джин, забирая у меня пустую тарелку. - Нет, спасибо, ты итак много мне положил. – я улыбнулся, облизывая губы. - Тогда… пошли, я дам тебе одежду, не ходить же тебе так, в полотенце. - Я встал и направился в комнату следом за хеном. – Ты крупный, крепкий, не то что я, так что моя одежда должна быть тебе как раз. Он начал ковыряться в шкафу и, выудив оттуда упакованные чёрные боксеры, вручил их мне. Я отошёл в сторону и начал натягивать трусы, пока старший продолжал ковыряться в шкафу. Он достал какой-то аккуратно свёрнутый элемент одежды и подошёл ко мне, вручая прямо в руки. Я развернул вещь, оказалось, что это довольно-таки большая футболка. - Она мне то большая, так что тебе должна быть ещё больше. - Я натянул на себя серую футболку, поправил её и осмотрелся. Она была действительно огромной. – Отлично! Так, а теперь спать. Тебе нужно выспаться. Он надавил мне на плечи и я сел на диван, у которого стоял. Джин отошёл и, достав из другого шкафа большой тёплый плед, развернул его, укрывая меня. Я медленно опустился в горизонтальное положение, укладывая голову на подушку. Джин поправил плед и, потрепав меня по голове, прошептал: - Спи, Гук~а. – он поднялся и отправился в коридор. - Хен… - окликнул его я, на что тот развернулся. – Спасибо! Он улыбнулся, а я закрыл глаза, прижимаясь к подушке. Не знаю сколько времени прошло, но через дрему я услышал звонок телефона. - Да? – ответил Джин, прерывая череду гудков. … - Да, случилось. … - Я не знаю, как это объяснить, вы можете прийти? Я объясню все в живую. … - Нет, не страшно. Ещё только полдесятого. … - Хорошо, жду. Только… не шумите, пожалуйста, когда придёте. … - Спасибо. Жду. Он положил трубку. Я начал волноваться. Кто ему звонил? Они говорили про меня, неужели он все таки сдал меня кому-то? Я хотел спросить, но не мог подняться и оторваться от подушки. Меня сильно тянуло в сон. Через минут 15 щелкнула дверь, послышался топот и тихие голоса. Кто-то пришёл. - Тише, не шумите, пожалуйста! – в полголоса проговорил Джин, на что шум стих. - У тебя кто-то есть? Что случилось, хен? – проговорил взволнованный голос, судя по всему молодого парня. Хен? Значит те, кто пришли, младше Джина? Тогда, можно подумать, что он никому меня не сдал. От этой мысли я успокоился. - Просто посмотрите. – Прошептал Джин. На пороге комнаты появилось несколько пар ног, из-за опущенных век я не мог сказать сколько. - Кто это? – прошептал уже третий голос. - Пойдёмте на кухню. Все прошли на кухню. Я слышал, как Сокджин ставил чайник, а сам тихо рассказывал что-то. Из некоторых пойманных моим слухом слов я мог сделать вывод, что он рассказывал о том, как нашёл меня. То, что я слышал дальше, меня немного удивило. Я слышал 4-5 голосов, и все как один были взволнованные, я улавливал фразы: «Бедный мальчик», «Серьезно? Прям весь в побоях?», «Кошмар!». Эти люди явно сочувствовали мне и были в шоке от рассказа старшего. Моё любопытство взяло надо мной вверх, и я все же поднялся с нагретого места, направляясь на кухню. Я прошлепал на свет, протирая слипшиеся глаза. На меня уставилось шесть пар глаз. - Чонгук~а? Ты чего не спишь? – взволнованно произнёс Джин. - Хен… можно воды? - так же потирая глаза и осматривая присутствующих, попросил я. - Конечно. – он встал и начал наливать воду из графина. Он вручил мне стакан, и я жадно припал к его краю. Было неловко, я понимал, что на меня все смотрят. - Спасибо. – я отдал пустой стакан. Джин, принимая его, положил ладонь мне на лоб. На его лице появилось непонимание. Он заменил ладонь на губы, от чего я, почему-то, покраснел. - Гук~а, у тебя жар, кажется. – я поднял голову на взволнованного хёна. – Так, ну-ка тащи сюда свой плед, а вы – он ткнул пальцем в троих, сидящих на диване – пододвинетесь. Я вернулся в комнату и, подцепив плед с дивана, опять пошел на кухню. Сидевшие на диване уже раздвинулись, и Джин, хватая из моих рук плед и укутывая меня им, усадил меня на освободившееся место, пихая под руку электронный градусник. Я сел на диван, зажимая рукой термометр. Мне опять стало неловко, я сидел между двумя незнакомыми мне людьми, которые явно старше меня, да ещё и пялятся. Только сейчас я заметил, что меня потряхивает, видимо, у меня действительно жар. - Чонгук, да? - я повернулся направо, к задавшему этот вопрос. – Я Тэхен, очень приятно познакомиться. - И мне… - я только и сумел выдавить, залипая на своего собеседника. На меня внимательно смотрели красивые тёмно-шоколадные глаза, обрамлённый густыми длинными ресницами. Даже не могу описать какие-то конкретные черты лица, но оно было прекрасно. Мне хотелось смотреть на него вечно. -Ви… не приставай. Ему и так неловко. – из мыслей меня вывел голос парня, который стоял ближе всех к Джину. Он явно отличался от остальных: он был выше и брутальнее, и я бы даже подумал, что он старше самого Джина, если бы у меня не было подозрений, что это он в коридоре назвал последнего хеном, уж больно голос похож на тот. Градусник запищал, оповещая, что температура смерена. Я достал его, но Джин тут же выхватил его из моих рук, не давая даже посмотреть. - 37.9… - констатировал факт он, тут же убирая его в ящик и доставая оттуда коробочку Аспирина. Он протянул мне таблетку и стакан чая, который, видимо, сделал, пока я залипал на того парня, Тэхена. Я заглотил таблетку, тут же запивая её кипятком. Чай обжигал горло, и из-за контраста ощущений меня передернуло. - Холодно? – спросил Тэхен, улыбаясь какой-то странной квадратной улыбкой и заботливо поправляя края пледа, от чего я очень покраснел и снова утонул в его глазах. - Успокойся, засмущал парня. – пихнул его в плечо сидящий слева от меня. Он, казалось, был самый смазливый из всех, ангельская улыбка и глазки-щелочки. - Успокойтесь оба. – приказал Джин. – Не обращай внимание, Чонгук, они всегда такие. * * * Мои воспоминания прервались, когда глаза наткнулись на до боли знакомое место. Я так же продолжал идти за Тэхеном и не заметил, как тот свернул в переулок. Я осмотрелся по сторонам. Так, мусорный бак, рядом, на стене, надпись граффити… Твою мать! Нет, только не это место! «Стой, ТэТэ!» - кричал я, понимая, что смогу на подсознательном уровне его остановить. – «Не надо сюда, это та самая подворотня!» Ви медленно шёл, потягивая вишневую сигарету, не подозревая, что свернул в то самое место, в которое девять дней назад по такой же случайности свернул ещё живой я. Он прошёл уже половину переулка и остановился. Он осмотрелся по сторонам, ему явно не нравилось это место. Он развернулся и хотел было идти обратно, но из-за угла кто-то вышел. Я видел в темноте хорошо, и разглядел лицо парня. Это был тот, кто загнал меня в этот двор тогда. Похоже, они действуют все по тому же плану. - Тааак, не прошло и полторы недели, а мы уже поймали ещё одного. – из другого поворота вывернули остальные четверо, преграждая Тэхену еще один из трех путей - Глядите-ка, тоже молоденький смазливый парень, и что вас тянет в это место? Тэхен испуганно пятился в последний из поворотов, но я уже знал, куда он его приведёт. Я паниковал. Я должен что-то срочно сделать. Тэхен подпер спиной угол и со всех ног сорвался, разворачиваясь и убегая в темноту. Фонари здесь, видимо, давно не работают. Он несся со всех ног, я просто бежал за ним, то и дело оборачиваясь на преследователей. Я не должен допустить, чтобы с ним случилось то же. Как угодно, но я должен предотвратить это. Тэ остановился. Перед ним была тёмная кирпичная стена. Все, бежать некуда. Он развернулся на идущую за ним компанию, они спокойно подходили все по той же схеме. - Это вы убили 9 дней назад девятнадцатилетнего юношу? – чётко, без дрожи в голосе спросил он, прижимаясь спиной к стене. - Если ты о том смазливом мальчишке в спортивном костюме, с внешностью айдола, то да. – на этот ответ Ви просто скатился по стенке вниз. Из его глаз потекли слёзы. - Я ненавижу вас! – сжимая зубы и кулаки процедил Тэ, а затем положил их себе на колени, и уткнулся в них. - Эй, ты знал этого парня? И почему же ты так просто сдаешься? Они подошли ещё ближе, а я встал между ними, готовый в любой момент положить всех, кто хоть пальцем притронется к моему Тэхену. Не знаю как, все же, я не могу касаться людей, но я должен сделать что-то. Плевать, что что-то могут заподозрить. Плевать! Это тот самый экстренный случай, о котором меня предупреждали. В руках одного из них блеснул нож, а в моих глазах уже блистала ярость. В жизни я бы хотел убить их, отомстить. Но сейчас – нет. Может это сущность ангела или желание спасти Тэхена. Но мне не хотелось их убивать. Ярость переполняла меня, я был наполнен ей и, казалось, светился от этого. Я пригнулся, готовясь совершить удар, лопатки сладко потянуло и плечам стало легко, за ними распахнулись крылья. Я ещё раз оглядел их через плечо, а затем развернулся обратно. Они смотрели на меня. Я видел, как чётко их взгляды, полные ужаса, проходились по мне. Я осмотрелся и понял, что действительно свечусь. За моей спиной тяжело дышал Тэхен, неужели он тоже видит это? Все пятеро медленно попятились назад и краем уха я уловил: «Это он, тот парень девять дней назад!» Я рычал. Рычал от злобы и негодования. Пятерка неожиданно сорвалась с места и сиганула из злополучного тупика, оставляя меня и свою жертву одних. Через несколько секунд, после того, как в переулке стало тихо, я понял, что моё свечение угасло. Я медленно развернулся на испуганного Тэ, который с ужасом и непониманием смотрел на то место, где только что были преследователи. Он ещё секунд 10 пытался отдышаться, а затем сорвался с места, уносясь прочь. 11.03.17, 23:17. Девятые сутки, после моей смерти. Тэхен чуть не погиб. А я, кажется, намекнул ему на своё существование.