Сборник гета по батанам

Мина просыпается в огромном, роскошном, но плывущем, словно корабль по неспокойному морю, доме. На самом деле это у нее перед глазами плыло, потому что пить действительно надо поменьше. Девушка пытается резко подняться, но тут же жалеет об этом, падая с кровати на пол и раздирая колени о жесткий ворс ковра. Тошнит, голова просто огромный пустой чан о который бьют палками. Мина в жизни не пила и первая ее попойка ярко показала ей, что в дальнейшем она и грамма не примет! Девушка почти и не помнила, что же вчера произошло. Только какой-то парень, который притащил ее сюда. «Изнасиловал?» Она окинула себя все еще расфокусированным взглядом, но даже этого хватило, чтобы понять, что нет – ее никто не трогал. Приступы тупой тошноты никуда не уходили, но рвать ее не тянуло, и потому она просто сидела на ковре, медленно пытаясь сосредоточиться на непонятных рисунках, чтобы быстрее прийти в себя и уйти из этого дома. «Все-таки, Минхек оказался скотиной, - медленно соображала девушка. – Ему просто нужен был кто-то на перепихон этой ночью! Но если так, тогда почему он не воспользовался мной вчера. Вряд ли, я могла бы дать отпор. Сам напился? Возможно. А я тоже хороша! Чувствовала, что что-то с ним не так и все равно пошла! Вот действительно – наивная простушка! Хотя… так и есть!» Наконец, почувствовав в ногах силу, Мина поднялась с пола и пошла прочь из этого жутко красивого, но чужого дома, проклиная себя и свою жизнь. Чимин отлучился всего на минут десять, чтобы дойти до столовой и попросить кухарку сварить много крепкого кофе, но для начала навести графин с похмелином, потому что многие его «друзья» все еще не добрались до порога, отдыхая кто, где в гостиной внизу. Но когда парень снова вернулся в спальню, то Мины уже не было. Чи усмехнулся и почесал затылок, думая, что был полным дураком все это время. Оставить ее здесь в надежде, что даже если проснется не уйдет – это ли не идиотизм?! «Конечно, уйдет! Она вообще не создана для этого дома, для всей этой роскоши! Ни для чего этого!» Чимин зло ударил кулаком в стену, не обращая внимания на тупую боль в костяшках, и побежал на улицу, в надежде, что Мина все еще не ушла. «Ушла», - мысленно проклинал себя Пак, глядя на пустую прямую подъездную дорожку. «И как меня угораздило-то?! В такую!.. Да, это уже ни капли не смешно! То, что вчера не смог – это цветочки, а то, что бросился следом – диагноз!» - Пиздец просто! – зло шипит Пак, думая, что ему срочно надо перепихнуться с какой-нибудь шлюшкой. Может, все это гормональное и обычный трах с девкой все решит. «Лишь бы так и было!» Мина заходит в дом и сразу морщит нос, от устоявшегося запаха дешевого поила и самодельных сигарет. Она, конечно, сама не лучше – напилась. Но отец ее никогда не просыхал, вот уже на протяжении долгих семи лет. Она терпела, а что еще оставалось?! - И где ты была? – хрипит мужской голос. Мина резко подскакивает с места и поворачивается лицом к отцу. Тот сидит на старом, пыльном кресле и пожирает ее недобрым взглядом. - Разоделась, как потаскуха! – выплевывает мужчина, заливая в себя очередной стакан мутно-белой жидкости. – Твоя мать так же одевалась! И где она сейчас? Я ей сколько раз говорил: «Будь приличнее!» Но ей было плевать!.. И тебе вот тоже! Чего стоишь? Жрать готовь! Отец нежравши домой пришел! Девушка сглатывает всю обиду и, натягивая на лицо безразличную маску, тотчас идет на импровизированную кухню, где всегда старалась поддерживать чистоту. Мина уже ко всему привыкла, привыкла не обращать внимание на отца. Может, первое время она еще пыталась привести его в чувства, чтобы пил меньше, но после пары раз, когда он довольно-таки сильно отпихивал ее в сторону, совершенно не заботясь о ее сохранности, девушка бросила все попытки образумить его. - Так, где ты была?! – прохрипел мужчина, внимательно наблюдая за тем, как Мина что-то колдует над сковородой, пытаясь найти в доме последние остатки еды. - Ходила на вечеринку к друзьям, - тихо ответила девушка, не поворачиваясь к отцу. Мужчина хмыкнул и после очередной стопки продолжил: - Парень появился? - Нет. - Это хорошо. Будут парни на интим намекать, ты только за деньги соглашайся. А то вообще обленилась, в доме перекати поле. Хоть где-то будешь деньги получать. И запомни, девственницы больше всех берут, потому что парням нравятся! Ты же девственница? Мина тихо плачет, стараясь не издавать совершенно ни одного звука – не понятно, как отец это воспримет. Хотя хочется орать! Такой беззащитной и совершенно брошенной она не чувствовала себя с тех пор, как потеряла мать, тогда она еще думала, что у нее есть хоть отец, что он одумается, что защитит. А теперь поняла, что нет. Никто ее не защитит, потому что никому она уже не нужна. - Чего молчишь? Спрашиваю, девственница еще?! Мина тихо кивает, давясь слезами. Чимин едет к Надин. Одной из лучших светских проститу… путан, любовниц… да, так лучше. Потому что, может, она и за деньги это делает, но не со всеми, а с кем хочет и как хочет. А еще она красотка и образованна, как королевские любовницы в какой-нибудь Франции 17 века. - Надин! – Чимин врывается в гостиную подобно торнадо, застав девушку там вместе с ее подругами. – Мне срочно нужно с тобой поговорить! Девушка окидывает его пронзительным взглядом и все понимает. Ее подруги неоднозначно переглядываются и улыбаются, все понимая тоже. Оживленная комната мгновенно становится пустой. - Садись, Чимин! – мягко улыбаясь, говорит Надин. Пак быстро опускается в свободное кресло и опускает сложенные в молитвенном жесте руки на колени. - Помоги мне! Надин слегка приподнимает бровь и становится очень серьезной, потому что в отличие от недальновидных подруг поняла, что Чи здесь не ради ее тела. - И кто она? Парень шумно выдыхает и отвечает: - Обычная девчонка из школы. Какая-то нищенка, - почти бросает Пак. – Таких сотни, на деле! Вообще не примечательная!.. – он злится. Надин понимающе улыбается. - Но она тебе понравилась, так? - Да! Что мне делать, Надин? Что?! – Пак смотрит на нее, как на ангела, потому что она всегда давала ему дельные советы, всегда помогала. - Для начала просто успокойся, Чи. И ответь сам себе, она тебе нравится, или тебе просто хочется? - Второе в пролете. Надин кивнула, не вдаваясь в подробности. - Тогда просто попытайся понять, что в ней тебе нравится, почему она тебе понравилась? Чимин запустил пятерню в волосы и растрепал их в разные стороны, даже не обратив на это внимание. - Это… Да, я не знаю! Она же обычная! Что в ней может понравиться?! Девушка мягко улыбнулась: - Но что-то ведь тебе понравилось. - Я не знаю! – обреченно вздохнул Чимин. - И это хорошо. Парень смотрит на нее, как на ополоумевшую, а Надин лишь тихо смеется, потому что, ну почему он такой наивный, но хочет быть таким взрослым?! - Просто поверь, это хорошо, - отвечает девушка. – Если тебя так беспокоят твои чувства к ней, то просто начни с ней общаться. Если она действительно тебе не подходит, ты это сразу поймешь. - А если подходит?! - О, Пак Чимин боится, что может влюбиться! – в шутку произносит Надин, зная, что это правда. Чи тот еще скептик и в любовь ни капли не верит, потому так боится Мины и так отчаянно хочет принизить ее в своих глазах. - Да, именно так. Чимин думал, что после разговора с Надин ему полегчает. Вообще он надеялся, что она прямо ему скажет, что Мина Паку ну ни капли не подходит и тот может просто сразу о ней забыть. Однако, все вышло так, как вышло. Надин сказал то, что думала. А думала она правильно. И знала Чи хорошо. Вот именно поэтому парню было так плохо от осознания того, что его самые страшные догадки о том, что втюрился в эту… девчонку, правда! «Я просто идиот! – злился на себя Чимин, глядя в окно на вечерний город. – Что мне в ней может нравиться? Ее дешевая одежда и запах кофе, потому что работает в кофейне? Руки в мозолях? Неправильный разрез глаз? Родинка на правой скуле? Да, нет в ней ничего!» И все же есть. А что он и сам не понимает. Просто тянет к ней. И от этого страшно. «Может, действительно поговорить с ней. Понять, что не подходит мне и сбросить ее с радара?! Да, именно. Сбросить… Вон, как та девчонка на мосту… Блять!» - Останови! – Чи громко командует водителю и тот, повинуясь только своему господину, но ни как не правилам дорожного движения тормозит прямо посреди пустынно улицы. А Пак мгновенно вырывается из салона и несется прямо к Мине, которая все в том же белом платье стояла прямо на ржавых перилах моста, явно не намереваясь сделать ничего хорошего. - Эй! – окликнул ее Чи, стараясь идти быстро, но не подходить слишком неожиданно, чтоб она чего не удумала. – Ты чего творишь?! Ну-ка слезь! Мина слегка поворачивает к нему голову, но и не думает сходить с перил. В лучах закатного солнца отчетливо видно, как блестят на ее глазах дорожки слез. «Что же ты делаешь, дура?!» - Мина, слезай, тебе этого не нужно! – успокаивающе начинает Пак, чувствуя, как бешено несется его сердце, будто сам стоит там над рекой. - Не подх… Откуда вы знаете мое имя?! – она по-прежнему смотрит на него из-за плеча, но теперь даже с некой ноткой раздражения. Этот голос ей знаком… - Мы учимся вместе, - быстро отвечает Пак, делая шаг вперед. - Не подходи! – Чи резко останавливается и поднимает руки вверх, сам не понимая, зачем. - Я не помню тебя! Откуда мне знать, что это так?! - Просто… поверь мне! Он смотрит на нее умоляюще, почти с нескрываемой болью в карих глазах и Мину это почему-то трогает. На нее еще никто так и никогда не смотрел. Она поворачивается к нему лицом, стараясь не делать лишних движений на хлипких перилах и сама того не понимая, отвечает: - Я верю тебе.