Единственный мой наложник

Рей Высокий маг отступает на шаг от тонкой коленопреклонной фигуры, поднимает глаза и растерянно смотрит по сторонам. Я же смотрю на лицо Нокри, так неуловимо похожее на лицо Риори, вот только бывший фаворит вряд ли хоть раз в жизни смотрел на кого-то с такой немой мольбой. — Это — правда? — маг спрашивает в пустоту, не смотря на своего любовника. Нис впервые вмешивается в разговор, чуть слышно бросая одно слово: — Да. — Господин Лайн и господин Риори, разрешите откланяться. — Если вы хотите, вам отдадут моего брата. Никто не будет возражать. — Господин Риори, извините, но лучше будет, если я о нем больше ничего не услышу. Не хочу каждый день ждать, когда этот решит, что пришла пора предавать меня. Понимаю, что оставляю на вас очень неприятное решение. Простите, но я ухожу. Встаю с дивана, мне неприятно смотреть на натянутую улыбку Риори, и его нервно дрожащие руки, почти физически больно смотреть на то, как чужие пальцы сплетаются с его пальцами, безмолвно говоря «я рядом, я помогу». — Достопочтенный Ниас, я составлю вам компанию. Как вы отнесетесь к предложению напиться? — маг поворачивается ко мне и молча кивает. — Господин Риори, мы еще увидимся. На секунду пересекаюсь взглядом с Лайном, мой бывший хозяин чуть заметно улыбается, и с той же ехидной улыбкой прикасается губами к запястью Риори. Орис Стрелка компаса почти постоянно пляшет по кругу, лишь на мгновения прерывая свой безумный танец. Саша Иду следом за Меем в общий зал, крепко держа за руку испуганного Ронни. Его пальцы сжимают мою ладонь до боли, впервые за долгое время я чувствую себя сильным, способным защитить, и это дарит иллюзию безопасности. В огромном полупустом помещении звучит тихая музыка, клиентов еще нет, и юноши лениво ходят из угла в угол, сидят группками, тихо разговаривая, или стоят, опираясь спиной о стену. Ронни жмется ближе ко мне. — Скоро появится хозяин, и отопрет двери, часа через три здесь будет полно народу, держитесь рядом со мной, — Мей говорит буднично. — Я постараюсь вам подсуетить клиентов получше из своих постоянных. — Это неспортивно, Мей, делиться своей клиентурой, — вздрагиваю от голоса хозяина. — Ну что одумался, мелкий? На корню убиваю желание плюнуть хозяину в лицо: — Одумался, но при условии, что он, — киваю в сторону Ронни, — сегодня работать не будет. Стального цвета глаза изучающе смотрят на меня: — Хм… Впервые вижу, чтобы новичок в первый же день пекся о ком-то кроме себя. Только ты не в том положении, чтобы ставить условия, — он ехидно улыбается и взъерошивает рукой мои волосы. Хозяин уходит, оставляя нас одних. Я не замечаю, в какой момент в зал приходит первый клиент, только чувствую на себе оценивающий взгляд. Люди начинают приходить, и через короткое время подниматься наверх, в сопровождении понравившегося юноши. Мне какое-то время везет, я или не привлекаю никого, или цену на меня хозяин поставил слишком высокую. Мы втроем стоим отдельной группкой, Ронни старательно прячется за нас с Меем. — Привет, — вздрагиваю от звука знакомого голоса у себя за спиной. — У тебя все в порядке? Медленно поворачиваюсь, поднимаю голову, и смотрю прямо на настороженно-сосредоточенное лицо Ориса. Облегченно вздыхаю, делаю шаг в его сторону и зарываюсь лицом в его одежду. Орис гладит по волосам, мягко отрывает меня от себя, за подбородок поднимает мое лицо и, смотря мне прямо в глаза, повторяет: — Саша, с тобой все в порядке? — Да. — Тогда пойдем отсюда. Я даже не заметил, как появился хозяин борделя, только почувствовал, как мое плечо до боли сжали. — Вижу, господин по достоинству оценил звезду моего заведения, вот только у меня принято вначале заплатить, а уж потом… — Отойдем на минуту. Я не слышал их разговора, только с удовольствием наблюдал, как лицо хозяина борделя меняет свою цветовую гамму с ярко-красного до сине-зеленого. Через пару минут Орис вернулся ко мне: — Пойдем? — оборачиваясь к бледному хозяину. — Учтите, я могу вернуться в любой момент, и поверьте, если он захочет, не только закрою ваше заведение, но сделаю так, что вы сами исчезнете. — Ты не собираешься меня наказывать? — набираюсь наглости и киваю на Мея с Ронни. — А их ты можешь забрать? Хозяин борделя низко кланяется, и тараторит что-то вроде «как вам будет угодно». Орис довольно улыбается: — Можем забрать и его, и этого, и вообще всех, если ты так хочешь. — Господин, извините, но этого нельзя забрать, — хозяин показывает рукой на тонкого, относительно невысокого молодого человека. — Почему? — мы с Орисом спрашиваем в один голос. — Я извиняюсь, но он — клиент, и мне не принадлежит. Я начинаю смеяться. Орис. Саша молча садится в носилки, туда же робко усаживаются его странные протеже. Как только я устраиваюсь на мягких подушках, мой наложник придвигается поближе, кладет голову мне на колени и явно собирается заснуть. — Александр, нам стоит поговорить. Черные глаза удивленно распахиваются. Пару минут он смотрит на меня, не понимая, но следом я получаю довольно чувствительный тычок кулаком под ребра: — Ты…. Скотина… Значит, все это была ложь? А еще предлагал мне деньгами помогать. Урод. — Нет, просто я хотел знать, ты сбежал, потому что тебе было со мной так плохо, или же… А деньги. Если бы ты был категорически против возвращения ко мне, я давал бы тебе их, пока ты не устроил бы свою жизнь. Извини меня за этот маскарад, да и за то, что я не уследил за тобой и позволил вляпаться. — Я не ребенок, и в состоянии сам отвечать за свои ошибки! — Вот в этом я сомневаюсь. Наши попутчики с ужасом наблюдают, как Саша планомерно и озлобленно бьет меня по чему придется.