Прелюдия
5 апреля 2017 г., 21:59
Северус Снейп, владелец крупнейшего в Британии центра по изготовлению, разработке и модификации зелий, в строгом темно-синем сюртуке и развевающейся черной мантии своей привычной походкой шел по министерским коридорам к кабинету жены. Всего месяц прошел, как они отправили Эйлин и наконец-то подросшего Сертория в Хогвартс, а Гермиона опять зарылась по уши в работе. И его это раздражало.
— Мистер Снейп, — вскочила с места секретарша, — миссис Снейп задерживается на совещании.
— Я подожду внутри, — он кинул взгляд на настенные часы, прикидывая, может ли себе это позволить, и толкнул дверь
— Сварить вам кофе? — предложила девушка, но ответом ей послужил хлопок. — Ну и ладно.
Северус замер на пороге кабинета, нахмурившись. На огромном столе из черного дерева красовался пышный букет в хрустальной вазе. Он в два шага оказался рядом и выхватил торчащую записку. «Спасибо за чудесный вечер, Миона. Ваш преданный К. Лерхе».
Кровь стучала в его висках… Снейп с силой смял клочок бумаги, вымещая на нем свою злость. Вот значит какая у нее вчера была важная работа… Почему бы и не встретиться с заместителем Министра… С этим напыщенным индюком! А это… Миона! Он смел звать ее Мионой, хотя Северусу она всегда говорила, что такое обращение ее раздражает. Но, видимо, Корвину можно. Молод, привлекателен, умен и весел… Пора махнуть старого брюзжащего мужа на модель помоложе.
Снейп вылетел из кабинета, не обратив внимания на окликающую его секретаршу. Уже в коридоре он осознал, что все еще держит эту проклятую записку, и с ненавистью швырнул ее в одну из мусорок.
В это время уставшая и замученная Гермиона Снейп возвращалась к себе в правовой отдел с другой стороны. В приемной ее встретила встревоженная помощница.
— В чем дело, Лиз?
— Заходил ваш муж, миссис Снейп. Но он быстро ушел.
— Не сказал, что хотел? — Гермиона толкнула дверь в кабинет и застыла на пороге.
— Нет, даже кофе отказался выпить. Зашел в ваш кабинет, а уже через минуту выскочил и унесся куда-то.
— Лиииз… А откуда цветы? — она повернулась к покрасневшей секретарше, сияющей словно рождественская гирлянда.
— Ооо… Это мистер Лерхе заходил. Вас не было, и он оставил записку. Там, в букете посмотрите.
— Спасибо.
Гермиона спокойно закрыла дверь и кинулась к столу. Так и есть… Никакой записки не было. Мерлин…
***
Мастер Зелий смотрел на часы в своем кабинете. Уже семь. Он задерживался на целый час, но торопиться домой совсем не хотелось. А смысл… Гермиона наверняка повторяет такой «чудесный» вечер… Северус со злостью скинул чернильницу и запустил пятерню в волосы, почти наполовину отливающие серебром. Возраст брал свое. Подходил к концу шестой десяток, и Снейп все чаще задавался вопросом, почему она до сих пор с ним. Гермиона, конечно, уже не была юной девочкой, но у такой умной, успешной ведьмы было достаточно поклонников. Неужели только общие дети и держали ее? А раз Серторий в этом году отправился в Хогвартс, можно было наконец-то почувствовать себя свободной? Надо было поговорить и все решить. Незачем сидеть и мучить себя бессмысленными вопросами… Северус решительно поднялся и покинул кабинет, попрощался со своей помощницей и вышел на свежий воздух. Это принесло краткое облегчение, но уже через минуту он был у порога их дома, и злость начала одолевать его с новой силой. Скинув мантию, Снейп зашел в гостиную, где у камина сидела Гермиона, пальцами нервно отстукивая какой-то ритм по подлокотнику кресла. — Где ты был? — Какая тебе разница? — он хмыкнул и подошел к бару. Ему срочно надо было выпить и успокоиться. — Я твоя жена, если ты не забыл, — прищурилась Гермиона. Совсем не так она хотела начать их разговор, но долгое отсутствие мужа выбило ее из колеи. — Я-то помню, — лениво протянул Снейп и повернулся, с презрением разглядывая ее. — А вот ты, видимо, начала забывать. — Потрудись объяснить, — глаза жены недобро полыхнули. — Я вообще удивлен, что ты дома, — будто продолжая, заметил Северус, потягивая виски. Пытаясь… изо всех сил пытаясь сохранить равнодушный вид, не показать ей, что его совсем не каменное сердце обливается кровью. — А где я, по-твоему, должна быть? — Не знаю… Может со своим любовником… — Это с которым же? — Гермиона вскочила с кресла. — То есть их несколько, — сделал вывод Снейп и брезгливо поморщился. — Умоляю, избавь меня от подробностей. — Ты бредишь! — она не могла поверить в то, что слышала. — Это я брежу? — он с грохотом поставил стакан на полку, и янтарная жидкость слегка выплеснулась. Злобно прошипел: — Научись лучше скрывать улики, Грейнджер. — Это были просто цветы, тупица! Мы обсуждали вчера аспекты разрабатываемого закона! — И Лерхе сразу закидал тебя цветами? Не смеши меня… — Северус покачал головой, усмехаясь. — Просто тебе захотелось чего-то новенького… Дети-то уехали… — Между нами ничего не было… — Гермиона попыталась оправдаться, но его жестокие слова лишили ее самообладания. Слезы обиды начали наворачиваться на глаза, но она держалась. — Это не значит, что не будет, — с брезгливостью в голосе заметил Снейп. — Лично меня не прельщает носить рога. Он развернулся и направился к двери. — Катись к черту, Северус, — тихо сказала Гермиона, и он замер, обернувшись. Уже громче повторила: — Катись к черту! Я не давала тебе повода меня подозревать в измене и оскорблять! Думаешь, мне приятно видеть, как на тебя вешается твоя грудастая секретарша?! Что, на молоденьких девиц потянуло?! Решил вспомнить былые годы?! Постоянно задерживаешься на работе и еще смеешь меня обвинять! Откуда мне знать, что ты не трахаешь ее на своем рабочем столе?! Сам нечист и поэтому меня подозреваешь?! — она дрожала от переполняющего ее гнева, слезы застилали глаза, но голос оставался решительным и звонким. — Я не собираюсь перед тобой оправдываться! Не веришь — твои проблемы! Выметайся отсюда! — Что? — Снейп, растоптанный таким всплеском эмоций, решил, что ослышался. — Пошел вон из этого дома! — Это мой дом, Грейнджер, — он огрызнулся, злобно сверкая антрацитовыми глазами. — Нет. Этот дом мой и моих детей! Любой адвокат по разводам тебе это подтвердит, — Гермиона взяла себя в руки и, гордо вскинув подбородок, указала ему на дверь. — Пошел вон. Северус выскочил из гостиной, схватил мантию и вышел на улицу, оглушительно хлопнув дверью. А раздавленная Гермиона рухнула на колени, наконец-то давая волю слезам.***
— Почему вы еще здесь? — сорвался Снейп на секретаршу, сидящую на работе. — Я… — Убирайтесь домой, Френсис, — он рявкнул и скрылся в кабинете. Девушка задумчиво посмотрела на закрывшуюся дверь, закусив губу. Северус достал из шкафчика коньяк тридцатилетней выдержки, хранящийся для особых встреч, и плеснул янтарную жидкость в причудливой формы бокал. Отошел к окну, вглядываясь в переливающуюся в тусклом свете фонаря реку. И встретился глазами с собственным отражением. Аккуратная черная борода с редкими проблесками седины, в меру длинные, но уже не такие, как в профессорские годы, ухоженные волосы, бледный, до сих пор заметный шрам на щеке, куча морщинок. И несмотря на это Гермиона продолжала быть с ним. Ее оскорбило его заявление об измене. Снейп ясно видел это. Он обидел ее. Унизил. И дементор знает как это исправить. А если она его не простит? Северус тихо застонал, утыкаясь лбом в холодное стекло. Неужели, он только что сам разрушил их семью? Этим недоверием и своим жутким характером? А если… Если он был прав? И эта вспышка Гермионы лишь для того, чтобы выставить его крайним? Обвинить и выгнать? — Черт! — Северус в бешенстве швырнул бокал в стену. Этот звук отрезвил его. Так же как звук приоткрывшейся двери. — У вас все в порядке, мистер Снейп? — Я же сказал вам убираться домой, Френсис, — прошипел он угрожающе и услышал, как дверь захлопнулась. Тут же оперся одной рукой о подоконник, пытаясь выровнять дыхание. Раздались тихие осторожные шаги, Северус вздрогнул и повернулся, сверля приближающуюся девушку недовольным взглядом. Она подошла непозволительно близко. Молодая, высокая, довольно симпатичная. Смотрящая на него с откровенным желанием. Снейп тяжело сглотнул. Да, женщины флиртовали и откровенно заигрывали с ним. Но не тогда, когда он был так уязвим, когда он был сломан внутри… Время шло, а Северус не прогонял ее. Не мог произнести ни слова. — Я могу утешить вас, — спокойный, немного вибрирующий голос вывел его из ступора. Он словно впервые посмотрел на свою секретаршу как на женщину. А она продолжала, привстав на цыпочки и едва касаясь его рта. — Я так хочу утешить вас… Френсис провела язычком по его нижней губе, затем по верхней, и Снейп почувствовал, как его тело отзывается на эту незамысловатую ласку. Он был всего лишь мужчиной. Сломленным, ощущающим себя преданным мужчиной. Северус приоткрыл рот, позволяя девушке продолжить. Та захватила его губы в плен, жадно целуя и слегка постанывая. Обняла за плечи и начала отходить. Пока не уперлась в стол. Снейп оторвался от нее, окинул внимательным взглядом, а потом резко подхватил под ягодицы и усадил на столешницу. Френсис развела ноги, приглашая, попыталась расстегнуть верхние пуговицы на его сюртуке, но он перехватил ее запястья и прижал их к дереву. Девушка не могла ничего прочитать в его ледяных, пронизывающих насквозь глазах. Словно сейчас не происходило ничего из ряда вон выходящего. Но почему-то от этого взгляда и спокойного, обволакивающего голоса ей стало не по себе. — Вы хотите, чтобы я трахнул вас на этом столе, Френсис? Спрашивал, будто узнавал график встреч на день. Но девушка не собиралась отступать. — Да, хочу! Она потянулась к нему, отчаянно желая поцеловать, но Северус отошел на два шага, отпуская ее. Брезгливо разглядывая картину, которая предстала его взору. — Вы уволены, мисс Уокер. Не потерплю подобного поведения от подчиненных, — Френсис сидела, ошарашенно его рассматривая. Его тонкие губы изогнулись в презрительной усмешке, и он кивнул в сторону двери. — Вы уволены. Девушка мгновенно соскочила со стола и кинулась к выходу. Снейп услышал рыдания в коридоре, но его сердце не дрогнуло. Ему было плевать на всех женщин мира. Кроме одной. И, пожалуй, сегодняшний день был полезен хотя бы тем, что снова напомнил ему об этом.
