Stray rain. Дополнительные эпизоды.

1120 год по календарю Парса. Экбатана.

Если что-то не меняется очень долго, кажется, что так будет всегда. Изменится ли что-нибудь? И если да, то в лучшую ли сторону? Арслан давно уже не слушал преподавателя, глядя в окно. Непослушная белая прядь упала на глаза. Сейчас он не чувствовал ничего, кроме спокойной и такой привычной грусти, что в последнее время была его спутником. Лекция по истории… он и так хорошо знал ее, потому что имел непосредственное отношение к тому, что происходит в своей стране, стук куска мела о поверхность доски растворялся в сознании, почти не задевая его. Просторная аудитория с белыми стенами и ровными рядами столов, была погружена в какое-то сонное оцепенение. С одной стороны, Арслан чувствовал, что вот вот сам впадет в такое состояние, с другой, сердце билось тяжело и медленно. Сегодня он, наконец, встретится с отцом. Царем Андрагорасом ІІІ. Из за занятости Его Величества, Арслан не видел его несколько дней. Время тянулось невыносимо, как и дни, так похожие один на другой. Ослепительное солнце над Парсом, самой богатой стране на Востоке, не давало поднять голову и посмотреть на верх. Этот день ничем не отличался от предыдущих, улицы процветающей столицы, Экбатаны, как всегда, находились в пестром оживлении. Узкие рыночные ряды, укрытые тканными навесами от палящего солнца, не умолкали ни на минуту. Чем дальше они находились от дворца, тем отчетливее становилась разница между древним и не меняющимся величием и тем, что представляла собой жизнь в эту минуту и ничем не примечательный сегодняшний день. Не высокие многоэтажные дома тесно прижимались друг к другу, делая улочки невероятно пестрыми, словно в них смешались разные стили и эпохи. Одноэтажные кирпичные дома соседствовали с высокими бетонными зданиями, чьи поверхности, как узорами, были покрыты трещинами и осыпающейся цветной облицовкой. Ясное небо над столицей было расчерчено проводами, как паутиной, тянущимися от разномастных крыш. Здесь жили простые и добродушные люди. Они думали только о сегодняшнем дне и радовались ему. Взрослые работали, а дети, одетые в пыльные футболки и потрепанные шорты, оставив шлепанцы, босиком носились по мягкой пыльной земле, там, где она не была покрыта асфальтом. Лазая и носясь среди бесконечного лабиринта труб, баков с водой и рифленых листов железа. Для них это было настоящим неиссякаемым запасом приключений. Когда-то и Арслан был среди них, такой же чумазый, босоногий и счастливый. Теперь он мог только мечтать о том, чтобы ему удалось вырваться туда, бродить по этим оживленным улицам с товарищами, общаться с простыми людьми. Это было тем не многим, что делало его по-настоящему счастливым. Сейчас Арслан мог лишь наблюдать за всем этим. Там, за окном, дальше от центра города, кипела жизнь. Арслан улыбнулся этим мыслям, а сердце словно сжимала чья-то рука, медленно останавливая. Глупо? Возможно… Как будто что-то должно случиться, что нельзя назвать хорошим. Часто ли человека посещает чувство, что ничего никогда не изменится? Что усилия, мысли и надежды в результате ни к чему не приводят? Они быстро теряют смысл и смываются, как пыль дождем. Сейчас он чувствовал себя именно так. Монотонный голос преподавателя сливался в успокаивающий гул. Арслан, всматривался в расплывающийся за жаркий маревом город в низу. В последнее время он занимал место у окна. Оно стало для него чем-то вроде отдушины, не давало окончательно сдаться. Ему никогда не было скучно всматриваться в даль. Он сидел, подперев локтем подбородок, задумчиво вертя в руке ручку, что уже оставила на его ладони синие пятна, но его это мало волновало. Какая жара… тесная светло-серая студенческая форма словно душила, вместе с горячими лучами солнца, стелящегося на досчатом полу. И все же, не следует пропускать все мимо ушей… В который раз подумал Арслан. Ведь я принц… Да, Арслан был принцем, но глядя на него, нельзя было сказать, что в будущем он сможет стать сильным правителем. Не высокий, хрупкий, он ни казался серьезным противником. Бледное лицо, обрамляли белые волосы, свободно падающие на плечи, в лучах полуденного солнца, отливающие серебром. Темные, но ясные, сапфировые глаза, задумчиво смотрели куда-то в даль. Он выделялся среди остальных, как белая звезда. Люди говорили, что необычной внешностью он пошел в мать, прекрасную и холодную королеву Тахаминай. Возможно так оно и было, но на этом его сходство с родителями заканчивалось. В нем не было ничего от отца, короля Андрагораса ІІІ. Жесткого и бескомпромиссного правителя, чья внешность была подобна скале, а в львиные, серо-голубые глаза был способен смотреть далеко не каждый. Так или иначе, на Арслана возлагались большие надежды, хоть мало кто видел в нем такого же непобедимого воина, как отец. Сейчас об этом хотелось думать меньше всего. Ни о чем не хотелось думать. Эта странная спокойная грусть возвращалась все чаще и осаждала его именно в минуты тишины, именно, когда он вспоминал, что принц. Синие чернильные пятна уже начали размазываться по мокрой ладони. -Таким образом, экономика нашей страны во многом зависит от системы работорговли.- Закончил свою лекцию преподаватель, тихо стукнув корешком книги по идеально-чистому столу. Аудитория моментально пришла в движение. -Все уже!- Ткнул локтем заснувшего приятеля смуглый кареглазый мальчишка. -А?- Сонно отозвался высокий парень с узкими глазами. Профессор лишь тяжело вздохнул и указал на доску, где было расписано домашнее задание. Здесь, в Академии, учились самые знатные наследники этой страны и даже сам принц, замечание которым негласно считалось неприемлемыми. Эх, вечно они так. -Извините нас, учитель.- Вежливо сказал Арслан, на его лице была едва заметная улыбка. Товарищи, частично от лица которых он сейчас говорил, замерли в дверях.- В следующий раз мы будем внимательнее. Преподаватель отвлекся от складывания книг и перевел на него взгляд. Он явно не ожидал, что к нему обратятся. -Надеюсь, эти знания сослужат вам достойную службу, Ваше Высочество.- Почтительно склонил голову профессор. На его спокойном лице появилась едва заметная улыбка, ему было приятно слышать, что лекция не прошла зря. -Несомненно.- Вежливо отозвался Арслан и поспешил к друзьям, что ожидали его у входа.

***

Время шло неспешно и бессмысленно, заполненное до отказа. Изнуряющая тишина то обрушивалась внезапно, то отступала, уступая место бесконечным тренировкам и учебе в Академии и обязанностями принца. Ему приходилось присутвовать на судебных заседаниях и собраниях министров. Тогда он сменял простую серую студенческую форму на традиционный парсийский наряд. В отличие от простых жителей, знать и царская семья почти не утратили величия древности, сильнее придерживаясь традиций прошлого. В просторном зале, с расписанными стенами и длинным отполированным до блеска деревянным столом, где принимались важные для судьбы Парсы, решения. По большей части он просто слушал и набирался опыта, как ему советовали наставники, но в последнее время даже это у него выходило боком. Ни то, чтобы Арслан был безответственным и место обязанности принца его никак не интересовали. Просто в последнее время неудачи его как будто преследовали, по мелочи, но их было так много… Теория и учеба давались ему хорошо, но когда дело доходило до практики, его способы тех или иных решений подвергались критике, со стороны наставников и, самое худшее, что могло произойти, от отца, если тот узнавал о его очередной неудаче. Да, никто не мог упрекнуть Арслана в лени или просто отлынивании, но было в этом что-то другое. Принц без особого энтузиазма рассматривал структуру общественного стоя своей страны, особенно преимущества работорговли. Уж в этом точка зрения Арслана противоречила всем законам. Первый и последний раз он упомянул об этом, когда ему было одиннадцать, после одного удивительного случая. Сейчас он не хотел его вспоминать, уж слишком дорого обошлась эта его шалость, которая многое изменила. Наставник сразу обратил на это внимание. Сердце Арслана радостно забилось и он продолжал. Его не перебивали, его внимательно слушали, кивали. Я веду себя как настоящий принц! Меня слушают! Он все говорил и говорил, его сапфировые глаза сияли, а на бледном лице появился румянец. Что-то внутри говорило ему остановиться, что не стоит все вот так вот рассказывать. Но… его слушали. Впервые. Остановиться он не мог. Его выслушали до конца. Несмотря на то, что это просто противоречит тому, с чем его знакомили его так внимательно, слушали и даже не разозлились. Арслан уже готовился к недовольству, но нет ничего подобного не последовало. Тогда он чувствовал уверенность весь день. Хрупкие плечики были расправлены, а осанка была по-настоящему королевской. Огромные синие глаза сверкали, как драгоценные камни. Я - принц Парса, я изменю это страну! Я смогу! Он даже рассказал об этом отцу, Андрагорасу ІІІ. Его светлые глаза из-под черных кустистых бровей тут же превратились в сталь, которой он сражал врагов. -Отец?- Только и смог выдавить из себя Арслан. После этого он пожалел, что вообще раскрыл рот в его присутствии. Слова, что он говорил, врезались в сердце. Как удар. Удар кнута, которым бьют этих рабов, о которых он так не осторожно обмолвился словом. Власть не терпит неповиновения. Неповиновение разрушает. Больше Арслан в тот вечер ни сказал ничего. Он встал из за стола быстро, чтобы разозленный отец не видел, как на глаза стремительно наворачиваются горячие слезы, а губы начинают дрожать. По мере того, как он удалялся от этого человека, слезы все труднее было сдержать. -Ч… что случилось?- Неуверенно начал молодой слуга, когда он чуть ли не бегом бросился из зала, опустив голову, чтобы никто не выдел его позорно раскрасневшегося лица за белыми прядями. Стыд жег его изнутри. И это перед самим царем, да еще отцом. Конечно, этот человек, ведущий за собой армию и правящий целой страной порой мог ввести в настоящий ужас даже бывалого воина, но это недостойно принца. Так считал Арслан. Слова отца еще безжалостно звучали в ушах. Нет. Если я думаю иначе, значит меня не поддержат… С тех пор Арслан уяснил для себя, что нельзя просто так прямо высказывать идеи, что противоречили всеобщей системе. Его учили быть принцем, настраивали и строили, каким нужно быть, а не тому, что шло поперек всему этому. Сдался ли Арслан после этого? Нет. Не просто, потому, что не хотел. Просто не мог, но больше он об этом не говорил ни с кем. Несмотря на это сдаться у него и в мыслях не было. Ему нравились обычные люди, значительную часть жизни он провел с ними. Играл с обычными детьми, бродил по узким пестрым улицам, наблюдал за людьми. Часто заходил к рабам, когда гостил у марзбана Кишварда, чьей резиденцией был Пешавар, крупный город на севере страны. У молодого принца сразу сложились дружеские отношения с этим добродушным, но сильным человеком. Арслану нравилось проводить время с ним и его охотничьими птицами – великолепными братьями-ястребами Сурушем и Азраилом. Птицы тоже привязались к юному принцу, особенно Азраил, сокол с серым опереньем и крестообразной отметиной над клювом, Арслану даже было не удобно перед Кишвардом, но тот ни капельки не злился, говоря, что птицы и звери отражают душу, того, к кому привязываются. Как же давно он их не видел… второй год. Арслан много раз хотел заговорить с рабами, особенно иностранцами, часть из которых была бывшими военнопленными. Среди них были и светловолосые жители Мисра и темнокожие черноглазые шиндрийци. Они были вежливы, как и подобает рабам, отвечали на его вопросы, рассказывали то, что он хотел услышать, но Арслан чувствовал- на самом деле они хотели одного- чтобы принц, господин королевской крови убрался поскорее восвояси. Они боялись его, как и любого человека, выше их по социальному статусу. Арслан пытался заговорить с ними, но очень скоро понял-это бесполезно. Каким бы доброжелательным он не был, от его присутствия им всегда будет неуютно. Они будут хотеть от него лишь того, чтобы он ушел. Он понимал это, но на сердце предательски становилось грустно. Он терпел неудачи в общении не только с людьми своего круга, но и с теми, с кем он по-настоящему хотел общаться. Если я отменю рабство, люди перестанут отвергать меня? Единственной отдушиной для Арслана были его товарищи, с которыми в последнее время он почти не разлучался. Тренировка была изнуряющей. Арслан крепко сжимал в немеющих руках меч. Серебристо-белые волосы были собраны в хвост, а длинные непослушные прядки прилипли к взмокшему лицу. Сейчас было время свободной тренировки. Просторный внутренний двор, вымощенный ровной гранитной плиткой с фонтаном посередине был отличным местом для занятий. Сейчас там находилась только компания Арслана и слуги, неподвижными статуями замершие в тени узорчатых арок. Сейчас его противником был Азер, самый вспыльчивый из друзей. Тот уверенно держал в руках деревянный меч и шел вперед. Арслан с трудом отступил назад, едва не споткнувшись о выступающий край каменной плиты. -Осторожнее!- Азер выпрыгнул вперед. Ярко красное пятно повязки на его голове больно ударило по глазам. С трудом уйдя от удара свистнувшего в воздухе деревянного лезвия, Арслан сделал выпад. Он быстрый… Кровь ревела в ушах, как океан. Руки, затянутые в кожаные перчатки, казалось сейчас отвалятся. Жарко… тело горело огнем. Сейчас Арслан больше всего желал того, чтобы эта тренировка наконец закончилась, в отличие от так и горящего энтузиазмом друга. Любви к мечам и военному делу он не испытывал. Никогда. Взмах. Еще взмах. Внезапно локоть взорвался пестрящей, пронизывающей до костей, болью. Не удержавшись, Арслан повалился на шершавый камень. Белые пряди в миг заслонили происходящее. -Ваше Высочество! Принц! Арслан открыл глаза и сквозь завесу собственных волос смог увидеть множество встревоженных лиц, заслонивших собой небо. Эх, почему он не удивлен? Удар был сильный, серьезным противником в бою будет Азер. - Со мной все в порядке.- Сказал он, садясь. Волны невыносимой гудящей боли еще проносились по всему телу от локтя. -В…ваше Высочество?- Азер выглядел совершенно потерянным. -Не волнуйся, Азер.- Ободряюще улыбнулся его Арслан.- Ты хорошо сражался. Больше всего он не хотел доставлять проблем кому либо и друзьям и слугам, что напугано склонились над ним. Он слишком хорошо помнил, чем может обернуться подобное. -Но… -Продолжим!- Арслан моментально вскочил на ноги и, вынырнув из обступившего его, кольца, приготовился атаковать. Боль не отпускала, а кровь, ревущая в ушах, заглушала все звуки, перед глазами заплясали цветные искры, но Арслан и не думал останавливаться. Азер не отступал, судя по решимости в его ярко-карих глазах, он понял, что с ним все в порядке. Они метались по полю боя, с воем скрещивая деревянные клинки. Азер наступал, его взмахи были полны решимости. Этого-то мне и не хватает… Все произошла за мгновение. Быстрым ударом деревянный меч взлетел в воздух, а безоружный Азер попятился назад. Арслан так и застыл, крепко сжимая свое оружие и тяжело дыша. Невероятно… Крайне редко ему удавалось выбить меч из рук противника. Он почувствовал, что улыбается. Это придало ему уверенности, что ему так нужна перед встречей с отцом. Ни так уж я и бесполезен.

***

Сейчас все четверо сидели на крае фонтана, оживленно споря, как всегда. Приятно было вот так посидеть с друзьями у прохладной шумящей воды и есть принесенное слугами угощение. Уже размокшие картонные стаканчики, с остатками мороженого, в виде тающих кусочков льда в сиропе, стояли рядом на круглом подносе. Арслан с улыбкой наблюдал за товарищами. В последнее время только редкие минуты отдыха заставляли его улыбаться по-настоящему. Отец, наконец, захотел увидеть его. С одной стороны Арслан был рад этому, у отца в последнее время совсем не было времени на то, чтобы с ним видится. Времени? В глубине души Арслан понимал, что время играет совсем малую роль в этом. Каждый раз, когда ледяные серо-голубые глаза Андрагораса ІІІ встречались с синими глазами Арслана, принц чувствовал, что ему хочется оказаться как можно дальше. Этот взгляд подавлял, суровый и холодный, казалось парализовывает, останавливает любое движение. Каждый раз Арслану казалось, что он ничтожно жалок, что неосторожный взгляд или вздох разгневают Его Величество… его отца. И все же… Арслан так хотел его увидеть. Нет, нельзя сейчас об этом думать. Арслан почувствовал, как подступает это такое знакомое предательское оцепенение, как сердце начинает биться тяжелее, с пальцы сильнее сжимают мокрый картонный стаканчик. -Ваше Высочество?- Перевел на него взгляд Керуш, один из его близкий друзей. -Все в порядке.- Быстро улыбнулся Арслан, ставя несчастный стаканчик обратно на поднос. Так нервничать перед простой встречей с собственным отцом… как же это смешно и нелепо… Узнай он об этом, точно был бы недоволен, сказал, что недостойно принца. Это действительно недостойно. - О чем-то задумались?- В миг отозвался Азер, сидящий по правую сторону от него. Он уже отошел от поражения. -Да, нет. Судя по их внимательным взглядам, устремленным на него, ему не поверили. - Интересно, когда же будет наша первая битва…- Попытался перевести разговор на другую тему Азер. Он был высоким смуглолицым мальчишкой с яркими карими глазами и веснушками на переносице. Жесткие темные волосы почти всегда были повязаны ярко красной чалмой. Его вспыльчивый нрав ни раз был причиной многочисленных авантюр и приключений, ни все из которых заканчивались хорошо. Благодаря одной из них, кстати, его компания сейчас сидела рядом с принцем и мечтала о боевой славе. До встречи с ним, негласным лидером был именно порывистый веснушчатый Азер с красной повязкой на голове. - Я об этот как-то не думаю…- Отозвался Фархад, худощавый высокий парень с раскосыми глазами и нерешительным голосом, в противовес другу, всегда подвергающий сомнению порывистые и необдуманные действия. -А ты подумай!- Тут же пихнул его в бок Азер. -Да ладно вам…- Послышался голос Керуша, из троих друзей Арслана он был самым спокойным и всегда мог подобрать нужные слова, чтобы успокоить запальчивого и решительного Азера, всегда прислушивающемуся к его мнению. Керуш прикрыл светло-карие глаза, запустив ладонь в лохматые каштановые волосы. Арслан молча кивнул, соглашаясь со своим спокойным товарищем. -Мой отец великий правитель и будет еще долго поддерживать мир в нашей стране. -Конечно, ваше Высочество, но… как же походы…- Начал Азер, но быстро замолчал, поняв, что с улыбающимся Арсланом спорить бесполезно. В отличии от Азера, Арслан не испытывал большого желания взяться за меч. И потом, сейчас его разум занимали совсем другие мысли. Какие же нелепые, но такие важные… Или ему они только кажутся важными? Время тянулось мучительно медленно и вместе с тем Арслану нестерпимо хотелось, чтобы оно ускорило свой бег. Что сказать отцу? Казалось даже неосторожное приветствие способно его разгневать и взгляд серых глаз под кустистыми бровями станет острым и холодным, как лезвие меча, которым он привык сражать врагов и добиваться повиновения. -Вы ведь давно не видели отца?- Тихо произнес Керуш, чуть повернувшись к принцу. -Да.- Тихо ответил Арслан. -Волнуетесь?- Осторожно, почти прошептал Керуш. Что сказать? Арслан почувствовал, как предательски начинает гореть затылок. -Немного…- Выдохнул он. – Я… Его прервало появление слуги. -Ваше Высочество, вам пора.- Сказал подтянутый молодой человек в стандартной белой форме. Все разом умолкли опустив взгляды, больше не чувствовалось тепла заходящего солнца, словно оно скрылось за облаками, остывая и уступая место холоду. Арслан спрыгнул на каменные плиты и оглянулся. Увидимся завтра, друзья.

***

Что же сказать отцу? Эти мысли не покидали Арслана и становились все невыносимей. Цветочный орнамент, оплетающий по краям белый потолок, уже пестрел перед глазами. Он знал этот узор до мельчайшей трещины. Грязная взмокшая тренировочная форма была сложена в углу. Сейчас на нем был только легкий льняной халат. Серебристые волосы, больше не стянутые сзади в хвост, лежали на узкий, но не хрупких плечах. На самом деле Арслан был не таким слабым, каким казался на первый взгляд. Для своего возраста его стройное тело было хорошо сложено, под белой кожей перекатывались развитые мышцы, на тонких белых руках просматривались мускулы, угадывался напряженный пресс. Может, рассказать ему о победе над Азером? Эти мысли вызвали едва заметную улыбку. Арслан скинул тонкий льняной халат и начал спускаться по белой мраморной лестнице, с каждой ступенькой становящейся все темнее, в тон горячей ярко-лазурной воде. Засиживаться долго нельзя, потом все же придется сдаться на растерзание слугам, которые должны привести его в порядок перед встречей с королем-отцом. Он все еще гордился победой над сильным товарищем. Но… Перед глазами снова возник образ отца. Высокого, крепкого и могучего воителя с ледяным взглядом. Даже несколько лет назад, когда Арслан только приехал в королевский дворец, его взгляд не был теплее. Да, Арслан не всегда здесь жил и, хоть ему с рождения говорили, что он принц, он не сразу стал ощущать себя таковым. Ему просто говорили, что его отец-король Андрагорас ІІІ, а мать- королева Тахаминай и что когда-нибудь переедет в королевский дворец. Арслан не верил в это до тех пор, пока не оказался здесь. Вот так спокойно и внезапно. Его родители-король и королева. Эти люди теперь занимали эту нишу, а значит он должен был, по крайней мере, постараться считать их таковыми. Пахнущая душистыми благовониями вода была удивительно горячей. Арслан недовольно поморщился, положив подбородок на сложенные, на узорчатом мраморном бортике, руки. Тикающая боль в локте после поединка с Азером, казалось такой далекой. Эх… на самом деле он понятия не имел, как заговорить с отцом. Ни о политике, ни о стратегии или битвах, просто так. Заговорить. Хотя… что то не похоже, что Андрагорас ІІІ нуждался в длинных беседах со своим сыном. Кивнув сам себе, словно успокоившись этой мыслью, Арслан быстро скрылся в прозрачной лазурной воде, которая спрятала его ото всех проблем и всего мира. По крайней мере, на время.

***

Густая теплая темнота, казалось, почти проглотила все звуки. Изредка эту душную тишину нарушал собачий лай или негромкие разговоры слуг. Просторный зал был освещен круглыми электрическими лампами, чей теплый желтый свет отражался от обрамленных цветочным орнаментом, каменных стен. Царь Парсы, АндрагарасІІІ, восседал на украшенном резьбой кресле. Даже без доспехов, одетый в обыкновенный длинный кафтан и с отсутствием меча на поясе, он выглядел грозным воином. Высокие, крепко сложенный, в бою он был страшным противником. Суровое загорелое лицо, с остроконечной черной бородой, было невозмутимым. Оно редко меняло выражение, что на поле боя, что при встрече с собственным сыном. Лишь глядя на свою жену, прекрасную Тахаминай, взгляд его стальных глаз неуловимо теплел, а жесткий рот трогала едва заметная улыбка. Этот улыбке не суждено появиться для Арслана, что замер в дверях. Двое слуг, откланявшись, ушли в сторону, оставив их наедине. -Добрый вечер отец.- Арслане решил первым начать разговор. Взгляд льдистых глаз под кустистыми черными бровями мгновенно поднялся на него. -Добрый.- Спокойно ответил низкий хрипловатый голос. Арслан направился ко второму креслу, приготовленному для него. Длинный нежно-сиреневый кафтан с серебряной застежкой у самого горла, сковывал движения сильнее, чем обычно. На лоб снова упала непослушная, серебристо-белая прядь. Некоторое время оба молчали. Что дальше? Арслан начал быстро перебирать всевозможные варианты. Рассказать о сегодняшней победе над Азером? Отец скажет, что так и должно быть, ответит «Я в твоем возрасте уже кровь проливал». Хуже того, подумает, что он законченный слабак, раз гордится подобной мелкой победой. Начать обсуждать государственные вопросы? Может подойти, вот только если он завернет куда-то не туда… Но отец сидел неподвижно, даже не глядя на него. Широкие ладони сжимали резные подлокотники кресла. -Отец…- Сам неожиданно начал Арслан. Затылок обожгло. -Что, Арслан? -Я… -Твои наставники говорят, что ты стал лучше обращаться с мечем.- Неожиданно начал разговор Андрагорас. Его голос по-прежнему не выражал никаких эмоций. -Д…да?- Невольно вырвалось у Арслана. Он ожидал чего угодно, только не этого. -В твоем возрасте я уже воевал… Арслан грустно прищурил глаза, но на сердце внезапно стало спокойнее. Вот теперь отец похож на отца. -Твои навыки улучшаются крайне медленно.- Каждое слово произнесенное Андрагорасом, заставляло затылок неприятно гореть еще сильнее. Арслан почувствовал, что ему становится жарко. -Да, отец.- Только и смог ответить Арслан, опустив взгляд. -Дело даже не в силе.- Продолжал Андрагорас. Царь Парсы поднялся на ноги.- Тебе не хватает желания, стремления. Арслан молчал. Холодеющие руки сжимались в кулаки. Это за этим его позвал отец? Сказать, насколько он плох? Раз так, то правильно он решил - не говорить про победу на тренировке. Никакого значения она попросту не имеет. Жар становился невыносим. И сказать всеравно нечего. -Если так пойдет и дальше, не выйдет из тебя достойного правителя. Ты понимаешь меня, Арслан? -Да, отец.- Снова так же ответил Арслан, чувствуя, как больно перелавливается горло от… стыда? -Хорошо.- Андрагорас глубоко вздохнул, словно он сам с трудом подбирал слова. Что?! Он?! С трудом?! Может, он хочет сообщить что-то очень неприятное? Странно, но эти мысли не вызвали у Арслана нового приступа отчаяния. -Арслан, я надеюсь, что ты осознаешь в полной мере то, кем являешься. -Конечно, отец… -Возможно, ты прилагаешь мало усилий для этого… Арслан чувствовал, что его сердце бьется, как у попавшей в ловушку мыши, ни один один мускул не дрогнул на его лице. - Я долго обдумывал это решение. Жар обжог с новой силой. Что?! Что за решение?! На мгновение Арслан перестал дышать. Отослать меня… Предательски пронеслось в мыслях. -Тебе нужно набраться опыта, не в столице, в другом месте. Для тебя будет полезно побыть немного в Пешаваре. За тобой присмотрит Кишвард. Все внутри содрогнулось, переворачиваясь. Что?! В Пешавар? Его просто отправят на время в Пешавар? Услышанное не казалось реальным. -Думаю, тебе это необходимо.- Низкий, чуть хрипловатый голос Андрагораса по-прежнему был ледяным. -Хорошо, отец.- Выдохнул Арслан, прекрасно понимая, что царь ничего ему объяснять не будет. -Будет лучше, если ты отправишься в ближайшее время. -Я так и сделаю.- Самый лучший ответ, который только мог дать Арслан. Андрагорас опустился в кресло, даже не взглянув на него и давая понять, что разговор окончен. Арслан склонил голову в знак уважения и отправился прочь.

***

Все могло бы быть намного хуже… Арслан неподвижно лежал на необъятной кровати, под узорчатым покрывалом и изучал замысловатый узор полупрозрачного полога, окружающего его со всех сторон. В темноте этот узор мерцал серыми и черными точками. Отец хочет отослать его. Он не желает, чтобы под его ногами путались, это Арслан понял сразу. Сердце продолжало биться тяжело и медленно. Сон не приходил, несмотря на то, что от усталости болел каждый нерв. Странно, но несмотря на осознание того, что его просто отсылают, чтобы не мешался, на сердце было как никогда легко. Арслан перевернулся на другой бок и белые пряди почти скрыли его лицо. Возможно, люди правы, говоря, что у него мало желания быть настоящим принцем. Может, у него нет подходящих для этого качеств… Но… Арслан любил людей, простых, что живут там, в низу. Он никогда не считал их или рабов ниже себя, хоть и давно перестал говорить об этом с кем-либо. Даже с тем, кого он считал друзьями и близкими людьми. Ничего хорошего из этого никогда не выходило, хотя… если вспомнить, именно из-за этого он смог познакомиться с Азером и друзьями, что были и остаются простолюдинами, которым, из-за «прихоти Его Высочества» позволено учиться в Академии. За одно это можно радоваться этим мыслям. Даже если никто не разделяет их… Это было большой ошибкой, позволить мне столько лет жить среди простых людей… Перед глазами вновь возникло суровое смуглое лицо с густой черной бородой и холодными, как сталь, глазами. Это была твоя ошибка, отец. Арслан закрыл глаза. Впереди его ждет встреча с Кишвардом, это стоит всех разочарований и неудач, что в последнее время так и преследовали его. На сердце было тепло и радостно. Несмотря ни на что.