Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы.

      «… никогда не думал, что сказки старой Нэн окажутся правдой.» Дочитав письмо Джона, Арья положила его вместе с остальными. Брат остался единственным из всех Старков, с кем её хоть что-то соединяло, пусть это и была всего-лишь тонкая, невидимая нить, поддерживаемая редкой перепиской. Про Сансу по-прежнему ничего не было известно. А про мать и Робба она вообще старалась не вспоминать, выработав для себя правило — «я подумаю об этом завтра». То есть, когда закончится война или представится подходящий случай.       Мысленно повторив прочитанные строки, Арья нахмурилась. Это письмо значительно отличалось от остальных. Джон вернулся из-за Стены. Вернулся совсем иным, чем уходил. Он видел то, от чего кровь стыла в жилах. И он больше не считал одичалых врагами.       Поёжившись, словно её коснулся живой мертвец, Арья вышла из покоев и тут же окунулась в потоки солнечного света, лившегося сквозь окна и открытые галереи. Краски ясного дня превращали любые угрозы, изложенные на бумаге, в ничто. В дали сверкала и искрилась морская гладь. Пели птицы. Благоухали сады. Благородные лорды и леди наслаждались праздностью жизни. Прислуга сновала, выполняя всяческие прихоти господ. Гвардейцы, как всегда, несли службу на своих постах. Юг продолжал жить собственной жизнью, ни мало не заботясь о горстке мужчин, стоявших между ними и восставшей из ледяного ада смертью.       Спустившись этажом ниже, Арья увидела своего наставника и незнакомцев с королевской свадьбы. Обернувшись, лорд Тайвин слегка кивнул ей, приглашая к ним присоединиться. Женщина и двое мужчин действительно оказались из-за Узкого моря. Они держались перед десницей уверенно и без привычного для обитателей Красного замка подобострастия. Лорд Тайвин представил их как давних партнёров семьи Ланнистер - банкиров, владельцев верфей и многочисленных кораблей. А вот женщину он выделил особо. «Леди Фьора Милано, известный ценитель искусства и меценат!» — с несвойственной ему галантностью произнёс Тайвин Ланнистер, слегка поклонившись гостье с востока. Она была молода, красива и нисколько не смущалась под восхищёнными взглядами, которые на неё бросали её спутники. Арья, не привыкшая слышать комплименты из уст наставника в чей-либо адрес, ревниво разглядывала чужестранку. Красавица-южанка в ярком алом платье с единственным украшением в виде кулона с рубином, лучезарно улыбалась деснице. Её чёрные как смоль волосы, перехваченные серебряным обручем, свободно ниспадали до самой талии.       — А в Королевскую Гавань Вы тоже приехали ради искусства? — не сдержалась Арья. Внезапно чужеземка перестала ей нравиться.       — Ну что Вы! Лорд Тайвин пригласил нас совсем с иной целью. Впрочем, юной леди это вряд-ли интересно, — ответил за красавицу один из её спутников.       — Позвольте, нам самим решать, что нам интересно, а что нет! — тут же с лёгким смешком осадила его леди Фьора. — Вы же не считаете, что место женщины только за вышиванием?       — Ну, все знают, что это не про Вас!       — А что про Вас? — не удержалась Арья, с детским любопытством уставившись на заморскую гостью.       — Дом Милано весьма уважаем в среде банкиров. И именно миледи возглавляет его последние пять лет, — пояснил лорд Тайвин.       — И весьма успешно, смею заметить! — в словах сира Кристофа, представленного как прославленного мореплавателя, звучало неподдельное восхищение.       — Как интересно, — протянула Арья. Ей захотелось поближе познакомиться с женщиной, которая ни от кого не зависела и сама решала, что ей делать.       Слегка прищурившись от яркого солнца, Тайвин поглядывал на Арью. Его девочка заметно воодушевилась. Куда-то исчезли, появившиеся было, напряжение и настороженность. Втянувшись в беседу, она стала милой, раскованной, непосредственной. Чужестранка её явно заинтересовала. Ещё бы! Ведь она так мало походила на домашнюю курицу, ни на что негодную, кроме как высиживать потомство. А именно этим, по мнению Арьи, и занималось большинство благородных леди в своих замках. Судя по всему, во Фьоре Милано она открыла для себя новые возможности.       Беседуя, Арья, лорд Тайвин и гости столицы незаметно дошли до края верхней дворцовой площадки. Со стены открывался вид на город, кишащий как муравейник всё прибывавшими и прибывавшими людьми. Улицы были переполнены — даже сюда доносились крики разгорячённой толпы. Объявленный турнир в честь королевы Маргери привлекал в Королевскую Гавань всё больше и больше народу. Мелкие людские ручейки сливались в реки, угрожая поглотить и саму Королевскую Гавань, и возвышавшийся над ним замок. Разглядывая хаотичное движение происходившее внизу, Арья полюбопытствовала:       — Леди Фьора, а у Вас на родине проводят рыцарские турниры?       — Это не совсем рыцарские турниры, но тоже состязания в смелости и ловкости.       — Надеюсь, Вы не спешите с отъездом?       — Нет. Жаль было бы пропустить такое событие. А вы, похоже, любите турниры?       — Да.., — от Тайвина не укрылась некая заминка. Арья была вынуждена пояснить. — Это так увлекательно. Но разве должен воин погибать перед толпой, когда его жизнь так нужна в другом месте?       — У многих народов в почёте показать всем свою храбрость и силу. Во многом это дань традициям, — с лёгким удивлением произнёс сир Кристоф.       — В Вестеросе это тоже традиция, — согласилась с ним Арья. Особого желания дискутировать на тему турнира ей не хотелось. Ей показалось, что наставник как-то подозрительно посмотрел на неё, когда она пустилась в рассуждения о расточительности воинских сил на потеху толпе в тяжёлое для страны время. Вообще то она имела в виду угрозу из-за Стены. Письмо Джона не выходило у неё из головы. Но сейчас было не место и не время поднимать тему белых ходоков.       Перехватив взгляд своей воспитанницы, Тайвин отступил от края башни. Идея с турниром была не самой лучшей. Глупая трата сил и средств! И ещё Арья… Определённо она что-то задумала! Надо будет отдать соответствующие распоряжения Скопио. А пока… Кивнув, одобряя мысль своей подопечной, он произнёс:       — Не могу не согласиться с леди Арьей. Турнир во время войны — не лучшая идея. Но на самом деле сейчас всё не так плохо, чтобы лишать людей удовольствия видеть своих героев!       Тайвин отметил, как Арья резко вскинула голову, словно хотела что-то сказать, но сдержалась. Нет, определённо она что-то задумала. Пожалуй, стоит сегодня поговорить с ней — вряд-ли она в чём-то признается, но может, ему всё-таки удастся вправить мозги упрямой девчонке? Ему сполна хватило её прошлых подвигов!       Попрощавшись с гостями, десница и его воспитанница направились обратно, в башню. Лорда Тайвина ждали дела, а Арью — очередное занятие с Иларио. Мимо них шумной стайкой певчих птиц промелькнули и исчезли за поворотом фрейлины новой королевы. То тут, то там раздавались смех и весёлые голоса — жизнь в Красном замке налаживалась. Уже давно ни над кем не довлела тень Джоффри. Времена короля с арбалетом остались далеко позади. Первыми перемены оценили дворцовые коты, вальяжно разгуливавшие по коридорам и залам. До недавнего времени, погружённый в траур замок, тихо скорбел по умершему правителю и приходил в себя, привыкая к правителю новому. Все устали от вечного страха, порождаемого то Джоффри, то войной. Свадьба, подарившая новую государыню наполнила всё вокруг яркими красками. Был объявлен турнир. Жизнь налаживалась.       Слегка кивнув в ответ на приветствие повстречавшихся им сестёр Хайтауэр с матерью, Арья не удержалась и спросила наставника:       — А почему Вы согласились на турнир?       — Люди устали. Праздник отвлечёт их от забот.       — Люди.., — протянула Арья. Лорд Тайвин о людях заботится?       — Хлеба и зрелищ — вот, что требует толпа. И ей лучше дать их, пока она не найдёт себе иное развлечение. И это неплохой повод продемонстрировать всем сомневающимся, что несмотря на определённые сложности, в королевстве всё в порядке, — усмехнувшись ответил Тайвин, поглядывая на воспитанницу. Нет, он не зря беспокоится по поводу этого турнира. Его девочка что-то явно задумала. Но что?       Закусив губу, Арья перевела взгляд на раскидистые кусты гибискуса, росшие прямо под окнами. «…определённые сложности…» — не война, не мятеж, а именно так — «определёнными сложностями» назвал её покровитель то, что стоит между ней и её семьёй… Нет, не будет она сейчас об этом думать и цепляться к словам! Повернув голову, она поинтересовалась:       — У нас теперь тоже будет традиция проводить турнир в честь Маргери, как и в Хайгардене?       — В честь королевы Маргери, — поправил её Тайвин. От него не укрылся саркастический тон подопечной. — Вы же теперь подруги, или я ошибаюсь?       — Д-да.., подруги.., — выдавила из себя Арья.       — Помнишь свою пирамиду на берегу?       — Пирамиду?       — Да. Твоё государство, выстроенное из гальки, — улыбнулся одними уголками губ её наставник. — Чем больше твои владения, тем выше пирамида. А чем она выше, тем прочнее должно быть её основание, больше камни. И чтобы они держались все вместе, надо прилагать определённые усилия. И находить новые камни для её укрепления.       — То есть, Вы сейчас всё это делаете для того, чтобы самый большой камень прочнее закрепился на своём месте и ищете новые на Востоке?       — Умница, девочка!       Глядя сверху вниз на свою подопечную, Тайвин видел как она раскраснелась от его слов. Уже столько воды утекло с тех пор, когда он в Харренхолле именно так хвалил её за сообразительность, но ничего не меняется. Она всё та же — не перестаёт удивлять его.Только вот раньше щёки её так не алели... А может во всём виновато яркое солнце и красные цветы у неё за спиной?       Из-за поворота появился Мейс Тирелл. Попрощавшись с Арьей, Тайвин направился в зал малого совета — дела не ждали. Помимо своего нового родственника ему предстояло ещё обсудить кое-что с Оберином Мартеллом. Принц в очередной раз настаивал на встрече с Горой. Тайвин в очередной раз согласился. И в очередной раз направил Клигану послание с приказом продолжить наводить порядок на мятежных землях и быть готовым в любой момент явиться ко двору.       Незаметно пролетевший день плавно перетёк в вечер. Продолжавший жить своей собственной жизнью город всё так же бурлил, принимая всё новых и новых жаждущих как поучаствовать в поединках, так и посмотреть на состязания. В резиденции короля, напротив, дневная суета уступала место романтическому настроению вечера. Коридоры погрузились в таинственный полумрак, разгоняемый мерцанием факелов.       Для Арьи насыщенный событиями день закончился неожиданным приглашением от лорда Тайвина на ужин. Так поздно они встречались крайне редко. А ужинали вообще впервые. Впереди предстояла долгая ночь. Её покровитель никуда не торопился — и их беседа протекала размеренно и неторопливо. Они успели поговорить о многом: о гостях, строивших лучшие корабли, об оружии, о банках и золоте.       Устроившись поудобнее, Арья поинтересовалась у наставника:       — Союз с Дорном — он нам нужен?       — Когда-то именно Дорн смог противостоять драконам. Сейчас, когда угроза вторжения возникла вновь, такие союзники более чем полезны.       Помолчав некоторое время, она задала вопрос, мучивший её уже давно:       — Смерть Элии Мартелл и её детей — насколько она была необходима?       В повисшей тишине, Тайвин спокойно рассматривал свою подопечную.       — Ну, а ты сама, как думаешь? — слегка склонив голову вперёд, поинтересовался он.       — Смерть невинных всегда чудовищна!       — С этим трудно поспорить. Ну, а всё-таки?       — Я не знаю…       — Не знаешь? — зелёные глаза гипнотизировали, неумолимо требуя ответа.       — Не знаю…       Подождав ещё немного, Тайвин налил себе вина и тихо произнёс:       — Дети имеют особенность вырастать, — отпив из бокала, он вновь выразительно посмотрел на свою воспитанницу, словно призывая самой сделать вывод из начатой им фразы.       — И Дейнерис Таргариен выросла, как того и следовало ожидать.., — подняв побледневшее лицо, одними губами прошептала Арья.       — Да, она выросла. И угрожает тем, кто занял трон, принадлежащий ей по праву рождения.       Нервно теребя салфетку, Арья никак не хотела мириться с жестокой правдой слов своего наставника. Она с детства привыкла слышать «цареубийца» и «убитые по приказу Тайвина Ланнистера дети Таргариенов», презирая и осуждая людей, сотворивших это. Она никогда не задумывалась над тем, что стояло за борьбой за власть. Какие неминуемые жертвы должны были быть принесены, когда трон переходит от одной династии к другой. И вот, получается, сама жизнь даёт ей наглядный урок — что бывает, когда дети свергнутых правителей остаются в живых. Ну, а если бы Джейме не убил Безумного короля, что тогда?       — А что случилось бы, если бы Безумный король остался жив? — подняв голову, она задал новый вопрос своему собеседнику. — Он казнил бы Вас?       — Он казнил бы всех. Сжечь всех — единственное, что он говорил в последние годы. И делал.       — И Вы казнили его внуков.       — Дети и внуки правителей — не просто мальчики и девочки. Это символ власти, претенденты на престол. Оставляя их в живых, победитель оставляет шанс сплотиться вокруг них всем недовольным его правлением и, в итоге, всё потерять.       Откинувшись на спинку стула, Тайвин наблюдал за своей подопечной. Его девочка по-прежнему задумчиво перебирала край салфетки. За то время, что он знал её, она сильно изменилась и одновременно осталась той самой девчонкой из Харренхолла. В ней непостижимым образом сочетались наивность и расчётливость, граничащая с жестокостью. Беспощадность и умение прощать. Детская вера и прозорливость. Уроки с Иларио не пропали даром — сегодня во время беседы с восточными гостями он гордился ею — она показала себя истинной воспитанницей Десницы короля. Да и на свадебном пиру, похоже, сильно шокировала Кивана, пустившись с ним в дискуссию о кредитной политике. Нет, бесспорно, он может быть доволен результатами своих усилий по воспитанию новой Старк по образу и подобию Ланнистеров. Тех Ланнистеров, которых он всегда рисовал в своём воображении — сильных, гордых, независимых, знающих цену себе и окружающим, способных до последнего отстаивать интересы львиного прайда. И, увы, которых он не находил среди людей, носящих эту фамилию по праву рождения. Но его девочка была не так проста — их совместный путь к его мечте ещё очень и очень долог! И всё-таки, седьмое пекло, что она задумала с этим турниром?!       А Арью не отпускало чувство горечи и опустошённости — многое, во что она верила, в очередной раз оказалось пустым. Всю жизнь сострадание, милосердие, долг и честь не имели для неё сослагательных наклонений. Они были — и всё. Так научил её отец. И вот, выходит, что всё зависит от угла зрения — стоит сместиться в ту или иную сторону, и всё предстаёт в ином свете: дети могут оказаться не просто детьми, а потенциальной угрозой, которую надо устранять, если хочешь мира и процветания. А это несовместимо с честью. И сама честь, да и долг становятся весьма размытыми понятиями, если ты присягал тому, кто лишился рассудка.       Отложив наконец салфетку, Арья перевела разговор на то, что взволновало её ещё с утра:       — Милорд, я получила письмо от Джона. Он пишет про удивительные и страшные вещи.       — Я в курсе.       — И что Вы думаете делать?       — Легенды Севера — всего лишь легенды. И нам они не страшны.       — Если всё так, как описывает мой брат — то… Я знаю Джона. Он не из тех, кто паникует по мелочам.       Арья внимательно смотрела на наставника. Лорд Тайвин молча сидел напротив неё, сцепив пальцы перед собой и плотно сжав губы. Мало кто мог сказать, что у него на уме. Но за время, проведённое подле десницы, она научилась улавливать его настроение, мысли и отношение к ситуации. Если относительно предыдущей темы у него было чёткое мнение и твёрдая позиция, то сейчас он колебался. Ему явно не хватало информации. Жизненный опыт с одной стороны рождал определённый скептицизм относительно всего, что касалось тайн за Стеной, с другой стороны, тот же самый опыт не позволял ему просто так отмахнуться от того, о чём ему регулярно сообщали из разных источников. Арья могла бы напомнить наставнику о поездке Тириона на Стену и о его уверенности, что опасность реальна. Но она этого не сделала. Ей так не хотелось, чтобы хоть что-то развеяло ту особую атмосферу, которая установилась за столом.       Ещё больше сгустившиеся сумерки окутали сады и башни Королевского замка. Пробравшаяся на террасу мгла вела неравную борьбу с тёплым светом свечей. Их неровное пламя трепетало на ветру, отвоёвывая у надвигавшейся ночи основания витых колонн, ажурную лепнину перекрытий, плиты каменного пола, раскидистые цветы в вазах, стол, с расставленными на нём яствами и двух людей, засидевшихся за ужином. Девушка, подперев рукой подбородок, мечтательно смотрела вдаль на морскую гладь, рассыпавшиеся по небу звёзды и луну, то прячущуюся, то выныривающую из-за облаков. Мужчина, откинувшись на спинку стула, молча потягивал тёмное вино, наслаждаясь каждым глотком. Установившуюся на террасе тишину нарушали лишь шёпот далёкого прибоя и стрекот цикад в саду. Ароматы цветов смешивались с вином и корицей.       Слегка повернув голову, Арья из-под полуопущенных ресниц посмотрела на лорда Тайвина. Расслабившись, он никуда не спешил. Обычно их дневной обед заканчивался гораздо быстрее, стремительно перетекая в продолжение рабочего дня Десницы. Сейчас он не принадлежал никому — ему не надо было возвращаться к очередным указам и донесениям, его не ждал совет, король, послы, шпионы. Сейчас он принадлежал сам себе и… ей… Ночь и неровное пламя свечей сгладили всегда жёсткие черты, спрятали морщинки, стёрли почти невидимую грань между серебром седины и золотом его волос… Только глаза оставались такими как и всегда — зелёными с яркими искорками, обычно холодными, но теплевшими только для неё одной… И блеск камней на его перстне со львом, так же как и знаке власти на его груди были неизменными.       У Арьи появилось ощущение, что она медленно, но верно идёт ко дну. Но делать что-либо ради своего спасения она не хотела. Ей хотелось только одного — чтобы эта ночь никогда не кончалась…       — Пожалуй, пора спать, уже поздно, — поднявшись, лорд Тайвин подошёл к Арье. Растерянно повернув голову, она не понимала, что происходит — зачем спать? Эта ночь так чудесна, и им так хорошо вдвоём — ей и ему, она в этом уверена! Протянув руку, десница помог Арье встать, отодвинув стул. От его мимолётного прикосновения у неё закружилась голова. Захотелось остановить его, прошептать: «Ночь так длинна, нам ещё столько нужно обсудить!». Но вместо этого, она согласно кивнула:       — Спокойной ночи, милорд. Хороших снов.       — И тебе сладких снов! — мягко ответил лорд Тайвин.       Улыбка, рождённая теплотой в его голосе, не покидала Арью, пока она возвращалась к себе. Появившееся ощущение присутствия в коридоре постороннего, было тут же позабыто. Продолжая хранить воспоминания тепла мужской руки, она не замечала ничего вокруг. Как не заметила и тени, отделившейся от стены. Некто, без явного желания быть обнаруженным, не отрываясь, смотрел в след удалявшейся Арье Старк, покинувшей покои десницы короля после часа волка.