Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы.

      Чёрный Замок остался далеко позади. Вот уже пять дней и пять ночей они ехали по Зачарованному Лесу. Пять дней и пять ночей новой-старой жизни для Арьи и Тайвина, в которой они заново учились быть обычными людьми. Уставать — как все, хотеть есть и спать — как все, мёрзнуть — как все.       Было холодно. Очень холодно. Арья и не знала, что бывает так холодно. Холод пронизывал до самых костей, кусал за нос и щёки, норовил оставить без пальцев на руках и ногах. Она плотнее куталась в одежду, принесённую Джоном, натягивала капюшон чуть ли не до самых глаз и не переставала радоваться каждому дню и каждой ночи. От запахов зимы у неё кружилась голова, а мясо, приготовленное на костре, ей казалось вкуснейшим из всех блюд, когда-либо пробованных ею. Мир снова обретал краски, и хотелось жить! Жить, а не существовать!       Рядом с ней ехал Тайвин. В чёрном меховом плаще, он чем-то сейчас напоминал ей дядю Бена. Ему тоже было холодно, как и ей.       Почувствовав на себе взгляд, Тайвин обернулся. Арья. Она была рядом, как и всегда. И, как всегда, мёрзла. Ему их возвращение в мир живых далось намного легче. Но и ему было холодно. А ещё радостно от того, что вернув способность чувствовать все краски этого мира, боги не лишили его своих даров. Он по-прежнему ощущал себя молодым и полным сил. Каждую ночь, прижимая к себе Арью, он еле сдерживался, помня о людях, спавших в шаге от них. А она, дрожа от холода, льнула к нему всё сильнее и сильнее, пряча лицо и озябшие пальцы у него на груди. Он обнимал её, укрывая своим плащом, а сзади к её спине пристраивалась Нимерия. Так они и спали втроём — Тайвин, Арья и лютоволчица. А днём все вместе ехали дальше.       Их небольшой отряд возвращался в стойбище. После того, что с ними случилось, одичалые ещё больше уверовали в их с Арьей магическую силу. Да и он сам готов был поверить уже во всё, что угодно. Но, самым главным сейчас для них было — не растерять веру в себя. А это оказалось труднее всего. После того, как Дейенерис Таргариен фактически подарила Королю Ночи дракона, шансы противостоять ему таяли как снег. С Джоном Сноу и Роббом Старком они договорились, что Ночной Дозор сделает всё, чтобы не позволить ходокам поднять крылатую тварь со дна озера. Но, легко сказать, да трудно сделать. Ни Тайвин, ни братья большого энтузиазма и иллюзий по этому поводу не испытывали. Им всем почему-то казалось, что обрети Властитель Тьмы дракона, одними полётами он не ограничится. Что-то будет ещё. Хотя, что — предположить было невозможно. Ну не смертельное же для себя пламя он будет изрыгать?       Другой, уже не связанной с драконом проблемой, была новая война, которая разгорелась по ту сторону Стены. Ох, как это всё было не вовремя. Он толком ничего не знал о том, что происходило сейчас в столице, в Утёсе Кастерли. Но, вряд ли что-то хорошее. Дейенерис чётко дала понять, что она намерена взять Королевскую Гавань и, что именно там будет ждать приезда Старков. Что они решат? Преклонят колено, в обмен на Рикона или не поверят ей? Что будет с Серсеей, Томменом, Джейме? Всякий раз, думая о них, Тайвин уже готов был повернуть коня обратно на юг, но воспоминание о единственной встрече с Королём Ночи останавливало его…       Стойбище встретило их радостными криками и ликованием толпы — Вольный народ приветствовал Звезду Севера и Сумеречного Льва. Весть о том, что с ними случилось, разнеслась быстрее пожара. Отныне, каждый одичалый знал, что их вождь и его женщина оберегаемы богами. Что однажды они спасли их от участи Иных, а сейчас не позволили сгореть в пламени дракона.       По прибытии, Тайвин сразу же отправился к Реймару, а Арья осталась в шатре. Она устала и никак не могла согреться. А ещё всё было странно. Не привычно. Не так, как она помнила. Андорра что-то спрашивала её, а Арья не могла собраться с мыслями, отвечая невпопад. В итоге, позаботившись об обеде, девушка ушла, видя, что их королева хочет побыть одна.       Оглядывась по сторонам, Арья всё никак не могла поверить, что это то место, в котором она провела столько дней и ночей. Она озиралась, словно видела их с Тайвином жилище впервые. Она раньше не замечала, как здесь промозгло и как задувает ветер. И как здесь пахнет сохнущими у костра шкурами, старым мехом, подоткнутым для теплоты под их ложе. А ещё, давно не мывшимися людьми, что то и дело заглядывали к ним в шатёр. Как здесь, должно быть, воняет летом!       Уныло подцепляя ложкой рыбную похлёбку, Арья давилась бульоном. Суп был жирным, от деревянной посуды несло чем-то кислым. В этот момент ей на миг захотелось снова стать прежней, чтобы ничего этого не чувствовать и не замечать.       Когда тёплая сытная пища достигла дна желудка, Арья почти примирилась с тем, что она ела и с тем, что было рядом. Перестав мёрзнуть, она уже веселее взглянула на мир вокруг себя. Пусть так, но всё это временно! Они победят Короля Ночи, победят дочь Безумного короля и вернутся домой.       После съеденного её потянуло отдохнуть — усталость, накопившаяся за дни, проведённые в седле, давала о себе знать. Пристроившись у костра, она незаметно для себя задремала.       Арья не слышала, как пришёл Тайвин. Не видела, как он долго сидел на пеньке, смотря на неё сквозь полуприкрытые веки. Как тяжко вздохнув, каким-то ему одному ведомым мыслям, встал, стягивая с себя камзол. Как осторожно, чтобы не разбудить её, отнёс на кровать и снял с неё сапоги, штаны, дублет. Ничего этого она не почувствовала. Как и того, как он лёг рядом с ней и, обняв, прижал к себе…       Проснулась Арья уже ближе к рассвету, не совсем понимая, как и когда она успела раздеться, и каким образом рядом с ней оказался Тайвин. Её голова покоилась на его руке, а её собственная ладонь, проскользнув под нательную рубашку, лежала у него на груди. От ощущения тепла его кожи, внутри у Арьи растеклось что-то похожее на нежность.       Слегка приподнявшись на локте, она всматривалась в черты лица, едва различимые в полутьме. Лоб, смеженные веки, лучики-морщинки в уголках глаз, которые она скорее угадала, чем увидела. Нос с горбинкой, губы, всегда плотно сжатые, а сейчас слегка приоткрытые. Она знала каждую чёрточку его лица, знала и могла воспроизвести на память. Всё такое родное, … знакомое, … его. А вот взлохмаченные во сне волосы были словно чужие — никогда её Лев на людях не был таким растрёпой. Потянувшись, Арья пригладила дерзкие пряди. От её движения Тайвин проснулся.       — Прости! Я не хотела будить тебя! — прошептала Арья ему в самое ухо.       — Прощаю, — услышала она ответный шёпот. Его губы, оказавшись совсем рядом, скользнули по её шее и тут же поднялись вверх, завладев её губами...       Их второй раз был неистов, скор и стремителен. Не прерывая поцелуй, Тайвин прошёлся руками по её телу, задержавшись пару мгновений на груди, животе и, подмяв под себя, тут же вошёл в неё. Не ожидая такого натиска, Арья вскрикнула. Ей хотелось большего, чего-то совсем другого… Вскоре, от его резких движений, внутри стало тепло и влажно, а внизу живота скрутился вязко-тягучий узел, предвещавший нечто удивительное. Распластанная под мужским телом, Арья обвила его руками и ногами, подаваясь вперёд, навстречу каждому движению… Излившись, Тайвин перекатился на спину и тут же прижал её к себе. Его сердце бешено колотилось прямо ей в ухо. Пытаясь отдышаться, Арья вся обмякла, прислушиваясь к нежной ласке его пальцев, гулявших по её спине…       На смену ночи пришло утро, а затем день. Вчера она так и не успела поговорить с Браном, встретиться с Мирой, узнать как дела у Берты, и как продвигается заготовка провизии.       Пока Арья обошла все шатры, что собиралась, повидалась со всеми, с кем хотела — вновь наступил вечер. А за ним — ночь. Отныне ночи стали для неё жаркими, а дни — по-прежнему холодными. Арье всё никак не удавалось согреться. Принесённая Джоном одежда, оказалась не такой тёплой, как Арья рассчитывала. Похоже, её мучения ни для кого не были секретом.       Однажды, морозным утром, когда Тайвин уже ушёл, к ней пожаловали её «фрейлины». Первой выступала Ирис, неся что-то объёмное и пушистое на вытянутых руках. Серо-голубое облако оказалось плащом, сшитым из серебристой норки. Длинным, двусторонним, с тщательно заделанными швами, призванным оберегать Королеву-за-Стеной от холода.       Церемония преподнесения дара затянулась. Смеясь и шутя, девушки наряжали свою «государыню». Последним действом в их ритуале «обретения плаща» было скрепление его деревянным подобием булавки, украшенным бледно голубыми кристаллами и жемчугом. Застёжка никак не хотела сидеть в сделанном для неё отверстии, так и норовя выскочить. Но всё-таки, Андорре удалось с ней совладать.       Появившийся на пороге Тайвин, с удивлением на лице созерцал всё, что происходило в их шатре.       — Как Вам мой новый наряд, Ваше Величество? — кокетливо поинтересовалась Арья, скопировав тон и манеры Маргери Тирелл.       — Вы, как всегда прекрасны, моя Королева! — сделав шаг ей навстречу, Тайвин едва заметно улыбнулся одними уголками губ, а в его зелёных глазах заплясали золотые искры. Арья почувствовала, как её щеки заалели, а сердце забилось так, словно намеревалось выпрыгнуть из груди.       Взяв её руку, Тайвин коснулся губами пальцев, опалив её кожу своим дыханием. До Арьи донёсся восторженный вздох «свиты». Андорра, Ирис, Керри и сестрёнка Лайеллы во все глаза смотрели на Сумеречного Льва и его Звезду. Странный для них ритуал с поцелуем руки им явно понравился.       Повернувшись к девушкам, Король-за-Стеной церемонно произнёс:       — Вынужден похитить у Вас мою Королеву. Нас ждут.       Под смущённое хихиканье, стайка одичалых девиц потянулась из шатра.       — Тайвин, — укоризненно произнесла Арья. — Зачем ты разогнал моих «фрейлин»?       — Зачем? — зелёные глаза продолжали смеяться, искря золотом. — Вот — зачем!       Не успела Арья опомниться, как её сгребли в охапку и оторвали от земли. От жадного поцелуя закружилась голова… Когда она вновь почувствовала почву под нетвёрдыми ногами, Тайвин, как ни в чём не бывало, пояснил:       — Реймар и Берта ждут нас.       В шатре у Реймара ярко пылал огонь, пахло мясом, что было насажено на вертел и травами, разложенными рядом. Дик и успевшая присоединиться к нему Керри, чем-то увлечённо занимались, оторвавшись лишь на мгновение, чтобы поприветствовать короля и королеву. Подойдя поближе, Арья с удивлением обнаружила маленькие жернова, меж которых было насыпано зерно. Мальчик сосредоточенно поворачивал ручку, а его сестра следила, чтобы ни крошки не упало на пол. Получавшаяся в результате их совместного труда мука, скапливалась в выемке, откуда её периодически доставала Берта.       — Сегодня у нас праздник! — пояснила женщина. — Зерно у нас редко бывает и мало кто умеет из него что-то делать. Но когда оно появляется, то это всегда праздник.       Пшеницу они привезли из Чёрного Замка — Джон выделил им пару мешков. Больше не смог. Да больше никто и не просил — как верно заметила Берта, мало кто умел получать из неё муку. Только те, кто когда-то жили по ту сторону от Стены. Арью нисколько не удивило, что именно в шатре Реймара оказалась эта маленькая мельничка. «Интересно, а если порыться, может у него и дорнийское или арборское сыщется?» — подумалось ей.       Глядя как ловкие руки Берты управляются с тестом, Арья поняла, как соскучилась по хлебу. Обычному хлебу, с его хрустящей корочкой, мякишем и ароматом домашнего очага.       — Помочь? — вполне искренне поинтересовалась она.       — Не стоит! — глаза женщины хитро сверкнули. Похоже, ни для кого не было секретом о том, как ловко Арья управлялась с «кухней» до своей «коронации». Не смея настаивать, «государыня» сняла своё новое роскошное одеяние и аккуратно положила его на пенёк, служивший стулом.       — Нравится? — тут же поинтересовался Дик, кивнув в сторону накидки. — Мы все вместе но́рок ловили!       — А мы помогали! — дополнила Керри. — А эту красоту тоже я придумала!       — «Красоту»? — переспросила Арья у Керри.       — Камушки. Теперь у тебя звезда в волосах и на плаще. Красиво ведь?       — Очень! И спасибо! — Арья была растрогана.       — Иногда так важно, верить во что-то хорошее, — улыбнувшись, произнесла Берта, раскладывая тесто на аккуратные, ровные колобки. — В сказку, — пояснила она, поймав недоумённый взгляд Арьи. — Сказку про Короля и его Королеву.       — Теперь у Королевы Севера есть королевский плащ! — важно изрёк Дик. — Всё, как и должно быть!       — И откуда ты знаешь, как это должно быть? — пряча улыбку, спросила Арья.       — Нам отец рассказывал! — важно пояснил Дик. — Что должна быть корона. Плащ должен быть — королевский. Теперь всё, так как надо! Вот только корону сделаем!       — А без короны можно? — едва сдерживая смех, продолжала расспрашивать Арья.       — Н-не знаю… Но Манс был без короны, значит — можно! А плащ получился, как надо!       — Ага! — поддержала Керри брата. — Он такой, чтобы ты не мёрзла, когда будешь биться с холодом!       — А я буду биться с холодом?       — Да! Хочешь, я тебе расскажу — как?       Пристроившись на пеньке, Арья слушала легенду про Звезду Севера и Сумеречного Льва, про их битвы, что уже были и те, которые им ещё предстоят. Мать рассказчицы, то и дело кивала, подтверждая слова дочери, когда та обращалась к ней за свидетельством правдивости её истории.       Одна легенда сменяла другую, едва поспевая за колобками, которые ловко катала Берта, а потом, столь же проворно разминала. После того, как все они превратились в одинаковые круги, женщина принялась сгребать угли вокруг большого выпуклого чана, водружённого в центр прогоревшего костра. Когда странная посудина оказалась наполовину вкопанной в красновато-пепельную кучу, Берта взяла лепёшки и аккуратно прилепила их внутрь к глиняным стенкам.       — Ну, вот и всё! Осталось только немного подождать! — отряхнув руки, она поднялась с колен. Внимательно посмотрев на сидевшую рядом Арью, Берта тихо произнесла: — Как ты? Привыкаешь?       — Привыкаю.., — судорожно сглотнув, одними губами прошептала Арья.       — Тебе правда плащ понравился? Андорра сказала, что ты постоянно мёрзнешь.       — Мёрзну… За плащ — спасибо!       — Ну и хорошо!       От чана с лепёшками повеяло хлебным ароматом. Сначала едва слышно. А потом всё сильнее и сильнее. Постепенно этот чудесный запах добрался до настила, на котором сидели мужчины. Реймар, а вслед за ним и Тайвин, повернули головы. Только Бену Старку было всё равно, что происходило у него за спиной. У Арьи стало сумрачно на душе — дядя так и остался полуиным. Если бы он поехал к Стене вместе с ними, может, он тоже уже был бы человеком. Но его с ними не было.       Мужчины обсуждали планы битвы с Королём Ночи. До неё долетали отдельные слова: ходоки.., дракон.., огонь.., … обезопасить.., укрепить… Арье хотелось встать, подойти и принять участие в беседе. А ещё ей хотелось сидеть здесь, поближе к огню и ни о чём не думать, а просто ждать, когда испекутся лепёшки. Она так давно не ела свежеиспечённые лепёшки.       Рядом знакомо затряслась земля — кто-то из великанов подошёл к шатру. Через мгновение полог откинулся, и на пороге появилась Мира Рид, а следом и гигантские руки Вун-Вуна, с Браном. Поспешившие на помощь дядя Бен и Реймар, занесли его внутрь.       — Ну, кажется, все в сборе! — скомандовала Берта. — Садимся за стол!..       На следующий день, облачившись в свой «королевский плащ», Арья в сопровождении Андорры, Миры Рид и Ирис наведалсь к лучникам. На стрельбище было многолюдно. За то время, что они ездили к Стене, кузнецы придумали новые наконечники — из железа с добавлением небольшого количества обсидиана. Даже крошки драконьего стекла оказалось достаточно, чтобы мертвяки превращались в ледяную пыль. Новые стрелы были лучше прежних, которые в неумелых руках летели куда хотели. С этими же неплохо управлялись и новички. В том числе женщины и дети. Желающих потренироваться в стрельбе по соломенным мишеням было много.       — Это мой брат Ирэк сообразил смешивать стекло и сталь! — похвасталась Ирис. — Он помогает Джастину!       — Что, у кузнецов появились помощники? — удивилась Арья.       — Да! Теперь в огненном шатре кроме воро́н ещё двое наших!       — Ясно, — кивнула Арья. Это была хорошая новость — новое оружие, на которое почти не уходил драгоценный обсидиан.       — Пойдём! Я тебе покажу!       — Я не.., — Арья замялась, не зная как объяснить своё нежелание появляться в кузне Джендри. Слишком хорошо она помнила свой первый и последний визит туда, и как там появился Тайвин.       — Но ты же королева! Ты должна всё видеть и знать! И что ты расскажешь Сумеречному Льву? Разве не ты отвечаешь за оружие? — Ирис была удивлена её непонятными сомнениями и нерешительностью.       — Я.., — Арье пришлось согласиться.       Пока они шли по направлению к кузне, за ними увязалась Керри. Дочка Берты обожала огонь и оружие. Но её, как назло, к ним не подпускали. А вот со Звездой у неё был шанс взглянуть на магию стали и пламени.       Из шатра, где была кузница, доносился разноголосый звук молотов — больших и маленьких. Действительно, похоже, оружейных дел мастеров у них поприбавилось. Ступив под навес, Арья не сразу сообразила, кто из кузнецов — Джендри. Издали все они были похожи словно братья — мускулистые, черноволосые, в жилетах, надетых на голую грудь.       — Ирэк! — выскользнувшая из-за её спины Ирис, подскочила к тому, кто стоял ближе к ним. — Мы пришли посмотреть на вашу работу!       — Вот — для стрел, а там — кинжалы и мечи! — парень был явно горд собой и, воодушевившись, показывал то, что они делали.       Арья взяла маленький наконечник и принялась его рассматривать. Небольшой, шестигранной формы, с острым концом, он, действительно, был намного лучше тех, что они раньше использовали в борьбе с ходоками — кусок драконова стекла, прикреплённый к древку.       В кузнице было душно. Полыхавший огонь сыпал искрами, разлетавшимися во все стороны. Пытаясь не поджариться, Арья отступила пару шагов назад. Было жутко неудобно изучать то, что протягивал ей Ирэк, и, одновременно, удерживать так и норовивший соскользнуть «королевский плащ». Застёжка постоянно выскакивала из прорези, а тяжёлый мех съезжал вниз по спине. В итоге, устав от этой возни, она вернула наконечник в корзину и сняла накидку, собираясь перестегнуть булавку заново.       — Позвольте, Ваша Милость…       — А?! — Арья аж вздрогнула от неожиданности. В шаге от неё стоял Джендри с протянутой рукой. — Если посадить это на сталь, то будет надёжнее…       — Я.., — Арья хотела отказаться, но, как назло, именно в этот момент деревянное крепление надломилось, и застёжка распалась на части. Из-за спины до неё донеслось разочарованное «ах-х-х». Керри, расстроившись, что их чудесное украшение просуществовало столь не долго, готова была расплакаться.        Совсем растерявшись, Арья вложила в мозолистую ладонь кузнеца то, что осталось от подарка.       Подозвав своего напарника, Джендри взял что-то, похожее на корявую, погнутую спицу и, зажав её в щипцы, направил в огонь. Металл стал краснеть, становясь почти одного цвета с пламенем. Раскалившись, он словно ожил и задышал. Подождав пару мгновений, Джендри переместил его на наковальню, и, взяв маленький молоток, стал аккуратно и точно наносить по нему удары. Остывая, железо темнело, становясь менее податливым.       Арья, как зачарованная, смотрела на таинство, что свершалось в двух шагах от неё. Лица мужчин, склонившихся над наковальней, были загадочны и суровы. От них веяло силой и мощью. Танец полыхавшего огня рождал причудливую игру света и тени, окрашивая и людей, и всё что их окружало, в багряные цвета. «Наверное, именно так и выглядит Кузнец», — пронеслось в мозгу у Арьи.        Тем временем уже ровная спица вновь была погружена в пламя. Раскаляясь и краснея, она багровела, словно закат над морем. Когда заготовка снова оказалась на наковальне, Джендри начал сворачивать из неё спираль, оставив свободным длинный конец. Пару раз ударив по нему молотком, он заострил его наподобие большой иглы или булавки.       — Ну, вот, почти всё.., — довольно пробормотал Джендри. Придирчиво осмотрев то, что у них получилось, он погрузил спираль в стоявшее рядом ведро. Сталь, попав в воду, зашипела, обдав паром его руки. Через пару мгновний, остыв, она стала тёмно-серой и удивительно гладкой — идеально ровный завиток с длинным острым концом.       — Как это.., — у Ирис явно не хватало слов. Счастливая Керри не могла сдержать восторга от того, что жизнь их подарку была продлена столь чудесным образом.       — Эй, новое железо! — не глядя ни на кого, в кузню ворвался весь припорошенный снегом парень.       — Идём! — второй кузнец кивнул Ирэку. — Посмотрим, что там нам притащили.       — А Лорри с вами? — Ирис, внезапно утратив интерес ко всему происходящему, выскочила из шатра вслед за остальными.       — Я сейчас, только закончу! — не прекращая работу, крикнул им Джендри. Отделив от деревянных обломков кристаллы и жемчуг, он поместил их на новую застёжку. Искрящийся горный хрусталь — по центру, слегка поджав его для надёжности щипцами, а жемчуг — по расходящимся кругам спирали. Получившееся украшение было и красивым, и надёжным. — Вот тут выемка, — показал он Арье: — Если потянуть, то встанет в замочек, и тогда точно не выскользнет, — его пальцы, слегка надавив на край спирали, зацепили свободный кончик с длинной ножкой.       Взяв протянутое ей украшение, Арья тихо произнесла слова благодарности:       — Спасибо…       — Не за что.       Её новая застёжка сверкала и переливалась. Горный хрусталь сиял подобно звезде. Жемчуг мягко оттенял красоту меха. Протащив острый конец сквозь прорезь у горловины, Арья никак не могла справиться с коварным хвостикам и зацепить так, как показал Джендри.       — Я помогу! — приблизившись вплотную, он взял у неё из рук непослушное украшение. Его лицо оказалось совсем рядом. Сосредоточенный взгляд, плотно сжатые губы, сильные пальцы мускулистых рук... От их близости Арье стало неловко. Слегка повернув голову, она старалась не коснуться его носа, волос. А подлая булавка всё никак не поддавалась... Наконец, закрепив кончик, Джендри проверил прочность соединения и отступил на шаг:       — Думаю, теперь Ваша накидка не будет соскальзывать.       — Как красиво.., —  выдохнула Керри, вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть то, что получилось.       — Спасибо, — ещё раз поблагодарила Арья, облегчённо выдохнув. Хвала богам, что никто не вошёл в этот момент. Если бы здесь оказался Тайвин и увидел…       …Тайвин всё видел… Всё… Всё… Он словно споткнулся о кучу дров, наваленную перед кузней. Потом его кто-то позвал. Он не помнил кто именно и, что ему было надо. Тайвин не был даже уверен, что видел этого человека. Перед его глазами всё ещё стоял силуэт, закутанный в серебристо-голубой мех и другой, словно приклеившийся к нему...       Арья и … бастард. Арья и … Джастин. Арья и … Джендри. Их головы были так близки. Их лица были так близки… Их губы…       Перед глазами Тайвина всё багровело. Чернело. Накатывало дурной мутью. Поднималось отвратительной желчью из самых глубин...