Наперекосяк

Осеннее солнце пробивалось сквозь окна вагонов огромного локомотива, который ждал своих пассажиров на станции 9 ¾, чтобы доставить юных волшебников в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Вагоны еще были пусты, а на перроне наблюдалось  несколько человек, ведь до отправления поезда оставалось целых два часа. Но в одном купе уже сидел юный волшебник. Черные волосы, за челкой которых скрывался знаменитый шрам, серый джемпер, обычные, школьные брюки и извечные круглые очки. Мальчик внимательно смотрел в окно, но казалось, что ничего не видит в нем.  Его поглотили воспоминания.  Сначала Гарри думал про это лето. Про то, как он жил у Дурслей. Эти каникулы определенно были другими. Гарри сразу, по приезду, решил поговорить с дядей так, как этому учила Панси.   — О, вернулся, — фыркнул тогда недовольный дядя. — Можно. На пару слов, — Поттер внимательно смотрел в крохотные глаза мужчины, испытывая того на силу воли. Как только мужчина отвел взгляд, мальчик почувствовал себя увереннее: первый раунд был за ним. — Что тебе нужно, щенок? — Давайте так. Я не мешаю вам, но все делаю. А вы за две недели до сентября отвозите меня в Лондон, — он снова упрямо осмотрел в глаза Дурслю. — Ты мне еще условия ставить будешь, несносный выродок? — Ну, если вы не хотите, чтобы было как в прошлом году, то… Да. — Хорошо, — нехотя согласился тот, а по спине побежала нервная судорога, от воспоминаний хвоста Дадлика. — Вот, и отлично.   Вернон сдержал обещание, и в середине августа Гарри Поттер был один в центре магической Британии. Что он делал?  Готовился к школе, покупал необходимые книги, вещи, и просто гулял по Косой аллее, заглядывая в витрины магазинов с волшебными игрушками для детей, различных приспособлений и просто различных лавочек, которых там было не счесть. Но мимо Сладкого Королевства он не смог пройти ни разу, сколько был на волшебной улице.  Да, и кажется, что даже взрослый бы не удержался, засмотревшись, как мыльные пузыри лопаются, а из них в ладошки осыпаются сладкие леденцы. Гарри пробовал новые сладости каждый раз, но ни одна не могла сравниться с Шоколадными лягушками. Теперь мысли медленно вернулись к Рождеству, и тому, что было после. К тем событиям, в которые они ввязались и… Чем все закончилось. Улыбка и хорошее настроение исчезло с лица, а второкурсник погрузился в раздумья, пока дверь купе не открыла и с громогласным воем «Гарри», к нему не подлетел Уизли. — Привет, Рон, — улыбнулся он. — Привет, нет, ты видел. Все лето «Пророк» только это и мусолит. Нет, я просто не могу… — Что, Уизли, еще в школу не вернулись, а уже не можешь? — Спросил Блейз, открывая дверь купе и пропуская перед собой Паркинсон. — Гарри, — обняла она его, опустившись рядом. — Привет, ребята, — ответил мальчик, снова улыбаясь. — Так, о чем я? А, точно. Вы читали «Пророк»? — Снова загорелся Рон. — Ты все по этому поводу нервничаешь? — Спросила, появившаяся в купе, Гермиона. — Всем привет. — Привет, — ответил нестройный ряд голосов. — Да, — ответил мальчик. — Это как можно было… Но Гарри смотрел, как поезд медленно набирает ход, а Драко все еще не было. Конечно, может он сел в другое купе, или сразу появится в школе. Но мальчик начинал нервничать. Вдруг, мимо окна их купе прошла фигура, знакомая Гарри. Это был Люциус Малфой.  Значит, Драко где-то в поезде. Тут, маг остановился и поднял глаза, как раз встретившись с изучающим взглядом мальчика. Внутри Поттера все замерло, а светловолосый Лорд лишь приподнял уголки губ и сузил глаза…  — Да, о чем вы? — Тут же отвернулся он от окна, снова пытаясь вклинится в разговор. — Все о том же, — устало ответила Панс. — Слушай, Рон, если считаешь, что об этом нужно кричать на всю Косую аллею и отстаивать, что ты там был, и все видел, то я настаиваю на обратном.  — О чем вы так громко спорите?  Вас слышно с другого конца поезда — В проеме двери показался Малфой, сияя новой мантией. — Драко, — улыбнулся Гарри, смотря на мальчика. — Привет, Поттер, — так же мягко ответил Хаффлпаффец. — Ну, так о чем вы? Теперь все купе было в «комплекте». Драко опустился на кресло рядом с Блейзом и Уизли, и внимательно стал слушать претензии рыжего. — Ты все об этом? — Не выдержал он. — Слушай, Уизли, неужели тебе эта «Слава» так нужна? — Но это мы были там, — не унимался мальчик. — Мы прошли через эти Мордредовы силки, через эту стаю ключей. И партию в шахматы, тоже сами разыгрывали. Нет, Забини? А вся школа, да и теперь еще и «Пророк», говорят о том, что все это сделал один Невилл. — Рон, тебе так внимание, что ли, нужно? — Удивилась Панси. — Хочешь, мы тебе устроим. Не отмахаешься потом, — поддержал подругу Блейз. — Но, это же не честно. Все сделал ты, Гарри. Особенно там. — А ты откуда знаешь? — Спросил недоверчиво Драко. — Нет, Поттер, я тебе, конечно, верю. Но… — Дело даже не в этом, — вмешалась Грейнджер. — А просто, Рон, говорит о том, что Лонгботтом приписал все себе. — И? — Устало спросила Панси, которую этот разговор достал еще весной. — Вы мне просто объясните, что вы привязались к этому несчастному Лонгботтому? Ну, захотелось ему… А может, и не ему. Откуда вы знаете?  — Да, — дополнил Забини. — А то, что это раздули до мирового масштаба и даже назвали его « Новым Героем, который победил Того-Кого-Нельзя-Называть», ни о чем еще не говорит.  Думаю, Гарри, тебе это было бы не нужно. — Нет, — покачал головой Поттер. — Ну, вот, тем более, что попечительский совет, — продолжил Блейз, нерешительно смотря на молчаливого Малфоя. — Да, попечительский совет летом устроил проверку в школе по вопросам безопасности студентов, — ухмыльнулся Драко, вспоминая, как отец ворвался в госпиталь на следующие утро, после их «Геройств». — Бедный «Пушок».   — Драко, — властное эхо прокатилось по сводам госпиталя. — Вам сюда нельзя, они отдыхают. Пациентам нужно набраться сил, — защебетала мадам Помфри. — Я — член попечительского совета школы. И, если вы сейчас не уйдете с моего пути, то, поверьте, замучаетесь с проверками вашего больничного крыла, — осторожно и очень «деликатно» пригрозил Лорд Малфой. — Хорошо, только не долго, — и женщина скрылась за дверью кабинета. Люциус прошел между стройных рядов больничных коек, в самый конец, где лежали шестеро первокурсников. Внимательно окинув взглядом каждого, Малфой-старший принял решение, что все сначала услышит от сына, а после будет решать, почему его наследник лежит на соседней койке с грязнокровкой и предателем крови. — Что случилось? Мне написал Северус, что ты здесь, — наложив заглушающие чары, спросил тот. — Он нас вытащил… Отец, это долго объяснять.  — Я никуда не спешу, — поудобнее расположился на неудобном стуле сиятельный Лорд, поправив серебристую мантию. — Тебе крестный не рассказал? — Внутренне содрогаясь, спросил Драко. — Я хочу услышать твою версию. — В общем… — И рассказ затянулся минут на пятнадцать. — … Ну, а сейчас мы узнали, что Лонгботтом, оказывается, такой молодец, победил… Темного Лорда в одиночку. — Так, это сделал Поттер? — Внимательно посмотрел он на мальчика, который только проснулся в койке напротив. — Да, — качнул головой Малфой-младший. — Значит так, слушай меня внимательно, Драко. Я не буду сейчас принимать поспешных решений, но прошу тебя об одном. И передай это всем… Героям, — Люциус обвел взглядом всех детей, остановив внимание на двух девочках, головы которых были перебинтованы. — Раз уже сказали, что все сделал наследник Лонгботтомов, то пусть так и остается. Ты должен понимать, как наша семья… И семьи других чистокровных волшебников, могут пострадать, если Лорд узнает, что вы были там. Ведь тебя и Мистера Забини с Мисс Паркинсон там не было, в комнате с Квирреллом?  — Н-нет, — ответил мальчик. — Хорошо, тогда пусть будет так, как есть. Тем более, если директор поддержал эту версию, не думаю, что вся школа поверит вам, шестерым. Ведь так? — Да, отец. — Поправляйся, Драко, — снисходительный взгляд скользнул по заклеенной щеке. И Лорд встал со стула, снял чары и направился в сторону выхода. — Приветствую вас, Лорд Малфой, — качнул головой Блейз, когда Люциус посмотрел на мальчика. — Приветствую, юный наследник рода Забини. Как ваше самочувствие? — Бывало лучше, — гордо ответил Блейз. — Отписать вашей матери о вашем состоянии? — Поинтересовался Малфой-старший, стараясь скрыть улыбку. — Нет, не стоит… Ее бес-спокоить. — Поправляйтесь, — и мужчина покинул больничное крыло.   — И сколько крику потом было? — Драко вернулся обратно в купе, когда Уизли чуть не засветил ему в лоб книгой, импульсивно что-то доказывая. — Слушай, Уизли, — не выдержал уже Малфой. — Давай расставим все точки над «и», и забудем об этой истории. Значит, первое. Все живы. Второе, твой факультет выиграл кубок в прошлом году за геройство этого «Героя». Что ты плачешь? И третье. Сейчас Лонгботтому можно только посочувствовать из-за того, сколько интервью он дает… — Твоя идея? — Спросила Панс. — Нет,  — покачал головой Драко.  — Отец? — Смекнул Забини. — Да, — ответил Малфой. — И, если ты так хочешь славы, то никто не держит. Посмотри, как сразу мальчик стал популярен. Вперед. Но, просто, я надеюсь, что мозги у тебя не вышибло, когда ты упал с коня. И хоть немного, да сообразишь, чего делать не нужно. На этом, наконец-то, тема была закрыта раз и навсегда. Все теперь обсуждали новые предметы, и, конечно, предстоящие турниры в Квиддич. Кубок уже был в руках у Хаффлпаффа, ведь Драко поймал снитч на последнем матче, как на сцену вышло «Геройство» того тупого Грифа. И все в момент перевернулось. Лишние сто баллов, и Гриффиндор выигрывает кубок школы. Тогда в шоке были все. Даже Рон и Гермиона. Это, наверное, был первый раз за весь год, когда они не радовались вместе с факультетом.  Но сейчас, ребята были настроены на победу… И даже, не очень честную. — А вдруг, он разобьется? — Попыталась вставить Панси, когда Драко предложил скинуть Невилла с метлы, на которой тот держится всем, иногда казалось, что даже зубами. — Лонгботтом? Ты что? — Ответил Рон. — Его поймают. Он же — Герой.  — Да, — поддакнул Гарри.  — Злые вы, — ответила Паркинсон и вернулась к обсуждению нововведений в Зельеварении и Колдомедицине с Блейзом и Грейнджер.

***

Пир проходил в обычном, «стандартном» режиме. В этот раз, ребята решили, что каждый вернется за свой стол, чтобы не путать первогодок. Поэтому сейчас Драко сидел среди «любимого» курса и факультета.  — О, а вот и наша Королева Драмы. Что, Малфой, в этом году не такой впечатлительный? — Громко спросил Смит, сверкая карими глазами. — Захария, — протянул он, переводя скучающий взгляд на однокурсника. — Что, волдыри сошли? Разговаривать можешь? — Ты мне за это еще ответишь, пожирательский выродок, — выплюнул Смит. — Лучше быть пожирательским выродком, чем полукровкой или бастардом, — ответил Малфой. — О-откуда…  — Задохнулся Смит. — Кто владеет информацией, тот владеет миром. Запомни, Захария, — победоносно заявил мальчик, переводя взгляд на другие столы. И столкнулся с изучающим взглядом Поттера. Вздернув белесую бровь, словно спрашивая, в чем дело, Малфой получил в ответ лишь хитрую усмешку.  После пира все начали расходиться, и Драко уже надеялся, что спокойно доберется до гостиной. Но… — Драко, — этот голос, казалось, преследовал его постоянно, а это обращение… — Седрик, — улыбнулся мальчик, разворачиваясь. — Вау, а ты так вымахал за лето, — улыбнулся парень, сверкая, как праздничная елка, и потрепал его за плечо.  — Ты — староста? — Спросил Малфой, рассматривая значок, блестящий на черной мантии. — Да, — гордо ответил тот. — Поздравляю. — Спасибо, когда-нибудь ты тоже будешь старостой. Я в этом уверен. — Мне бы с обязанностями в команде управиться. А ты про старосту, — отмахнулся он. — Идешь в гостиную? — Да. — Идем, я провожу, — улыбнулся Диггори. — Ты думаешь, что за лето я забыл, где вход? — Нет, просто… — Ясно, — ответил Малфой, побаиваясь услышать оправдание. — Идем.

***

Гарри, обсуждая пир, шагнул в гостиную следом за Блейзом. Ничего тут не изменилось. Разве, что они сами стали носить гордое звание — Второкурсник.  В гостиной старосты давали краткий экскурс, который они слышали в прошлом году, и Поттер даже заулыбался, вспоминания его. — О, Поттер, — голос позади противно разрезал спокойствие вокруг Гарри. —  Вернулся? А я надеялся, что ты переведешься… Ну, или сбежишь.  — Нотт, — покачал головой тот, оборачиваясь. — Я — ловец, зачем мне переводиться? В следующий раз, чтобы не лелеять заоблачную надежду, на мое место в команде, сначала подумай. Уверен, это не так больно, как ты предполагаешь. Нотт лишь крепко сжал кулаки, и скрылся в комнате. — Браво, Ловец, — от неожиданности, сердце мальчика пропустило удар. Голос капитана команды нельзя ни с чем было спутать. — Маркус, — улыбнулся Поттер. — Поздравляю, ты хорошо научился общаться, — и парень протянул широкую ладонь. — Спасибо, — снова улыбнулся Гарри, пожимая протянутую руку. — В этом году мы всех порвем. Я придумал новую тактику. — Отлично…

***

— Мистер Дамболдор? — Тихий голос позвал из-за двери. — Проходи, Минерва, — ответил директор, отворачиваясь от высокого окна. — Вы звали?  — Да, садись. Минерва, ты слышала о том, что в школе была проверка? — Да, — сухо ответила та. — Скажи мне, почему я был поставлен в известность за два часа до ее прихода? — Простите, директор, но я сама узнала в то же время. Что-то случилось еще? — Нет. Но я попрошу тебя об одном одолжении. — Да? — Присмотри за мистером Лонгботтомом. Августа, его бабушка, очень просила оградить мальчика от прессы. — Прессы? В школе? — Минерва, ты знаешь наших «слуг пера».  — Хорошо, я поняла. Еще что-то? — Нет, можешь быть свободна. И женщина покинула кабинет великого светлого мага. Эта ситуация с Невиллом и прессой сильно попутала все карты директору. Нужно, чтобы все было тихо, но ничего не вышло. Снова.  Что ж, возможно, еще не все потеряно… Единственное, что не могло не радовать директора, — ни один из шести студентов не стал опровергать версию Гриффиндорца.  Великому магу не показалось это странным, ведь, чем меньше проблем и вопросов, тем проще. Вроде…