Охота

      Мутные глубины зеркала отражали хмурое морщинистое лицо с окладистой бородой и кустистыми бровями. Большой нос, подрагивая, выдавал нервозное состояние смотрящего в зеркало редковолосого мужчины.       - Зачем Анну хотели убить, непонятно, – пробормотал мужчина, и, взявшись за край бороды, аккуратно отделил её от подбородка. — Ведь от её смерти никто не выигрывал. Но точно планировалось убийство, ведь на моих глазах так напугали лошадь, что она понеслась прямо на Анну. Что же здесь происходит? – и он, нащупав край маски, поддел его ногтём, потянул и избавился от личины. — Уф, — выдохнул Яков Платонович с облегчением и, положив маску на столик рядом с зеркалом, стал ополаскивать лицо.       Дверь лесной сторожки открылась и в неё, виляя хвостом, вбежала собака. Следом зашёл егерь Ермолай.       - Какие новости? – вытирая лицо полотенцем, поинтересовался Штольман.       - Боюсь, не очень хорошие, — присевший на топчан егерь тут же вскочил, увидев бесформенную массу, лежавшую на столе. — Свят, свят, — перекрестился он. — Что это? – показал он на маску.       - Моё второе я. Прошу знакомиться - Осип, — отложив полотенце, с улыбкой произнёс Яков. Он одел маску на руку и показал её Ермолаю во всей красе. — Эту накладку для меня сделал Джордж Белиган, английский мастер масочник, когда я был в Британии. Очень нужная вещь, если хочешь быть неузнанным.       - Чего только заграничники не придумают, — Ермолай уважительно цокнул языком.       - Ты намеревался мне что-то рассказать, — напомнил Яков и бросил маску на стол.       - Да. В городе я столкнулся с господином, о котором вы спрашивали, не видел ли я его в усадьбе англичанина. Я попытался проследить за ним, но он ушёл. Даже Дон не смог взять след, — егерь потрепал собаку по холке.       - Жан! – воскликнул сыщик и силой потёр ладонями лицо. — Теперь понятно, откуда у покушения ноги растут.       - И ещё, Яков Платонович, возле усадьбы Мироновых личности разные за каждым кустом сидят. Чего-то караулят.       - Кажется, я вовремя вернулся.       - Ещё серые тени по лесу уже не таясь ходят, — добавил Ермолай. — И в заброшенный дом на околице кто-то вселился.       - Может, это Жан, — обрадованно воскликнул Яков, надел маску и облачился в армяк. — Пойдём, Ермолай поговорим с ним, — вынув из саквояжа револьвер, сыщик выскочил на улицу.       Согласно кивнув, егерь залил очаг и, сняв с гвоздя ружье, шагнул в распахнутую дверь за Штольманом.       Ночь была почти на исходе, звезды по одной гасли, покидая небосвод, но луна ещё не сдавалась. Она как огромный фонарь продолжала освещать извилистые тропки леса.       - Сколько нам шагать? — спросил Яков, оглядываясь по сторонам и пытаясь угадать, куда идти.       - Ежели напрямки, то версты две будет, но там болото и замочить ноги придётся, — перекинув ружье с одного плеча на другое, отозвался Ермолай. — А в обход все четыре будет.       - Пойдём прямо. У нас нет времени, чтоб вилять, скоро рассветёт. Куда идти?       Егерь махнул рукой, и они быстро пошли меж деревьев по только ему известной тропинке. Ермолай уверенно вёл их вперёд, ни разу не сбившись с курса.       Дойдя до болота, егерь остановился, выломал из ближайших зарослей две длинных палки и протянул одну сыщику.       - Як….       - Называй меня Осип, — быстро перебил Ермолая Штольман, беря в руку протянутый шест.       - Осип. Смотрите внимательно и повторяйте в точности за мной, — Ермолай погрузил конец палки в жижу до упора и перескочил на ближайшую кочку. Затем перемахнул на следующую кочку, расположенную чуть дальше. Так, прыгая как заяц, Ермолай добрался до другой стороны болота.       Внимательно проследив весь путь Ермолая, Яков без труда повторил то же самое.       - Теперь совсем немного осталось, — произнёс егерь, когда Штольман оказался рядом с ним. — Вон за деревьями тот домик, — и Ермолай махнул в сторону. — Развалюха знатная, как ещё держится, непонятно.       - Тогда вперёд, — скомандовал сыщик, и они почти бегом добрались до места. — Жди здесь за углом, а я пойду, осмотрюсь. Если услышишь свист - иди в полицию. Все понял? – Штольман, дождавшись неохотного кивка егеря, скользнул к дому.       Встав на завалинку, Яков заглянул в разбитое окно и, удостоверившись, что комната пуста, подтянулся на руках и влез внутрь. Тут же он почувствовал отчетливый запах гари. Ориентируясь на этот запах, Штольман осторожно прошел пару шагов и натолкнулся на лежавшего на досках молодого человека. Парень лежал на разложенном пальто и тихо похрапывал.       - Жаль, юноша, что вы не тот, кто мне нужен, а то знатно мы бы сейчас поговорили, — буркнул сыщик. Он бесшумно вернулся к окну и вылез на улицу.       - Ну что там? – поинтересовался Ермолай.       - Погорелец, — отряхивая руки от трухи оконной рамы, отозвался Штольман. — И как он только не боится там находиться, не ровен час, как все обвалится. Но всё-таки интересно, где в настоящий момент Жан? Анна! – вдруг воскликнул Яков, хлопнув себя по ноге. — Безусловно, он сейчас возле неё.       - Ночь на дворе, Як…. Осип. Спят уже все, — попытался урезонить сыщика егерь, поняв по загоревшемуся взгляду спутника, что за этим последует. — Что барышне может грозить в родном доме?       - Ты просто не знаешь этого человека. Жан на все пойдёт, — отрезал охваченный беспокойством Штольман. — Одно покушение не вышло, так он организует второе. А вот и наш транспорт, — и Яков указал на телегу, медленно выползшую из-за поворота. — Поговори с возницей, чтобы он довёз нас до усадьбы Анны Викторовны.       Поняв, что спорить бесполезно, Ермолай вышел на дорогу и преградил лошади путь.       - Тпру, — воскликнул заспанный мужик, натягивая вожжи. — А чтоб тебя, черт лесной! Напугал!       - Кончай лаяться, Потапыч, — примирительно проговорил егерь. — Лучше довези нас до усадьбы адвоката Миронова.       - На опохмелку дадите? – тут же потребовал возница. — А то худо мне братцы. Душу тянет.       - Пятиалтынный хватит? – спросил Яков, подходя к беседующим.       - Садитесь, — пригласил мужик. Когда попутчики сели в телегу, он свистнул плетью в воздухе и огрел по бокам худую кобылу. — Но-о, кляча! Пошла!       Телега, скрипнув, двинулась с места и, громыхая, поплелась по неровной дороге. Занимался рассвет.       - Останови, — потребовал Яков, когда через полчаса тряски они подъехали к ограде усадьбы Мироновых. — Мы здесь слезем, — бросив пятиалтынный в руки мужику, он соскочил на землю. — Ермолай, обойди все вокруг, а я проникну в парк и постараюсь понять, дома ли Анна Викторовна, — произнёс Яков, когда телега скрылась за поворотом.       - Только будьте осторожны, а то дворовые уже поднялись, — напутствовал Ермолай и зашагал вдоль парка.       Скинув армяк, Штольман перелез через ограду по выступам у белой каменной тумбы и, таясь за деревьями, подкрался к дому.       - Вот же незадача, — растерянно остановился он, глядя на окна.— Я же совсем не знаю, в какой комнате Анна Викторовна...       Провидение, словно сжалившись, лучом восходящего солнца блеснуло на оконном стекле, за которым Яков увидел Анну. Девушка стояла, задумчиво глядя вдаль и не замечая ничего вокруг.       - Охальник! – вопль Олимпиады Тимофеевны разорвал тишину весеннего утра. — Как ты смеешь подглядывать? — струя холодной воды выплеснулась из распахнутого окна, окатив Штольмана с головы до ног. — Эй, кто там, хватай его!       Поняв, что задерживаться больше не стоит, Яков быстро пробежал парк, на ходу преодолел забор и, запыхавшись, выскочил на дорогу.       - Увидели её? – спросил поджидавший Ермолай, подавая сыщику тулуп.       - Да. А у тебя как дела?       - Наткнулся на двух соглядатаев, кляли почём зря своё начальство, — ответил Ермолай. — Но речь шла не о Жане, а каком-то Белихове из Петербурга. Вы знаете такого?       - Нет, но скоро узнаю, — простучал Штольман зубами от холода. — Идём.       Они зашагали к лесу.