Альтернатива

Дверь в кухню резко открылась и, ударившись о стенку, с шумом закрылась обратно. Секундой позже она снова открылась, на этот раз более осторожно и ввалилась толпа хохочущих во всё горло стражей, первый из которых, со злобным выражением лица, держался за разбитый нос. Промокшие и голодные они хватали всё, что попадалось под руку, один из них даже умудрился залезть в котел с похлебкой, аппетитно побулькивающей над огнем. — Не трогайте, это еда для хозяина. – Попробовала возразить молодая эльфийка. — Ты хочешь сказать, что эта еда слишком хороша для нас? – Стражник, пробовавший похлебку навис над хрупкой женщиной. Она опустила глаза, боясь встречаться с ним взглядом, и начала бессвязно что-то лепетать. — Кажется, она хочет нас оскорбить. – Подлил масла в огонь ещё один. — Ты оспариваешь наше благородство, как Стражей? – Тот, кто нависал над бедняжкой, ещё ближе наклонился к ней, заставляя сжаться от страха. — Нет. Просто хозяин разозлиться, если из-за кого-то задержится его трапеза. — Мы будем делать что хотим, и только посмей сказать что-то хозяину. – Угрожающе прошипел страж, протягивая руку к испуганной женщине. — Она права. – Раздался за спинами стражей мелодичный голос. Все одновременно обернулись, встретившись взглядами с яркими небесно-голубыми глазами. На пороге кухни стояла молодая миниатюрная девушка. Ростом она едва доставала, до плеча любого из стражей, но это, похоже, её нисколько не беспокоило. Гордо поднятая голова и расправленные плечи выдавали в ней серьезного противника, не смотря на миловидную внешность. Непокорные огненные прядки, выбивающиеся из-под повязанного поверх головы цветного платка, обрамляли тонкие, аристократичные черты лица, подчеркивая фарфоровую белизну кожи. Глаза, оттененные пышным веером ресниц, казалось, проникали в самую душу. Она стояла, скрестив на груди руки, и внимательно оглядывая всю компанию. Первым очнулся от оцепенения Страж, нависавший над эльфийкой. — В чем же она права Эммалайн? – Он оторвался от своей жертвы и двинулся в девушке. — В том, что хозяин разозлится, Зейл. Только не из-за трапезы, а потому что вы прохлаждаетесь здесь, вместо того, чтобы сообщить ему о результатах задания. – Она смотрела приближающемуся стражнику в глаза, не отводя взгляда. Капитан стражи, Зейл, взмахом руки отослал всех с кухни. Проходящие мимо стражи гадко ухмылялись и оценивающе оглядывали её с ног до головы, пуская похабные шуточки, работники кухни же прятали глаза и старались побыстрее пройти мимо. Только напуганная эльфийка кинула на неё благодарно-обеспокоенный взгляд. Когда все вышли Зейл вплотную приблизился к ней. "Только спокойно, не провоцируй его." Эмма силой воли заставила себя остаться на месте, а не выбежать из кухни. Зейл пугал её, как правая рука Хозяина, он имел право делать в этом замке всё, что заблагорассудится, ну или почти всё. Единственный человек, который имел на него влияние, кроме Хозяина, это был Седрик, управляющий замком. Но сейчас его здесь не было. — Я пойду, меня ждет Седрик. А тебе следует занять чем-нибудь другим, чем заставлять хозяина ждать. – Эмма попыталась протиснуться к выходу, но безуспешно. — Я могу заняться чем-нибудь другим, если ты предложишь мне достойную замену. – Он прижал её в двери всем телом, больно стиснул талию, наклонился в шее, оцарапав щетиной нежную кожу. Запах крови и страха пропитал его кожу, намертво въелся в его тело, отравив душу. Руки резко притянули девушку к себе, намертво прижимая её к возбужденному мужскому телу. — Нет. – Эмма попыталась оттолкнуть его, но это было всё равно, что сдвинуть каменную глыбу с места. Мысли её лихорадочно метались, пытаясь найти выход. За её недолгое пребывание здесь, многие мужчины пытались добиться благосклонности красивой служанки: некоторые задаривали её подарками, другие же наоборот – угрожали. Но все они не посмели тягаться с Зейлом. Он уже несколько раз подкарауливал её одну в темных углах, по счастливому стечению обстоятельств Седрик всегда приходил на помощь в нужный момент. Так не могло продолжаться вечно. Судьба привела её сюда, преследуемую храмовниками, но здесь поджидала ещё большая опасность. — Нет. – Эмма резко отпихнула мужчину и всадила коленку ему в пах. Зейл взревел и согнулся пополам от боли. Эммалайн попыталась открыть дверь и выбежать из кухни, но Страж схватил её за руку и рванул назад. Она укусила, удерживающую её руку, бросилась бежать к противоположному выходу, но Зейл навалился на неё сзади и повалил на пол. Больно ударившись рукой, Эмма попыталась перевернуться, но придавивший её сверху мужчина не давал это сделать. — Ах ты, маленькая стерва. Я покажу тебе, как я укрощаю таких, как ты. Эмма почувствовала закипающий внутри гнев, сила наполнила каждую клеточку её тела, кончики пальцев начали покалывать, от готовой вырваться энергии. — Тебя ждет хозяин, Зейл. Немедленно. Зейл резко обернулся на голос, Эммалайн, освободившись, встала на ноги, и отбежала в противоположную сторону кухни. В дверях стоял уже немолодой мужчина, седина тронула его виски, вокруг внимательных глаз цвета грозового неба залегла сеть глубоких морщинок. Его тело — тело война, ещё хранило былую натренированность и мощь. На его лице не дрогнул ни один мускул, когда Зейл прошел мимо него, наградив взбешенным взглядом. Эмма вцепилась пальцами в край стола, пыталась унять бешено бьющееся сердце. — Седрик …. — Ты в порядке? – спросил Седрик, внимательно осматривая помятое платье и выбившиеся из-под платка волосы. — Да. – Она замолчала на секунду, старательно одергивая платье, как будто, собираясь с силами. – Седрик, он этого так не оставит. Мужчина подошел к ней, поднял руку, и нежно, почти по отечески, заправляя выбившиеся прядки. — Я знаю. Всё почти готово, скоро ты сможешь уйти отсюда. Никто не посмеет больше тебя обидеть. – Приговаривал мужчина, успокаивающе гладя её по голове. – Не стоило тебя сюда приводить. Это всё моя вина. — Седрик, это не твоя вина, ты не мог предвидеть, что всё так случится. – Она постаралась улыбнуться, хотя саму душили слезы. Он спас её, оберегал, как мог, но сам увяз в этом мире страха и крови слишком прочно. Однажды данная неосторожная клятва перечеркнула всю его жизнь. — Я пойду. Данариус не любит ждать. – Седрик вышел, оставив её одну. Как она ненавидела это имя, и как она одновременно его боялась...