Зеркальные миры. Перерождение

      Ринар поднимался по крутой спиральной лестнице, пытаясь производить как можно меньше шума. Светящиеся корни остались у подножья, а магия ещё на первом десятке ступеней сошла на нет — её отсёк невидимый барьер. Хождение по тайным проходам в потёмках никогда не внушало уверенность.       Совсем некстати.       Ринар остановился, когда ладонь упёрлась в ровную поверхность. Дверь! Он замер, прислушиваясь, но ни единого звука через неё не пробивалось. Вторая рука машинально стиснула ремень, перекинутый через плечо. Вот и всё. Пришла пора вести переговоры с главным врагом.       Несколько секунд пролетели в тщетной попытке вернуть былое спокойствие и стереть — хотя бы частично — кровь и грязь с лица. Не преуспев, по ощущениям, ни в чём, Ринар шикнул на разбушевавшиеся мысли, принимаясь ощупывать дверь. Всё получится. Не так ли Мина говорила? Провидицам его жизнь научила доверять. Даже таким несносным.       Ручки с этой стороны не было. Сплошная, отполированная до скрипа древесина. Не особо надеясь на успех, Ринар навалился на неё плечом.       Дверь поддалась с трудом.       Он заглянул в получившуюся щель. Никого. Полутёмный зал — огромный по меркам крохотных комнат фей — был пуст. Ринар проскользнул внутрь и оглянулся. Неважно, по какому типу строились дворцы — тайные двери всегда в них присутствовали. В том, что он попал именно во дворец, сомнений уже не осталось. Прямо напротив прохода возвышалось массивное кресло с высоченной спинкой.       Трон.       Ступая вдоль стены, Ринар лениво скользил взглядом по колоннам, увитым лозами. После удушливого давления Квеля тело казалось до невозможности лёгким и невесомым. В голове перекатывались мысли о том, где же продолжить поиски Старшей.       Зал озарился яркими огоньками, не оставившими ни единой густой тени, в которой можно было спрятаться.       — Так вот кто крадётся тут.       Ринар рывком обернулся на спокойный женский голос. Подтянув к себе ногу, на троне, застеленном подушками, восседала Старшая. Она едва заметно улыбалась, положив голову на оголённое колено. Отблески магических огней переливались на её волосах и крыльях.       — Мари, дитя моё… Как ты забралась так далеко?       В голосе феи не было ни намёка на угрозу: лёгкое недоумение и интерес. Ринар нахмурился, выходя под прицелом взгляда на середину. Передёрнул плечами, прогоняя навязчивые воспоминания. Тронные залы всегда ощущались западнёй.       — Отговорки про «потерялась», так понимаю, не принимаются?       Старшая вздрогнула. Не спеша подняла голову и сощурила глаза.       — Ты не Мари.       — Верно, — Ринар вскинул подбородок. — Такое случается, когда похищаешь, кого не следует.       В зале зазвенела тишина. Старшая разогнулась, спустив босые ноги на дощатый пол, и поднялась.       — Пожалуй, нет смысла скрывать… — Она двинулась вперёд, обходя Ринара на почтительном расстоянии. — Я давно подозревала, что одной демонической кровью твои способности не объяснить.       Он следил за перемещением Старшей одним взглядом. Её слова опалили неожиданностью. Так Лиэ не бредила? Демоническая кровь изначально была в этом теле? Нет, такие совпадения даже придумать сложно. Пламя чистейшей тьмы. Он знал лишь об одном ифрите, который им обладал.       Тот, который дал жизнь его отцу.       — Хватит ломать комедию, Тиа́лиада. — Раздражение сделало голос звонким. — Или… Мне стоит обращаться к тебе Лиада́р?       Старшая оступилась. Её лицо, и так не отличающееся румянцем, побелело ещё больше. Надо же, сработало даже лучше, чем Ринар ожидал! Одной фразой получилось подчеркнуть и позорное происхождение, и тайную связь с демонами. Всего-то и требовалось, что назвать имя феи дважды: на женский и мужской манер.       — Как ты?.. — Взгляд метался по его лицу. Старшая была в бешенстве. — Ты!       Это слово, прозвучавшее на выдохе, не сулило ничего хорошего.       — Собачонка Северина, не так ли? — Она жадно подалась вперёд; крылья чернильными плёнками раскрылись за спиной, угрожающе подрагивая.       Земля едва не ушла из-под ног. Реакция была слишком красноречива. Ринар отступил на шаг. Так феи действительно не знали о нём? Он до противного скрежета сжал зубы. Это было неважно. Обратной дороги уже не существовало.       — Как ты выжил в той?.. Нет, не хочу знать.       Старшая приблизилась к нему. Глубоко вздохнула, возвращая маску спокойствия. Ринар медленно отступил вбок. Насколько он знал, способности Лиады имели свойство усиливаться при близком контакте. Она, подметив это, остановилась.       — Чего ты хочешь? — извечная мягкая улыбка тронула губы, но глаза оставались непроницаемыми. — Вернуться в свои цепи, чтобы, высунув язык, бегать по мирам? Или же… — Старшая закусила губу, — …соскучился по хозяйской постели?       Ринар с шумом втянул воздух. Крылья носа затрепетали от едва сдерживаемой злости. Верно. Не он один знал чужие позорные тайны.       — Тебя это не касается. Я просто предупреждаю о том, что ухожу. И ты окажешь мне содействие.       Брови Старшей поползли вверх.       — Какая наглость! — Её голос эхом заметался меж колонн. — Почему бы мне просто не убить тебя?       Ринар отклонил голову, обманчиво расслабляясь. Ножны соскользнули с плеча в полной готовности.       — Потому что тебе это не по силам?       Он сделал шаг вперёд. Старшая — отступила. Безотчётно, злясь на саму себя. Ринар усмехнулся. Репутация прошлой жизни, хоть и открывшаяся по случайности, сыграла по итогу ему на руку.       — Ты прекрасно знаешь, что я могу в один момент стереть с пространства миров всё твоё поселение, — улыбка стала шире. — И вы сами пустили меня в самое его сердце.       На лице Старшей отразилась досада. Прежде непробиваемая, теперь она колебалась — блеф удался. На самом деле, и с одной-то опытной феей справиться было на грани нынешних возможностей Ринара. А уж про всё остальное поселение… Это стоило бы трезвого рассудка и в прошлом теле. Теперь же цена стояла во всю жизнь.       — Что же… — Старшая обхватила себя за локти. — Это контракт?       — Нет, — вырвалось чуть более спешно, чем следовало. Кашлянув, Ринар исправился: — Дружеская доверительная сделка.       Лиада окинула его долгим взглядом.       — Допустим.       Ринар подавил в себе желание облегчённо выдохнуть, следя, чтобы голос сохранил твёрдость. Расслабляться было ещё рано. Дело стояло в цене.       — Мне нужен портал в Рагнгерд.       Если Старшая и была удивлена, то не подала виду. Она расположилась на подушках, подогнув под себя ноги.       — Это ведь не всё? — Рассматривание собственных пальцев целиком занимало её внимание.       — Ты никому не скажешь, что я у тебя гостил, — Ринар сжал кулак. — И я хочу забрать с собой альва.       — Что? — Старшая вскочила с места и рассмеялась. — Только не говори, что взыграло благородство. Или это пресловутая мужская солидарность?       — Думай, что хочешь. Леон достаточно натерпелся.       Она плюхнулась обратно, откидываясь на спинку.       — Ты хоть знаешь, каких трудов было выдернуть его сестру? — Она скривилась, как будто разом заболели все зубы. — Он лучший в своём деле… Преподавал при альвийском дворе Совета.       — Я в курсе.       Старшая прошипела что-то, что Ринар даже будучи во власти шестого отражения понял лишь интуитивно. Слова эти, относящиеся к нему, явно не были ласкательными. Он поднял ладонь на уровень груди и мысленно потянул за ниточку — браслет на запястье мягко засветился. Состоящая из отдельных сегментов, когтистая перчатка облепила кисть, разворачиваясь до самого локтя. Броня признала его.       — Так, может, пошлёшь кого-нибудь, чтобы Леон начал собирать вещи? Не хочу и дальше злоупотреблять вашим гостеприимством.       Чёрное пламя растеклось по перчатке. Кожу под ней немного жгло, но уже не в пример меньше, чем раньше. Ринар поднял взгляд. Лиада неотрывно следила за его рукой. Казалось, никак не могла решить: нападать или же спасаться бегством, пока это было ещё возможно.       — Не боишься спалить своего драгоценного… — Она осеклась, проглотив слово, вертевшееся на языке.       — Он сообразительный. Найдёт, как уберечься. В отличие от остальных.       Повисла тишина. Воздух стал невыносимо сухим и горячим. На чёрной с серебристыми вставками броне не отражались разноцветные огни. Перчатка была объята самой тьмой — пламя пожирало даже свет.       — Лиада.       Старшая вздрогнула, поймав взгляд, и нехотя выдавила:       — Как скажешь. Надеюсь, вы сгинете при переходе.       Ринар растянул губы в вежливой улыбке, картинно поклонившись. Броня, как и пламя, бесследно испарились, повинуясь намерению. Представление затянулось — ещё бы чуть-чуть, и та сама бы пропала, выдавая ложь.       — Вот и договорились.       Он развернулся и даже успел сделать шаг к выход. Чужая обволакивающая сила накрыла с головой. Ринар судорожно глотнул воздух. Нечто мягкое, но такое вязкое и тяжёлое уговаривало сдаться, преклонить колени.       Все страхи и тревоги останутся в прошлом. Он будет любим. Он будет дома. Надо лишь…       Ринар прыгнул. В пару мгновений навис над Старшей, впечатывая ботинок у её бедра. Сталь остановилась, вспарывая кожу на горле.       Лиада коротко рассмеялась, надменно вскидывая голову. В глазах не было ни намёка на страх. Секунда — она исчезла, появляясь парой метров левее. Взглядом Ринар нашёл нужное место ещё до того, как та стала материальна. Улыбка феи увяла.       — Я должна была попытаться.       — Подобные трюки на меня больше не действуют. — Ринар опустил меч. — Ты действительно хочешь сражаться?       Старшая снова рассмеялась, поправляя разметавшиеся волосы.       — Я не столь молода и глупа, чтобы тягаться с тобой. Пусть даже, — её глаза насмешливо сверкнули, — ты не так проворен, как прежде.       Ринар не ответил. В груди клокотала злость, призывающая наброситься, растерзать обидчика. Всё остальное — после. Он мотнул головой, решительно возвращая меч в ножны. Не для того он тут распинался, чтобы с боем потом прорываться к вратам. Тем более, стоило принять и брошенный вскользь довод — при уничтожении поселения могли пострадать не только феи.       — Вот так, хороший мальчик. — Ещё немного, и Старшая опустится на корточки, чтобы потрепать за ухом забавную дворнягу.       — Не зарывайся. Так мы договорились?       — Хм? — Старшая хлопнула глазами и картинно прикрыла улыбку рукой. — Похоже, верно говорят… Смерть меняет даже неисправимых дикарей вроде тебя.       Ринар скривился.       — Ты не в том положении…       — А если я скажу, что ты действительно можешь остаться, — Старшая бросила взгляд из полуопущенных ресниц, медленно двинулась вперёд. — Будешь сыт и одет. Ни в чём не ограничен.       Ринар хмыкнул, пытаясь игнорировать нервную дрожь. Длинные ноги выглядывали из разрезов облегающего платья с каждым шагом. Воздух потяжелел.       — Мы не требовательны, — голос Старшей упал до шёпота. — Всего лишь твоя лояльность… Защита, если потребуется.       Волосы на загривке встали дыбом, щека непроизвольно дёрнулась. Разум заволакивало дымкой подчинения, но нет… то было нечто иное. Ринар упрямо вскинул голову. Отступить — значило проиграть эту дуэль. Пусть даже повисшие в воздухе правила не были обозначены вслух.       — Прекрати. — Он не двинулся с места.       — А жаль, — Старшая разочарованно выдохнула всего в паре ладоней от его лица и отшатнулась назад, сбрасывая очарование. — Я согласна. Даю слово, что твоё пребывание в Доме Ветров останется секретом, если и ты не доставишь нам проблем. Так же мы отправим тебя и твоего… — она поджала губы, — …альва в первое отражение. Но на том — всё.       Ринар, услышав это, задышал ровнее и попытался улыбнуться:       — Большего мне и не надо.       Старшая разлеглась на подушках и, достав откуда-то небольшой колокольчик, потрясла им в воздухе. Беззвучно. Ринар покосился на странное действо, но ничего не сказал. Мало ли какими ухищрениями пользовались феи. Это была не его забота.       Следующая весьма долгая минута прошла в полнейшей тишине. Хотелось задать ещё с десяток вопросов, но положение было слишком шаткое, чтобы требовать от Старшей больше. Всё, что ему действительно хотелось, Ринар уже знал. Знал и в который раз отвешивал себе мысленный подзатыльник. Столько ненужных действий можно было избежать, если бы он хотя бы попытался заглушить эго!       Когда в зал вошли жрицы, Ринар ощутимо напрягся. Он не доверял Старшей полностью, и единственная причина, по которой та не связана была узами контракта или хотя бы рунными оковами — как в случае с Тарлией — состояла в том, что он этого сделать не мог. Пожалуй, и в самом Источнике не получилось бы сотворить достаточно прочный договор.       Старшая вновь стала собой. Такой, какой её видели в поселении — мудрой и всезнающей. Ринар хмыкнул, когда жрицы, повернувшись в его сторону, без расспросов кивнули на все указания. Не было ни возражений, ни лишнего интереса.       Вот это дрессировка! Даже Северин бы оценил.       Ринар двинулся за провожатой. Оглянулся на Старшую в последний раз. Та стояла подле трона, расправив крылья. Чёрные от пропитавшей их крови — знак последней ступени посвящения в древней фейской магии. Ужасающей, отвратительной, но практически бесполезной против большинства демонов — какая ирония! Ринар отвернулся и двинулся за непроницаемым покровом, гадая, какого же цвета крылья скрывались под ним.       Снаружи царило спокойствие. Проходя мимо буйных зарослей, Ринар не крутил головой, не стремился сохранить в памяти дух поселения, в котором прожил больше двух лет и которое покидал навсегда. В любом случае, он ранее грозился сровнять его с землёй. Какие могли остаться сантименты?       Вторая жрица отделилась от них на развилке, поспешив к барьеру, чтобы передать сообщение связной. Они должны были сами привести Леона. Ринар не сомневался — тот придёт, только услышав о том, кто его позвал, не спрашивая ничего до поры до времени. Объясняться придётся потом. Долго и в подробностях. Но тогда они будут уже далеко отсюда.       Перед ними открывались целые миры. За исключением, пожалуй, Альвланда, в котором альвов контролировало собственное правительство и их законы. Даже Король в своё время не был настолько самонадеян, чтобы пытаться подмять под себя этот народ. Негласно им принадлежала большая часть территорий шестого отражения. Власть их была сильна, а правила — жестоки. Особенно к беглецам.       Кроны шелестели над головой. В груди теплилось предвкушение — совсем скоро Ринар выберется из этого гнезда. Исчезнет зудящее по коже чувство ловушки и эта навязчивая иллюзия слежки…       Он оглянулся. Скользнул взглядом по колышущимся от ветра кустам. По спине пронеслись мурашки. За ними наблюдали. Но кто? Старшая? Ладонь сжала ножны, вторая — потянулась к рукояти.       — Мы пришли, — жрица склонила голову, пропуская Ринара в небольшую беседку, сокрытую с трёх сторон деревьями.       Резные перила расцвечивались перетекающими друг в друга оттенками от изумрудно-зелёного до небесно-голубого. Ринар ещё раз обернулся, надеясь заметить незваного соглядатая, но никого видно не было. Он кивнул жрице, принимая тканевый мешочек.       — Портал откроется, стоит кинуть в него частицу нужного отражения. Жди здесь. Твой напарник скоро придёт.       Старшая не нарушила первую часть уговора. Жрицы уверены были — или просто умело притворялись — в том, что Мари отправлялась на особое задание в мир людей. Как и инструктор ближнего боя, приставленный к ней для сопровождения. Ринар хмыкнул: что-то многовато было в последнее время у него дурацких легенд, которые звучали сомнительно и бредово.       Он обошёл по краю абсолютно круглый, вымощенный камнями водоём. По идеально ровной поверхности пробегали искры, а сама жидкость источала сине-зелёный свет, переливаясь разводами. Ринар кинул взгляд на опоры беседки — так вот откуда взялись блики.       — Мари!       Он подскочил, услышав знакомый девичий голос. Нэй, не разбирая дороги, бежала к нему, волоча на себе огромный плетённый короб. Когда она влетела в беседку, едва не снеся по пути попытавшуюся остановить её жрицу, Ринар возмутиться не успел — оказался в кольце рук. Дрожь прострелила тело.       — Н-нэй…       Она ведь была худенькой и невысокой. Откуда только взялось столько силы?       Ринар натужно сглотнул. Не понятно, что теперь пугало больше: сам факт опасной близости к девичьему телу или его несоразмерные габаритам возможности. Нэй прижималась к груди, вытирая слёзы об куртку. Острые плечи содрогались в рыданиях.       — Т-ты правда уходишь? Куда?       Ринар застыл, когда сквозь плач пробились вопросы, практически не искажённые эмоциями. Расчётливые и твёрдые. Он зажмурился и решительно отстранил от себя девицу, стараясь касаться одними пальцами.       — Старшая отправила на задание. Надолго.       — Но ты ведь только вернулась! — Нэй вскинула голову. В глазах не было ни единой слезинки.       С языка едва не сорвалась грубость, но в разговор вовремя вмешалась жрица.       — Где твоя сопровождающая? — Она совсем не обрадовалась посторонней у врат.       — А-а-а, — взгляд Нэй заметался по земле. — Мы разминулись. Я в саду была.       Жрица замялась. С одной стороны, ей велено было проконтролировать успешную отправку человека и альва в первое отражение, а с другой — в правилах чётко значилось: без сопровождения по их территории никто разгуливать не должен. Ринар усиленно пытался не смеяться, глядя в кристально честные глаза Нэй, которые абсолютно точно являлись результатами продуманной игры на публику. И та была хороша. Как только раньше не замечал?       — Я постою тут, ладно? Пожа-а-алуйста. Я ничего не буду трогать, и потом сразу же на выход.       Нэй наивно похлопала ресницами, состроила умильную мордашку и, к удивлению Ринара, жрица действительно купилась на весь этот спектакль.       — Никому ни слова. — И она отвернулась к выходу.       Нэй просияла и предприняла ещё одну попытку схватить Ринара за руку. Тот отступил на полшага. Любопытство, вызванное поведением девчонки, испарилось так же внезапно, как и появилось.       — Мари! Ну рассказывай давай, как твой первый рейд? — Она словно не заметила повисшей неловкости. — Представляешь! Леон чуть сам за Круг не отправился, когда отряд без тебя вернулся. Никогда не видела его таким злым…       — Он злился? — Ринар чуть повернул в её сторону голову.       — Ещё как! — довольно кивнула Нэй. — Но не так, как я, когда лишилась помощницы! Столько усилий даром! Я же для тебя старалась, пропуск вымаливала, чтобы большой сад жриц показать. Ещё и такие тяжести пришлось одной тащить! А ты-ы… Кстати, — она встрепенулась, — ты почему задержалась? Твои охотницы все как в рот воды набрали… Ничего не говорили!       — Какой ужас, — Ринар даже не старался сделать вид, что ему было дело до девицы. На главный вопрос, правда, пришлось отвечать, дабы не потонуть в новых: — С оборотнем подралась. Как видишь, успешно.       — С оборотнем? — глаза Нэй округлись весьма натурально. — Как же…       Ринар хмыкнул, покосившись на жрицу, что являла памятник самой себе. Хотя из-за покрова скорее походила на вешалку с чьим-то балахоном.       — Я тебе расскажу, как вернусь, — не моргнув и глазом, соврал Ринар, отходя к другому краю водоёма. — Ну, или можешь Нойль попытать.       — Ты же сказала, что это надолго…       Ринар пожал плечами и оглянулся на вход, игнорируя картинно надувшуюся Нэй. Где же этот Леон? Действительно, что ли, собирал пожитки?       — Мари-и-и, — протянуло его персональное наказание, целенаправленно перебираясь под бок.       — Тебе разве не нужно… — Он вздохнул. — За растениями своими присматривать?       Нэй потупилась и бросила взгляд на короб, оставленный у входа. Потянулась к Ринару, пристав на носочки и зашептала торопливо:       — Ты не бойся, я с тобой пойду. Я тебя теперь одну ни за что не оставлю…       — Что?! — Ринар шарахнулся в сторону. — Ты с ума сошла?       Этого ещё не хватало… Надоедливая, невыносимая девчонка без капли уважения к личному пространству — и с ним? Ринару хотелось кричать, кидаться на жрицу, чтобы та образумила фею. Да хоть обратно к Старшей идти! Совсем некстати внутри взметнулось то самое чувство, что преследовало его в последнее время. Сожаление? Сострадание? Ринар не мог точно обозначить его, но оно заставляло сердце сжиматься от невыносимой тоски, предчувствуя скорое прощание.       — Мари, дорогая! Неужели ты в очередной раз попала в беду?       Звенящему голосу Леона, что прервал зарождающийся спор, Ринар обрадовался по-настоящему. Шедшая рядом с ним жрица подскочила ко второй и что-то защебетала. Вероятно, нашла взглядом Нэй.       — Всё просто отлично, — Ринар нашёл в себе силы улыбнуться. — Мы отправляемся в путешествие.       Глаза Леона расширились, и в них блеснули слёзы. Неподдельные и чистые. Он что-то прошептал одними губами. Ринар не успел припомнить альвийский, чтобы прочитать по ним. Даже в шестом отражении возникали, порой, трудности в понимании чужих языков. Запоздало пришло осознание того, что в человеческом мире и такой лазейки не существовало. Видно, придётся поднимать все свои знания, которые с подачи Северина вдалбливались в Стража Льётхейма в немыслимых объёмах. Языки в частности.       — Вы можете отправляться. — Жрица отрывисто кивнула и обернулась к Нэй. — А ты идёшь с нами.       Девчонка, пробормотав что-то очень похожее на «сейчас-сейчас», кинулась обнимать друзей. Первым на её пути встал Леон, чему Ринар был несказанно рад. И пока длилось бурное прощание, он протиснулся к жрицам, чтобы ещё раз уточнить:       — Значит, нужно закинуть это, — он поднял мешочек на уровень глаз, — в портал?       Феи синхронно кивнули.       — Отлично.       Некрепкий узел развязался легко, и Ринар не глядя высыпал содержимое — сухую землю — в жидкость. Та забурлила и вспенилась. Вспышка резанула по глазам.       — Прыгайте! — голоса жриц слились в один. — Время ограничено.       — Леон. — Ринар кивнул в сторону колодца, призывая поторопиться.       Альв удивлённо посмотрел на него, но, к его чести, спорить не стал. Коснулся напоследок двумя пальцами виска Нэй и, не скрывая нетерпения, шагнул в портал так, словно всю жизнь только это и делал. Легко и грациозно.       — Ну, прощай, Нэй. — Ринар отсалютовал, качнувшись вперёд. — Свидимся, быть мо…       Окончание фразы потонуло в сдвоенном вскрике жриц. Уже ощущая ладонями прикосновение влаги, Ринар увидел — застывшая картинка промелькнула перед взглядом — как Нэй, зажмурившись и зажав нос, нырнула в портал. Он неловко взмахнул руками, собираясь не то остановить падение, не то поймать безумную девчонку, но было слишком поздно. Их окутал искрящийся кокон, и шестое отражение осталось далеко позади.       Этого в плане точно не значилось.