Зеркальные миры. Перерождение

      — Как ты здесь оказалась? — Ринар пытался сквозь прутья найти знакомую голубую макушку, но камера Нэй была вне поля зрения.       — Так надо. А вы неужто по дурости попались?       Он хмыкнул — судя по голосу, Нэй первой делиться приключениями не желала — и отошёл от решётки, намереваясь хотя бы немного отдохнуть до допроса. Беглый осмотр показал, что из камеры их силами выбраться было почти невозможно. Хотя это не слишком и тревожило. Ринар не понаслышке знал, как Организация работала с иномирцами, незаконно проникшими на их территорию. Как только люди убедятся, что они не какие-нибудь шпионы или наёмники — их отправят в другое отражение.       Возможно, если правильно сыграть, им представится право выбора.       Усевшись на скамью, Ринар вытянул ноги и тяжело выдохнул. Скорее бы всё разрешилось… Очень хотелось есть и пить. Та пара пирожков, съеденная почти сутки назад, оптимизма вовсе не добавляла. Огню всегда требовалась пища, или он начинал пожирать сам себя. Сил и без того уже почти не осталось.       — Все мы тут по дурости, не так что ли?       Слова и вторящий им хохот зазвучали из той камеры, что была ближе к выходу. Кажется, говоривший пребывал навеселе: он тянул гласные и неловко глотал целые слоги. Ринар на это только глаза закатил. Чтобы скрасить ожидание, лениво принялся рассматривать убранство соседних камер через проход. Как назло, все они, насколько взгляда хватало, были пусты… Кроме одной, чуть в стороне, ближней к Нэй. За решёткой сидел грузный мужчина, обряженный в лохмотья. Свет из коридора падал так, что его хорошо можно было разглядеть, чем Ринар беззастенчиво пользовался.       — Хотели прогуляться, мир посмотреть! — нетрезвые возмущения не смолкали. — А теперь что? — Кто-то зло сплюнул. — Снова-здорово! Второе отражение да под контракт…       Ринар мотнул головой:       — В Льётхейме нет дела до простой пьяни вроде вас.       В ответ послышался многоголосый смех. Мужчина в одиночной камере, уткнувшись лбом в сцепленные ладони, что-то беззвучно забормотал. Неужели настолько беспокоился в ожидании допроса? Ринар подался вперёд. Взгляд так и притягивался к незнакомцу, заставляя рассматривать переплетения белёсых шрамов на смуглой коже, которые виднелись сквозь разорванное одеяние. Хаотично вырезанные линии казались чем-то смутно-знакомым.       — Да ты, красавица, давненько тут не бывала, так?       Ринар напрягся. Эта фраза ему не понравилась настолько, что оторвала от копания в собственной памяти и разглядывания чужих шрамов.       — Сейчас без разбору всех к демонам отсылают, — послышался другой голос с той же стороны, более низкий и грубый. — Империя окончательно лапы наложила на междумирские пути. Теперь ничего без их ведома не делается.       Внутри всё похолодело. До этого, думая о том, чтобы воспользоваться людьми и их правилами, Ринар рассчитывал оказаться не ближе третьего отражения. В каком именно мире — ему было, по сути, не так уж и важно. За пределами Рагнгерда он в любом случае сумел бы связаться со своей бравой командой и обжиться хоть на голых камнях Стейланда. Запрет был только один. Отражение, где Ринару светиться вообще нельзя было ни под каким предлогом. Пусть даже он находился не в своём теле, но его душу Северин точно почует, если окажется в достаточной близости.       Второй раз тот же трюк провернуть не удастся. Король не прощал предательств.       Ринар вскочил на ноги и заметался по камере. Нет уж. Неважно, сколько жертв за этим потянется, он выберется отсюда, даже карабкаясь по трупам. В нынешнем положении ему глубоко плевать было и на Нэй, притихшую в дальней камере, и на Леона, если тот возразит его действиям.       Он. Должен. Выбраться.       Иномирцы продолжали говорить, умудрившись втянуть в обсуждение их дальнейшей судьбы Леона. Тот с придыханием сетовал на то, что мало знаком с демоническими обычаями, а в Льётхейме вообще в последний раз бывал в далёком детстве. Ринар вышагивал от одной стены до другой, пытаясь найти крохотную брешь в защите.       Люди действительно постарались за те годы, которые он отсиживался в неведении: нельзя было точно сказать, хватит ли у него сил, чтобы проплавить путь из камеры в коридор. Вот почему патрульные не стали сковывать ему руки!       Решётка зачарована, стены так и вовсе ощущались жутким слоёным пирогом из барьеров. Идеальная клетка.       — Как знал! — вклинились в раздумья Ринара чужие жалобы. — Надо было доплатить за доставку из Кармали́ны. Эти уроды всё себе заграбастали! Жди теперь, когда отдадут!       Он встрепенулся, услышав знакомое название. «Кармалина» — магазинчик, известный всем иномирцам, прибывающим в человеческое отражение. Тот самый, который перешёл под управление Риты после смерти её старика. Тот самый, куда они с Леоном и держали путь.       — Не «когда», а «если». Это ещё повезло, что просто отобрали. Знавал я одного мальца, так до него неделю допытывались…       — Кармалина ещё работает? — Ринар прилип к решётке, приостановив на время выстраивание плана побега.       Где-то на грани слуха шрамированный сосед с силой выдохнул. Бормотания стали громче, пробиваясь сквозь тяжёлое дыхание. Ринар кинул быстрый взгляд в ту сторону. И чего он так переживал? Хотя… Быть может, и этому путнику были не рады в Льётхейме.       — Чего с ней сделается-то? — Болтуны на того не обратили никакого внимания. — А! Так ты ж не в курсе, наверное, раз давненько не ступала в Рагнгерд. Переехал наш оазис ещё с полгода назад. Кан! Помнишь, как рвануло тогда? Ух и жуть…       — Точно сама Магия нашептала не идти туда в тот день. До сих пор же эти не определятся, сколько погибло кого! Люди, наши… Да все подряд.       Ринар отмахнулся от ненужной информации.       — Не скажете, где она теперь? Кармалину-то мы и искали, когда попались…       Повисло молчание. Слишком громко в нём раздался кашель. Влажный, надсадный. Ринар поморщился, вновь оглянувшись на бормотавшего одиночку. Тот повалился на колени. Кашель душил его так, что пальцы в бессилии скребли по каменным плитам. Изо рта сочилась кровь.       — Да ты что, совсем, что ли? — Ото входа насмешливо фыркнули. — Мы своих не сдаём! В таком-то месте говорить…       — Так ты сам же и начал, — возразили ему. — Когда выпьешь, совсем за словами не следишь…       Ринар уже не слушал разгорающийся спор. Он неотрывно пялился на незнакомца, бьющегося головой об камень. По спине пробежались мурашки. Его решётка, в отличие от остальных, почти не светилась. Более того, и от соседних камер тянулась дымка магии. Впитываясь в тело бродяги, она расцвечивала его затейливым узором, заставляя тот проступать сквозь мешанину шрамов.       В глазах помутнело. Ринар наконец нашёл причину, по которой взгляд так и тянулся к мужчине. Шрамы складывались в древние, изначальные знаки силы, которые превратились тысячей лет практики в первый рунный алфавит. Вот почему они казались знакомыми, но ускользали от разума столько времени! Ринар не мог понять, что значила их вязь. Такой плотный рисунок не расшифровать было так быстро и на расстоянии. Но что-то подсказывало…       — Кто-нибудь! — Ринар метнулся к решётке. — Эй! Стражи! Как вас там?.. Да в Бездну… Сюда! Скорее!       Леон непонимающе моргал, застыв неподалёку. Проследив за взглядом, с беспокойством посмотрел на скорчившееся в камере по соседству тело.       — Мари, дорогая моя… Ему ведь совсем нехорошо! Неужели мы ничего не в силах сделать?       — Охрана! — Ринар с наскока громыхнул об решётку плечом.       Тело прошило разрядом, но не таким сильным, как он ожидал. Мысли в панике метались в голове, мешая вспомнить верное звание человеческих стражей. Столько магии в неприспособленном для неё теле… Ринар бросился на решётку, крича что-то вперемешку с ругательствами. Обдумывать связанные фразы разум не поспевал.       Становилось темнее. Пленники, сидящие ближе к выходу, ощутимо забеспокоились, вторя Ринару. Из коридора послышались недовольные крики людей. Чернота сгущалась, скрывая шрамированного, что всё ещё пытался выдавливать из себя слова: не то заклинание, не то молитву. Дышать становилось тяжелее. Как тогда, в Квеле.       Времени больше не было.       — Нэй! Отойди к дальней от нас стене. Если можешь — спрячься!       — Что? — Сдвоенный вопрос, на который Ринар не ответил.       Схватил Леона, увлекая как можно дальше от решётки. Толкнул к стене, прямо за лавкой. Ещё пара секунд ушла на то, чтобы активировать броню.       И грянул взрыв.       Ринара впечатало лицом в стену. Он упал на Леона, впиваясь в плечи когтистыми перчатками. Спину обожгло болью от каменных осколков — брони хватило лишь прикрыть руки и часть груди. Это был предел.       Тихое шипение раздалось следом. Чернота, которая ещё мгновение назад была бродягой, неопрятными клубами вываливалась за остатки решётки. Хваталась масляно-блестящими отростками за камень, проедая тот насквозь.       Ринар застыл на месте, одним взглядом следя за монстром, перетекающим по коридору к выходу. Половины стены у их камеры не было, а прутья решётки изогнулись, словно подтаяли под палящим солнцем. Кто-то страшно кричал и ругался. Наверху слышалась беготня. Рин открывал рот в тщетной попытке сделать вдох. Мышцы задеревенели, отказываясь подчиняться. Дрожь сотрясала внутренности.       Что только что?..       Ринар сумел стряхнуть оцепенение, лишь когда существо скрылось из виду, и его шипение затихло где-то вдалеке. Он вскочил на ноги, рывком — и откуда силы появились? — поднимая с пола и Леона. Тот выглядел оглушённым и двигался заторможено. Ринар вылетел в коридор, то и дело поскальзываясь на обломках. Кинулся в противоположную от монстра сторону.       — Нэй!       Он осознал, что кричал, только когда закашлялся от набившейся в рот пыли. Часть коридора, которая была ближе всего к злополучной камере, разворотило до неузнаваемости. Откуда-то сверху лилась вода. Ринар метался взглядом от одного к другому, одновременно желая и боясь отыскать знакомую фигуру. Он замер посередине, на груде камней, которая всего несколько минут назад была надёжнейшими стенами для удержания буйных существ.       — Мари! — донеслось приглушённое.       Скатившись с возвышения, Ринар бросился на звук. Решётка в последней камере была цела, в отличие от стены, ввалившейся вовнутрь. В воздухе всё ещё висела пыль.       — Мари! Леон! Кто-нибудь!       В ушах звенело. Срывающийся голос Нэй отдавался в черепной коробке. Пришлось возвращаться к разрушенной камере, через которую можно было пройти, отплёвываясь теперь уже от ледяной воды, что хлестала из пробитого потолка. Буря бушевала где-то далеко. Разум постепенно становился отрешённым, чистым.       Камни перекатывались под ногами. Ринар схватился за остатки стены, чтобы не съехать по ним прямиком в камеру. Феи видно не было.       — Нэй?       — Здесь! Я здесь!       Ринар повернулся на звук. Бросился к завалу, разгребая булыжники руками, всё ещё охваченными перчатками. Скрежет и глухие удары, с которыми приземлялись отброшенные в сторону обломки, заполнили пространство. Тело двигалось отдельно от сознания.       Он не сможет. Не справится с крупными кусками, которые и сдвинуть-то было проблематично.       — Леон! — крик срывал горло. — Бездна тебя возьми… Помоги! Тут Нэй!       Альв вынырнул из-за спины, словно только этого и ждал. Ринар не услышал, как он подошёл. Мысли крутились вокруг запертой в ловушке феи. По вискам струился пот. Руки дрожали. Последний кусок пришлось переворачивать, упираясь в него спиной и толкаясь ногой от стены. Металлическая скамья подпёрла его с одной стороны, не давая упасть на пол. Именно там, забившуюся между стеной и полом, они обнаружили Нэй.       Слёзы размачивали пыль, оставляя грязные подтёки её на лице. Фея, не говоря ни слова, бросилась на шею Леону, который оказался ближе всего. Сил у Ринара хватило только на то, чтобы тупо уставиться куда-то в пустоту. Наверху что-то громыхало, слышались выстрелы.       — Нужно… уходить. — Сознание, наконец, сложило осколки картины в одну.       Не смотря ни на кого больше, он выбрался в коридор и только тогда обернулся. Леон шёл позади. Нёс Нэй на руках, бережно прижимая к себе.       — М-мари… я. Мне нужно здесь остаться.       Ринар непонимающе уставился на неё. Ему что, послышалось?       — Я должна встретиться с ними! — Она поджала губы. — Организация наверняка кого-то послала! Я не могу!..       — И сколько ты уже тут? Они не торопились, не так ли?       Нэй отвела взгляд. Всё было ясно и без слов.       — Не знаю, какие у тебя дела с Организацией… Но никто не придёт. — Ринар злился, и сам не мог понять отчего. — Люди бросят тебя демонам или сами уничтожат, чтобы не болтала лишнего. Подумай хорошенько, так ли важно то, что ты так рвёшься им сообщить.       — Но я ведь…       — Делай что хочешь, — Ринар дёрнул подбородком, не собираясь продолжать спор посреди рушащегося здания. — Лично я ухожу.       Строение ощутимо тряхнуло. С потолка посыпалась каменная крошка, и взметнулась пыль. Ринар бросился по коридору. Мимо покорёженных решёток, мимо остатков тел. Дальше — вверх по лестнице, судорожно вспоминая дорогу к выходу. Крики и выстрелы становились громче, перемешиваясь с рычанием.       Вылетев на первый этаж, Ринар экстренно затормозил. Впереди, за спинами людей колыхалась тьма. По её поверхности пробегала рябь, то и дело выстреливали гибкие отростки. В нос ударил запах гниющих тел и гари. Нечто с другой стороны скакало перед существом, не давая ему двигаться дальше на улицу. В просветах мелькали то оскаленная пасть, то раздвоенный хвост.       Ринар резко изменил направление. Через главный выход они не пройдут… Оглянулся через плечо. Последовали ли друзья за ним? Облегчение на мгновение заполнило грудь. Леон бежал молча, не задавая вопросов и не выпуская из рук Нэй, которая, к счастью, уже не пыталась возражать. Ринар оскалился, прибавляя скорости. Вот теперь порядок.       Навстречу неслись люди. Охранники, патрульные, простой персонал. Никто на бывших пленников внимания не обращал. Все взгляды скользили по ним как по пустому месту. Ведь где-то там, впереди, орудовала неведомая тварь и гибли товарищи.       — Они здесь! Здесь! — набивались в уши обрывки фраз, и повторялось с ужасом странное слово: — Клиры! На нас напали!       Ринар оглянулся. Неужели людям знакомо было отвратительное существо? Додумать эту мысль ему не дали — впереди обнаружилось массивное тело. Мужчина со смуглой, красноватой кожей даже не поморщился, когда в него влетели на полной скорости. Перехватил за плечи, отстраняя от себя, и только потом широко ухмыльнулся:       — О! Да ты и впрямь красотка!       Ринар узнал голос, который вёл беседу с ними внизу. Вывернувшись из стального захвата, ещё раз окинул мужчину сканирующим взглядом. Демон. Явно не из аристократии, судя по простодушному лицу и кривым полосам татуировки на нём. Копна кудрявых волос завязана в небрежный пучок, на щеках темнела щетина. Мутноватый взгляд блуждал, с трудом концентрируясь на чём-то одном.       «Неотёсанный громила» — мысленно вынес вердикт Ринар. Удивительно, как в таком состоянии демон вообще сумел остаться в живых и добраться сюда. За спиной у него обнаружились ещё двое, похожей комплекции и происхождения. Разве что выглядели гораздо хуже товарища. Оба были бледны и с трудом держались на ногах, тяжело дыша.       Ринар мотнул головой и попытался пройти мимо, но его остановили.       — Чего ещё?       — Там тупик. — Громила взмахнул руками, словно старался объясниться жестами. — Не выбраться.       Ринар едва подавил желание ударить идиота. Ещё раз ощутить, как когтистая броня пробивает чужое тело.       — Вы вообще кто?! — Он мстительно впился в руку, сжавшую плечо. — Тупик? Да вы на себя посмотрите!       Громила отшатнулся от крика. Вся тяжесть мыслительной работы отражалась на его лице так отчётливо, что Ринар, не скрываясь, на пару секунд вытаращился на него. На языке так и вертелись ядовитые слова, но здание вновь тряхнуло. Пол завибрировал, и что-то низко загудело.       Началось.       — Сгинь и не мешай, — Ринар скрипнул зубами и, оглянувшись на Леона, качнул головой: — Быстрее. Скоро эта штука рванёт. Вряд ли тут хоть что-то целое останется.       Он кинулся вперёд, протискиваясь мимо застывших демонов. Тупик или нет — плевать. Они уже на поверхности, а простые стены для него не были проблемой. Даже в таком состоянии. Через пару секунд за спиной раздался топот. Кажется, верные мысли всё-таки оформились в головах троицы, хоть и с опозданием.       Коридор действительно оказался тупиковым. Металлические двери по обеим сторонам были заперты, и даже окна́ в торце не наблюдалось. Только горшок стоял на полу с каким-то развесистым растением. Листья мелко тряслись от нарастающей вибрации. Ринар оттолкнул его с пути, не заботясь об аккуратности, и приложил ладонь к стене.       — Разве не можем мы ничем помочь им, душа моя? — Леон остановился в нескольких шагах. — Это существо… люди ведь не заслужили.       — Не наши проблемы. Сами справятся.       Пламя взметнулось, охватывая руку и расползаясь по стене. За спиной раздались поражённые вздохи. Ринар зарычал от раздражения. Эти идиоты… Им бы даже одной только грубой силы хватило, чтобы проделать проход! Теперь ему снова приходилось чувствовать, как выжигала себе путь наружу сила.       Резкий выдох. Замах.       Стена плавилась и крошилась под ударами, а Ринар всё больше отдавался злости. Пламя разгоралось, подпитываясь ею. Быстрее. Быстрее! В груди будто шар надувался, распирая страшным предчувствием.       В лицо пахнуло ночной свежестью.  Ринар метнулся на улицу, выламывая пальцами последние торчащие кирпичи на проходе. Наконец-то свобода. Пламя кое-где ещё вгрызалось в стену. Он махнул рукой, пытаясь стряхнуть неприятные ощущения. Нет, с этим точно следовало разобраться… Нельзя просто так было смириться, что его мощнейшее оружие оборачивалось против него же.       Оружие!       Ринар внезапно затормозил посреди улицы и развернулся. Их мечи остались в участке!       — Мечи! — Он припустил в обратном направлении.       Леон запоздало обернулся, но тут громыхнуло так, что заложило уши. Тьма метнулась во все стороны, испаряя остатки дверей и окон. Звон заполнил голову. Шлёпнулись об асфальт куски почерневшего мяса. Ринар попытался встать, цепляясь за забор, к которому его откинуло ударной волной. Тело прошило судорогой, дёрнуло болью где-то у основания черепа. Из приоткрытых губ вырвался стон, но ни звука не донеслось. Только непрекращающийся звон. Глаза нещадно слезились.       Глотая воздух, Ринар пытался найти взглядом Леона или Нэй, но натыкался лишь на обломки и части тел. Картинка дробилась, словно кто-то забывал менять кадры. Где-то совсем близко пробился через звон вой — огромный зверь рыдал от бессилия и потери. Ринар дёрнулся. Перевернулся, упёрся руками в шершавую поверхность. В какой момент броня свернулась?       В голове билась единственная мысль. Бежать от этого места. Бежать, пока выжившие не очухались настолько, чтобы вспомнить про пленных. Ринар с трудом перевёл взгляд на то, что некогда являлось логовом стражей правопорядка. Дымящаяся, оплавленная кое-где груда бетона и металла. Мечущиеся вокруг неё силуэты. Те, кому повезло больше своих товарищей.       — Боги! Вам помощь нужна?       Женский голос звучал на грани слуха — вполне можно было спутать с миражом. Ринар моргнул. Чёрные лакированные туфли с блестящими капельками влаги шаркнули в последний раз и остановились почти у самого носа. Ринар медленно поднял голову, скользя взглядом по стройным ногам, обтянутым полупрозрачной материей. Незнакомка присела на корточки, не дожидаясь, пока он сам достигнет лица. Прислонила к плечу расписанный аляповатыми цветами зонт.       В поле зрения возникли полные, вишнёвого цвета губы. Они задвигались и округлись в удивлении. Ринар слышал, что женщина говорила, но не понимал ни слова. Механически кивал на все — как казалось — вопросы, упрямо возвращая взгляд, чтобы рассмотреть лицо. Пушистые ресницы, прямые чёрные волосы, едва достигающие линии подбородка. Слёзы или капли дождя на щеках?..       Тонкие пальцы сомкнулись на плечах, его потянуло вверх, вынуждая подняться. Слабый запах моря и цитрусов. Ринар прикрыл глаза, пытаясь совладать с головокружением. Тело не напряглось. Напротив — расслабилось в объятиях. Единственных таких во всех мирах. Узнавание заставило улыбнуться.       — Нашлась, наконец-то. Рита…       — Кто из нас ещё терялся! — её голос то и дело срывался на рыдания. — Я знала! Знала, что ты меня не оставишь.       Нервный смех вырвался из груди. Сколько раз за последнее время Ринар действительно на волоске был от того, чтобы похоронить исследования всей жизни. Рита ловко закинула его руку себе на плечо, позволяя повиснуть всем весом, обхватила за талию.       — Пойдём скорее. Всё потом. — Она оглянулась, проверяя, не последовал ли кто за ними.       Всё громче и ближе слышались сирены. Ринар неловко переступил ногами. Веки свинцом налились — держать их открытыми становилось нестерпимо трудно.       — Там… мои друзья, — последним усилием он приоткрыл губы. — Альв… и фея. Ты… видишь их?       — Никого я не… — Рита вздрогнула. — О.       Ринар разлепил веки: совсем ненамного, только чтобы удостовериться, что дорогу им действительно перегородил Леон. Яркой картинкой мелькнули перед взором фиолетовые глаза. Ледяные, решительные.       — Нет, это… — попытка объясниться.       Сердце споткнулось. Мир застыл на полувздохе…       …и померк.