Давай займёмся фансервисом, хён?

— Ребятушки, я на всех рыбные пирожки купил! – забираясь в чёрный тонированный фургон, оживленно кричал Джин. – Вот, разбирайте. Он уселся на свое место, повернутое к салону, и протянул парням деревянные палочки с нанизанными на них пирожками. Полусонные мемберы вытащили каждый по одной и, бубня благодарности, расселись по местам. Сокджин счастливо улыбался. — О, кто не взял? – он удивленно уставился на ребят, заметив в руке две оставшиеся палочки. — Это Чимин! – вскакивая с места рядом с лидером, выкрикнул Чонгук. Все обернулись на притихшего рядом с Тэ парня. — Ну ты и крыса… – тихо пробурчал Чим в воротник пушистого голубого свитера. – Хён, я правда не хочу! – оно громко начал оправдываться, увидев удлиненное от удивления лицо старшего. Чонгук, услышав его слова в свой адрес, обиженно развернулся к окну. — Господи, что за фигня, – начал причитать Джин, – ну кто тебе сказал, что ты пополнел? Хорошенький такой пельмешек… — Хён! – возмутился Чим и вжался в спинку кресла. Смотрящий в окно Чонгук рассмеялся, но за секунду осознал опрометчивость такого поведения и закрыл рот рукой, продолжая издавать хлюпающие звуки через ладонь. — Что хён? Что хён, – продолжал Джин, – ты вообще за время промоушена исхудал весь, как… Но старший не закончил свою мысль, так как его перебил проснувшийся солнышко-Хосок: — Чимин-а, если тебя что-то тревожит, ты скажи своим братьям, – он положил руку на плечо розоволосому, – мы тебе подскажем. — Ничего меня не тревожит, – насупившись, Чимин снова уткнулся в воротник. — Тогда ешь, – не унимался Джин. — Аааащ, – Тэ не выдержал, выдернул из руки Джина палочку с пирожком, вставил ее в скрещенные на животе пальцы Чима и приземлился обратно на свое место рядом с ним. Чимин поднял на него прищуренные глаза, но потом снова опустил их и принялся есть этот дурацкий пирожок, откусывая по микроскопическому кусочку. Есть ему совсем не хотелось. Да и настроения у него не было. И спал он сегодня плохо, потому что полночи тупо лежал и пялился в потолок. — Можете пока поспать, мы будем на месте только через полчаса, – сказал менеджер, повернувшись к ребятам из водительского салона. — О, даа… ̶ с улыбкой протянул Юнги, откидывая голову назад. — А ты не можешь, – прибавил менеджер, – ты сегодня будешь MC, так что вот, учи сценарий. Он передал Джину скрепленные листы и развернулся обратно, не желая встречаться с тяжелым взглядом Шуги. Джин протянул листы Юнги, почему-то виновато улыбаясь. — Шуга-хён – MC? – удивленно переспросил Чонгук. — Ваа, повезло, – сидящий рядом с Юнги Рэпмон, желая подбодрить, хлопнул его по плечу, отчего у того вырвался кашель. — Почему я? — Мне кажется, или Юнги меньше всех из нас на эту роль подходит? – посмеиваясь, спросил Джей-Хоуп. — Для того, чтобы читать текст с карточек, много энергии тратить не нужно, – протараторил менеджер, не желая продолжать этот спор, так как боялся, что мемберы все-таки смогут его переубедить. Сначала он хотел отдать роль ведущего Чимину, но еще с утра заметил, что тот встал не с той ноги, поэтому изменил свое решение в сторону Шуги. Этот парень сделает все хорошо. Повозникает, но сделает. Мин Юнги всегда выглядит холодным и неприступным, но те, кто знает его довольно близко, уже поняли, что более доброго, заботливого и покладистого ребёнка нужно ещё поискать. Он всегда хмурится, ругается, когда другие участники достают его, но каждый раз его угрозы страшной расправы так и остаются лишь угрозами. Со времён дебюта прошло уже около 4-х лет, поэтому эти парни действительно успели стать братьями. По крайней мере, именно так их отношения выглядят со стороны. Кто из них к кому ближе – это уже совсем другой вопрос, в который менеджер углубляться не хотел. Но к Шуге все относились по-разному. Особенно отличились Чимин, который постоянно крутиться вокруг хёна, пытаясь получить хоть какое-то внимание к своей персоне, и, наверное, Хосок, который всегда считал Шугу лучшим другом и творил с ним всякие сумасшествия. Остальные? Опять же, все по-разному. Джин постоянно пытается его накормить, Чонгук – подколоть, Рэпмон часто пишет с ним песни, а Ви… Про отношение этого парня менеджер особо многого не знал. Да и какая разница? Главное, чтобы никаких проблем и скандалов не было. Еще немного пошумев и посуетившись, мемберы успокоились, и в машине воцарилась сонная тишина, прерывавшаяся лишь гудением мотора и звуком переключаемых поворотников. У BTS был плотный график на этой неделе, поэтому все, включая Юнги, уснули. Машина подъехала к высокому зданию, будто полностью сделанному из темного стекла. Ребята лениво вывалились из машины и, закрываемые телами охранников от поджидающих у входа фанаток, вошли внутрь. В студии, где должен был сниматься очередной эпизод их шоу, было светло и шумно. Повсюду были расставлены камеры, большие софтбоксы, между ними и стульями плелись и путались черные провода, в стороне столпились операторы и звукачи в черный кепках и с бумами в руках. Парни вошли в помещение, и их сразу окружила толпа стаффа, увлекая в сторону гримерки. Менеджер остался в студии разговаривать с режиссером. Мемберы вошли в гримерку и расселись на креслах напротив освещенных зеркал. Стилисты принялись превращать этих опухших из-за сна в машине мальчиков во взрослых и сексуальных айдолов. Хосок мурлыкал себе под нос «Boy meets evil» и топал в такт ножкой под столом, в это время Чонгук играл в гонки на айфоне, постоянно поднимая голову по просьбе гримера, а Чимин тупо пялился куда-то мимо своего отражения. Шуга держал в руках листы с примерным сценарием эпизода, пытаясь вникнуть в задания, которые ему придется объяснять одногруппникам. Тэ сидел на стуле рядом с ним и всеми силами пытался незаметно подглядеть в белые листы. Он потихоньку отклонялся в сторону Юнги, а его левый глаз уже начал немного косить, когда перед ним появилась черная майка и протянула кейс с голубыми линзами. Ви разочарованно вздохнул и принялся вставлять линзы, с ухмылкой размышляя над тем, что он успел прочитать в сценарии шоу: «Выберите себе партнёра и возьмите в рот палочку «Pocky…»

* * *

— Предлагаю камень-ножницы-бумага! КАМЕНЬ-НОЖНИЦЫ-БУМАГА! – пытаясь перекричать остальных, орал во всю глотку Чимин. На освещенной площадке воцарился настоящий хаос: Хосок и Джин катались по полу, издавая звуки, напоминающие крики птеродактилей, Чонгук смеялся, наблюдая за ними, Рэпмон стоял на коленях и, опустив веки, поднял голову куда-то вверх, словно читая молитву, а Тэ с удивленными глазами уставился на режиссера, во всем этом шуме пытаясь спросить: — Что, правда? Правда? Ааах… – он использовал все свои актерские способности по максимуму, изображая искреннее удивление, и при этом поглядывал на Юнги, спрятавшего свое белое личико за карточками с заданиями. Менеджер, стоящий рядом со стулом режиссера уже весь покраснел от смеха, осчастливленный такой бурной реакцией мемберов. Вместе с ним не могли сдержать смех и весь стафф. — Зачем камень-ножницы-бумага? – обращаясь к Чимину, перекрикивал орущих ребят Шуга, – каждый сам выбирает себе партнёра, и поехали… — Ага, а ты у нас что, откосить решил? – не переставал возникать розоволосый, – все по-честному будет, кто выиграл – тот и не участвует! — А чем я тебе мешаю? Веду тут себе шоу преспокойненько… – завозмущался Шуга. — Всё правильно мелкий говорит! – прооравшись, Хоуп быстро вскочил на ноги и вцепился в удивленного ведущего. На заднем плане, поднимаясь, спотыкался Сокджин. – У всех должны быть равные шансы быть униженными! — Ааа, я не верю, что и до нас это дошло, – нервно смеялся Рэпмон, поднимаясь с колен и вставая обратно на свое место рядом с Джином. — Тогда давайте напишем имена всех мемберов на стикерах, свернем их и перемешаем в каком-нибудь пакете, – предложил Хосок, – кто кого вытянет, с тем и будет играть. — Я не согласен! – запротестовал Шуга, вызвав очередные смешки по ту сторону черной аппаратуры. — Да ну, – разочарованно протянул Тэ, – так не интересно. — Ты так говоришь, потому что тебе никогда не везет! – обращался к Юнги Хоуп. – Что, боишься, что тебе какой-нибудь извращенец выпадет? – он похотливо засмеялся. — Ты на себя что ли намекаешь? – Юнги закатил глаза. — Дайте нам стикеры, пожалуйста, – обращаясь к режиссеру, улыбался Чонгук. — Я же вам еще даже правила не рассказал... Рэпмон забрал из протянутой руки черную сумку, достал из нее желтые листочки и ручку и, усевшись на пол, принялся писать. Чонгук и Тэ следили за ним, и второй в это время пытался разглядеть, чем же отличается небольшой желтый листок с написанным на нём «Шуга» от остальных… — Что-то ты по какой-то странной схеме работаешь, хён… – нахмурившись, пробормотал Чонгук. — Какой такой? – как ни в чем не бывало, спросил лидер, закидывая листы обратно в пакет и мотая им в воздухе. — Ну, ты только 3 имени написал, и стикеров.. — Всё там правильно, – прервал его Рэпмон, – я же не всех буду писать, а то каша получится, – он убедительно посмотрел ему в глаза. — А, ну да, – младший посмотрел по сторонам и, сделав вид, что все понял, выпрямился рядом с лидером. — Ну что, берем по одному, – Рэпмон по очереди подошел к каждому мемберу с протянутым пакетом, – пока не разворачиваем листочки. Забавно было наблюдать, с каким выражением лица каждый из парней вытягивал желтый сверточек. Оказавшийся первым Джей ̶ Хоуп пританцовывал на месте, запуская руку в пакет и долго мешая пальцами бумажки. Чонгук, Тэ и Чим вытянули стикеры с абсолютными покер-фейсами. Шуга, опуская руку в пакет, тихонько выругался себе под нос, а Джин не переставал нервно посмеиваться. — На счёт три все раскрываем свои бумажки перед камерами! – объявил лидер. — Погоди, а ты взял? – спросил Хоуп. — Да-да, вот, – показал желтый стикер Намджун. Никто не заметил, что он достал его из заднего кармана джинс, – Раз… Два. Три! Мемберы развернули бумажки, вытянув их перед камерами и давая заснять каждую. Увидевший имена на них PD-ним прыснул от смеха. — Что-о? – протянул Джин и быстро поднес бумажку к глазам, – Что-о-о? Почему у меня пусто? Его примеру последовали остальные участники. Двое из них повалились на пол и забились в конвульсиях, остальные либо крутили бумажку в руках, либо вопросительно смотрел на лидера. — Зато у меня не пусто, – сказал лидер, закрывая глаза руками и протягивая другу бумажку с аккуратно выведенным на ней именем «Джин». Тот закусил губы, тихо угукнул и неловко встал рядом. — Это как понимать? – спросил Юнги. – Меня что, типо пронесло? — Нет, хён, не пронесло… – где-то снизу просмеялся Чим. – Мы с тобой в паре. Вишня выпучил глаза и выронил бумажку из рук, но потом быстро подхватил её и принял равнодушный вид. — Да лааадно, – протянул темноволосый, присаживаясь на корточки и понимая, что на этот раз от недвусмысленной игры ему не отвертеться. Если он еще раз попробует проиграть специально, как это было на одном из шоу, когда он «закашлялся и случайно выронил листочек прямо перед тем, как передать его губами Тэхёну», то менеджер от него живого места не оставит. Он помнил, как возмущался PD-ним после того эфира, ведь он, видите ли, обломал им весь фансервис. Что вообще за группа такая, где парням приходится жмакаться друг с другом на камеру? И так эти мелкие в общежитии висят на нём временами, но не показывать же это всем? Ах, хип-хоп мёртв… — Чимин, тебе не нравится? Давай поменяемся, не глядя? – быстро предложил Ви, сворачивая за спиной пустой листочек. — Ну не, вдруг там у тебя Чонгук, – вставая, смеялся Чимин, – засосёт так, что… — Э-э! – возмущенно закричал Чонгук. – Это же вырежут? – понизив голос, он обратился к режиссеру. — Вырежут, – ответил менеджер, закрывая глаза ладонью. — Ну… ты! – он угрожающе помахал пустой карточкой перед лицом Чима. Тот спрятался за спиной Шуги, осунувшегося и устало опустившего голову набок. — У меня Чонгук, – закрывая рот ладонью, жалобно протянул Хосок. Джин ухватился за руку Рэп-монстра, чтобы не упасть со смеху. Чонгук возмущался на всю студию: — Аа-аа, да ничего я с тобой не сделаю! Сюда иди! – и направился за попятившимся Хоупом. — Ну что? Предлагаю начинать! – ставя на место Чонгука, лидер своим громким голосом успокоил всю студию. – MC, – он обратился к приунывшему Юнги, – объявляй правила этой «Pocky game» и назначай первую пару! — Хорошо, – Шуга взбодрился, – получается, у нас без пары только Тэ остался? Тогда вот тебе карточка, – он протянул не сводящему с него глаз парню листок с заданием, – читай, объявляй, властвуй! Тэхён подавил горький смешок. Да, попадись бы ему имя Мин Юнги, он бы так властвовал… Но теперь ЕГО пара попалась этому негодяю-Чимину. И чего он еще так лыбиться? Встал рядом с Юнги и лыбится. Конечно, как я раньше не замечал, что он постоянно пытается его полапать? Всё жмется к нему: «Хён! Хён!». Вот же лис… — Виии, – громче повторил Юнги, отчего сощуривший глаза Тэ вздрогнул и быстро выхватил карточку из рук Мина. Он пробежал глазами по напечатанному на обратной стороне тексту и монотонно стал зачитывать правила: — Выберите себе партнёра и возьмите в рот палочку Pocky. Второй человек должен взять палочку с другого конца и, как можно быстро откусывая ее и не вынимая изо рта, – Тэ остановился, чтобы незаметно закатить глаза и перевести дыхание, – дойти до губ партнёра… На этих словах в студии опять раздались яростные крики мемберов, Хосок кинулся всем телом на стену и, врезавшись в неё, свалился на пол. Джин ржал в лицо Рэпмону. — Дойти до губ партнёра. – Устало продолжал Тэ. – Пара, у которой останется самый короткий кончик палочки, побеждает. — А что будет, если проиграем? – спросил у режиссера Шуга, отодвигая от себя лезшего обниматься Чимина. Менеджер смерил его угрожающим взглядом. — Мы подготовили приз для победителей, а для проигравших – жестокое наказание, – загадочно улыбаясь, ответил полный мужчина на режиссерском кресле. — Ууу, – устрашающе протянул Чимин, – жестокое… — Жёстче, чем уборка в общежитии? – поинтересовался Чонгук. Менеджер удивленно взглянул на него и наклонился к режиссеру, что-то нашептывая на ухо. — Ах, вы серьезно больше никакого наказания придумать не можете?.. – разочарованно засмеялся макнэ. — Эй, ты чего нарываешься-то? – подскочив к нему, прошептал Чимин. – Блиин, если правда придется убираться, то это так ужасно, PD-ним! – он наигранно захныкал. Менеджер оторвался от уха режиссера, и тот легким кивком и подозрительной улыбкой выразил ему свое одобрение. — Да, наказание будет жёсче, – довольно сказал режиссер. Мемберы застонали. Шуга подошел к макнэ и пнул его в кроссовок, но тот ничего не почувствовал. — Мастера вы находить себе проблемы на задницу, конечно… – смеялся Намджун. — Ну ладно, предлагаю начать с родителей! – не выдержав, объявил Чимин. Он вытолкнул Джина и Рэпмона вперед и вернулся на свое место, по пути ткнув пальцем в карточку Тэ, намекая на начало игры. Ви окинул его недовольным взглядом, но все-таки взял со стола розовую коробочку с палочками в шоколаде, достал одну и протянул лидеру. Рэпмон, неловко улыбаясь, взял палочку и зажал ее губами. Джин подошел к нему ближе и, сцепив свои руки за спиной, взялся за другой конец. На этом моменте мемберы умиленно заулюлюкали, и на счёт «три» Джин начал откусывать палочку со своего конца. Джей-Хоуп вешался на закрывшего лицо руками Юнги и орал, как горилла, а Чонгук подошел вплотную и смотрел на сближающиеся губы Мона и Джина. Оба парня закрыли глаза и спокойно делали свое дело, словно занимались этим каждый день. Джин подошёл вплотную к лидеру и, как только тот сделал шаг ему на встречу, сокращая расстояние между ними до минимума, откусил палочку. Бившийся в конвульсиях Хоуп соскочил с места и кинулся к парням, на ходу схватив из рук улыбающегося стаффа линейку. Ви забрал ее у него и забрал у смущенного и покрасневшего Джина кусочек шоколадной палочки. — Два с половиной сантиметра! – объявил Вишня. – Совсем неплохо! Рэпмон, сверкая своими ямочками, отошел от камер и, кинув быстрый взгляд на покрасневшего друга, встал рядом с ним. — Ну, от семейной пары я ожидал большего, – глумился Чимин. Джин дотянулся до него и дал легкий подзатыльник. — Следующая пара? – громко спросил Чонгук, толкая резко переставшего улыбаться Хосока в центр студии. — Чонгук, давай немного нежнее, – жмурясь, смеялся Рэпмон, – смотри, твой партнёр перепугался весь, бедный. Многочисленные камеры перевели фокус на Джей-Хоупа, вырывающего свою плечо из рук макнэ и пытающегося найти поддержку в глазах одногруппников. — Ааа! Этот ребёнок на 3 года меня младше! Почему я должен терпеть такое отношение?! – Хоуп хотел драматично упасть на колени, но макнэ подхватил его и не дал ему этого сделать. Ви, улыбаясь, протянул Чонгуку шоколадную палочку, и Чонгук одним движением развернул к себе растерявшегося хёна, вставил ему в рот Pocky и взялся за другой её конец. Он, быстро откусывая палочку, приблизился к лицу Хосока, широко распахнувшего глаза, и, почти дотронувшись до его губ, откусил палочку и легко толкнул парня. Мемберы, все это время бившиеся в истерике на заднем плане, только беспомощно стонали, сгибаясь пополам. Джей-Хоуп от неожиданности открыл рот, желая выразить свое недовольство очередной порцией крика, и выронил палочку. Ви подбежал к ней с линейкой. — Эй, стоп! Стоп! Ты её тоже откусить должен был! – закричал младший, кидаясь сначала к палочке, а потом к отключившемуся Хоупу, – она же короткая должна быть! — Аа-ащ, всё, отстань, – махнул рукой Джей-Хоуп, ̶ я морально истощён… — Я щас тебя физически истощу! — Делай, что хочешь, хуже не будет… — Будет, поверь мне! — Четыре сантиметра, – громко объявил Тэ, заставив Чонгука громко застонать, а остальных мемберов издать протяжный звук «Ууу…». — Неееет, – Чонгук упал на колени рядом с Хосоком, – всё зря! — Боже, этот парень ненавидит проигрывать, – смеялся Чимин, – беги, глупец! Во время этого импровизированного спектакля Мин Юнги чувствовал, что ему потихоньку плохеет. Сначала он думал, что умрёт от смеха, а теперь, когда заметил, как Чимин бросает на него подозрительные взгляды, решил, что умрёт со стыда. Как сохранить имидж крутого парня, когда другой парень будет есть печеньку из твоего рта? Боже, как это стрёмно звучит. Как мне себя вести? Может, сделать, как Чонгук? По крайней мере, я буду выглядеть мужественным… — Ну что, теперь мы, хён? – тихо спросил приблизившийся Чимин, прервав мысли Юнги. — Ээ… – темноволосый, растерявшись, только глупо улыбнулся. Нет, как Чон он точно не сможет. — Не волнуйся, я всё сделаю, – младший сказал это на ухо Шуге и пошёл за палочкой к напрягшемуся Тэхёну. Мин остался на месте. В таких ситуациях он всегда немного подтормаживает. Вишня, все это время игнорирующий болтовню Джина и крики макнэ, следил взглядом за приближающимся к нему Чимом и сжимал в руке розовую коробку. — Тэ, ты так все палочки сломаешь, – сказал ему подошедший розоволосый, – они тогда короче будут. – Он вытащил из сжатой ладони Тэ упаковку и мило улыбнулся, возвращаясь к Юнги. Ви сжал губы, не сводя глаз с парня. «Какого хрена такая улыбочка?» – пронеслось в его голове. — Пошли, – сказал Пак растерявшемуся Шуге, вставая перед камерами и доставая шоколадный стик из упаковки. Юнги вышел в центр студии и встал напротив парня. Тем временем Джин понял, что тщетно пытается затравить какую-то стариковскую шутеечку нахмурившемуся Вишне, и толкнул того в бок. Ви с возмущенным видом повернулся к мамке и поймал его обеспокоенный взгляд. Тогда он широко улыбнулся и как ни в чем не бывало толкнул его обратно, будто не понял, чем было вызвано волнение старшего. Он снова повернулся в сторону парней перед камерами и еле сдержался, чтобы не сорваться с места и не оттащить своего Юнги от этого улыбающегося дьявола. Он слегка подался вперед, но вернулся в прежнее положение и только тихо прочистил горло, напряженно переводя взгляд с одной камеры на другую. Чимин, отдав упаковку с поломанными палочками ухмыляющемуся Хоупу, встал напротив Юнги и, слегка улыбнувшись, тихо спросил, чтобы не услышали камеры: — Ты, или я? — А? – также тихо переспросил Юнги, все еще туго соображая. Потом быстро прибавил: – Давай, я. Но Чимин усмехнулся и, подойдя ближе к Шуге, поднёс палочку к его губам. Парню ничего не оставалось, как сжать ее зубами и сжаться всем телом самому, зажмурив глаза. Он решил, что лучше переживёт это так, перетерпит, а потом все поржут и успокоятся. Как-никак, он в своей жизни делал вещи и похуже. Например, в девчонку наряжался… ластиковые штаны носил… или, например, обжимался в клубе с Хосоком… ну, это по-пьяни было… Пока Юнги занимался самоанализом, в студии царил стандартный для подобной ситуации крик и ржач, пока он не сменился странной тишиной. Темноволосый все также стоял, сжав во рту стик и напрягшись всем телом, а расслабленный Пак, медленно взяв в рот другой конец печенья, стал неторопливо подходить к старшему, при этом, не отрывая взгляд от его лица и откусывая по кусочку от палочки. Он усмехнулся, глядя на напряженное выражение лица темноволосого и, взяв его за рукава толстовки, легонько потянул на себя, вызвав «охи» и «ахи» в студии со стороны работников женского пола. Юнги, подавшись вперёд, сломал шоколадную палочку посередине, но Чимин быстро перехватил отломанный конец, уже почти приблизившись к губам напрягшегося парня. С каждым сантиметром Юнги всё больше начинал отклоняться назад, Чим все крепче сжимал рукава его толстовки и тянул на себя, а в студии нарастал крик мемберов. Под конец, Пак перехватил руки старшего и, сильнее потянув его, сделал последний укус, стукнув своими губами о его. Юнги резко открыл глаза и выдернул свои руки, в мгновении ока оказавшись в метре от пушистого голубого свитера, вынимающего шоколадную крошку изо рта. К Чимину сразу же подскочил орущий Хосок с линейкой, но потом выбросил ее и просто положил крошку на кончик пальца и поднёс к камере. Шуга ошарашенно оглянулся по сторонам и заметил сзади себя чью-то руку, держащую его за капюшон толстовки. Ви встретился с перепуганными глазами Юнги, нахмурился и быстро убрал свою руку, обнимая парня за плечо и отводя его подальше от камер, дабы в эфир случайно не попала его растерянная физиономия. Пак, все это время улыбающийся смеющимся и аплодирующим мемберам, заметил это и закусил губу.