Все переплетено

      Полина сотни, тысячи раз прокручивала в голове сценарий, как она встретит того – самого. До мурашек по спине, до дрожи в коленках, до покалывания в кончиках пальцев. Все эти бабочки в животе, взгляд глаза в глаза, его мягкий глубокий голос, осторожные касания, почти невесомые. И она вся такая девочка-девочка – воздушная, хрупкая, нежная, а он похож на принца из детских сказок. А дальше только «и жили они долго и счастливо». И, конечно же, умерли в один день в окружении детей и внуков.       Это ведь сказка.       А в реальности все оказалось скучно и пресно: обычный будний день, серое небо над головой, толпы спешащих по своим делам людей, и она, бредущая черт знает, куда. В наушниках Оксимирон сменялся Домино, под ногами – месиво из талого снега и грязи. Омерзительная погода под отвратительное настроение. Ничего общего с идеальной картиной судьбоносной встречи, нарисованной богатым воображением.       Они столкнулись на узком тротуаре; он слишком торопился, чтобы заметить замешкавшуюся в поисках телефона девчонку. Не было того – самого – взгляда; недовольство на красивом гладко выбритом лице, беззвучно шевелящиеся губы – в ее ушах до сих пор были наушники. Он помог ей подняться, рывком поставив на ноги, что-то спросил, досадливо морщась.       «Услышь меня и вытащи из омута…*»       Полина вытащила один наушник.       – Девушка, внимательнее нужно быть, – раздраженно отчитывал ее мужчина, постоянно встряхивая рукой и смотря на часы. Он хмурился, и между бровей появлялась глубокая вертикальная морщина.       Полина промолчала, обиженно поджав губы. Мало того, что ее сбили с ног, так еще и отчитывают, как провинившуюся школьницу. Чувствуя, как к горлу подкатывает сухой ком, а глаза начинает щипать, она пробурчала себе под нос слова извинения и, обогнув мужчину, торопливо – насколько позволяла боль в ушибленном колене – зашагала прочь.       – Постойте! Девушка, подождите!       Он догнал ее.       – Простите, – его голос звучал теперь извиняющееся, а лицо смягчилось. И на губах появилась легкая улыбка.       Полина снова молчала, смотря поверх плеча мужчины. Общение с незнакомыми людьми всегда давалось ей очень сложно, и она старалась отделаться от собеседников как можно скорее. Уползти в свою нору, забиться в угол и забыть.       – Вас подвезти? – он зачем-то пытался поймать ее взгляд, но Полина упрямо отводила глаза.       Она неуверенно кивнула. Бродить по улицам в грязных, промокших джинсах и тонкой куртке не казалось ей такой уж хорошей идеей.       «А если маньяк», – засомневался вдруг внутренний голос.       Полина, чуть склонив голову на бок, внимательно изучила лицо незнакомца и вынесла свой вердикт – нет, он не похож на маньяка. У него добрые глаза и теплая улыбка.       «А маньяки и не похожи на маньяков», – не унимался внутренний голос, а Полина уже спускалась вниз по улице за человеком, который сбил ее с ног, и чьего имени она до сих пор не знала.       Вот так и началась их история: в один обычный будний день, когда он торопился на важную встречу, а в ее плеере проигрывались треки Оксимирона.