Юки-онна

*POV* Тобирама

      Известие о том, что Ю-сан вернулась живой и невредимой, меня нисколечко не удивило. А вот Йоко-чан с утра как будто повеселела, разговорилась, мол, пришла сюда Харуно не одна, а с военнопленной. Небезызвестной, между прочим. А вот откуда простая прислужница может знать такую, как тогда показалось, секретную информацию, Фудзивара лишь кокетливо, чёрт поди, расхохоталась. И поведала о том, что она не единственная из прислуги знает эту «страшную и очень страшную тайну». И под неукротимый монолог Йоко-чан, я легла обратно на футон.       — Ой, Тобирама-сама, — всё ещё не унимается прислужница. — Говорят, эта женщина очень сильна! Даже сильнее, чем Харуно-сама.       — И из какого клана эта сильная не Харуно-сама? — неожиданно вырвалось у скучающей от безделья меня. — Хаши-кун как-то обмолвился, что женщин-шиноби нечасто встретишь, а из таких вот женщин я знаю только лишь Ю-сан.       — Хм, — девушка тут же призадумалась. — Ничего такого особого не заметила, но если чисто на внешность, она довольно красива.       — Ю? — переспросила я.       — Нет, что вы! — отмахнулась, как от очевидного, Фудзивара. — И цвет волос у неё редкий, белый. Даже не тёмно-пепельный, а белый, как у Вас, Химэ. И отметины на щеках красные в форме клыков, кажись. И Ю-сама, мне говорили, об этой женщине нелестно отзывается.       — Инудзука, значит, — тихо фыркнула, понимая, что Йоко-чан эту секретную информацию слил один из стражников, который решили покрасоваться перед этой смазливой дурочкой. А ведь и вправду, Фудзивара недурна собой. И к тому же… Я лениво покосилась в сторону слишком уж весёлой девушки и тут присвистнула, уже в который раз оценивая, на что так тупо ведутся всякие там извращенцы — на слишком большую грудь, которую не спрячешь даже под множеством юкат. — И вообще, Йоко-чан, что ты делала на нижних ярусах? — тихо процедила я и тут же осеклась — прислужница подозрительно затихла.       — Что вы, госпожа! — вдруг серьёзным тоном проговорила девица. — Нам, прислуге, запрещено посещать нижние этажи поместья. За это полагается наказание.       — Так, из твоих слов уясняю: эта женщина не в темнице. И какого смысла держать военнопленного в гостевых покоях? Или где-то ещё в особняке?       — Мне этого неизвестно, — пояснила Йоко.       Я тихо фыркнула, но переговариваться не стала. Тем более Фудзивара и так старается вести себя, как будто Фуу здесь и всё очень хорошо. Но мой информатор, то бишь Хаши-кун, однажды поделился местными сплетнями шиноби, из которых выяснилось, что в ту ночь, примерно перед тем как Ю-сан покинула поместье, исчезла и Фуу. Спонтанно, без причин, без оснований, ночью. Через подземный туннель, который ведёт прямиком в глубь в древнего леса.       Хаши-кун ещё много чего интересного рассказывал. Но по мне, приходил этот парень не для того, чтобы поведать сестре интересную новость, а для того, чтобы попялиться на большую грудь Йоко-чан. Эх, подростки! Гормоны бурлят в одном месте… И я мечтательно вздохнула, мысленно проваливаясь в ленивую негу — в воспоминания о своей прошлой жизни. И увы…       — Тобирама-сама! — голос Йоко впервые для моего слуха оказался слишком раздражительным. — Тобирама-сама, Ю-сан вот-вот скоро придёт Вас навестить. Поэтому прошу, не спрашивайте ничего… Про Фуу.       Но никаких вопросов вроде «Почему?» насчет своей второй прислужницы задавать не стала. Лишь кратко кивнула в ответ, мол, хорошо Йоко-чан.       И главное — никаких волнений и никаких нервов, ведь…

Ваше здоровье улучшилось на +2

      …Может дать обратный эффект, эдак, в четыре раза.

***

      В мою жизнь, а точнее в мои покои Ю-сан вошла, как подобает знатной даме из высшего общества — спокойно. Но взгляд… Но вот взгляд у розоволосой отчего-то бешеный. Я мельком посмотрела на Йоко, потом на Харуно. Первая замерла от страха, а потом стушевалась, и под мелодичный аккомпанемент красивого голоса: «Свободна!» — поспешила ретироваться от греха подальше.       И вторая, проводив первую недобрым взглядом, что-то прошептала. Явно что-то нехорошее.       И как только Йоко-чан ушла, Харуно решила сфокусировать всё своё внимание на моей скромной персоне. А Осторожность так и заверещала, предупреждая об опасности.       — Я всё знаю! — резко на одном дыхании приговаривает розоволосая. И я, глядя в её холодные светло-зеленые глаза, встаю с футона. Тщетно — ноги еле держат, дрожат. От чего падаю на пятую точку, а потом отползаю подальше к стене. Девушка делает резкий шаг в мою сторону, и я замираю, сидя на полу. Харуно молвит:       — Я знаю всё, Тоби-чан! Как ты могла?!       — О чем вы, Ю-сан? — стараюсь говорить сдержанно, но только начинаю паниковать. И видеть перед глазами оповещения…

Ваше здоровье упало на –2 Ваше здоровье упало на –2 Ваше здоровье упало на –4 Ваше здоровье упало на –7

      Я читаю сообщения, смотрю на Ю-сан со страхом в глазах, думая: «Так и знала!». И если так пойдёт дальше, то моё тело, не выдержав эмоционального давления, просто… Сломается?       Харуно делает ещё один шаг в мою сторону. Еще один и ещё — подходит быстро и, схватив за запястье, резко дергает на себя. И я на дрожащих ногах невольно приподнимаясь перед ней, и тут же громко вскрикиваю от боли — запястье, за которое держит меня розоволосая, как будто облили кипятком. Смотрю на свою руку, вижу: кожа как-будто плавится, испускает горячий пар. Чувствую: в плоть медленно проникает что-то горячее. Что-то чёрное… И я опять кричу, и от моих криков в опочивальню вбегает испуганная Йоко.       — Ответь честно, Тобирама! — злобно цедит Харуно. — Это ты рассказала Фуу о том тайном лазе?! Паршивка?!       — Нет! — кричу. — Отпусти, чудовище!       И розоволосая нехотя отпускает моё запястье — падаю на футон. И тут же начинаю плакать от обиды, от злости, от негодования — мне противно, довольно мерзко. Меня обвинили в том, чего я не делала. Говорю тихое: «Чудовище!». И сообщение, возникшее не вовремя перед глазами…

Ваше здоровье упало на –10 Внимание!!! Возможное отравление организма!!! Внимание!!! СИ автоматически включает режим ТИ!!! СИ автоматически включает РИ!!! Внимание!!! Ваш уровень повышен с 6 на 7 Внимание!!! Ваше здоровье автоматически повысилась на + 15 Внимание!!! Вы разблокировали навыки!!! Внимание!!! Вы приобрели навыки!!! Сопротивляемость ядам: 2 (+2 к каждому уровню) Сопротивляемость к эмоциональному давлению: 2 (+2 к каждому уровню) Свободные очки 4 Желаете открыть таблицу характеристик? Да\Нет

      Но вместо этого ничего не предпринимаю — смотрю то на Ю-сан испуганными глазами, то на своё запястье. То опять на Ю… Боль практически не ощущается, а вот ожог и задетое самолюбие — остались. Даже без подавляющей Ки Харуно страшна в гневе.       Потом мельком смотрю в сторону испуганной Йоко — Йоко стоит в дверях. И вижу, что ей хочется подойти ко мне… И потом испуганная девушка неожиданно для меня произносит то, что Харуно даже не думала услышать: «Я знаю, госпожа, кто показал Фуу тайный лаз… Фуу просто хотела встретится с тем человеком. Я всё расскажу, только прошу…» — заплакала девушка, упав на колени. — «Только прошу, не причиняйте боль молодой Химэ. Я знаю, она дорога для вас…».       — Фуу мертва, — говорит Ю-сан. — Как и тот человек.       — Так вы… — сквозь слёзы шепчет Фудзивара. — Так вы… Убили её?       — Да, — Харуно обернулась к плачущей Йоко. — Она предательница! Она нарушила запрет! И поплатилась за это!       — Убийца! — процедила я, прогоняя ненужный страх. И прожигая взглядом полным ненависти, говорю. Опять и опять, как будто плююсь ядом. — Чудовище! Не желаю тебя больше видеть! Убирайся!       — Как прикажете! — спокойно говорит Ю-сан и уходит. Вот так просто, без объяснений.       Я смотрю ей вслед. Смотрю и не могу понять, как она могла убить Фуу? Как она могла убить того человека? И дело даже не в предательстве. Нет! Дело совершенно в другом — Харуно убила соклановца, а значит сама предательница.

Конец POV

      Харуно тяжко вздохнула. Подумала: «Зря накинулась на Тобираму…» — и тут же прикусила губу до крови. Сжала кулаки до покраснения и фыркнула, полагая, что предательница Фуу могла кого-нибудь подкупить, чтобы разузнать о секретном лазе. И, к сожалению, у Ю-сан на уме вертелось тогда, да и сейчас вертится, куча подозреваемых. Но то, что она сделала с Тоби-чан из-за какой-то там ревности к Инудзука — себя не простит. А если простит, то… Розоволосая призадумалась: «Глупо! Очень глупо!». Тем более молодая Химэ не могла взболтнуть чего-то лишнего, ведь не настолько глупа, чтобы рассказывать всем подряд о своей личной тайне — побеге.       — Тока-чан, — спокойным тоном проговаривает Харуно. — С этого дня ты будешь присматривать за пресловутая Йоко.       Молодая Сенджу кивнула в ответ, и розоволосая, посмотрев на свою ученицу, на её спокойное лицо, увидела в её взгляде… Негодование? Беспокойство? Или…       — Что ты хочешь сказать?       — Просто, — неожиданно приговаривает одна из семи кровавых жриц Шинигами. — Зря вы поступили так с Тобирамой, госпожа. Тем более, как стало недавно известно, Фуу покидала поместье не один раз. Сначала с дозволения Мизэки-сама, а потом самостоятельно. Полагаю, что Мизэки причастна к этому… К дурному случаю с Тобирамой-сама.       — Догадывалась! Но и Фуу покидала поместье только лишь по поручению онной, и тем более девушку сопровождали. Только если… — тут же смекнула розоволосая. — Только если она встречалась с этим Учиха Гэндзи не для тайных свиданий, а как с посредником! Тока-чан, среди нас завелся лазутчик!       Тем более Ю давно подозревала Мэзике, ибо эта тварь для проститутки хорошо владеет искусством соблазнения и, к сожалению, умеет хорошо себя подать в высшем обществе. И Харуно, как бы она не презирала эту женщину, решила проведать её. И, направившись в женскую половину поместья — к покоям главной жены своего господина, сказала Токе: «Следи за Йоко!».       Молодая Сенджу кротко кивнула, и посмотрев вслед своей наставнице, решила, что займется этим заданием сейчас. Ибо медлить — значит подвергнуть маленькую Химэ опасности.

***

      Отведенные для Ханаре покои слишком большие, слишком светлые. И, в отличие от её дома, пахнут лесом. Инудзука морщится. Даже цветастое кимоно, что принесла ей смазливая служанка, не только неудобное, но благоухает смесью из диких трав. А незваный гость, пришедший не вовремя, начинает потихоньку раздражать.       — Тебе идёт, — говорит Бацума. И Инудзука видит в его взгляде то ли радость, то ли смятение. — Я хотел поговорить с тобой, но думаю, этот разговор следует начинать не мне… Ю мне всё рассказала.       — Вот как? — дивится Инудзука и все же присаживается на татами. Фыркает. — И ты знаешь, зачем я пришла?!       Сенджу кивает в ответ, и тут же говорит, как бы нарочно сменив тему разговора: «Ты такая же, как и раньше…». На что Ханаре лишь недовольно фыркает, дергает длинные рукава кимоно, сердится, но не отвечает. Хмурится и тут же, не выдержав…       — Это ты не изменился, Бацума! — огрызается в ответ. — Только постарел… Малость!       И Бацума смотрит на Ханаре. Смотрит и просто не верит своим глазам, что его Инугами — это вовсе не иллюзия. Бацума хочет подойти к ней поближе, обнять её недовольную, но… Нет — не смеет. Да и не хочет рушить натянутые с горем пополам отношения.       — Верни мне мою одежду! — говорит недовольно женщина.       И мужчине хочется рассмеяться, глядя на потуги великого война с одеждой. Но сдерживает себя от неправильного шага, глядя, как Ханаре распутывает чёрное оби, и… Сенджу тут же срывается с места, когда замечает в женской руке кунай. Инудзука рычит, смотрит на него, готовясь к нападению, кидает оби на пол, как ненужную тряпку. Снимает с себя неудобную юката и также бросает её… И тут же, метко бросает своё оружие во врага.       Бацума уклоняется от атаки — острое лезвие проходится всего в нескольких несчастных миллиметров от его лица, и вырезается по рукоять в стену.       — Думаешь, что прощу тебя, Сенджу?! Тебя, предателя?! — рычит Инудзука и тут же падает на колени. — А я ведь любила тебя! Думала, что наши кланы больше не будут идти тропой войны друг на друга.       И Сенджу впервые в жизни видит слёзы великого война. Видит и не знает, что делать. То ли подойти, присесть рядом, обнять. То ли убить, чтобы не мучиться… И мужчина ничего не выбирает. Просто не может терпеть и видит её глаза, её слёзы. Шепчет: «То было в прошлом!» — и уходит, оставляя плачущую Ханаре одну.       — Идиот, — тихо шепчет женщина ему вслед. — Спасибо за то, что разрешил повидаться с Тоби-чан. Ты хороший отец.

POV Тобирама

      Не знаю, что нашло на эту глупую Харуно, но она изрядно меня напугала.       — Йоко-чан, — спрашиваю я и тут же морщусь неприятной боли. — Почему ты так сказала?       — Просто… — честно призналась девушка и, смочив чистую в кувшине с водой тряпку, тут же намотала мне её на запястье. — Просто… Просто, Тобирама-сама, я боялась, что Ю-сан узнает о секрете Фуу. То что она встречается с тем человеком по имени Гэндзи. Фуу рассказывала мне однажды. Но наши кланы враждуют, и…       — Кланы? — удивленно присвистнула я. — Мне, конечно, всего девять, но, как известно, мы не делим одну песочницу не только с Учиха. Например, с Инудзука. Или, с теми же Хьюго.       — Верно, госпожа. Фуу не хотела ничего плохо.       И я посмотрела на Фудзивара с сожалением, ведь потерять верного друга — душевная боль. Но узнать то, что друг тайно встречался с кем-то — сомнение в дружбе.       Йоко-чан пытается выдавить из себя подобие улыбки, но я вижу — девушке неприятно. Даже в некотором роде противно за себя.       — Тобирама-сама, — говорит. — Я не знала, что Фуу вот так поступит. Сбежит и ничего не скажет. Я волновалась за неё, поэтому и попросила Вас ничего не спрашивать. Ю-сама боятся многие, ведь она из тех, кто не прощает. Но Ю-сама любит Вас, как родную дочь, поэтому, прошу… Простите её, Тобирама-сама!       И я опешила, глядя на Йоко. На эту добрую, с большой грудью, девушку, на её смазливую мордашку. Кивнула на всякий случай, но ничего не сказала, ведь прощать ненавистную мне Харуно в мои планы уж точно не входит.       Перед глазами появилась таблица характеристик… Имя: Сенджу Тобирама Клан: Сенджу Уровень: 7 Чакра: 40/200 (+5 к каждому уровню) Здоровье: 80/150 (+5 к каждому уровню) Возраст: 9 Раса: Человек Принадлежность: Химе Сенджу Ичизоку, куноичи Основные характеристики: Сила: 35 (+5 к каждому уровню) Ловкость: 65 (+5 к каждому уровню) Интеллект: 120 (+10 к каждому уровню) Выносливость: 45 (+5 к каждому уровню) Свободные очки: 28 Навыки: разблокировано Приобретённые: Сопротивляемость ядам: 2 (+2 к каждому уровню) Сопротивляемость к эмоциональному давлению: 2 (+2 к каждому уровню)       …И что самое интересное, я не могу пользоваться чакрой. А если начну — себе во вред и своему здоровью. Как помню, Ю-сан однажды говорила, что мои каналы чакры повреждены, а очаг нестабилен. Поэтому строго-настрого запретила применять любые техники, вплоть до самых простейших типа Хенге.       — Йоко-чан, — спрашиваю девушку. — А ты видела, как тренируются шиноби?       — Видела… Всего пару раз и то самую безопасную часть тренировок, — честно ответила мне Фудзивара, а я недовольно фыркнула. Лучше разузнаю всё у Хаши-куна — он мне поможет. Он, конечно, боится Ю-сан, но наивности в нём больше, чем страха. А если ещё пообещать что-то в замен. Например, что-то интересное, то вообще — дурак дураком. Эх, подростки!       Но сейчас лучше ничего не предпринимать, тем более не трогать Йоко-чан по пустякам, ведь ей и так паршиво, как мне. А может быть, ещё хлеще.

POV*Конец