Поймай меня, Паучок!/P.S. если сможешь.

Вечер пятницы проходил не спеша. Учебные дни начнутся завтра. А пока за окном процветает полная луна, светят мириады звёзд и дует холодный, пронизывающий пятки, не скрытых под пледом ног, ветер. Рядом стоит принесённый от гостиницы ужин. Я довольно облизнулась, стоило вспомнить молоденького официанта, что принес мне его. В бокале вина плескалась бордовая жидкость. И наконец пришли подробности моего задания. Экран ноутбука источает свет, показывая сайт с моей почтой. На кровати рядом открытый рюкзак с веревкой, отмычками, одним незаряженным пистолетом и с двумя коробочками патронов. На прикроватном столике коробка конфет, бутылка вина и мой бокал. — Чертов телефон! — отпиваю вино, — вчера же днём нормально работал! — кидаю его с силой в стенку и телефон неприятно трескается. Веко дергается и приходится помассировать височные доли, чтобы избавиться от неприятного жжения и тика. — Теперь покупать новый. В принципе, чего я теряю? — я перевернулась на живот и подложила под подбородок подушку. — Он и так ужасно глючил. Стоило вспомнить прошлое воскресенье, когда я потеряла свой портфель, — я снова перекатилась на спину, не отпуская подушки. Паучок любезно прокатил меня по воздуху и экспресс-доставкой доставил прямо до крыши моей гостиницы. Я, конечно, сказала спасибо, но вот вопрос был, причем очевидный, как мне спуститься вниз? И когда до меня дошло, что спуститься своим способом (по верёвке, что в рюкзаке) и обычным не получится, я повернулась к Паучку, а его, заразы членистоногой, уже не было. И представьте меня, стоящую на крыше, обдуваемой минусовым ветром, причем холодным, как никак на улице не май месяц, и вопящую на весь город? Представили? Пришлось ждать темноты, чтобы залезть по верёвке в свой номер. Мой уикенд прошел на «ура». Чихнув, я встала с кровати и пошлепала босыми ногами в душ. Пахнет от меня не ахти. Я понюхала свою футболку и в отвращении, словно какая-то старушка, увидевшая в своем доме пылинку, сняла с себя вонючую гадость и кинула не глядя под ноги. Попутно раздеваясь, я включила воду и настроила на среднюю температуру. Немного покряхтев, как столетняя бабка от ломоты в костях, я забралась в душевую кабину и облила себя водой. Нашарив также в кабинке мочалку и мыло, я начала намывать себя, с наслаждением вдыхая аромат кокоса. Мыло было именно с таким ароматом. Смыв с себя пенку, я выдавила на ладонь немного шампуня и нанесла его на голову, растерев жидкость по всей длине волос. Минут восемь и я вылетаю из душа, выпуская вместе с собой горячий пар. Колючая прохлада защипала ноги и подобралась к рукам и животу. Противные мурашки, что создали собой маленькие пупырышки по всему телу, кололи и заставляли судорожно искать гостиничный халат. Завернувшись в него, я взяла крабик с полочки, прибитой под висящим рядом зеркалом, и убрала волосы в пучок. Присвистнув от обилия всяких кремов и тюбиков, что предоставила мне в пользование гостиница, я решила сделать себе маску. Встав напротив зеркала и открыв первую баночку с плотной зеленой жижей, я нанесла её по открытым участкам своего лица, а позже оценила свой внешний вид на — слишком похожа на Шрэка, но в женской версии. Хмыкнув отражению, что также повторило мое действие, я дошла до кровати и плюхнулась на мягкую перину чуть-ли не сев на ноутбук. — Посмотрим-ка, — я обновила почту в надежде, что придут какие-никакие, но разъяснения, ибо то, что мне изначально выслали, как дополнительный материал, что всё должен разъяснить — ничего не разъяснял. «Инэс, присылаем вам подробности вашего задания.

(карта местности, где показано кафе)

Вы должны прибыть в кафе «****.ru» 8.10 месяца в час пик. Столик №8. На месте вас будет ждать Фил — высокий мужчина в кепке. Кейс не открывать». Итак, что мы имеем? Какое-то странное место с тупым названием, непонятного чувака с диким для меня именем Фил — я передёрнула плечами, вспомнив судью, — кейс, который нельзя открывать. Я свесила ближайшую ногу с кровати, закусив кончик языка, и поддела пальчиками ручку с кейсом — рывок и серебристый чемоданчик валяется на моей голени. Вальяжно подтянув тяжелый агрегат к себе и повертев с разных сторон — с трудом, конечно, но я этого никогда не признаю, — а потом где-то на третьем пролете кейса я мельком заметила кодовую штриховку. Ага, вот и попалась рыбка на крючок или в моем случае на ноготь. Замок представлял собой шестизначный код. Разгадать код не составило труда, если не считать спешно открытой программы на ноуте и разработки подходящего пароля, на который ушло не больше трех часов. Мне тут уже в школу идти как бы, но ладно, до подъема еще часика два остается. Поразмяв шею и затекшие от напряжения пальцы, я вбила с монитора пароль в кейс. *пш-ш-ш* и штриховка дергается, поддается рябью и появляется вторая ступень с паролем — отпечаток пальца. Я замерла с невесомыми, продолжающими чуть дрожать в воздухе, пальцами. То есть. Я потратила — свирепо, — но пока терпимо кинула взгляд на циферблат настенных часов, почти четыре часа на эту поебень, а в итоге… А в итоге, сраный пароль сменился другим! Я скинула ногой кейс, но опомнившись в последний момент, поймала перед падением драгоценный чемоданчик и выдохнула с облегчением, когда он оказался на полу в целости и сохранности. Но в отличии от него пострадала подушка, в которую я наносила безжалостные удары не жалея сил. Пух тебе прахом. После пятого я быстро сдулась и откинулась в изнеможении на другие две подушки у изголовья, ту, что била, я выпнула из кровати, и сейчас она где-нибудь валяется на полу. Ничего, стирку переживет. Я посмотрела в сторону окна, где почти занимался рассвет и попробовала сомкнуть глаза. Темень наступила так быстро, что почти ничего кроме раздражения, когда где-то у стены ожил телефонный будильник, я не почувствовала. А ведь он был выключен, зараза. — Ну, твою мать…

***

На уроках я конечно спала. Почти, если можно считать то, как я сидела прямо, отрешенно глядя в лоб скучно вещавшему что-то учителю. Тетрадка для виду осталась открытой, а ручка находилась в правой ладони в выжидательном режиме. На сон нагоняла атмосфера в классе, тягучая и слишком приторная, потому что сзади сидела слишком надухаренная девчонка, ну и погода за окном. Рассвет я встречала с красными белками у зрачка, со сладким кофе и единственной завалявшейся в рюкзаке просроченной, наверное, печенюшкой. А теперь, пока я держу лицо боле менее кулаком и стараюсь не мотаться, как на рок-фестивалях, барабанная дробь по подоконнику помаленьку усыпляет меня. На задворках разума, что пытается всеми силами дергать мой давно не спавший мозг, кто-то пуляет мне в голову бумажки или кусочки ластика. По ощущениям это именно они — легкие и надеюсь не слюнявые, как это часто бывает в младших классах. Но, ребят, кому там жить не хочется? Я разлепляю веки, по-китайски уставившись на соседнюю парту. Сидит ровно, парень, что-то пишет. Перевожу взгляд на заднюю парту — ещё один ботаник. Так… кто дальше… Но вдруг что-то щелкнуло в мозгах, а глаз нездорово дернулся, словно в преддверии не начавшегося тика. Паркер. Ну, кто же знал. Нахмурив нос, что складки стали ощутимы на переносице, я со всем своим строгим насколько это в моем теперешнем состоянии это было возможно, воззрилась на парня, что отламывал небольшой кусочек от уголка тетрадки и сосредоточенно скатывал в кружок. Попался, зараза, что не дает бедным детям спать (даже если уже давно не ребенок). — Паркер, — подставив другую ладонь со стороны учителя, чтоб тот не увидел, как мои губы двигаются, я тихо позвала Питера. Он сразу вскинул голову, слабо улыбнувшись, но видя мои сложенные в полоску гнева губы, увял на глазах. — Какого хера? Тебе больше заняться нечем? Учитель тем временем что-то писал на доске, придерживая коленом падающий толстенный учебник по тригонометрии. Ещё под ним лежал немаленькой ширины справочник, но с вероятностью в 90% урок закончится быстрее, чем он успеет взять еще один кнут по насилованию мозга. Часы сверху непозволительно медленно подбирались к окончанию урока, но вот что главное, никто даже не болтал. Так что первый сосед справа скосил на меня взгляд, на что я совсем не обратила внимания. Паркер чуть повозившись, написал на развороте тетрадки размашистым почерком: «Идет контрольная, ты написала?» Что? Я отвернулась и увидела свой девственно чистый, не считая каракуль в полусне, лист. Ну, что, утро доброе. Мать твою. И снова по мне попал скомканный листочек. Нет, Паркер, у меня сейчас нет настроения, но не буди во мне зверя, который еще не выспался и пытается залечь на дно. — Что? — шиплю тихо, подняв бровь. — Чего надо? «Я дам ответы»: пишет быстро, стреляя взглядом в спину учителя. Сосед парня, немного толстоватый айтишник, поиграл с бровями перебрасывая свой тупой взгляд то с Питера, то на меня. Чего ты пялишься? А? Вот достали. «Так дать?» Что за глупые вопросы… Показываю ему средний палец и с чистой совестью, ибо все задолбали, ложусь полностью на парту, скрывая лицо повалившимися с плеч волосами. И не трогайте меня до звонка.

***

Но и после звонка, а потом и ещё через три оставшиеся меня никто не трогал. Так что проснулась я в полной тишине и с дождем за окном. Шею закололо, когда я попыталась поднять туловище, а потом уже и спина затрещала, когда складывала небольшие пожитки в портфель. Прикрыв зевок кулаком, я вышла из кабинета, пришлось ради интереса поднять голову, 35-Х. Рудаева и завернула в сторону выхода. Не переобуваясь прямо под дождь, накинув капюшон теплой кофты, я побежала в сторону автобусной остановки. Дождь лил так сильно, что с асфальта поднимался пар, а в кожу даже под слоем одежды больно впивались ледяные капли. И чего Паркер пристает ко мне каждый раз, когда стоит немного мелькнуть у того перед глазами? С шумом и визгом шин машина проехалась прямо по луже и на мои джинсы, я кое-как успела с затуманенными глазами отпрыгнуть, попала грязная вода, что достала до щиколотки стекающими ручьями. Гадство. Немного помявшись на стоянке и выглядывая на дорогу, вдруг этот сраный автобус уже едет, я подула на продрогшие руки, сжимая и растирая ладони. Дождь тарабанил по крыше и мне ничего не оставалось как разминать ноги, чтоб пальцы стоп не закоченели, и руки. Вечер так подкрался незаметно, что когда я взглянула на наручные часы, показывающие пол десятого почти ночи, я раздраженно убрала руки в карманы кофты. Могла бы хотя бы кроссы чуть потеплее надеть что-ли, а так… Мои убогие серые кеды намокли и неприятно хлюпали, стоило сделать шаг или перекатиться с пятки на носок. Чего только не сделаешь ради того, чтобы согреться. И чёрт побери, где автобус? Я жду уже почти час! Решив не изводить психику больной меня, я подобралась к расписанию, что мокло под дождем, гадство, я встала на носочки пытаясь хотя бы прочесть расписание маршрута. «9:15-9:45 не то… 17:02–17:30 и тоже, черт, не то… аг-а: Приносим прощения, автобус с начала ноября и до конца зимы не будет работать в вечернее время, просим и бла-бла-бла». Вы серьезно? — Т-тупая х-херь, — с постукивающими зубами я пнула деревяшку, на которой висело расписание и, поправив на голове капюшон, отправилась вдоль дороги в сторону общежития, идти в такую погоду в гостиницу — самоубийство, а на такси денег нет. До комендантского часа у меня остается еще примерно час. И надо вот было сделать так, чтоб это общежитие было в нескольких кварталов отсюда? Что за идиот проектировал тут место? Вроде как элитное школьное заведение, а толку от него, как от кота послушания. Шмыгнув носом и закутавшись в кофту как можно плотнее, почти зарывшись красной пипкой по самую горловину одежды, я чихнула. Вот-те на. Не хватало с простудой слечь. Мне тут еще план придумывать по заданию, местность там разр… *громкий крик*, *падение* — Что за… — чихнула, прикрыв ладонью сопливый нос, — хрень тут творится. Опять. Выглянув за угол, придерживаясь стены, я смогла в свете далеких уличных фонарей рассмотреть несколько фигур: около семи. Одного припирают к стене и кажется, сузив глаза, они его раздевают? Что за? Скажите мне, остались еще такие… такие… ладно, не будем. Хмыкнув, я прислонилась затылком о мокрую бетонную стену, прикрыв глаза. Глаза жжёт не по-детски, да и виски ноют. — Гони… бабки давай!.. держите его крепче! — звон бутылок, от которого я нахмурилась, ведь боль снова дала о себе знать. Неужели это из-за того, что не высыпаюсь? — Остолопы, черт! Парни, вы словно не знаете, что сейчас время совсем другое, никто так гоп-бандой уже не работает. Сразу видно, новички. Но… мне нет до этого дела. Сам виноват, что не может отбиться. Не слушая отголоски совести, что вдруг решила прорезать мне глазные яблоки и чешущиеся в предвкушении руки, я отлипла с трудом от стены, замечая боковым зрением некое странное движение сверху. Птица что-ль? Мыслительные процессы заставили остановиться в метре от пешеходного перехода (а я ведь так видна тем не замечающим ничего парням). В дождь? Мозг, ты с ума сошел? Какие птицы в такой дождь? Светофор пиликнул на зеленого человечка и начался отсчёт времени. [50…49…48…47…] Ладно, мне нужно только выспаться. Я смежила веки и почти ступила на серую зебру, как крики и звон бьющихся бутылок и тел остановил меня вновь. — Бля, — развернулась, — чег…о-о. Что? — … Однозначно это был человек. Ведь пока андроидов не существуют, а дроны такое вытворять, как бы их вычислительные программы того не хотели, не могут. Быстрая линия, что мелькала из запястий этого человека, скорее всего Паучка, прижимали всех шестерых парней, пытающихся хоть как-то изменить ситуацию в свою пользу, к стене. Как только последний крикливый был обездвижен не только телом, но и ртом, имеющим больно слишком много словарного запаса, остался напуганный до смерти парень, что продолжал во все глаза сидя глядеть на спустившегося с паутины героя. Они о чем-то говорили, но вот расслышать что именно, мешал дождь, расстояние между нами, ветер, который, казалось, оглушал и моё настроение. Оно говорило мне: «Иди, пока я держу твое тело в вертикальном положении, но скоро я сдам позиции». Прислушиваясь к отдаленным участкам воспаленного мозга я всё же решилась перебежать по зебре, где зеленый человечек уже мигал предупредительным светом. Мимо пронеслись несколько автомобилей и если бы не яркие фары за спиной, то быть мне обрызганной во второй раз. Шаткой походкой я прошлась по еще одной автобусной остановке и оказалась в центре города, где неоновые вывески мелькали и маячили перед глазами. Огромные постеры, экраны больших телевизоров с кучей бесполезных реклам, множество несущихся куда-то машин и всё утопает в ярком огне. Итак засмотревшись на телеведущую, что скорее всего вещала о Мстителях, ведь на экране слева мелькали картинки Железного Человека, Капитана Америки и их битвы на аэродроме; я покачнулась, врезавшись плечом в прохожего с темным зонтиком, он вроде бы даже разгорячено бросил мне типа: «Куда прёшь?!» и скрылся в толпе, а вот я почти упала. Ключевое слово почти, ведь в глазах потемнело и талию что-то сильно сжало, воздух вышел простым *кха* и я на мгновение отключилась, тут же ощущая на лице прохладу ветра, озонового воздуха и всепоглощающей темноты. — Порядок? — механически измененный голос, больно знакомый, врезался в черепушку, как кувалда по раскаленному металлу. Я что-то пробормотала, простонав, вроде кивнула и попыталась как-то открыть глаза, но жар тела не позволил свинцовым векам открыться. Прекрасно, заболела. Я словно потерялась в пространстве, я до сих пор ощущала силу стихающего понемногу дождя, сильную руку на талии, которая буквально сжимает рёбра, давит, заставляя еле-еле хватать воздух ртом, а руки мотаются туда-сюда, висят, хлестают бедра. Я будто и не чувствую их, зато ощущаю все прелести на высоте. Кто же это меня тут таскает? Неужели Паук? Последняя попытка приоткрыть глаза провалилась, как и мое сознание, лишь только чья-то рука сильнее прижала к груди и я окончательно потерялась в пространстве. *** Шум автострады, машин, кофе и яичницы разбудил меня. Во рту пустыня, словно после попойки, сушняк, тело какое-то вялое. Но удается поднять руку и уронить прямо в лицо. От резкой боли застонала, переворачиваясь с трудом на бок. Голова отозвалась легкой мигренью. Открыть глаза не составило труда. Если я помню, то вчера я была… была на остановке, а вот потом… потом какая-то пустота. Убрав с глаз корочки после сна, растерев пальцами глаза, нос, а после проведя ладонью по лицу, меня ослепил свет. Первая реакция — спрятаться в подушку, как ни странно, гостиницы и пролежать так до вечера или вообще весь день и ночь. Но снова перевернувшись, дышать стало трудновато, я увидела часы, что показывали двенадцать дня. Отлично, школа отменяется. Ложусь обратно, смежив на секунду веки. И всё же, как я здесь оказалась? Разве я не хотела в общежитие? Через пару минут меня замучила жажда и каково было мое удивление, когда поднявшись на локтях и оглянувшись на тумбочку, там стоял стакан чистой воды и упаковка таблеток. Хм. Не церемонясь больше, я опрокинула в себя таблетку и запила водой. Стало немного легче, хотя бы от этого сушняка избавилась. Там же лежал телефон. Ни одного звонка или сообщения. Убрав его не глядя, я встала. Нужно проверить почту. Свесив с постели ноги и коснувшись пальчиками стопы холодного пола, я зашипела, прохладно. Нашарив руками внизу тапочки, обула и прошаркала до спортивной сумки, что лежала возле какого-то фикуса. Вернувшись в кровать с ноутбуком в руках, первым делом я обновила почту, где ничего кроме вчерашнего письма больше не было. Откинувшись на подушки и поставив технику себе на ноги, проверила странички Twitter и Facebook. В основном там мои фейки, но иногда так приятно просто полазить в них, чувствуя некое удовлетворение. На одной из страничек было одно приглашение в друзья. Интересно, кто? Кликнув по нему, я ничего сверхъестественного не увидела. Только графу offline. Но когда я ради интереса - не каждый день мне приходят такие уведомления, - пролистала страничку и, когда остановилась на фотографиях, которых и в помине не было, кроме двух милых собак, вернулась на верх и увидела уже online. Не изменившись в лице, кликнула в появившееся сообщение. От: Д.С.Хей_Рики Тема: Сообщение: привет (*°ｰ°)ﾉ Интересно… я даже хрюкнула, не часто мне просто так пишут, ой, как не часто. Высунув кончик языка, я быстро напечатала. Кончик серого пера писал вместе со мной. МилаяЛисичка: (・_・)ノ ты кто? (: ౦ ‸ ౦:) Д.С.Хей_Рики: тайный друг, помощник, считай так, как хочешь МилаяЛисичка: … о-кей, так ты знаешь меня? Я посмотрела в сторону окна, где было светло и солнышко вылезло из-за облаков. Но неожиданный кашель прервал все мысли на этот момент и я вернулась к экрану, придерживая ладонь у рта. Мокрота. Отлично. Нахмурив брови и напрягая зрение, я бросила взгляд в экран ноутбука. Д.С.Хей_Рики: выпей таблетки, такой кашель вреден здоровью Не поняла? Еще раз прочитав, и переосмыслив, я огляделась. МилаяЛисичка: ты меня разыгрываешь? (`ー´) Не дав другому перу напротив дописать мысль, я перебила: МилаяЛисичка: ты следишь за мной? кто ты? И… ничего. Замолчал. Выдохнув, вяло выключая ноутбук, я решила хотя бы переодеться во что-нибудь другое. Вчерашняя одежда была до сих пор на мне, мешая нормально двигаться, да и этот уличный запашок мешает и раздражает носовые рецепторы. Но, скосив взгляд в последний раз на пиликающую технику, я задумалась. Как он узнал обо мне? И о том, что я болею? Надо удалять эти странички. Сегодня же это сделаю. Кивнув себе, я осмотрелась в поисках чистой одежды, коей здесь не наблюдалось.

***

Через два дня я выбралась из гостиницы, блистая в дверях школы здоровьем, мешками под глазами, растрепанной шевелюрой, джинсами, кедами и бесформенной толстовкой. Кажется, я когда-то стащила её с прилавка на рынке. Набрав код на шкафчике, достаю все нужные учебники в портфель. Сейчас только 8 часов утра, но все ходят бодрые, почти все. Кто-то так же, как я, уткнувшись в телефоны или вяло передвигая ногами, смотрят вниз, идут в кабинеты. Звонок через двадцать минут можно и не торопиться. Хотя, с сомнением посматривая на книжку по химии, я устало закидываю ту к своим собратьям, мне ужасно лень куда-то идти. Тем более на уроки. С тех пор тот странный парень, а может и вообще какой маньяк, мало кто в интернете сидит, писал мне тогда, когда я этого не сильно ожидаю или вообще не ожидаю. Странички я пожалела удалять, там были нужные мне файлы с различной информацией и любимой музыкой. Поэтому, сдавшись на поводок совести, оставила странички в покое. А вот ему, Д.С.Хей_Рики, я не отвечала, хотя иной раз подмывало взломать его страничку и найти что-нибудь такое, чтобы он отстал от меня. В черный список кидала, а он каким-то чудом выходил из него чистым и готовым строчить мне новые сообщения. Иной раз, была мысль почистить систему, но тогда возвращалась совесть, подкидывающая мне мои любимые группы, что сохранились на жестком диске и тогда я отворачивалась, чтобы не искушать себя. Закрыв на замок шкафчик, я замечаю компанию Флэша Томпсона, местного капитана футбольной команды и ботаноненавистника. Он смеется, кидая взгляды назад на Миллера Купер, что собирал разбросанные и порванные ботинками тетради по полу. Его взгляд падает на меня и я, не меняясь в лице, стараюсь ускользнуть. — Хей, Элеонора! Куда-то спешишь? — Тайлер, тот что шел справа, и Кид, что слева, встали полукругом, мешая мне выбраться. Я исподтишка посмотрела на каждого, замечая, что им это приносит удовольствие. Один даже хотел дотронутся до плеча, но я быстро пересекла эту попытку, дернувшись. — Тебя не было два дня. Куда пропала? — Флэш вышел вперед и я цыкнула от раздражения. — Не твоего ума дела, — я развернулась, чтобы потом выйти с другого лестничного пролета, но не тут то было. Как всегда. — Э-э, не-ет, — Флэш ухмыльнулся, когда ему удалось придержать меня за локоть, дернув на себя. Я бы могла выбраться, да вот мне не нужны проблемы. — Как же так, не хочешь поболтать с любимым одноклассником? — Не мели чушь, Томпсон, — я угрожающе зашипела, извернувшись в его захвате. — Если не хочешь проблем, то отвали. — Малышка Элеонора показывает свои зубки, — он прищурил глаза, хмыкнул и потянулся к моему лицу, двое его дружков стиснули меня с двух сторон. И не дернуться ведь. — Сейчас мы испробуем… — губы почти добрались до моих, плотно сжатых, но чей-то портфель, брошенный в спину Флэша, остановил парня. Он был почти у моего рта. Я брезгливо отвернулась, зло сжав ладони в кулаки. Придурок. — У-урод, — глаза Томпосна сверкнули огнем. Кто бы он не был, кто бросил портфель, ему не поздоровится. Я выглянула за спины подобравшихся к Флэшу парней и присвистнула. Паркер? Серьезно?