14
1 сентября 2017 г., 18:14
«Есть одно место, куда я хотел бы пойти перед этим…»
Вначале Якумо направился в храм, где жил его дядя. Когда Харука пришла сюда в прошлый раз, ей пришлось ждать у ворот, однако сегодня, так как Якумо ничего не сказал, она проследовала за ним к жилой части храма, что находилась за гравиевым садом.
Открыв раздвижную дверь, Якумо на ходу снял с себя обувь и только тогда посмотрел на неё, будто только что вспомнив что-то.
— Подожди в гостиной.
— Прошу прощения за вторжение, — сказала Харука, ни к кому в частности не обращаясь. Сняв обувь, она, как ей и было сказано, пошла в гостиную. Размером комната была по крайней мере в восемь татами. Похоже, внутри никого не было.
— Сиди здесь и жди, — после того, как Якумо сказал это, Харука ещё раз извинилась и села за хориготацу. [1] — Сиди спокойно, — сказав это, Якумо покинул комнату.
«Спокойно?» Он обращался с ней, как с беспокойным ребёнком. Она желала бы, чтобы он разговаривал с ней на равных. К тому же, она была не против подождать, но он мог бы и объяснить причину их визита.
Якумо просто нравилось быть единственным, кто всё знает. Его не заботило, что думают другие.
«Если кто-нибудь зайдёт, какое оправдание я могу использовать…» Сидя в полном одиночестве в пустой, тихой комнате, она ощущала неловкость.
Харука вздохнула.
И внезапно заметив, что рядом с ней кто-то был, подняла взгляд.
— А! — она сильно удивилась. В какую-то секунду прямо напротив неё села девочка. Возможно, ей было около семи лет. Она была милой, с большими круглыми глазами и блестящими чёрными коротко подстриженными волосами. Девочка молча смотрела на неё, положив подбородок на руки и улыбаясь.
«Кто это? Она находится в этом доме, так что это кузина Якумо?»
— Привет, — Харука попыталась заговорить с ней, но не получила ответа.
«Она просто смотрит на меня всё с тем же выражением. Она меня не слышит? Или просто не хочет…» Харука не знала, как ей следовало поступать, и какое-то время просто смотрела на неё.
— Как тебя зовут? — она попыталась заговорить снова, но ей вновь не ответили. Пока всё ещё смущённая Харука колебалась, девочка с любопытством наклонила голову. — Ты одна из местных детей? — но её вопросы просто зависали в воздухе.
— Это моя племянница, Нао, — Якумо, успевший к этому времени вернуться, стоял на входе в гостиную. Стоило девочке увидеть его, она начала хлопать в ладоши, всё так же не произнося ни слова.
— Нет смысла говорить с ней.
— Нет смысла? Что ты хочешь сказать?
— Она не может слышать.
— Не может…
«И как я сразу не поняла?..»
Даже при том, что эта маленькая девочка была обременена таким тяжким грузом, она постоянно улыбалась. В отличие от одного её знакомого…
— Тебе не нужно использовать голос, чтобы разговаривать с Нао. Попробуй говорить с ней в своей голове.
Харука правда не понимала, что имел в виду Якумо. Что вообще значило «говорить в своей голове»? Чтобы удостовериться, Харука мысленно произнесла «Привет», не открывая рта.
<Привет>.
— Э? — сейчас она определённо слышала голос. Нао не открывала рта. Якумо тоже не разговаривал, но всё же ей казалось, что она услышала что-то непосредственно в своей голове. Нао снова хлопнула в ладоши и засмеялась. Она выглядела такой восхищённой, что Харука невольно тоже почувствовала себя счастливой.
— Нао, это потрясающе, — Якумо погладил её по голове. Нао гордо кивнула. — Так она общается, потому что не слышит. Я не понимаю, по каким принципам это происходит, однако она создаёт взаимопонимание с помощью метода звуковых волн, хотя получается это далеко не со всеми.
Харуке казалось, что она поняла это, пускай и не совсем.
— Ладно, пошли.
При словах Якумо Харука встала со своего места, и в этот момент Нао, подбежав к ней, обхватила её за ногу и посмотрела на неё такими глазами, будто вот-вот заплачет.
— Похоже, ты ей понравилась.
Якумо присел так, чтобы их с Нао глаза находились на одном уровне. Его лицо приобрело такое мягкое выражение, какого Харука никогда не видела прежде. Эти двое определённо о чём-то беседовали. Наконец, Нао неохотно отпустила Харуку.
— Хорошая девочка, — Якумо потрепал Нао по голове и покинул гостиную. Харука попыталась пойти за ним, но остановилась, чтобы ещё раз попробовать мысленно поговорить с Нао. <Пока-пока. Ещё увидимся.> Нао подпрыгнула и помахала ей рукой. Её сообщение было успешно получено… Это почему-то заставило её радоваться.
— О? Харука-тян тоже здесь?
Когда она вышла из комнаты, кто-то обратился к ней. Она обернулась и увидела дядю Якумо, Иссина, стоящего в коридоре в рабочей монашеской одежде. Как и всегда, его левый глаз был красным из-за контактной линзы.
— Здравствуйте. Простите за беспокойство.
— Этот Якумо снова ничего мне не сказал. Если бы я знал, я бы заварил тебе чаю.
— А, нет, не стоит. Вам не нужно обращать на меня никакого внимания.
— Нет, пока ещё не слишком поздно. Я сейчас приготовлю чая, так что расслабься.
— Эм, но…
— У нас в холодильнике ещё есть ёкан. [2]
— Дядя. У нас нет так много времени, — Якумо застыл в прихожей, недовольно скрестив руки.
— Зануда, — дядя Якумо искривил губы, словно надутый ребёнок.
— Честно, даже Нао ведёт себя более прилично. Дядя, ты же знаешь место, верно? И не забудь пожалуйста, что на этот раз ты — ключевая фигура.
— Понял, понял, — легко заговорил дядя Якумо. Харука не могла знать, о чём они говорили, но понимала, что ей этого знать и не следовало.
— Мы ушли, — Якумо, раздражённый, подгонял её, так что Харука, поблагодарив дядю Якумо ещё раз, вышла наружу вслед за ним.
Примечания:
[1] — Хориготацу (掘炬燵) — это разновидность котацу в виде низенького накрытого стола — иногда с подогревом (как в данном случае) — который расположен над дырой в полу, так что получается, что человек сидит за ним как на обычном стуле.
[2] — Ёкан (羊羹) — вид японского десерта, сделанного из красной бобовой пасты, агара и сахара, которые формируются в желе (собственно, это желе и есть ёкан).
