Детектив-медиум Якумо (Новелла)

      Гото решил зайти к Хате. Тот попивал чай в своей обычной небрежной манере.       — Ты выглядишь всерьёз уставшим.       — Просто я не радуюсь своей работе так, как ты, старик, — сказал Гото, протягивая Хате записку.       Её Якумо вчера вручил Иши. Хотя именно он должен был выполнять эту работу, он не смог, так как был занят другими делами.       «Честно. Пнуть по лицу дочку шефа — даже у его неуклюжести должен же быть предел». Благодаря этому Иши сейчас, должно быть, ложно подозревают и строго выговаривают, хотя изначально он и ушёл с намерением помочь Макото.       — Что это? — спросил Хата, глядя на записку со сложным выражением.       — Я хочу, чтобы ты собрал предметы из этого списка. И сделал это быстро.       — И что ты собираешься с ними делать?       — Сам хотел бы спросить, — отпустив этот комментарий, Гото скрестил руки. Хата пододвинул своё лицо ближе к Гото и посмотрел на него затуманенными глазами, словно проверяя его. Это было жутко. Хата что, хотел его препарировать?       — Тебе бы отдохнуть немного, — сказал Хата, наконец позволив мускулам своего лица расслабиться. Он разговаривал мягко, словно присматривая за своим ребёнком.       — И что это ты говоришь так внезапно?       — Я уже хотел сказать об этом прежде, но тебе не подходит работа детектива. Почему бы не сделать перерыв и подумать об этом?       — Ха? Не подходит работа детектива, говорит…       Никто прежде не говорил ему подобного, и такая мысль никогда не приходила к нему.       — На тебя смотреть больно. Ты восстаёшь против полиции — организации, которую не можешь победить — и симпатизируешь жертвам каждого своего дела, из-за чего просто взрываешься. Ты словно сам наносишь себе раны.       — Я не настолько мазохист.       — Тогда почему ты винишь себя? Ты просто измотаешься, если и дальше будешь возлагать на свои плечи тяжкий груз, даже когда его можно просто опустить.       — Не лезь не в своё дело.       — И почему ты работаешь детективом даже после всего этого?       «Чёрт дери этого старика за то, что говорит те же вещи, что и Якумо. Я что, настолько страдальцем выгляжу?       Они ошибаются. Я не страдаю. Причина, по которой я…»       — Я восстаю против организации, потому что нахожу её неприятно расстраивающей. Ты говоришь, я симпатизирую жертвам? Конечно! Если хочешь знать, было бы странно видеть в них простых очевидцев! — от раздражения Гото говорил много. Он не пытался выглядеть хорошим или что-то подобное — таковы были его настоящие чувства.       Хата вздохнул, словно уже устал от Гото. Что было не так с его жалостливым взглядом? У Гото не было права, по которому люди могли бы смотреть на него с жалостью.       Большинство жертв злились на тех, кто напал на них, и не могли им простить этого. Савагучи Рика была хорошим примером. Она даже лишила себя жизни из-за всех пережитых страданий.       Гото просто не мог молча наблюдать за этим. Вот и всё. Он не знал, почему. Просто таким уж он был человеком.       — Ну ладно. Я просто должен приготовить предметы, перечисленные здесь, верно?       — Это сработает?       — В одиночку я этого сделать не смогу, но, похоже, особо много времени это не займёт.       — Тогда я приду ещё раз этим вечером, — сказав это, Гото покинул комнату.       Предыдущее дело и текущее с Савагучи Рикой. Должно быть, в последнее время происходило столь многое, что он слишком погрузился в свои мысли, что было на него не похоже.       Для Гото всё было кончено, если даже этот старый чудак волновался за него.       Но смысла зацикливаться на этом не было. Сейчас ему приходилось лишь продолжать работать.       Когда он покинул здание и забрался в машину, которую он оставил на парковке, его телефон зазвонил. Это был Якумо. Он звонил как раз вовремя, так как у Гото было, что ему сказать.       <Как ситуация?> — Якумо заговорил, даже не поприветствовав его. Хотя сам постоянно жаловался на плохие манеры Гото.       Что ж, с другой стороны, было бы жутко, если бы этот парень вежливо его поприветствовал.       — Якумо, мы не можем относиться к этому легкомысленно. На Макото напали прошлой ночью, — сказал Гото.       <Я не относился ни к чему легкомысленно. Поэтому-то я и предостерёг вас>.       — Да замолкни!       Якумо был прав. Быть может, именно Гото относился к ситуации с неподобающей несерьёзностью. Он сожалел, что не проводил её до самого дома.       <Она в порядке? >       — Она в больнице. Похоже, её ударили по голове, но она будет в порядке. Похоже, преступник был в маске, но он передал сообщение, мол, «Больше не суй свой нос в это дело».       Он опустил ту часть, в которой Иши пнул Макото по лицу. Если бы он рассказал Якумо об этом, он бы задразнил Иши до обморока. В данный момент этот парень и так находился в подавленном состоянии, будто увидел конец света.       <Предупреждение полиции?>       — Ага. И Макото не видела лица напавшего, но запомнила ту же татуировку на его руке.       <Змея с крестом?>       — Верно.       Макото только начала расследовать дело пятилетней давности. Учитывая это обстоятельство и время, Оори Казуши, возможно, был тем, кто напал на неё.       Было бы лучше, если бы он прекратил ходить кругами и просто арестовал Оори.       <А как насчёт расследования, которое я вам поручил?>       — А, я узнал про бармена, Яги, — Гото вытащил из кармана записную книжку. У него не было времени на расследование после инцидента прошлой ночью, так что он попросил об этом Эрико. Она ответила ему этим утром.       <И что там?>       — Бармен Яги Кейта — сын Яги Ясуши, бывшего члена парламента.       <И?> — надавил Якумо.       — Ясуши был арестован три года назад за хищение заработной платы своего секретаря и оставил свой пост.       <А, то дело>, — Якумо, казалось, знал о нём. Гото не слышал об этом, но, похоже, это было довольно крупное дело. Эрико тоже раздобыла информацию столь быстро, потому что помнила имя Ясуши.       — Оставив свой пост, он жил за счёт своего состояния, но умер два года назад из-за рака. Этот бар отошёл его сыну в качестве наследства.       <Вот как? И что насчёт работы Оори-сана?>       — Я как раз собирался туда отправиться.       «Вы такой медленный», — Гото подготовился услышать это, но Якумо ответил совсем по-другому:       <Понимаю. Гото-сан, вы можете отложить Оори-сана на потом и встретиться с Макото-сан?>       Ей нужно было лишь наложить швы на рану на голове. Сейчас она как раз проходила проверку в госпитале, так что встреча с ней была возможна.       — Хорошо.       <Ясно. И подвезите меня, пожалуйста. Я сейчас в доме, где раньше жила Рика-сан>.       — Я тебе что, такси?       <А разве нет?>       «Этот парень. Сколько мне ещё придётся от него выслушивать…»       Но прежде, чем Гото успел всё ему высказать, звонок прервался.