Доппельгангер

КНИГА ЧЕТВЁРТАЯ ✮ НАД ПРОПАСТЬЮ ✮

В твоём маленьком сердце мачты Монтевидео, Тишина на радарах и мокрый снег. Ловишь наготу, не отрывая очарованных глаз, Снова… J:Mors - Монтевидео

✔ Глава 31

♬ Porno Graffitti - Anima Rossa ♬ Кай не видел Криса до самого отъезда в день отгула. Даже когда накануне он забрался на вышку во время снегопада, никто его на ковёр не вызвал. На завтрак в первый день отгула Крис в столовую не пришёл, но честно ждал в гараже возле вездехода. С лёгким недоумением вскинул бровь, увидев на Кае лётный меховой комбинезон, перетянутый широким ремнём в поясе. — Отгул же, мог бы выбраться из формы. — Смысла не вижу, — пожал плечами Кай, проверил карманы и уселся впереди. Долго он не выдержал и покосился на Криса, натянувшего джинсы и тёплую куртку. Крис выглядел в гражданском облачении непривычно, но всё так же стильно. Ещё и хвост этот... У Кая пальцы чесались от желания вытянуть руку и поймать собранные в хвост волосы, погладить, оценить на ощупь шелковистость. — Жаль. Ни разу тебя не видел без формы. — Крис бросил короткий взгляд в зеркало, развернулся и погнал к воротам. — Видел. Несколько раз. Даже в простыне видел. У Криса на скулах проступили розовые пятна. — Я не это имел в виду. Обычную одежду. Кай слабо улыбнулся и отвернулся к окну. — У меня её нет. Соврал. У него были кожаные брюки, синий свитер и куртка, тоже кожаная. В этом он обычно раскатывал на байке. Но всё равно надевал редко. Ещё в академии привык ходить в форме, так и ходил до сих пор. Да и не особо принарядишься в военное-то время. К тому же, после эвакуации родни Каю некуда было ходить вовсе. Кроме службы не осталось ничего: ни дома, ни семьи, ни друзей. Домом Кай мог назвать казарму, а там в гражданском не ходили. Да и форма снимала множество вопросов. — Ясно... — Крис аккуратно объехал громаду снегоуборщика и почесал по засыпанной снегом трассе. — Ты где вообще живёшь? — решительно сменил тему Кай. — Дом ведь в Монтевидео? Семейное поместье или как? — Почему сразу поместье? — с недоумением отозвался Крис. — При взгляде на тебя именно это слово просится на язык. А что, не поместье? — Ну... — Крис опять смутился. Внезапно. Но Каю понравилось. Смущённый Крис... Из области драгоценных редкостей. Желанных редкостей. — Это не поместье. Дом просто. На побережье. — С ангаром? — Н-нет. То есть... Сам увидишь, в общем. Крис с мрачным видом управлял вездеходом и вёз Кая по знакомой трассе к городу. Правда, после моста через Монте неожиданно свернул вправо и покатил вдоль берега. В этой части города Кай никогда не был раньше, поэтому с любопытством осматривался. Богемный район, однако. Неудивительно, что Кая сюда не заносило прежде. — Стой, — выдохнул Кай, углядевший вывеску у одной из лавок, что мелькали по обе стороны дороги. На вывеске красовался цветок, но в самой лавке подсолнухов не нашлось. — Да не то чтобы не сезон, просто спроса на них нет особо, — развела руками чопорная дама за прилавком, уставленным зеленью. — Может, посмотрите орхидеи? У меня самый большой выбор в этом районе города, не пожалеете. Зря старалась. Кай тут же потерял к зелени интерес и сунулся к двери. Крис потянулся следом, отогревая руки в карманах куртки. На улице снова валил снег, и тротуары засыпало ровным белым ковром. Нетронутым. Кай помнил, каким людным ему казался Монтевидео, когда он впервые попал в город, но на самом деле всё познаётся в сравнении. До войны на записях в хрониках улицы напоминали живые потоки, а сейчас в утренние и вечерние часы улицы были пустынными, словно город вымер. Кай огляделся в надежде увидеть ещё одну лавку с цветами, а потом перешёл на другую сторону улицы и почти уткнулся носом в стекло. — Закрыто, — отметил Крис, остановившись рядом. Спасибо, хоть не стал спрашивать, на кой чёрт Каю магазин игрушек. Игрушки Кая не интересовали по большому счёту, просто за стеклом он приметил большущего белого барса с тёмными пятнышками и длинным хвостом. У него был почти такой же. Дед привёз откуда-то, когда Каю исполнилось восемь. Аккурат ко дню рождения. Кай помнил, что мягкая игрушка оказалась больше, чем он сам. Барс поселился в комнате Кая и царственно возлежал на широкой кровати. Кай во сне обнимал его или держался за лапу. Хорошее было время. Но игрушку пришлось бросить в старом доме в Вайсгау спустя семь лет. Кай понимал, что может легко найти мелкие отличия, если захочет. Понимал, что это не та игрушка, но продолжал стоять и смотреть и как будто наяву ощущать под замёрзшими пальцами мягкость меха. Быть может, мироздание просто издевалось над Каем и делало всё возможное, чтобы его тоска по Вайсгау становилась всё невыносимее. Граница, запахи, небо в глазах Криса, а теперь вот… даже проклятая игрушка. — Что-то не так? — с заметной осторожностью тихо спросил Крис. Кай смерил его хмурым взглядом, помотал головой, отлип от витрины и вернулся к вездеходу. Через десять минут они прокатили вдоль припорошенной снегом аллеи, потом — мимо набережной, где белые ступени спускались к самой воде. Дальше начиналась территория порта, но туда заезжать они не стали. Крис огибал порт по кружной дороге, а Кай с лёгкой тоской смотрел на высившиеся справа мачты. Потом справа замелькали выложенные кирпичами стены и ажурные изгороди, отделявшие друг от друга двухэтажные и трёхэтажные дома. Крис притормозил у зелёных ворот, выудил из кармана пульт, открыл ворота и завёз Кая в просторный дворик в испанском стиле. Кай выбрался из салона, запрокинул голову, оглядывая все пять этажей полноценного такого особняка. Колонны, открытые лоджии, присыпанные снегом каменные кубы для цветов… Дворик и крыльцо особняка украшал нетронутый снежный покров, и над крыльцом серебрилась надпись: «Морской Дракон». В голове у Кая тут же забрезжила догадка. — Морской Дракон? Тот самый? — Ну да. Компания теперь моя, но я почти не занимаюсь делами. Передал управление кузену. Служба в армии и управление таким монстром не сочетаются, знаешь ли. Кай пристроил локти на дверце вездехода и весело хмыкнул, с интересом разглядывая в очередной раз смущённого Криса, который с забавной неловкостью топтался по снегу. — Как же это тебя в Люфтваффе занесло вместо морского флота? — Хотел погоны носить, а что? — обиделся Крис. — На море воевать не с кем, а небо — это тоже море. Ну и в фюреры меня брали без проблем. Почему нет? — Действительно... Ладно, показывай своё летучее сокровище, дракон. — Хорошо, только давай сначала в оранжерею. — Зачем? — Направившийся уже к дому Кай с удивлением оглянулся и остановился. — Ты хотел на подсолнухи посмотреть, да? Не знаю, есть ли они там прямо сейчас, но были раньше. Пройти через оранжерею и посмотреть нам ничто не мешает. Подсолнухи были. Декоративные. Торчали в глиняных горшках нарочито грубой лепки. Со стороны казалось, что угол с подсолнухами залит солнечным светом. Кай видел их на картинках, поэтому сразу узнал, хотя не думал, что они окажутся такими... — Большие. — Эти? Не особенно. Настоящие больше, — снисходительно улыбнулся Крис. — Нравятся? — Даже не знаю. — Кай с сомнением оглядел жёлтые и оранжевые лепестки и крупные сердцевины, даже сунул в них нос и понюхал. — Вроде бы и в самом деле уроды, но почему-то их неправильность кажется... правильной? — Мне такое тоже приходило в голову. Тебе они подходят. Кай удивлённо вскинул голову и вопросительно посмотрел на Криса. Тот продолжал прятать руки в карманах куртки и переводить взгляд с Кая на подсолнухи и обратно. Молчал с минуту, но соизволил-таки пояснить: — Ты такой же, как они. Тоже весь неправильный, только почему-то твоя неправильность кажется правильной. — Проще говоря, я тоже урод среди людей, — мрачно подытожил Кай и отвернулся. Настроение испортилось окончательно. — Я сказал не это, — буркнул Крис и зашагал дальше вдоль ряда с кучей благоухающих цветов. Пришлось последовать за ним. Они прошли по первому этажу и вышли через заднюю дверь к длинным постройкам у берега. Походило на доки. Внутри в самом деле покачивались на слабых волнах лодки. Кай насчитал четыре. Ну а чуть в стороне... Кай замер, недоверчиво разглядывая вытянутый корпус с прозрачным колпаком. По размерам и строению корабль походил на нынешние истребители, только вот эта прозрачная хреновина... Слегка запылившаяся, но всё равно. — Вроде бы одна из экспериментальных моделей. Колпак укреплён. Только в итоге всё равно эту модель признали неэффективной. Ему лет семьдесят уже. Я осматривал корпус, но не нашёл повреждений или износа. Отец говорил, на нём летали всего дважды. — Можно?.. — хрипло спросил Кай и невольно потянулся рукой к мечте. Он имел в виду, что хочет сам осмотреть корабль и залезть внутрь, но хватило его всего на одно слово. Крис, впрочем, понял всё правильно, тихо засмеялся и мягко подтолкнул его к кораблю. — Делай, что хочешь. Только убедись сначала, что он сможет летать нормально. Кай машинально кивнул, медленно приблизился к воплощению своей мечты и осторожно прикоснулся к обшивке кончиками пальцев. Трогал с бережностью, чтобы корабль вдруг не рассыпался и не растаял, словно мираж. Обошёл вокруг, погладил, нашёл разъём-ключ и открыл кабину, сгорая от желания плюнуть на всё и рвануть прямо в небо на этой красотке. Крис неожиданно сунул ему под нос синюю тряпку. Кай с минуту таращился на неё, потом сообразил. Забрал тряпку и аккуратно протёр колпак, снимая слой пыли. Забравшись внутрь, оценил систему ремней, сравнил управляющие панели и маску для дыхания. А ещё восторженно поглазел на прозрачный люк под ногами. Видимо, корабль развивал такую же скорость, как и современные истребители. Все отличия, какие Кай отыскал, оказались мизерными. Корабль полностью соответствовал нынешним стандартам и годился для боя, если не считать прозрачные колпак и люк, которые не могли защитить пилота от излучения при стрельбе из пушек и от опасных ослепляющих вспышек. Не могли, несмотря на тонировку и вкрапления защитных элементов в стекло. Поколебавшись, Кай тронул кнопку активации воздушной подушки. Ничего не произошло. Кай попробовал другие комбинации, но корабль признаков жизни не подавал. Нахмурившись, Кай попытался прикинуть, в чём дело. Если отличий от нынешних истребителей было мало, то, скорее всего, на корабле стоял тот же двигатель. Возможно, один из центральных блоков разрядился. Или же где-то что-то отошло, потому что корабль всё же старый, и на нём никто не летал больше пятидесяти лет. А, быть может, некоторые недолговечные детали или прослойки могли просто рассыпаться в прах за столько времени?.. Кай выбрался из кабины, взъерошил волосы на затылке и решительно полез под днище корабля. Улёгся на спину между блоками-стойками и осмотрел обшивку. Схема и впрямь не отличалась от стандартной. Панель надёжно защищала начинку и крепко стояла в пазах. Чтобы её снять, требовалось знать хитрость. С этим Кай справился, отложил защитную панель в сторону и включил ремонтное освещение. Пальцами пробежался по центральным проводам, проверил крепления и разъёмы. Последние не мешало бы почистить. Местами некоторые схемы и контакты окислились, но не катастрофично. Зато часть мелочёвки в самом деле рассыпалась. Впрочем, заменить эти детали было нетрудно в ремонтном боксе: всего-то снять обшивку, поставить всё нужное, почистить и проверить целостность систем и автономных модулей, продуть и смазать, да обратно запихнуть в обшивку. День работы. Центральные блоки Кай проверить не мог без специального оборудования, но подозревал, что они в полном порядке. — Восхитительная картина, — прозвучал рядом голос Криса. Кай повернул голову и полюбовался на ботинки Криса, маячившие возле его торчащих из-под днища ног. Он выбрался из-под корабля, сел и вскинул голову, чтобы посмотреть на довольного Криса. Тот едва-едва сдерживал смех. — Оставь тебя на пять минут возле корабля... Ну ты и мурзилка! Кай оглядел перепачканные чёрным руки, пожал плечами и потёр подбородок тыльной стороной ладони. — Ну так что? — Немного возни — и полетит. Некоторые детали рассыпались. Достаточно купить новые или взять на базе со списанных истребителей, поставить — будет как новенький. Я всё ещё хочу купить его у тебя. — Там видно будет. Давай — для начала — ты его приведёшь в порядок и опробуешь. Если понравится, поговорим. — При условии, что ты никому его раньше не продашь. — Да кому он нужен, кроме тебя, чудовище? — развеселился Крис. — Мало ли... — Уймись. Я ничего не буду с ним делать до тех пор, пока ты не скажешь, что он тебя больше не интересует. — Это вряд ли. — Кай поднялся на ноги и попытался стряхнуть пыль с комбинезона. На рукаве мех слипся иголками — Кай куда-то вляпался, пока шарил под днищем истребителя. Может, масло… — Бесполезно. Это надо чистить как следует. Пойдём, выдам тебе рубашку и брюки. — Твои брюки с меня свалятся. — Смотря какие. У меня ещё остались те, которые я носил в старшей школе. Что-нибудь подойдёт. А эту тряпку в чистку. Кай тоскливо вздохнул, но послушно поплёлся за Крисом в дом. Они поднялись по лестнице на второй этаж и зашли в комнату с яркими шторами на окнах. Кай покрутился у полок и осмотрел стол, даже пальцем провёл по полированной поверхности. — За домом кто-то смотрит? — Конечно. Обычно два раза в неделю приходят экономка и горничная. Я как раз звонил им и просил прийти сегодня. Готовлю я не очень. Ты, наверное, тоже. Поработать два дня им будет нетрудно. Кай сунулся в ванную, чтобы умыться и привести руки в порядок, а Крис тем временем копался в недрах огромного шкафа-гардероба, пока не вытянул тёмные джинсы с кожаной аппликацией. Тщательно осмотрел со всех сторон и поглазел после на слегка смутившегося Кая, выскочившего из ванной уже умытым. — Думаю, эти будут в самый раз. Примерь? — С чего ты взял? Крис бесцеремонно впихнул джинсы ему в руки и неожиданно бросил ладони на бёдра, почти обхватил. — С этого вот. Я твой размер знаю как никто. Ты очень тонкий в поясе и бёдрах. Как танцор или фехтовальщик. Ладно, примерь их пока, а я поищу тебе рубашку. Кай растерянно смотрел, как Крис снова закапывался в содержимое шкафа. Убедившись, что Крис занят всерьёз, он повозился с комбинезоном, выскользнул из меха и влез в выданные джинсы. В самом деле подошли. Сидели идеально, разве что ноги у Кая были коротковаты, но подвернуть штанины ничего не стоило. Только Кай даже думать не хотел, сколько Крису было лет, когда тот носил эти джинсы. Крис выбрался из шкафа с чем-то белым в руках, оглянулся и довольно кивнул, оценив джинсы на Кае. — Рубашка. Кай скептично смотрел на нечто тонкое и струящееся, и почти полупрозрачное. — Что? — Маркое. — И что? Потом постирают. Ты у меня в гостях, так? И у меня есть планы. Надевай. — Даже знать не хочу, что за планы... — Кай осторожно ухватил протянутую ему рубашку двумя пальцами. Казалось, будто она ничего не весила. Помедлив, Кай всё же накинул ткань на плечи, сунул руки в рукава и хмыкнул — рубашка на теле почти не ощущалась. Крис с мрачным видом сам застегнул пуговицы, а после принялся заправлять полы рубашки под пояс джинсов. Кай закусил нижнюю губу, чувствуя себя несколько неловко. Крис аккуратно расправил напоследок воротник и сделал шаг назад, чтобы оценить результат. Без спешки скользил взглядом с головы до ног и обратно, а Кай честно пытался разобраться в его впечатлениях. Получалось так себе, так что Кай не выдержал и шагнул к зеркалу, прикреплённому к дверце шкафа. Воротник и манжеты на фоне его смуглой кожи выглядели такими белыми, что почти сияли, в остальном же тонкая струящаяся ткань казалась кремовой и почти полупрозрачной, мягко облегала тело и ничего не скрывала в принципе. — Наверное, с джинсами это не сочетается, — пробормотал Кай. — Почему же? Кай вздрогнул, уставившись на отражение Криса. Тот теперь торчал за его спиной и тоже смотрел в зеркало. С робостью коснулся пальцами тонкой ткани на поясе, повёл ладонями вверх, разглаживая складки, задержал ладони на груди, прикрыв тёмные пятнышки сосков, и наклонил голову, почти коснувшись губами шеи Кая слева. Горячим выдохом по коже — жгуче, сладко, мало. — Безупречен... — Крис всё-таки тронул губами его шею, поцеловал и прикоснулся пальцами к груди, сдвинув чуть ворот и просунув ладонь под тонкую ткань. — Зачем же требовалось меня одевать? — ядовито уточнил Кай, окончательно взбешённый заскоками Криса. Он уж точно не выдержал бы очередного раунда недосекса с Крисом, потому что вместо удовлетворения всё это только сильнее будоражило чувства и сводило с ума с большей интенсивностью. Кай предпочитал не получать ничего, чем вот так издеваться и мучить себя. Крис развернул его к себе лицом. Молча смотрел и будто бы ждал чего-то. Кай сделал шаг назад, ещё один. Ровно столько, чтобы быть вне досягаемости. — Я не твоя икона. И не обычный пилот, который на всё согласится. Я вполне живой и простой смертный. Со своими желаниями. Если не можешь их исполнить, просто забудь и найди другого. Потому что я не могу заставить тебя делать то, что хочется мне. Но и ты не можешь заставить меня делать то, что хочется тебе. Давай на этом поставим точку. Крис ничего не смог ему ответить, потому что на пороге появилась румяная белокурая дама в коричневом классическом платье и белом переднике. Книксен в её исполнении был традиционным и изысканным. — Добро пожаловать. Господин Ву, что пожелаете на обед? И нужно ли приготовить комнату для вашего гостя? — Будьте так любезны, — широко улыбнулся даме Кай, опередив Криса. — А на обед, если можно, что-нибудь из классических блюд, которые тут принято подавать к столу. Разумеется, если господин Ву не возражает и не желает выставить меня из дома прямо сейчас. Кай проигнорировал убийственный взгляд Криса и продолжил солнечно сиять улыбкой, вызывая тем самым заметный румянец на щеках дамы. Пытался сообразить, горничная это или всё-таки экономка. — Думаю, комната на этом этаже в левом крыле вам придётся по вкусу. Обед будет готов через два часа. Желаете горячие напитки или закуски пока? — Нет, спасибо. Я подожду обеда. Дама упорхнула совершенно бесшумно, а Крис крепко ухватил Кая за руку, чуть выше локтя, и поволок за собой в гостиную на первом этаже. — Что это за... И с чего вдруг из тебя полезли манеры? Кай упёрся ногами в ступеньку, чтобы Крис притормозил и не волок его на буксире. — Потому что они у меня есть, вероятно. Я, конечно, вырос в глуши, но там имели представление о хорошем воспитании. Чёрт, Крис, хватит уже! — Что? — Я не мешок с рисом. Хватит уже тащить меня так, будто я сам идти не могу. — Я просто... — Нет. — Прости? — Крис непонимающе посмотрел на него, замерев на предпоследней ступеньке. — Я не собираюсь с тобой спать, — отрезал Кай, одолел оставшиеся ступеньки самостоятельно и направился в гостиную. — Тебе никто и не предлагал. — Я в курсе. Но предупредил заранее. Потому что ты никогда не предлагаешь, только я почему-то вечно оказываюсь в твоей постели при компрометирующих обстоятельствах. Достало уже. — Компроме... Что? — Крис уставился на него большими от удивления глазами. — Это такие обстоятельства, которые не лучшим образом сказываются на моей чудесной репутации, — благосклонно пояснил Кай. Он от души дурачился, но обстановка вокруг располагала к светским манерам, а ошеломлённый Крис выглядел просто потрясающе. Особенно взъерошенный, сбитый с толку и в расстёгнутой куртке, которую до сих пор не додумался снять и куда-нибудь повесить. — На твоей репутации, кстати, они тоже сказываются не лучшим образом. — Что ты несёшь? — совладав с даром речи, зарычал Крис. — Правду и ничего кроме. — Кай остановился у камина, развернулся к Крису и заговорил уже серьёзно: — Ты можешь сделать вид, что меня не существует? Хотя бы честно попытаться. — Как будто это возможно. Ты постоянно наскребаешь себе на хребет и создаёшь проблемы. Даже когда я пытаюсь не замечать тебя, ты всё равно... — Крис всё же стянул куртку и швырнул её на салонный диван. — Послушай, я... — Не стоит. — Кай отвернулся и подошёл к окну, за которым снежный покров на плитах у дома стал заметно толще. — Это всё равно бессмысленно. И я слишком устал от этого. Ты сам говорил, что с пилотами не спишь. Было бы неплохо, если бы твои действия не расходились с этими словами. Лучше скажи, зачем тебе так надо забраться ко мне в голову? Что ты там надеешься найти? В разлившейся по гостиной тишине отчётливо тикали старинные часы с маятником. Кай не чувствовал ничего. Он знал, что рискует, когда задавал этот вопрос. Быть может, рискует жизнью. И знал, что может не получить ответа вовсе. Ведь как ни крути, а у Криса определённо есть преимущество: даже если ему известно не всё — это всё равно больше, чем прямо сейчас известно Каю. Но что бы Крис ни ответил… Кай просто терпеливо ждал. Без страха и сомнений. Когда терять нечего, не остаётся ни страха, ни сомнений. Не остаётся ничего.