Спасибо за сына (Запах)

      Ваня сидел на кухне с ноутбуком и старательно искал в ВКонтакте лицо с именем «Дмитрий Лебедев» Когда-то он со злости удалил его из «друзей», и сейчас в высшей степени сожалел об этом. Наконец найдя, мысленно перекрестился и щёлкнул по ссылке. С аватарки на него глядели два знакомых лица: сам Дима и, как он уже выяснил, Костя. Он хотел было «лайкнуть» её, но в последний момент опомнился. Боль в сердце пронзила тело, заставив вздрогнуть.       В «основной информации» кроме даты рождения и места проживания не было указано ничего: ни номера, ни где работает, ни даже — тут он не знал, радоваться или нет — семейного положения. Стена была почти пустая — по крайней мере, нужной информации там не было. Однако, была ссылка на Инстаграм, и Ваня перешёл по ней.       Там было много фотографий — чаще всего с сыном: на прогулке, где Костя съезжает с горки и машет рукой в сторону камеры, или качается на качелях, дома, где он рисует — рисовал он для своих лет неплохо, невольно отметил Ваня, и тому подобное. Была фотография со дня рождения — и дата, указанная рядом с ней, к слову, должна была скоро наступить. И, наконец, Ваня нашёл хоть что-то — фото во дворе дома, весьма знакомого ему дома, в котором Дима с братом жили до их встречи.       Вскоре Ваня выяснил и где он работает, и даже в какой садик ходит Костя. Решив, что наилучшим вариантом будет послезавтра, то есть в день рождения Кости, будет просто встретиться там же, в парке — по воскресеньям они всегда ходили в парк, это Ваня тоже уже выяснил.       Закрыв крышку ноутбука, Ваня оделся и пошёл в магазин для хобби. В том, что сын — да, сын, к сожалению, интересовался рисованием, он не сомневался.       Купив различных штучек для рисования на кругленькую сумму, большой и красивый подарочный пакет, открытку с поздравлением — Косте исполнялось три года, - он вышел из магазина и вновь направился домой.

***

      Весь следующий день провёл в постели — отец, к счастью, уходил на работу рано, и возвращался поздно, с ноутбуком. Он был ему ближе любого друга и выручал в самые тяжёлые моменты — вчера, например. Или позавчера. Или позапозавчера… Жаловаться Ваня не любил, но, увы.       И вот, долгожданное воскресенье наступило. Идти нужно было не раньше двух, так что Ваня, уже одетый, аккуратно причёсанный и побритый, просто ходил туда-сюда по комнате в нетерпении.       Часы показывали полпервого, и никак не думали идти быстрее. Ваня ещё раз всё прорепетировал и ещё раз посмотрелся в зеркало. Оттуда на него глядел — подумать только! — взволнованный парень, не старше двадцати пяти. Он ободряюще улыбнулся самому себе и почему-то подумал, что это и не он вовсе. Ну, точнее он, но только моложе. На всякий случай он ещё посмотрелся в зеркало в ванной. Но нет, то же самое. Ну что ж, он только рад. Ещё раз улыбнулся, подмигнул своему отражению и, довольный, принялся репетировать «речь» снова. Но руки всё равно тряслись. И вот над этим ещё надо было поработать.       И вот, часы показывают без десяти два, а Вани дома и след простыл.       Он старался идти как можно медленнее, но то и дело срывался на бег. Решил пойти снова по той же дорожке, надеясь встретить… Костю.       Имя ему определённо нравилось. Ну, ещё бы. Несмотря на жару, по спине стадами пробежали мурашки. Наконец, он услышал знакомый голос. Повернув голову на звук, Ваня увидел мальчугана, играющего с другими детьми в песочнице.       Вдохнув и выдохнув, он подозвал ребёнка, предварительно спрятав пакетик за спиной.  — Ой, это ты! — радостно воскликнул малой.  — Ага, — Ваня заговорщически улыбнулся и протянул ему подарок, — С днём рождения! Ребенок поначалу обрадовался, а потом задумался.  — А мне нельзя от незнакомых подарки брать…  — А я и не незнакомец. Ну, ты меня, может, и не знаешь, а вот папа твой точно знает.  — А ты врёшь может! Ваня вздохнул. Этого он и боялся, хотя вместе с этим и гордился.  — Я… — руки снова затряслись, напрасно он боролся с этим, — ну, пойдём к твоему папе…  — Дядь, ты чего?  — Всё хорошо, пошли.  — Ура! — и малыш поскакал вприпрыжку, а Ваня поплёлся за ним.  — Папа! А мне дядя подарок подарил!  — Какой дядя? — обеспокоенно спросил он.  — Вот! — ребёнок пальцем показал на Ваню, в нерешительности переминавшегося с ноги на ногу.  — Привет, — Ваня попытался улыбнуться. Вроде получилось.  — Привет. Ты же уехал?  — Я… Да, я тут проездом, можно сказать.  — Ну да, — усмехнулся Дима, — Ты как узнал? — он взглядом показал на подарок, всё ещё находившийся в руках Вани.  — Много в интернет выкладываешь, — он тоже усмехнулся.  — Есть такое.  — А можно взять его? — Костя вклинился в разговор.  — Конечно! — Ваня уже во второй раз протянул ему подарок. Тот сразу же заглянул в него и обомлел. Там было столько всего! Диме тоже не терпелось увидеть то, от чего сын так обрадовался. Посмотрев туда, он увидел там всякие плюшки для рисования, которым так увлекался Костя.  — Вот спасибо…  — Спасибо! — во все свои почти тридцать два зуба улыбнулся Костя.  — Не за что… сына.

***

 — Папа? — удивлённо протянул Костя.  — А…ага… — пожал плечами Ваня и попытался улыбнуться. Тщетно.  — А я тебя другим представлял…  — Каким?  — Ну… другим.  — Ну, а я вот такой.  — А можно… Обнять тебя?  — Ну, если папа разрешит…  — Можно? — малыш повернулся к нему, — Пожалуйста!  — Конечно… — Дима пожал плечами.  — Ура! — воскликнул малой и обнял Ваню. Тот тоже обнял сына… Нет, все равно не верится, что у него всё это время был сын. А он вот, жмётся к нему, к Ване, и Дима, кажется, не против… По крайней мере, по нему этого не видно​. Он должен был признать, что Дима изменился. Но не мог сказать, что именно в нём изменилось. Или не хотел. Но, в любом случае, он был не против. Это не могло не радовать. Или, наоборот, это… нет, не огорчало, но… Ваня не мог подобрать слов. Вдруг подумал, что дело тут не в Диме, и даже не в Косте. А в нём самом. И вот это уже пугало. Наконец, ребёнок отлепился от него.  — Ваня, ты когда уезжаешь?  — Сегодня вечером, — ему показалось, он сказал это слишком грустно, но Дима, кажется, не обратил на это внимания.  — Надо бы поговорить.  — Н-да, надо… И медлить нельзя.  — Пошли ко мне.  — Вы же гуляете?  — А, — Дима махнул рукой, — погуляем потом, мы ведь никуда не торопимся, — в этом Ваня услышал укор. Но что он мог сделать? Билеты куплены давно, работа ждёт, да и его дом теперь — там.  — Пошли. ***  — Ну-с, с чего начнём? Чайник, чуть ранее поставленный на плиту, собирался закипеть, рядом с Ваней и Димой стояло по чашке с пакетиком чая, Костя насыпал какао и сахар себе в кружку, просыпая немного на стол.  — С начала? Костя, двух достаточно! Не с конца же, — он усмехнулся краем рта.  — А где начало? — поинтересовался​ Ваня, уже приготовившись к худшему.  — Не знаю… Где наш общий конец, там наши разные начала.  — Ну так расскажи о своём… начале.  — Как скажешь… Я, когда ты меня выгнал, не думая отправился сюда, к Кириллу, и он меня, к счастью… Чайник закипел, и Дима был вынужден встать. К счастью, он меня приютил, — он рассказывал на ходу, наливая и заваривая чай, — Ну, вот так и живём. Сначала подрабатывал, по мере возможностей — то есть почти никак, так что он помогал мне и финансово. Не знаю, что бы я делал без него.  — А где он сейчас? — ляпнул Ваня и потом только подумал, что перебивать-то и не стоило.  — На работе, где ж ещё, — он рассмеялся.  — В воскресенье?!  — Ну… Он по сменам работает.  — А, вот как…  — Ну, да. Мы не особо богато живём, но на хлеб хватает. Иногда и на масло. Не знаю, в принципе, могло быть и хуже. Главное, что Костя счастлив. А значит, и я. Ваня нахмурился. — Ты чего? — По закону, я, как отец, отказавшийся от ребёнка, должен платить алименты. Ты мог вполне воспользоваться этим. Почему не стал? Теперь нахмурился Дима. Отрицательно покачал головой. — Но почему?! Если бы я знал! Почему ты не сказал? — Потому что, — он вздохнул, выпрямился и посмотрел Ване в глаза. От такого взгляда стало неловко. — Потому что ты не тот человек, которого я искал. Я ошибся, да. И наступать на те же грабли не собираюсь. Ну, не сложилось и не сложилось. И ты был не готов, так ведь? Чего тебя тормошить? Ну, да ладно. Скоро про меня забыл?       Ваня не знал, что ответить. Признаться, что и жить-то начал только три года назад? Что, как слабый человек, едва не умер? Тогда он не понимал, но, уехав из родного города, осознал, что если бы не друзья, он так бы и «существовал», без цели и задачи. Ну уж нет. А что тогда сказать? Он не знал. Поэтому молчал. И хмурился. «Не тот человек»… Неужели и вправду не тот? И он, значит, не тот. Но как же так тогда?..  — Чего молчишь? Не ври уж, сейчас-то чего скрывать?  — Не врать? Ну ладно. Я никогда тебя не забывал. Пытался, заставлял себя. Не мог. Ну, ещё плюсом я не знал правды, и потому совершенно не чувствовал себя виноватым. Ну, тут уж только «пойми и прости». Не знаю, сможешь ли.  — Уже простил. Давно уже. Только жизнь усложняет, а оно мне надо?  — Вот и я так думаю. Дим, ты меня прости, конечно… — Чего ещё? — Мне идти пора… — ему уже который раз за день стало неловко. — Вот как… Ну, спасибо и на этом.  — Спасибо? За что? — не понял Ваня.  — За сына.