Чемодан

      Был довольно уже поздний вечер — всп небо покрылось маленькими звёздочками. Птички давно уже не поют, а листики не переливаются на солнечных лучах. Но однако, Чимина всё не было и не было. Хосок сидел и ждал его. Долго. Часа 3-4. Он думал, что парень скоро остынет и придет поможет ему, но всё не так просто… Первые два часа пролетели незаметно. В это время Чон думал о том, что будет дальше. Как он вернётся в Сеул, как он встретиться с Рози, а также, скоро должен приехать Чани, а с ним Хоупу точно не будет скучно. Так что Хосок не заметил как летело время. Но потом, когда часы начали показывать красивую цифру 9 (ему всегда она казалась красивой), Хосок начал переживать. — Почему же он так долго? Встав с кровати, он подошёл к двери, и тихонько приоткрыл её — никого. Хосок поводил носом и вдруг почувствовал прекрасный аромат цитрусов. Что-то яркое, насыщенное и хвойное, словно запах Нового Года, домашнего и уютного, но в этом аромате Чон улавливал еще и терпкие нотки, заставляющие принюхиваться к нему безостановочно. Ступив на правую ногу, Хосок наткнулся на примерную карту гостиницы. Просмотрев её, он заметил вилку с ножом и тарелкой, а рядом красивый рисунок какого-то коктейля. Он понял, что это были ресторан и бар, и решил начать поиски оттуда. Направляясь к лифту, Хосок заметил, что аромат следует за ним или же сам он следует за ароматом. С каждым шагом он всё сильнее и сильнее кружил голову. Сказать, что Хосок просто зависим от запахов — сказать ничего. Самый запоминающийся и доводящий, порой, до слез аромат — аромат маминых духов. Это было так давно, когда Хосоку было всего лишь 13 лет. Ровно 10 лет назад. На День Рождение он подарил ей чудесные духи из самых разных (а главное сладких!) цитрусов. До её смерти она постоянно покупала их и пользовалась. У Хосока даже сохранился маленький пузыречек с последнего раза их использования. Порой, в жизни бывают настолько гадкие дни, что хочется уйти в запой, но положение это не позволяло Чону, поэтому расположившись (как обыденное дело) на диване, устремив взор куда-то высоко в небо, думая о прекрасном, пальцы сами открывали ящик и находили маленький оранжевый пузырек. Мир становился лучше, когда родной запах проходил сквозь лёгкие, заседая где-то глубоко в сердце, и на лице появлялась полная грусти улыбка. Этот аромат был так похож на запах тех духов! Лёгкие поглощали его с такой скоростью, что кроме этого аромата в голове больше ничего не было, он словно по всему телу проносится заместо кислорода. Уже зайдя в лифт, Хосок понял, что этот запах скорее всего не от духов, а от хорошего одеколона. Более мужественные нотки играли в этом вальсе цитрусов. Завороженный Хосок не понял как уже оказался возле дверей бара. Легонько дернув за ручку, он открыл её. Освещения — ноль, ориентира — тоже ноль. Но тут яркий свет ослепил его и Хосок приземлился на жёсткий, кожаный диван. Вдруг чьё-то дыхание начало обжигать шею Хосока. Чьи-то руки полезли за воротник рубашки и на бедра кто-то приземлился. — Ммм, какой же ты тощий… — Властный женский голос шептал на ухо Чону. — надеюсь, там-то не худо? — Короткий смешок и руки этой девушки начали медленно опускаться вниз. Оторопевший от происходящего Хосок, еле дышал. — Девушка, что вы творите! — Чон скинул её с себя и резко встал с дивана. — Разве вам позволяет, ваш молодой возраст, так вести себя с первым встречным?! Что за воспитание! — Хосок говорил это и смотрел прямо в глаза своей собеседнице. Она лишь качала головой и молчала. Высказав ещё пару фраз о том, что надо сначала с образованием разобраться, а только уже потом со своими влечениями, Хосок глубоко вздохнул и пошёл к барной стойке. — Что этот придурок сказал?! Вот урод. — Девушка тоже встала с дивана и направилась к выходу, ближе к своему номеру. Сегодня не её день. Наверное, просто много выпила. Через пару шагов Чон заметил барную стойку. Через ещё пару шагов — увидел двоё парней наблюдавших за ним. Через ещё одну пару шагов — Хосок разглядел Чимина и… Мин Юнги. Ох нет! Оба глаза не отводят с Чона. Придётся подойти. — Ха, привет Хосок — Черноволосый красавчик улыбнулся, показывая свои прекрасные зубы. — Эй, сделай лицо попроще! Мне Чимин уже рассказал про свой клад в чемодане, поэтому он сейчас и сидит никакой. — Клад? Серьёзно?! — Чимин пьяно усмехнулся. — Я бы даже его и… — Чим, хватит уже! Он тебе ничего не сделал! — Шуга дёрнул друга за плечо. — Он мне ничего не сделал?! А одежда моя где?! Он в этом не виноват?! Ты слышишь, что ты несёшь?! Он даже не сказал, что он делал в моем чемодане! Вешал мне какую-то лапшу, боксёр хренов! После своей громкой речи, Чимин упал лицом на барную стойку, начиная похрапывать. — Ууу, ну всё… — Мин поднял голову Пака и громко шикнул. — Иди отведи его в номер, и сам ложись рядом. — Я? — Чон посмотрел на Юнги с большим удивлением. — Ну, а кто, блин? — Ты считаешь, что это нормально ложиться в одну кровать с первым встречным? — Хос поднял левую бровь. Шуга лишь усмехнулся: — Я бы не сказал, что вы первый раз встречаетесь: судьба так и сталкивает вас друг с другом. Ты же тот рыжий паренёк с мыльными пузырями? — Это разве сейчас имеет значение? — Да ты, однако, грубый. — У Юнги на лице улыбка уже до ушей. Хосок залился краской и опустил взгляд на свои кроссовки. Старые, грязные, с еле приклеенной подошвой на правой ноге. Ничего необычного. Но почему-то, именно сейчас, Хосок, так захотел ими полюбоваться! Мин Юнги сидел и попивал свой коктейль с каким-то странным вкусом, будто яд там был обеспечен. — Извини… — Чон всё-таки решил оторвать взгляд от своей обуви, и это оказалось так трудно сделать! — Да, это был я. — Через короткую паузу Хосок продолжил. — Мне почему-то кажется, что я ему только несчастье приношу. Тогда костюм испортил, сейчас одежда пропала, но я даже… — Тсс. — Юнги приложил указательный палец к своим губам. — Расскажи лучше сначала всё Чимину, и лучше это, конечно, сделать не сегодня… Идите в номер спатеньки. — Шуга начал сильно жестикулировать, наверно из-за алкоголя, с которым он так отчаянно боролся. Все-таки сегодня он много выпил. — И сильно не переживай за Чимина — он очень вспыльчивый, но быстро остывает. А насчёт тебя… Надеюсь у тебя были на это свои причины. Хосок кивнул ему и подошёл к Чимину. Поставив его на ноги, Чон перекинул его через плечо. — Ах, осторожней, дуралей! — Пак переплёл руки вокруг талии старшего и уткнулся носом куда-то в позвоночник. Хосоку было как-то неприятно от действий подвыпившего айдола на спине, и уставился на Шугу. — Когда Чим выпьет, он начинает лезть ко всем, так что будь аккуратней с ним в одном номере. — Юнги заржал в голосину, что Хосоку вообще не понравилось. — Тебя же Хосоком звать? — Так ведь, когда я пришел ты меня по-имени назвал. — Да? — Юнги воскликнул бровями. — Всё — это последний коктейль и я спать. А то скоро стану обновлённой версией Чимина... — Перевернув вверх-дном бокал-снифер, он убедился, что тот пуст. — Спокойной ночи! Почему ты делаешь такое выражение лица? Я не собираюсь тебе помогать с этим динозавром! — Почему?! Ты же его друг! — Но он же из-за тебя напился! Хосок раскрыл рот от удивления — как же он Чимина до номера донесёт?! — Всё, адьос амиго! — Помахав ручкой на прощание, Мин поплёлся к своему номеру.

***

Чимин не помнил, как очнулся в своём номере после дружеских посиделок. Воспоминания вертятся только на одном месте: стук в дверь, пятый коктейль и Хосок придавленный какой-то девушкой, которой и восемнадцати-то не было. Пак сам не понял, как разозлился, когда Юнги указал пальцем на них. Внутри были вулканы — он значит прилетел за счёт Чимина, ну или его чемодана, а он тут с девушками за углом шмякается. Вот тогда-то Чимин понял, что его в первый раз в жизни «использовали». Чувства были настолько смешанными, что даже любой деятель напитков позавидовал бы Чимининым способностям. На утро, проснувшись от журчания в своем животе, Пак захотел встать, но ему что-то помешало. Приоткрыв глаза, Чимин заметил чью-то худую ногу торчащую из-под кома одеяла. Немного пораздумав, он открыл рот в немом шоке. — Какого чёрта, ты спишь со мной?! — Утренний голос хоть и был охрипший, но все равно брал, довольно, высокие ноты. Комок одеяла вздрогнул и от испуга спустился на пол. — Боже… — Голова с копной шелковистых волос вынырнула и помотала в разные стороны. — А где я должен спать? Чимин лишь горько усмехнулся: — Где прятался там и спи! — Он указал на чемодан и вдруг заметил, что Хосок очень сильно трясется. — Почему ты так дрожишь?.. Хосок утонул в одеяле и пробормотал что-то вроде: «Не твоё дело». Пак всего лишь промолчал и встал с кровати. Подходя ближе к двери, комочек снова зашуршал и оттуда вынырнул полуголый Хосок. — Ой! Почему ты только в нижнем белье?! — Чимин посмотрел на Чона и моментально скрылся в ванной. Оперевшись на дверь, Пак тихо-тихо выдохнул. Постояв так немного, он решил подойти ближе к раковине. Открыв кран, Чимин рассмотрел своё отражение в зеркале: сонный, потрепанный, но зато, мать вашу, в штанах! В штанах! А не как этот парень… Почему Хосок такой странный? Чимин считал, что сразу же, в первые часы знакомства, сближаться с человеком — ненормально! Пак, конечно, привык к такому типу людей, как Ким Тэхён, но к Чон Хосоку — это другой разговор. Он был странный, непонятный, даже иногда казался шизанутом, но одновременно и загадочным. Вот залез он в чемодан — это была шизанутость или всё-таки его загадочность? А вот эта дрожь? Хосок постоянно дрожит. Хотя это «постоянство» Пак видел всего лишь два раза, но почему-то он был просто уверен, что это ещё одна загадка Хосока, ну или еще один симптом его шизанутости. Пока мысли сами думались, Пак уже почистил зубки. Вытерев лицо насухо, он направился к выходу. Чимин аккуратно толкнул дверь и увидел героя своих раздумий сидящего на кровати. — Чимин нам надо поговорить… — Зачесав рукой чёлку, Хосок посмотрел на него. — О, это давно пора. — Пак сначала не заметил, что тот был уже в своей одежде. Присев рядом с виновником своего торжества, Чимин ужаснулся, когда лицо Хосока моментально приблизилось к его шеи. — Ммм, этот запах… Он от тебя… — Чон со всей дури начал внюхиваться в этот аромат, как будто он завладел им полностью. Сердце кружилось вокруг своей оси, а головной мозг почти отключился. Почти. Непонятно каким образом, Хосок захотел посмотреть Чимину в глаза. Этот взгляд заставил прийти в себя и отодвинуться от Пака. Столько страха скрывалось за этой оболочкой с коричневой радужкой, что Чону стало настолько противно от самого себя! Опять… Опять он противен кому-то, опять он ненавидел себя за свои действия, да и вообще за своё существование. Столько неприятностей он принес Чимину, что сердце раскалывается на кусочки. — Чимин… Прости меня, я не хотел тебя напугать… — Хосок проклинал себя каждую секунду, за каждое слово и действие. Чимин молча уставился куда-то мимо Вселенной. Что же этот парень вообще вытворяет?! Вдруг, звук оглушающей сирены порезал это смущение и непонимание. Пак быстро полез за телефоном, который лежал, где-то за горой мусора, на тумбочке. Разблокировав его, Чиминино лицо нахмурилось и брови собрались в кучку. Пак явно что-то не понимал. Громко сматернувшись Чимин подскочил с кровати и побежал к двери. Сильно хлопнув ею, сердце Хосока замерло. Опять он убежал. Опять между ними столько недосказанности, непониманий, и Чон опять начинает мучатся от всего этого, что суммарно накапливалось в его голове.