Чемодан

      Чай медленно заваривался в огромной чашке с синей машинкой. Чаинки в ней плавают и не спешат окрашивать воду в чуть зеленоватый оттенок. Атмосфера из-за этого была очень сонной. Дни Хосока растягивались так медленно, что он запоминал каждую минуту. Он тупо, каждый день, заваривал чай и садился за телефон смотреть очередную дораму. Так и пролетела целая неделя. Чани, что во всю щеголял по японским пляжам, не торопился позвонить брату и спросить как у того дела. Он позвонил ему только тогда, когда заселился в отель. Больше звонков не слышно. Рози, которую до сих пор ещё не отпустило оттого, что её лучший друг снялся в клипе, была, между прочим, каждый час на связи. Она звонила и сообщала те вещи, что по её скромному мнению, считались главными. Поэтому, каждый их диалог постоянно затрагивал шестеро парней, что сейчас живут в Японии. А нет. Уже не в Японии. Хосок вчера от нее узнал, что у Бантанов закончилась дебютная неделя и у них настал отпуск. И поэтому, скорее всего они разъехались по домам. Ну Тэхён точно дома. Он сегодня утром прислал сонную фотографию себя с подписью, что примеряет свою старую кроватку. Хосок лишь улыбнулся этому сообщению, потому что набольшее его не хватало… Хоть прошла уже и неделя, но Чон никак не может привыкнуть к своей каждодневной рутине. В его голове были только мысли о том, что в этот час он с Чимином идёт пить кофе, а в эту минуту Чимин с задумчивым видом листает ленту в интернете, а в эту секунду Чимин улыбается Хосоку и берёт того бережно за руку… Хосок сломался, в крайней степени — сошёл с ума. Как же перестать об этом думать? Всё бы было бы хорошо, если никто не напоминал кто такой Пак Чимин, и что он есть на этом свете, но Рози так и заводит про него разговор: то он на первом выступлении был очень грустным, а на следующем его улыбка была такая фальшивая, что слёзы на глазах наворачиваются… Все эти факты били по самым мозгам Хосока и тоже постоянно вертелись в его голове. Через несколько минут чай всё-таки заварился и парень повалился на свою кровать с телефоном в руках. Похлёбывая и от невероятного вкуса причмокивая, Хосок полез в такую запутанную сеть, которая называется интернет. В ней можно найти столько нужной и ненужной, а иногда и ложной информации, что реально можно запутаться. Например: если вбить в поисковике ''что делать если на ваш банковский счёт пришли чужие деньги'', то Хосок нашёл сразу такой комментарий, как ''отправьте их мне по этому номеру…''. М-да, а Чон хотел найти что-то полезное для своей ситуации. Ведь эти деньги так никто и не хочет забирать, а прошла уже целая неделя. Да и Чонгук хотя бы написал, что деньги были от него, но он наверно просто боится, что Хосок вернёт их обратно. Но Чон решил, что он их не вернет Чонгуку. Нужно принимать все подарки иначе человек обидится, а этот этап он уже когда-то пережил, ещё в школьном возрасте. Недолго Хосок мог расслабиться перед просмотром фантастической дорамы, как вдруг в дверь кто-то позвонил. Звонок пропел немного хрипловато из-за того, что ему было уже больше 7 лет. Хосок, пока надевал не в самом лучшем состоянии тапочки, раздумывал кто это мог быть. Голова была пуста и на ней беспорядочно лежали рыжие волосы. Подойдя, к самой двери звонок резко замолчал, будто человек, стоящий там, услышал тихие шаги Хосока. Заглянув в заляпанный не понятно в чём глазок, Хосок так и не смог определить личность за дверью. Всегда нужно быть бдительным, а Хосок просто открыл замок, ожидая: ворвётся ли человек или будет ждать когда ему откроют дверь? Но прошли довольно долгие десять секунд и человек не ворвался, а спокойно ждал когда ему откроют дверь. Значит это не бандит и не вор. Но кто тогда? За эту неделю много кто успел побывать у Хосока дома: и Чани, и Рози целых пять раз, и даже Рэй три раза вместе с Рози. Хосока постоянно предупреждали и звонили, когда кто-то собирался в гости, но тут ни звонка ни предупреждения. А ведь на улице уже восемь часов вечера. Даже закат уже в самом разгаре. Хосок всё-таки сам взял ручку и распахнул дверь. Такая резкость движений заставила неизвестного человека отпрыгнуть от дверного глазка, на который он тоже уже ругался и пытался отковырять прошлогоднюю жвачку. — …Привет, Хосок… Рыжий парень немного оторопел, но не надолго, потому что он сообразил быстро захлопнуть дверь обратно. Но не всё так просто… У айдолов всегда такие сильные ноги, ведь Чимин одной ступней смог остановить её? — Хоби… — Не называй меня так. — Как не старался Чон, но дверь теперь не закроешь. Чимин ещё сильнее погрустнел в лице: Он так и знал, что всё так и будет… — Хосок, могу ли я войти и поговорить с тобой? — С чего бы? — Парень старался держать свою позицию, ведь дверь он уже не мог удержать. — Мне нужно поговорить. Впустишь? — Нет. — Ты же знаешь, я могу её сломать. Вряд ли тебе это понравится… — Дверь сразу открылась, освобождая ногу Чимина. — Что ты на меня пялишься? Проходи. — Пак уставился на Хосока. Его пугало то, что в этом парнишке не осталось той былой яркости. Кажется Чимин сломал своё солнце… Аккуратно заходя в прохладный коридор, блондин занёс за собой тот самый чемодан, где огромными буквами написано «Пак Чимин». — Что? Зачем ты здесь с чемоданом? — Хосок пристально изучал Чимина, но вскользь смотрел на своё отражение в зеркале, что висит позади Пака. Да… У Хосока не самый лучший вид. — И вообще, зачем ты здесь? — У нас начался отпуск, что очень странно, ведь альбом горит во всех чартах. Мои родители уехали в Шотландию, а дом в Пусане совсем одинок… — Чимин медленно растягивал слова, отдаляя тот момент, когда его вышвырнут из квартиры. — В общем, приюти меня. — Что?! С какого это перепугу?! — Разозлившись ещё сильнее, Хосок начал пихать Чимина к выходу, а тот ожидал такого исхода событий. — Если ты меня сейчас не выгонишь, да ещё и приготовишь для меня постель… — А туалет для тебя не утеплить?! — …Мы будем в расчёте! — Чимин зажмурил глаза, чувствуя, что перед его носом сейчас закроется дверь. Но она не закрылась. Хосок убито смотрел вниз. Его сердитые глаза прикрывала рыжая чёлка и Чимин не мог понять его состояние. Рука Хосока, что опиралась об дверной косяк, нервно тряслась и заметно побледнела, хотя освещение было не самое лучшее и это трудно было заметить, но Чимин видел. Парень очень зол на него. — Хоби… — Не называй меня больше так… — Слеза медленно скатилась с щеки и упала на холодный паркет. Она была не замечена Чимином, даже сам Хосок не заметил её. — Хосок, я не могу уехать в Пусан, так как всех нас по любому будут вызывать в офис, а ездить туда-сюда слишком тяжело. — Но… Но почему ты не в общежитии? — Там проходит ремонт, а у меня аллергия на строительный клей. Наступила полная тишина. Только рука Хосока отпустила дверной косяк, давая Чимину обратно пройти в прихожую. — Зачем ты здесь? — Силы медленно покидали Чона. Он не понимал, ничего не понимал, и даже не хочет ничего понимать. — Я же сказал, что мне негде жить. Будто и не было всей этой любви между ними, да даже она и то, была фальшью. Будто Чимин не извивался в горячих руках Хосока. Будто следы от поцелуев разом исчезли несмотря на то, что на шеи Хосока все еще горит красный ожог горячих губ. Будто всё, что было до этого момента, стало обыденным делом. Будто всё хорошо. Будто Чимин не сломал сердце. Будто Чимин вообще не трогал это сердце. Губы сжались в тонкую ниточку. По бледному телу начала растекаться горячая ненависть с холодным привкусом грусти. Почему Хосок не может вышвырнуть его? Чувство долга не даёт ему спокойствие. Когда Чон кому-то должен, то он старается сделать всё, чтобы закрыть его. А Хосок жил за счёт Чимина — пора ему тем же расплатиться. Хм, как же быстро обоюдное желание жить вместе превратилось в чувство долга… — Я не знаю, что сказать… Твоя комната справа. — Хосок развернулся и скрылся за дверью. Парень не собирается разговаривать с ним, хотя бы до завтра. Пак уставился на широкую спину. Она плавно варьировала между стеллажами шкафов и неожиданно скрылась из виду.

***

Дверь не сильно поскрипывала, когда на полу появлялась тёмная тень от тёплого освещения. Чимин постоянно ловил её взглядом, но она никак не хотела задерживаться возле его комнаты. Как жаль, что в коридоре дальше этой комнаты идёт только дверь в ванную, в которую Хосок вообще почти не ходит. Наступил уже девятый час ночи. Чимин как раз успел разобрать все свои вещи по не большим полочкам. Этот, уже пустой, чемодан целый день с Чимином прямо с Японии. Пак сегодня чувствовал себя, как белка в колесе: то в офис, то в аэропорт, то в общежитие… А чемодан везде с ним. Как теперь можно с ним расстаться? Сейчас, лежа на кровати, Чимин мог расслабиться и вдохнуть кислород полной грудью. Прекрасное состояние усталости разливается по телу не смотря на то, что он чуть больше двух недель убивает себя. Изнутри. В его голове вертелся лишь один вопрос, который ему задал Хосок: Зачем он здесь? Чимин тихо прыснул, он же знает зачем он здесь. Но это точно ради того, чтобы просто где-то пожить некоторое время? В голове Чимина начали говорить голоса. Эти голоса были красивыми, нежными и очень однотипными. Будто это всё один и тот же голос, но он раздвоился. Резко открыв глаза, Чимин проснулся. Не успев сфокусировать свои мысли, как он услышал голос Хосока. — …Чани, я так рад!.. Звони мне пожалуйста чаще!.. Ты же знаешь, как я по тебе скучаю… И я тоже люблю тебя! Сильнее даже, чем ты думаешь. — Хосок резко замолчал, подавляя боль слезами. Чимин не видит его, но слышит за тонкой стенкой каждый его нервный всхлип. Пак медленно встал с кровати и целую минуту раздумывал, пока снова не услышал громкий всхлип. Хосоку больно и почти во всём виноват Чимин. Он не может просто стоять и слушать как человек давится слезами. Парень вышел из своей комнаты и аккуратно приоткрыл соседнюю дверь слева. Хосок сидел на двуспальной разобранной кровати. Его руки были заняты чёрным мобильником. Ладони сильно сжимали его, а волосы запутались в своеобразной кашей на голове. Сам вид Чона давал знать, что у него не всё в порядке. Лицо было опущено, а в приглушённом свете было видно как тело дрожало. Чимин смотрел, изучал, это всё так внимательно, что даже не заметил как оказался в двух шагах от Хосока. — Хоби… — Рука коснулась острого плеча и оно вздрогнуло. Но это не заставило Хосока поднять голову. — Я, наверно, не во время приехал… Хосок громко засмеялся. Этот смех был почти истерическим. Он поднял своё, всё в слезах, лицо и начал рассматривать удивленные глаза напротив. Чимин потерял память или ломать сердца людей это его ежедневное дело? — Вот что ты хочешь от меня услышать? Дружеский совет? — Совет? — Чимин сел на край кровати. — Нет. Я ничего не хочу от тебя услышать. — Тогда зачем ты пришёл сюда, в эту комнату? — Ты плакал. Я беспокоился. — Поздно ты забеспокоился. Его уже не починить. — Хосок взял руку Чимина и приложил его ладонь к своей груди, указывая на сердце. — Хосок, я хочу всё объяснить… — Я не хочу ничего слушать. — Я люблю тебя. — А это тем более.