Счастливое несчастье

      Ужас пустоты при полном отсутствии даже малейшего просвета в голове отзывался в беззвучном стоне, при легкой попытке шевельнутся. Я не понимаю, чувствую ли я тело, не вижу его. Кровь шумит в ушах. Ясно одно, живой.       Постепенно гул стал тише, но боль не утихала. Тяжелые веки с колоссальным трудом удалось открыть. Искусственный свет лампы освещал больничную палату, из руки и носа торчали трубки. Тело в бинтах.       Так, что произошло? Что я помню? Пусто. Окей. Ладно. Кто я? Как мое имя?... Шон? Арсен? Дима?... Черт! Боже, что творится?       Нахлынувшую панику удалось прекратить мужчине, вошедшему в палату. - Так, дорогой, вижу, пришли в себя. Отлично. Меня зовут Константин. Я – Ваш лечащий врач. Поступили Вы к нам в тяжелом состоянии, но, парень, Вы – везунчик. Хирурги, травматологи-реаниматологи Вас отменно подлатали. Состояние было стабильно тяжелым, есть первые улучшения. Теперь, давайте Вас проверим. Ответьте мне. Что Вы помните последним? - Ничего. Все в тумане. - Так, давайте, что попроще. Как Вас зовут? - Мммм. Ст…Стен? - Хорошая попытка, но нет. Вы – Джон Аллен, популярнейший актер последних двух лет.       Мои брови поползли вверх. На эту реакцию, врач лишь посмеялся. - Что ж, действительно, не каждый день просыпаешься, оказавшись знаменитостью. В общем, хотелось бы поздравить Вас со вторым днем рождения. Вас в прямом смысле слова вытаскивали с того света, если он, конечно, есть. Побольше отдыхайте, медсестра будет приносить Вам необходимые лекарства. Джон Аллен… Ничего не помню. Только ужасная боль. Спустя часы, а может минуты, я провалился обратно в темноту. Яркая вспышка. Кругом толпа. Тень. Будто кто-то включает на секунды телевизор и тушит экран. Затем по новой. Вспышка. Кругом темно и лишь люди освещаются разными огнями, вокруг шум. Тень. Короткими отрывками я наблюдал свет прожекторов, людей, алкоголь, много алкоголя, затем машина. Дорога. Все куда-то быстро движется. Нет. Это машина. Внезапно на телефоне высветился значок трубки и имя «Стен». Стрелка спидометра стремительно поднимается от 60 до значения 220. Зачем? Водитель, тормози! Звук тормозов. Удар. Экран больше не включался. - Джон…- ко мне обращался рыдающий голос.       Открыв глаза, я увидел перед собой женщину, которая размазывала свой макияж слезами. Ее каштановые локоны небрежно спускались на плечи, глаза болотного цвета были окружены черными разводами. Так же черная мазня испачкала ее руки с аккуратным маникюром. - Брат! Ты с ума сошел! Повезло, что ты жив! - Кто? - Это я – Сьюзен! Ты меня не помнишь? - Если честно, я и имени своего не помню. Знаю, кто я только по словам некого врача. - Этот парень не стоит таких жертв! Ты с ума сошел со своей любовью! Лучше бы тогда порвал то письмо, как остальные. Ненавижу Стена! И тебя ненавижу! - Я не знаю, о чем Вы. - Вы? Вы? Джон, мы с тобой близнецы! С рождения вместе, и ты ко мне обращаешься на «Вы»! Как бы на это отреагировала наша мать! - Простите, но перестаньте кричать. У меня безумно раскалывается голова. - Боже, прости, братец. Я очень за тебя переживаю. Прости. Я в ужасе и гневе на тебя. Надеюсь, ты быстро поправишься. Завтра, Миша, мой водитель, привезет продукты, которые тебе можно. Больничная еда, отвратительна. – После этой фразы женщина еле заметно хохотнула, а на губах поползла улыбка. – Ты отдыхай. Майк, передает тебе привет. Это мой муж. Вы с ним хорошие друзья, надеюсь, его ты тоже вспомнишь. Впрочем, рада снова познакомиться с тобой. До встречи. – Сьюзен, поцеловала меня в лоб и удалилась из комнаты.       Что ж. Я лежу и смотрю в потолок. В голове все так же тихо. Теперь я знаю, что у меня есть семья и некий Стен… стоп. Я – гей? И давно ли им стал? Ладно-ладно. Опустим этот факт. Отчего все произошло?       Прошла неделя. Будто месяц, как я лежу в больнице. Потихоньку я вспомнил, кем же являюсь. Миша привозил продукты и журналы, где были статьи обо мне. Местами я красовался с юными красотками. Ни одного упоминания, о неком Стене. Только в одной статье вскользь упоминалось о моей ориентации. Я же был знаменитым актером, международного уровня. В лучших странах мира имел свои дома или квартиры, что без проблем позволяло жить с комфортом на съемках или же просто отдыхать. Жены нет, детей тоже. Мать умерла во время вторых родов, когда мы с сестрой были подростками. Отец был так же актером, поэтому я пошел по его стопам. Сестра же искала себя. Она начала с танцев, потом организатором свадеб, параллельно занималась благотворительностью для животных. Была против натурального меха, спасла несколько жизней, выкупив пару щенков лис на ферме пушнины. Теперь эти лисы живут у нее дома, искренне радуя ее своей красотой.       Стук в дверь. Ручка медленно повернулась, в палату зашел молодой парень. Средний рост, хорошо сложен. Коротко постриженные русые волосы. Глаза карие. Впервые на кого-то мое тело отреагировало положительно. Все к нему тянулось, хотелось прикоснуться, прижаться, обнять. Заколотилось сердце. Этот незнакомец казался очень родным. - Здравствуй, Джон. – Бархатный голос ласкал слух. Будто резко меня перемкнуло. Я – Джон Аллен. Жил себе в удовольствие. Получал тысячи писем от фанатов. Один вечер решил разбавить тишиной и вином, вместо очередной вечеринки с женщинами и виски, ведь только после я признавал свою сущность и давал волю желаниям, укладывая на живот юнцов. У ножки журнального столика я обнаружил слегка мятый конверт, который, видимо, выпал, когда горничная собирала в мусорный пакет не открытые даже письма от почтальона. Любопытство от скуки взяло верх. В письме было предложение от некого солдата Стена общение, описание своих желаний просто делать, что хочется, когда жизнь солдата зависит полностью обычно от старшины, и неизвестно, доживешь ли ты до следующего месяца, а порой и дня. Поэтому, почему бы не делать то, что ты хочешь, хотя бы сейчас? И на свое удивление, я ответил на письмо. Завязалась переписка. Солдат армии и знаменитый актер. Никто бы не поверил. Когда же была премьера фильма, я поехал в город, недалеко от части, где служил Стен. После премьеры мы и познакомились. Встреча была тайная, конечно же. Слово за слово. Старт был дан. Стен открыл во мне то, что я мог делать только после выпитого литра виски, после чертового забвения от алкоголя. Я желал его, я хотел его, он был моим. Однако, наше счастье было эпизодичным. Редкие встречи с горячими ночами, романтичными письмами под псевдонимами, чтобы никто не догадался. Звонки были реже, чем письма. На службе телефонные переговоры были запрещены. Остальное время он был обычным солдатом, а я актер на сцене.       В один из дней ко мне вломился мой продюсер, заявив о необходимости жениться или хотя бы завести себе постоянную партнершу для пиара. Отказать я не мог, чертов контракт вешал на меня чугунные оковы. Я написал любимому о том, чтобы он не беспокоился, это чисто пиар. Видимо, письмо затерялось, не дошло до адресата. В газетах первые полосы кричали о любовнице и скорой свадьбе. Дошло это и до моего верного солдата. От него я получил письмо, где он прощается со мной. Его отправляли в горячую точку, а мне он желает хорошей жизни с этой женщиной. Одна фраза врезалась мне в голову: «Ты - худшее, что было в моей жизни. Из-за тебя мне хотелось сильнее жить». Моему горю не было предела. Я отправился на очередную вечеринку, литр виски, очередной юнец вытрахан и обмазан моей спермой. Легче на душе не стало. Стало только хуже. Безмерная злость росла во мне. На себя, на Стена. Сев в машину, я вдавил педаль газа в пол. Машина послушно разгонялась. Обострил ситуацию звонок. Телефон завибрировал, а экран высветил имя. То самое имя, которое резало сердце. Стен. Машина разогналась за 200 километров в час. Фары встречной фуры слепят, руль в сторону и сильный удар. - Я же написал тебе в письме, чтобы ты не творил глупостей, - Стен говорил, как всегда тихо и спокойно. Он никогда не повышал голос. - Не хочу жить без тебя. Я писал тебе, чтобы ты не переживал, что это лишь пиар, для вида. Мы даже жили в разных местах. - Я прощаю тебя! – После этих слов Стен воткнул нож мне в сердце. Он исполнил последнее мое желание. Ясное_солнце: Это что за концовка?! Нет, ты СЕРЬЕЗНО? Перепиши +_+ - Я же написал тебе в письме, чтобы ты не творил глупостей, - Стен говорил, как всегда тихо и спокойно. Он никогда не повышал голос. - Не хочу жить без тебя. Я писал тебе, чтобы ты не переживал, что это лишь пиар, для вида. Мы даже жили в разных местах.       Слова растрогали Стена. Оказывается все недоразумение было из-за нескольких недошедших строчек, которые чуть не разбили две жизни.       Солдат, тихо приставил стул к дверной ручке, чтобы никто не смог войти. - Прости меня. Прости. Я хочу быть вместе с тобой. В Тартары карьеру, эту жизнь, - заслезились глаза. Я был жалок, но счастье переполняло меня. Стен бросил все и рванул ко мне. Ко мне, жалкому актеришке, влюбившегося в человека, которого видел пару недель в полгода. - То есть, ты признаешь, всю глупость своего поступка. И ты думаешь, что я прощу тебе измену? - Мы с ней даже не спали. - Я о том парне из клуба… - Откуда?... - Не забывай, у нас уши и глаза везде. Камеры, отражения от зеркальных поверхностей, камеры телефонов и ноутбуков…       Его голос становился тише, томнее, в конце он перешел на шепот у моего уха, затем он закусил мочку. Теплое дыхание пробуждало мурашки по телу. Дикая боль тела становилась терпимее, даже ее сочетание и желания только сильнее возбуждало. - Ммм. Смотрю, твое тело отзывается на меня не меньше прежнего.       Без капли сомнения солдат отдернул одеяло, оголив изуродованное тело. Мой член предательски выпирал в трусах. Стен опустился ниже, не касаясь меня, чтобы не причинить боли, но не продолжал. - П…пожалуйста.. – еле выдавил я. - Что ты хочешь? - Не томи…Хочу.. твои губы, твое тело, твою душу. – Посетитель и причина моих радостей и сердечных терзаний без тени смущения освободил мое достоинство из тесных тканей последнего белья на мне. Язык Стена прошелся по стволу, задержавшись у головки, пока его губы не окольцевали ее. Эти страстные подсасывания, язык не пропускающий ни миллиметра, я еле сдерживал стоны, стараясь не шевелиться. С каждым движением солдат сильнее и глубже брал член в рот. Я не мог терпеть больше, волна оргазма накрыла меня. Стен же, усмехнувшись, вытер остатки спермы с уголков губ. - А теперь, прощай навсегда. Это был мой прощальный подарок. Я не прощаю измен. Мразь. Ясное_солнце: Ты явно издеваешься. Что за фигня в конце? ._. Golubaya.zefirka: ДЖОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ! Ясное_солнце: Почему? Чем ты этим добиваешься? Golubaya.zefirka: … Ясное_солнце: Ты помнишь, ты можешь мне рассказать все? Golubaya.zefirka: Да. Golubaya.zefirka: В общем, Стен это интерпретация моих чувств. Чувств искренних, когда верен, как пес и искренне любишь. Мои чувства были преданы. Ясное_солнце: А Джон, это лживая сучка – Андрей. Golubaya.zefirka: Не совсем, но мыслишь верно. Ясное_солнце: Ладно. Удали сцену убийства и оставь пока, как есть. Потом придумаем. Твоя муза не должна толкать всех на смерть. Я люблю твои хэппи энды. Golubaya.zefirka: Когда же в моей жизни они будут? Т-Т Ясное_солнце: Скоро. Стоит лишь потерпеть. Golubaya.zefirka: Теперь ты издеваешься. Меня только недавно бросили! Меня ПРЕДАЛИ! Ясное_солнце: Сука… Подотри сопли. Golubaya.zefirka: Ладно, посмотрим. Ясное_солнце: Тебя не смущает, что ты необычным образом спасся? Golubaya.zefirka: Не совсем. Мама сказала, что кто-то из знакомых видел, как меня какой-то бомж вытащил, проверил наличие пульса и свалил. Ясное_солнце: Да они охуели, какой бомж! Golubaya.zefirka: Что? Ясное_солнце: Ой, я о знакомых… какие знакомые, что не помогли.. ^-^” Golubaya.zefirka: Ммм. Ясно. Я пойду, маман должна подъехать. У них с батей сейчас терки, попросилась на пару дней, пока не уладится. Ясное_солнце: Давай. И не вешай нос. Golubaya.zefirka: Так точно, Босс!