Сердце альфы

AU, PWP, BDSM, ООС, Насилие, Секс с использованием посторонних предметов. And last night you were in my room And now my bedsheets smell like you Every day discovering something brand new I’m in love with your body - Послушай, мне не нужны твои жалкие оправдания! Чтобы до завтра все отчеты были переделаны, иначе можешь попрощаться со своим местом! Плачущая девушка выбежала за дверь, а Бэкхён, недовольно нахмурившись, откинулся на спинку своего кресла. Дверь не успела захлопнуться, как в нее протиснулся его приятель Ким Чонин. Он нагло расселся на диване, вызывая недовольство Бэка одним своим безмятежным видом. - Какой жесткий мужчина Бен Бэкхён, - Чонин дурашливо присвистнул, - мог бы просто трахнуть ее, а не грозить увольнением. - Пф, нужна мне эта курица, - Бэкки встал, посмотрелся в зеркало и снял пиджак, оставаясь в светлой рубашке. Он расстегнул пару пуговиц, потом подумал и застегнул обратно – это выглядело слишком развязно. – У меня вообще сегодня свидание. - Ух ты, - без особого энтузиазма выдохнул младший, - опять мне все доделывать завтра самому? Ты же не появишься? - Не завидуй, - Бэк показал ему язык, собирая свои вещи. - Я все думаю, неужели ты и твоя таинственная девушка трахаетесь целыми сутками? После этих ваших свиданий ты постоянно пропадаешь куда-то. Бэкхён неопределенно пожал плечами. Хоть Чонин ему вроде как друг, все подробности личной жизни Бэка ему знать вовсе необязательно. Перед входом в клуб Бэкки натянул на лицо милую улыбку, стараясь выглядеть как можно более невинно. Лухана он заметил сразу – тот, по обыкновению, сидел возле бара, но по правилам игры Бэк, конечно же, не подошел к нему. Тем не менее, легкое возбуждение и предвкушение тут же дало в голову: Лу выглядел сногсшибательно, его черная рубашка была расстегнута сверху, оголяя ключицы, светлые волосы слегка растрепаны, глаза подведены. Он был красивым - демон, который мог соблазнить Бэкхёна одним взглядом. Ощущая, как кровь приливает к щекам, а внизу живота все скручивается в кипящий водоворот, не иначе, Бэкки сразу прошел на танцпол, намереваясь как можно быстрее вывести Лухана из себя и начать игру. Он очень органично влился в танцующую толпу, несколько развратно двигаясь и чувствуя чьи-то руки то на талии, то на бедрах, один предприимчивый парень даже потрогал его за ягодицу. Внезапно вокруг запястья обвились пальцы, сжимая так сильно, что причиняли боль. Бэкхён улыбнулся и поднял голову, ощущая, как сердце екает от счастья где-то в горле. В глазах Лухана горел огонь. Он незаметно сунул Бэку ключ от номера и одним взглядом приказал уходить. Крепко сжимая в руке ключ, Бэкхён почти бегом добежал до нужной двери и открыл ее дрожащей от нетерпения рукой. В комнате царила полутьма, свет был невероятно интимным благодаря паре светильников возле кровати, пахло чем-то сладким, и сердце Бэкки снова сжалось, ведь он знал – Лу готовил комнату к его приходу. Оглядевшись, он еще раз в этом убедился – на кровати лежала одежда для него, на столике стояла открытая бутылка его любимого красного вина и бокал. Расстегнув рубашку, Бэкхён снял ее, бросив прямо на пол, вскоре рядом приземлились так же небрежно брошенные брюки и белье. В душе, кроме горящей ароматической свечки, распространявшей тот самый сладкий аромат, лежала также смазка и махровое полотенце. На полу, на специальной платформе стояла переносная мини-камера, угол съемки которой можно было менять. Больше ничего, никаких указаний, но Бэк и без каких-либо записок и сообщений знал, что нужно делать. Лухан играл с ним уже давно, и Бэкхён изучил его пристрастия и правила игры. Конечно, главное правило было одно для всех – он должен был выполнять приказы. Сейчас Лу играл с ним, даже находясь далеко за пределами номера, и это ужасно заводило. Бэкхён включил камеру и забрался в душевую кабинку, наскоро смывая с себя пот и натираясь первым попавшимся гелем. Он представлял, как Лухан все еще сидит в баре и медленно потягивает виски, как равнодушно смотрит на веселящуюся толпу, как к нему подходят знакомиться, но он не обращает ни на кого внимания, потому что вряд ли эти люди смогут удовлетворить его так, как его послушная шлюшка Бэкки. От этой мысли стало слишком жарко, Бэкхён тихонько заскулил, прислонившись лбом к прохладному стеклу кабинки и сжав свой член пальцами. Нужно было срочно действовать. Прохладный воздух пустил по его коже стайки мурашек, стоило открыть дверцу душевой. Бэк быстро вытерся полотенцем, снова привыкая к комнатной температуре, и немного изменил угол наклона камеры, чтобы она снимала то, что происходит на полу. Хотелось завести Лухана этим видео, подразнить, чтобы, посмотрев, он сходил с ума от желания так же, как сейчас сходил Бэкхён. Он встал на четвереньки, прихватив смазку с собой, повернулся задом к камере и оглянулся через плечо, игриво улыбаясь. Равнодушный взгляд механического «глаза» возбуждал еще сильнее. Бэкки пошло, медленно облизал губы, чуть опустив ресницы при этом, затем стал облизывать свои пальцы по очереди, проводя языком от основания к подушечке каждого, он выгнул спину и расставил колени так широко, чтобы это открывало прекрасный обзор для Лу. Взяв в рот указательный палец, Бэк стал с удовольствием посасывать его, вскоре добавляя к нему средний. Он знал, что это выглядело горячо, когда блестящие от слюны пальчики исчезали между губ, и стал негромко постанывать, представляя реакцию Лухана. Наконец, вытащив их изо рта, он выдавил из тюбика побольше смазки, провел рукой между ягодиц и вставил в себя сразу два пальца. Таким образом Лу, можно сказать, проявил заботу, потому что когда он ураганом ворвется в комнату, никто никого растягивать не будет. И хотя Бэкхён тоже позаботился об этом заранее, еще на работе, ему очень нравилось участвовать в этой игре и беспрекословно выполнять приказы Лухана, поэтому он все быстрее трахал себя пальцами, все громче стонал и время от времени облизывал пересохшие губы. Трогать себя ему было нельзя, использовать какие-либо секс-игрушки тоже, судя по тому, что их в ванной изначально не было, поэтому Бэк нетерпеливо вилял бедрами, страстно желая потереться хоть обо что-нибудь и кончить. Когда все тело затекло от неудобного положения, он перевернулся, сел, с вызовом смотря в камеру, и продолжил свое занятие. Вгоняя пальцы как можно глубже, Бэкхён представлял, что это делает Лухан, он настолько ярко видел, как Лу склоняется над ним со своей вечной ухмылочкой, со своим волшебным запахом и притягивающей, как магнит, аурой, что практически потерял связь с реальностью. Бэкки безумно любил фантазировать о нем и занимался этим регулярно. Когда воображаемый Лу властно сдавил пальцами его шею и укусил в губы, Бэкхён не выдержал и кончил, захлебываясь громким стоном. Он выполнил условия игры и не прикоснулся к своему члену, чем был бесконечно доволен, уверенный, что сможет порадовать своего «хозяина» этим видео. Чтобы окончательно закрепить свой успех, Бэк стер с живота сперму и, наклонившись к камере, стал слизывать ее с руки, затем облизал каждый пальчик так, словно они были запачканы растаявшим шоколадом. С заданием было покончено, поэтому он выключил камеру и, абсолютно обнаженный, вышел из ванной. Выпив пару глотков вина, Бэкхён взял с постели красное латексное платье, которое больше напоминало просто длинный корсет со шнуровкой из тонких прозрачных лент спереди, надел его, всунул ноги в стоящие рядом черные туфли на большом каблуке и аккуратно застегнул их. Вещи, которые подбирал Лухан, всегда идеально сидели на Бэкки, и он в который раз порадовался тому факту, что нашел парня, способного запомнить не только размер члена. Впрочем, Лу обследовал его тело руками, языком и всем остальным десятки раз, он знал все особенности Бэка, как свои пять пальцев. На покрывале лежал также бардового цвета вибратор, и Бэкхён улыбнулся, отметив, что по цвету он такой же, как постельное белье в этой комнате. Он проглотил слюну, подумав о том, что он мог бы сделать с этой игрушкой, но трогать его было нельзя. Сегодня, да и в большинстве остальных случаев, кровать – это территория Лухана. Отпив еще вина, Бэкки доковылял до зеркала, на полочке возле которого лежала его сумка. Он достал черную подводку и умелыми движениями нарисовал стрелки пожирнее, затем накрасил губы красной помадой. Вообще-то, он не особо любил все эти женские наряды и макияж, но иногда можно было внести некое разнообразие в их игры, и он решил таким образом позлить Лухана. Еще больше его, несомненно, разозлит то, что Бэкхён не надел ошейник, который остался одиноко лежать на кровати. Глубоко вздохнув, он отправил сообщение «Жду» и прикусил нижнюю губу от предвкушения. Спустя пару минут в дверь осторожно постучали, и сердце Бэка тут же пустилось в пляс, отбивая сумасшедшую дробь. Адреналин в крови зашкаливал, и он боялся, что упадет в обморок от перевозбуждения, только коснувшись Лу. Бэкхён открыл дверь, стараясь оставаться в тени комнаты, и еще сильнее закусил губу, чтобы сдержать торжествующую улыбку – в глазах стоящего за дверью Лухана при одном взгляде на него вспыхнул недобрый огонь. Он злился. Шагнув вперед и заперев за собой дверь, он толкнул Бэка в грудь так, что тот ударился спиной о стену, и залепил смачную пощечину. - Что ты себе позволяешь? – прошипел Лу, крепко прижимая его за плечи к стене - так, что даже пошевелиться было невозможно. - Ничего, - прошептал Бэкки, отводя глаза в сторону. - Как это ничего? Ты ведешь себя, как шлюха, вырядился, как шлюха, да еще и накрасился! И кто разрешал снимать ошейник?! Бэк молчал, ощущая, как от горячих рук Лу по телу расходятся волны возбуждения, он хотел больше боли, больше удовольствия, больше Лухана. Казалось, еще чуть-чуть, и он сгорит от желания. - Смотри на меня, - приказал Лу, взяв его за подбородок и больно сжав его пальцами, и Бэкки тут же подчинился, заглядывая в почти черные от ярости глаза, которые его гипнотизировали и манили, как огонь - мотылька. – И запоминай: ты – моя вещь, моя игрушка, и только моя! Никто, кроме меня, не смеет к тебе прикасаться, тебе ясно? - Да, хозяин, - покорно пробормотал Бэк, ощущая, как рука Лу опускается на горло и немного сжимает его. - Больше не смей выглядеть, как шлюха, - наклонившись к его уху, прорычал Лухан. От его дыхания и слов по телу Бэкхёна прошла сладкая дрожь, и Лу усмехнулся. – Или тебе нравится, когда тебя дерут во все дырки? «О дааа, мне так нравится, когда ты меня дерешь! Скорее...» - подумал Бэк и облизнулся. Додумать он не успел, потеряв свою мысль, когда снова услышал горячий многообещающий шепот на ухо: - Так я могу тебе это устроить. Лухан укусил его в шею, оставляя яркий след и тем самым помечая свою территорию, и вцепился в корсет, разрывая тонкие ленточки. Они легко поддались, и вскоре из одежды на Бэкхёне остались только туфли. Лу подхватил его под бедра и прижал своим телом к стене, впиваясь жестким, страстным поцелуем в губы. Бэк получал огромное удовольствие, чувствуя себя обреченным, загнанным в угол, зажатым между твердой прохладной стеной и горячим телом парня. Он знал, что скоро сорвет голос, крича от наслаждения. Лухан стал делать резкие движения бедрами, имитируя секс, и вернулся к разукрашиванию его шеи укусами, и Бэкхён не мог понять, от чего он получает большее удовольствие – от легкой боли, которую причиняла ткань брюк, когда терлась о его голую кожу, или все-таки оттого, что через эту ткань он ощущал возбужденный член Лу? Для него удовольствие всегда граничило с болью, иногда он не понимал, удовольствие возникает из боли или наоборот, боль из удовольствия? Чаще всего они перемешивались, заставляя его ощущать настоящую эйфорию, и в случае с Луханом этот коктейль был идеален. Он никогда не делал слишком больно, только так, чтобы это можно было терпеть и наслаждаться этим, и для Бэкхёна это всегда казалось искусством. Бэкки жалобно застонал, думая о том, как бы не сорваться раньше времени и не начать умолять, но тут же щеку обожгла еще одна пощечина. Кольцо на пальце Лухана смачно проехалось по его щеке, кажется, царапнув ее, но Бэкхён этого даже не заметил, выгнув спину и заходясь громким стоном наслаждения. Пройдя пару шагов и не выпуская Бэка из объятий, Лу бросил его на кровать и лег сверху, раздвинув ноги коленом, продолжая, как вампир, высасывать из него последние остатки самоконтроля через горячий поцелуй. Сильные руки проходились властными движениями по коже, сжимая бока, ягодицы, бедра, и Бэкки снова готов был захныкать, но из последних сил прикусил губу. Лухан снял с него туфли, небрежно бросив их на пол, наклонился к соску, коснулся его кончиком языка, облизал и втянул в рот, покусывая так неторопливо, так волнующе, что Бэкхён вцепился в покрывало, стараясь сфокусировать взгляд на его лице и молча показать, как же он хочет продолжения. Усмехнувшись, Лу прицепил к его соскам специальные прищепки, затем перевернул, как куклу, поставив на четвереньки, так что лицом Бэк оказался в ногах кровати. Он не сопротивлялся, когда Лухан привязал его руки к невысокой металлической спинке, только еле заметно дрожал от возбуждения и предвкушения. В такие моменты все тело напрягалось, как струна, отзываясь на малейшее прикосновение, в голове была абсолютная пустота, а вот сердце, наполненное до краев самыми разнообразными чувствами, билось, как пойманная птица. Лу, кажется, отлично ощущал его состояние, потому что старался расслабить своими поглаживаниями, мгновенно из властных ставшими почти нежными, провел языком вдоль позвоночника и укусил в шею, прижимаясь сзади. Крупная дрожь прошла по телу Бэка, когда он почувствовал, как что-то твердое упирается в его задницу. Он заскулил и резко подался назад, до боли в привязанных запястьях, желая как можно скорее насадиться на член Лухана, но Лу больно сжал его бедро, не давая двигаться. Если бы Бэкки был девушкой, он бы уже давно тек, как последняя сучка. Все же почувствовав давление сзади, он вскрикнул. Лухан в два движения на сухую загнал в него вибратор, и крик Бэкхёна перешел в долгий стон. Он с трудом осознал, что на шее туго затянулся ошейник, сначала только почувствовав, как тяжело стало дышать, а стоны стали больше похожи на хрипы. Болезненный укус в ушко и тихий чувственный шепот: «Ты наказан, малышка» заставили Бэкки снова недовольно захныкать. Он впился ногтями в покрывало, думая, что еще немного, и он разорвет ткань. Держать себя в руках было невероятно тяжело, хотелось просто упасть к ногам Лу и умолять его о жестком сексе, но Бэк знал, что игра так быстро не закончится, и ему это тоже нравилось. Чем больше ожидание, тем больше удовольствия он получал в конце. Лухан, абсолютно спокойный внешне и полностью одетый, прошелся вокруг кровати, скользя взглядом по его голому телу, словно пришел в картинную галерею. Он обожал мучить Бэкхёна, заставлял его просить и всегда дарил ему именно то удовольствие, которого тот хотел. И этот раз не был исключением – Лу взял себе стул, уселся на расстоянии пары шагов от лица Бэкки и закурил. Бэкхён, практически обезумевший от приятных вибраций искусственного члена в заднице, расходившихся по всему телу, едва нашел в себе силы открыть крепко зажмуренные глаза. Лухан смотрел прямо на него, стараясь встретиться с ним взглядом. Как сквозь плотную дымку, Бэк наблюдал за тонкими пальцами, сжимающими сигарету, за аккуратными губами, которые столько раз сводили его с ума своими прикосновениями. Невероятно красивые и сильные руки Лу он вообще готов был боготворить за то, что они с ним вытворяли. Возбуждение Лухана выдавал только приличный бугорок в штанах, Бэкки опустил голову и снова закусил губу – он уже просто не мог смотреть на этот бугорок, исходя слюной, он страстно хотел то, что скрывалось под ненавистной сейчас тканью брюк – член Лу, хотел немедленно почувствовать его в себе, настолько глубоко, насколько это возможно, хотел, чтобы этот член вытрахивал из него всю душу и мысли. Докурив, Лухан подошел к нему вплотную, наблюдая. Явно наслаждаясь перевозбужденным состоянием Бэка, он медленно расстегнул ширинку, смотря сверху вниз, в его затуманенные желанием глаза. Настал тот момент, когда, наконец, им предстояло слиться в одно целое, задыхаясь в порывах страсти. Бэкхён приоткрыл рот, с удовольствием наблюдая, как загорелись глаза Лухана, провел язычком по его члену, слизал смазку с головки и взял его в рот. От раздавшегося в тишине комнаты негромкого хриплого стона он едва не кончил, кое-как сдержавшись. Лу властным движением взял его за волосы, больно их сжимая, и сразу задал быстрый темп, не давая лишний раз вздохнуть. В этот момент Бэкхён пребывал практически в нирване, он настолько наслаждался своим положением, что ему было плевать на мнение абсолютно всех и каждого, на мнение подавляющего большинства, которое непременно сказало бы со священным ужасом в глазах, что вот так до дрожи в ногах, до безумия наслаждаться от того, что тебя жестко трахают в рот, при этом привязав к кровати и засунув в задницу резиновую игрушку, это стыдно, аморально и омерзительно. Плевать. Бэк просто обожал член Лухана, он мог облизывать его, гладить и согревать дыханием до бесконечности, но гораздо больше он обожал само отношение Ханя к происходящему и то, как он мог пользоваться всем тем, что дала ему природа. Ведь сам по себе приличный размер еще не говорит о том, что парень – прекрасный любовник. Бэкхён старался расслабить горло, чтобы принять член Лу максимально глубоко, и ему удавалось почти не чувствовать неудобств, если не считать сильнейшего возбуждения. Стоило ему поднять взгляд вверх и наткнуться на также затуманенные удовольствием, но не потерявшие своей властности и силы глаза Лухана, как Бэкки не смог больше терпеть эти приятные мучения и кончил на покрывало. Спустя некоторое время он ощутил, как рот наполняется спермой – Хань кончил следом за ним с хриплым стоном, все еще сильно удерживая его за волосы. Бэк послушно проглотил все и чуть приоткрыл рот, чтобы судорожно вздохнуть. Он не заметил, как по подбородку стекла маленькая капелька, зато ее заметил Лу. Он наклонился к Бэкхёну и с хитрой ухмылкой облизал его подбородок, смакуя на языке вкус собственной спермы и замечая произведенный эффект – голодный горящий взгляд и еще один судорожный вздох. - Хороший мальчик, - Лу потрепал его по голове и снова отошел покурить. Он налил себе в бокал немного вина и, попивая его маленькими глоточками, попутно наслаждаясь сигаретой, продолжал смотреть на то, как постепенно Бэкки снова возбуждается. Бэкхён с каждой минутой все сильнее ощущал, как тело снова сходит с ума, как низ живота начинает сводить сладкой судорогой, а колени уже практически не держат. Хотелось выдрать к чертям собачьим спинку кровати, чтобы освободиться, но он знал – совсем скоро Лухан сам избавит его от этих страданий. Подходило время для их любимой части... сейчас Лу встанет, заберется на кровать, наконец, и трахнет его так, что у Бэка искры из глаз разлетятся, он будет кричать и умолять о продолжении, царапая покрывало. Закрыв глаза и пытаясь успокоиться, он вел обратный отсчет. Пять, четыре, три, два, один... Лухан, действительно, встал, подошел к постели и забрался на нее, устроившись сзади Бэкхёна, но в этот момент что-то пошло не по сценарию. Вместо большого твердого члена, заменяющего вибратор, почти разрывающего изнутри и дарящего невероятное наслаждение, Бэкки вдруг почувствовал, как теплые руки Ханя нежно гладят его бедра, ягодицы и спину. Похоже, он совсем не торопился переходить к самому главному. Наклонившись, Лухан стал целовать, кусать и вылизывать внутренние стороны бедер Бэка, сводя его с ума еще больше. Одним движением он вынул резиновый член, и тут же с облегчением выдохнувший Бэкхён почувствовал там его язык. Он дернулся от неожиданности и тут же заскулил, не в силах справиться со своим собственным телом. Бэкки даже не представлял, что ему может быть так хорошо и странно одновременно, он привык к совершенно другим действиям Лухана, привык к жесткости, страсти и боли, а это было слишком нежно, осторожно и как-то... просто слишком. Лу отвязал его, что было еще более неожиданно, и перевернул на спину. Его глаза всегда казались Бэкхёну очень красивыми, но сейчас они были настолько наполнены теплом, внутренним искренним светом, что на этот раз были даже чересчур прекрасными, какими-то неземными. Мягко улыбнувшись, Лухан наклонился к нему очень близко, зависнув всего в паре сантиметров от его губ, и положил ладони на запястья Бэка, поглаживая их и ласково растирая. Глядя прямо в глаза друг другу они, сами того не зная, ощущали примерно одно и то же – невероятный трепет в груди и непонятное, смущающее волнение. Бэкки даже задержал дыхание от удивления и... просто от того, что у него реально захватывало дух. У него было чувство, что Лу подменили, обычно тот любил ставить Бэка на колени, на четвереньки, шлепать по заднице, втрахивать в кровать, лицом в подушку, хватать за волосы и натягивать ошейник на шее... Да, раньше они несколько раз занимались сексом лицом к лицу, но сейчас все словно было по-другому, и Бэкхён был не уверен, нравилось ему это или нет. Точнее, нравилось и не нравилось одновременно. Он пристально смотрел в глаза напротив, вглядываясь и широко распахнув свои, когда почувствовал, что член Лухана неожиданно входит в него, окончательно связывая их воедино. Не хотелось каким-то неуместным звуком или действием разрушить эту хрупкую, волшебную атмосферу, в которой Лу жарко дышал в его губы, на доли секунд случайно прикасаясь к ним своими, все также смотря в глаза, словно ждал чего-то или пытался что-то сказать, поэтому Бэкки по-прежнему старался задерживать дыхание, насколько это было возможно, или тяжело дышать через рот. Лухан держал его тонкие запястья, чуть сдавливая своими сильными пальцами, и это было слишком нежно и мило по сравнению с их обычными играми. Что бы это ни было, этот неожиданный приступ сентиментальности внезапно стал по вкусу Бэкхёну, он решил расслабиться хотя бы на остаток ночи, и закрыл глаза, так же легко и чувственно отдаваясь своему партнеру, как тот его брал. Он обвил ногами талию Лу, прижимаясь еще ближе, полностью раскрываясь и за все это время, пожалуй, в первый раз так ярко и четко чувствуя своего любовника, который впервые целовал его закрытые веки, ласкал пальцами щеки, а ощутив скорый финал, надолго прижался к его губам в сладком глубоком поцелуе. Бэкки практически задыхался, он громко простонал в поцелуй от оргазма, накатившего резко, рассыпавшегося золотыми искрами перед закрытыми глазами. Лухан рухнул на него, тяжело дыша, и через пару секунд лег рядом, укладывая голову Бэку на грудь. - Ты в порядке? Он всегда спрашивал об этом, действительно беспокоясь, чтобы с нижним все было в порядке, но сейчас даже эти простые слова казались Бэку не такими, как всегда. Уж слишком тихим, хриплым и безжизненным был его обычно чистый и звонкий голос. - Да. А ты? Бэкки действительно волновал этот вопрос, не дождавшись ответа, он решил осторожно уточнить: - Ты сегодня немного... странно себя ведешь. Случилось что-то плохое? Он никак не мог понять, объяснить себе, что могло превратить сильного и властного Лухана в такого грустного и тянущегося к нежности, как никогда раньше, парня. - Можно и так сказать. Не обращай внимая, я скоро буду в норме. Обещаю исправиться, - Лу улыбнулся, приподнявшись, и поцеловал его в висок. В его словах прозвучало недосказанное «и удовлетворить тебя», но Бэкхёну не хотелось, чтобы он так думал – что Бэк чем-то недоволен - поэтому он поймал руку парня, сжимая ее в своей. - Все хорошо. Давай... просто поспим? Он очень волновался, как воспримет эту фразу любовник, ведь ему может показаться, что это оскорбление, или что Бэк не хочет больше заниматься с ним сексом, но это было далеко не так. Он просто настолько доверял Лухану, что хотел помочь ему расслабиться и отдохнуть от его забот. К счастью, Лу не воспринял это как оскорбление, напротив, он ласково улыбнулся и сгреб Бэкки в свои объятия, целуя в макушку и прижимая к груди. Бэкхён несколько минут слушал его размеренное дыхание, и постепенно сам провалился в сон, размышляя о том, что узнал что-то такое, что не должен был знать. Эту теплую и мягкую сторону своего партнера он точно забудет не скоро, если ее вообще удастся забыть. Как ни странно, общего впечатления она совсем не портила, хотя Бэк всегда думал, что бдсм-игры – это его жизнь, он всегда стремился найти идеального, строгого и страстного хозяина, и вроде бы нашел его, но этот Лу, растерявший всю свою жесткость за несколько минут, достающий своим теплым взглядом, казалось, до самой души... этот Лу также сводил с ума, как обычно. Бэкхён проснулся рано утром от ощущения того, что он разбит. Под одеялом было все еще тепло и уютно, но ему даже не нужно было открывать глаза, чтобы убедиться, что номер пуст. Лухана здесь уже давно не было, также как и всех его игрушек, и камеры, и всего прочего. Бэк смутно помнил, как сквозь сон ощущал касания – перед тем, как уйти, Лу перевернул его и убедился, что его попа осталась цела после их ночных «приключений», а затем снова, не удержавшись, поцеловал в висок и ушел, оставив Бэку только гематомы по всему телу и чувство глубокого сожаления. Ему было так плохо, все тело трясло и стягивало болью, а во рту стоял кровавый привкус, что Бэкки еле-еле дотянулся до тумбочки и схватил свой телефон. Экран слишком ярко светил в предрассветных сумерках для непривыкших глаз, так что пришлось даже зажмурить один. Кое-как Бэк набрал номер своего лучшего друга. - Твою мать, Бэк, пять утра! – раздался совсем неприветливый голос из динамика. - Мне... – Бэкхён понял, что голос совсем не звучит, и прокашлялся, - мне очень плохо, Ифань... Китаец мгновенно проснулся, судя по его взволнованному голосу. - Что случилось? Где ты?! - В гостинице... – Бэк понял, что отключается и больше ничего не сможет сказать. Он резко провалился в темноту, даже не успев сказать, что конкретно случилось. В следующий раз он проснулся, когда на улице уже вовсю светило солнце, и под окнами шуршали десятки машин. Проморгавшись, он с удивлением увидел в номере Ифаня, который, отойдя к столику, стягивал с руки медицинскую одноразовую перчатку. Тут же Бэк почувствовал легкий запах лекарств и липкую мазь между ног – видимо, источник этого запаха - и покраснел так, что, наверное, это было заметно из других галактик. - О, ты наконец пришел в сознание, - Ифань удовлетворенно улыбнулся и сел рядом на постель. – Как себя чувствуешь, задница не болит? - Хён! – возмущенно воскликнул Бэкхён, ужасно смущаясь. – Кто тебя просил? Я, конечно, понимаю, что ты врач, но зачем надо было щупать мое бессознательное тело? - И заметь, я педиатр. Мне уже надоело каждый раз разглядывать твою, несомненно, привлекательную, задницу. Почему твой этот... возлюбленный не может быть аккуратнее? – возмутился он. - Никто тебя не просил, - буркнул Бэк, но после осуждающего взгляда старшего сдался. – Ладно, извини. Спасибо, что осмотрел меня. - Ничего страшного, но все же потрепал он тебя знатно. Зачем по лицу-то бить? Впрочем, ваше дело, но когда ты потерял сознание, я испугался. Похоже на перенапряжение и небольшой болевой шок, сильных повреждений я не обнаружил. Я тебе уже сто раз говорил, что для человека с твоими пристрастиями у тебя слишком низкий болевой порог. Бэкки провел по ссадине на щеке, он и не заметил, что Лу вчера сильно ударил его, оставив след. Кожа горела, и вообще ныл буквально каждый сантиметр тела. Он выпил таблетку обезболивающего, заботливо предложенную хёном, и снова откинулся на подушки. Странное сосущее чувство поселилось под сердцем, словно туда воткнули тонкий острый нож. Что-то явно было не так, но он не мог понять, что именно. Через пару дней Бэкхён, наконец, смог появиться на работе, тщательно замазав тональником свои синяки, которые все равно было прекрасно видно, если присмотреться. Секретарша, снова получив нагоняй, боялась лишний раз сунуть нос в его кабинет, но зато этого совсем не боялся Чонин. Он снова приперся и нагло развалился на своем любимом диване – иногда Бэку казалось, что друг приходил именно к дивану, а не к нему. - Ты выглядишь не слишком отдохнувшим после своих незапланированных выходных, - усмехнулся он, видимо, снова стараясь вывести Бэка на чистую воду. - И тебе доброе утро, - буркнул Бэкки, отпивая кофе из высокого стаканчика. На самом деле, в данный момент его волновало только то, что Лухан не ответил ни на одно его сообщение с вопросами о том, когда они встретятся в следующий раз. А вдруг с ним что-нибудь случилось, ведь в прошлый раз у него явно было подавленное настроение? Бэкхён старался, как мог, не думать о плохом, но все его сообщения все еще не были прочитаны, и перед глазами так и мелькала картинка с Лу, которого продают в рабство за долги. - Кстати, тебе там пришла загадочная посылка. Я забрал, но не стал открывать, конечно же, - пробормотал Чонин. - Пф, да ладно, ты и не открыл? – усмехнулся Бэк, но в ту же секунду его тело, словно бабочку иголкой, пронзила смутная догадка, и он судорожно подорвался с места. – Где она? Еще до того, как Чонин ответил, он сам заметил небольшую коробочку, стоящую на краю стола, и, сглотнув, вцепился в нее. Лухан знал только адрес его офиса, так как Бэк случайно проговорился, где он работает. И однажды Лу уже использовал эту информацию, чтобы прислать Бэкки слишком личную посылку, в которой лежал его ошейник. Он просто не сдержался и показал таким образом, что он хозяин, а Бэкхён – его собственность, питомец, практически вещь. Тогда их «отношения» только начались, и оба были в восторге от того, что нашли себе идеального партнера. На следующий день, при встрече, Бэкки подарил ему в ответ кольцо в знак того, что согласен подчиняться только ему, и Лу всегда носил это кольцо на указательном пальце. Сейчас же ситуация была совсем другой, пугающей, даже критической для Бэка. За эти пару дней он уже извел себя бесконечными мыслями, сомнениями и страхами, но все равно ужасно боялся покончить с этим, просто открыв коробку. Пальцы не слушались, но в конце концов он все же пересилил себя, снял с нее почтовую бумагу и открыл. Коробочка вместе с содержимым выпала из дрогнувшей руки и приземлилась на стол, а Бэкхён, не веря, распахнул глаза. Его сердце, казалось, сжалось и ухнуло куда-то в пропасть, и теперь он просто потрясенно пялился на свой ошейник, не в силах сдвинуться с места или прикоснуться к нему. Чонин, недоумевая по поводу его молчания, встал с дивана и подошел поближе. - О, ты завел себе собаку? – он улыбнулся и посмотрел на Бэка, но тот был совершенно не в себе. Его взгляд был настолько отсутствующим, словно Бэк существовал в другом измерении, ведь на дне коробки он сразу разглядел то самое кольцо. Лухан вернул ему обе эти вещи, а это могло значить только одно... В отчаянии Бэк протянул руку и взял дрожащими пальцами ошейник, так робко, как будто боялся его трогать – затем он машинально сел на стул и схватился руками за голову в приступе невыносимой боли. Небольшие металлические шипы пробороздили по его лбу, оставляя царапинки, быстро наполняющиеся кровью, но Бэк этого не заметил. Опустив руки, он что есть силы сжал пальцы в кулаки и беззвучно заплакал без слез. Со стороны это выглядело странно и даже страшно, как будто у него начинался припадок, и Чонин испугался не на шутку. Он кинулся к Бэкхёну, пытаясь разжать его пальцы и вытащить из рук шипастый ошейник. - Бэк, что ты делаешь? Бэк! – в панике он раз за разом пробовал разогнуть сжатые до побелевших костяшек пальцы, но удавалось это с трудом. Спустя две недели Бэкхён так и не смог очнуться от этого кошмара наяву. Казалось бы, чего особенного, ну оставил его Лухан, нужно было всего лишь подыскать себе кого-то другого для игр, и побыстрее, иначе сперма начнет давить на мозг. Но Бэкхён просто не мог. Он и сам не заметил, в какой момент Лу стал для него настолько... особенным. На телефон тот по-прежнему не отвечал, и найти его в таком крупном городе было непосильной задачей для жалкого человека – такого, как Бэк. Но не такого, как Ифань. - Ну нееет, - протянул китаец, снова увидев под своей дверью лучшего друга. Не то, чтобы он был не рад его видеть, но за последние две недели он не мог припомнить бы и двух дней, когда они с Бэкки не напивались бы до состояния «желе на ножках». А Ифаню, между прочим, с утра нужно было на работу, но он все же гостеприимно открыл дверь перед носом друга. - Заходи, страдалец. Блэк-джек и шлюхи с тобой? Бэк молча перехватил рюкзак, который скромно отозвался перестуком бутылок. На его руках все еще были повязки, порезы оказались слишком глубокими и никак не хотели заживать. - Хён, вообще-то я хотел с тобой поговорить, - расставляя на столе бутылки, твердо сказал Бэкхён. – Ты не мог бы попросить Тао об огромном одолжении? Когда-то они учились все вместе, но Бэкки и Тао так и не стали близкими друзьями. С Ифанем оба были гораздо более близки, но сейчас Бэку требовалась помощь не «скромного» врача, а именно «китайской мафии», как они называли Цзытао. - Ты уверен? – Ифань устало опустился на стул. – Даже если ты найдешь своего принца-садиста, что дальше? Ты уверен, что тебе не станет только больнее от этого? Ведь он бросил тебя, и теперь ты хочешь еще раз в этом убедиться? Какой в этом смысл? - Смысл в том, что я не могу нормально спать, есть и жить. Мне необходимо увидеть его и убедиться в том, что все кончено. Китаец тяжело вздохнул. - Хорошо, ты истинный мазохист. Что мы о нем знаем? - Его зовут Лухан. Все. - Ты с ума сошел? Ну, может быть, возраст? Бэк отрицательно покачал головой. - Примерный возраст? Дата рождения? - Да не знаю я, - Бэкхён поморщился, наливая себе и другу виски. – Он высокий, но ниже тебя. Красивый, с большими глазами и очень милой улыбкой, худой, но в хорошей физической форме. Он любит теплую погоду, домашнюю еду, ходить в кафешки с друзьями, любит подбирать мне одежду и знает все мои размеры, - в глазах Бэкки зажегся обжигающий огонек, - любит домашнее видео, у него очень сильные руки, хотя по виду и не скажешь, и еще он офигенный... Он замолчал, остановленный Ифанем, который замахал руками, понимая, к чему все идет. - Стоп, без подробностей, пожалуйста, - он развел руками. – То есть, у тебя нет абсолютно никакой информации, которая бы помогла нам в поисках. Это полный провал. Ты даже его фамилии не знаешь. Бэкхён честно пытался вспомнить еще какую-то информацию, которую наболтал о себе Лухан при их первой встрече, когда они сидели в уютном кафе и знакомились друг с другом, еще не догадываясь о своей полной совместимости. Во все остальные встречи им было... хм... не до разговоров. - У меня есть его номер телефона, но он не отвечает, - опустив голову, пробормотал он, на что Ифань ударил себя по лбу. - У тебя есть его номер, и ты молчишь?! Бэк, я тебя, конечно, люблю, но ты идиот! По номеру мы его в два счета найдем, даже если он им уже не пользуется! После всего случившегося Бэкхён не собирался игнорировать Чонина, но каждый раз встречаться с жалостью и непониманием в глазах друга немного надоедало, поэтому... да, все же Бэк стал его немного избегать. В очередной раз отмазавшись от игры в баскетбол, куда его приглашал младший, Бэкки побежал на встречу с Ифанем, который столь вовремя позвонил и позвал его в кафе. - Так, есть какие-то новости? – он с разбегу бухнулся на диванчик, даже не удосужившись осмотреть заведение, хотя, судя по всему, ничего особенного в этой кофейне не было. Приятного шоколадного цвета стены, запах кофе и удобные диванчики с темными деревянными столиками – таких кафешек десятки по городу. - Добрый день, хён. Я так рад тебя видеть. Конечно, я закажу тебе кофе в качестве благодарности, не переживай. И я люблю тебя, - оскалился Ифань. - Хватит паясничать! Я пока бежал сюда, думал концы отдам или в столб врежусь! - Хорошо, - вздохнул друг, - вот что я узнал: на самом деле, принца зовут Лу Хань, он приехал из Китая пару лет назад. Чем занимается, непонятно, но я думаю, тебе это не так важно, правда ведь? – он усмехнулся, когда Бэк судорожно кивнул, с горящими глазами ожидая продолжения, - и самое важное, почему я позвал тебя именно сюда. Через дорогу находится спортивный центр, куда он периодически ходит, судя по всему, чаще всего по средам и пятницам. Сегодня пятница, поэтому, если ты готов, мы можем перейти дорогу и подождать. С большой вероятностью мы увидим твоего принца. - Перестань его так называть, - поморщился Бэкки. – Я готов. Ожидание убивало. Бэкхён уже сто раз пожалел, что не заказал хотя бы кофе с собой. Они с Ифанем сидели на лавочке возле спортивного центра, смахивая на двух сталкеров и чувствуя себя так же. Бэк каждые несколько секунд выглядывал поверх кустов, чуть приподнимаясь на месте – благо, в районе входа кустов было не так много, и можно было без труда рассмотреть, кто выходит и заходит в здание. Он сжимал пальцами край лавочки, судорожно подбирая слова для своей встречи с Лу, а Ифань, чувствуя его состояние, понимающе молчал. И это было не равнодушное молчание, а именно понимающее, иначе бы он давно играл в какую-нибудь игрушку на телефоне. А так он просто напряженно и сосредоточенно молчал, своим тихим присутствием, как ни странно, придавая другу сил. Китаец всегда был везучим гавнюком, в отличие от Бэка, иначе как объяснить тот факт, что уже через час люди стали выходить из спортивного центра, видимо, с очередной тренировки, и среди них Бэкки с волнением заприметил знакомую макушку. Ифань явно не собирался тут долго рассиживаться, поэтому удача улыбнулась им. Бэкхён временно превратился в шпиона и, под ироничным взглядом друга, осторожно двинулся вдоль кустов, жадно рассматривая Лухана. Тот выглядел совершенно непривычно в простой спортивной одежде, а именно, в футболке, шортах до колен и кроссовках. На плечи была небрежно наброшена толстовка, а одной рукой он придерживал рюкзак. Бэк внутренне пискнул, как фанатка, ведь такой Лу нравился ему так же сильно, как и привычный Лу в рубашке и брюках. Его вид был... непривычен, не более. И надо признать, в такой одежде Лухан выглядел младше, и Бэкки даже засомневался, совершеннолетний ли он. Китаец болтал со своими друзьями, но их разглядывать было некогда, ведь они могли повернуть по аллее вправо, и тогда пришлось бы их догонять. Поэтому, не успев как следует рассмотреть спутников своего Лу, Бэк вышел из своего укрытия и встал прямо на пути веселой компании. - Бэкхён? - Хён? Два возгласа раздались одновременно, и Бэкки с удивлением обнаружил, что одним из спутников Лухана был Чонин. Значит, если бы Бэк согласился пойти с ним на тренировку, он вот так просто встретился бы с Лу?! Второй парень оказался незнакомым - он, хмурясь, смотрел на странного коротышку, преградившего им дорогу. Даже в таком ажиотаже Бэкхён заметил или, скорее, почувствовал, молчаливую поддержку от подошедшего сзади Ифаня. - Лухан, что все это значит? – многозначительно спросил взволнованный Бэк, сжимая кулаки. Он ожидал чего угодно – удара, насмешек, равнодушия, чего угодно, но только не того, что сказал Лу. Китаец сначала опустил взгляд, закусив губу, словно смущаясь или решаясь на что-то, но потом смело посмотрел ему прямо в глаза и сказал: - Прости, Бэкки, - очень нежно и грустно. – Я проиграл. Друзья все еще абсолютно не врубались в происходящее. Фраза Лухана вообще не имела никакого смысла для них. Что он проиграл? Во что они вообще играли? Разве что Ифань немного догадывался, что имелось в виду. Но для Бэкхёна эта фраза означала слишком многое. По сути, это было признание в любви. Бэк резко кинулся к нему, толкая в грудь – так резко, что никто не успел среагировать. - Ты дурак! – на глазах стояли злые слезы, которые он ни за что не хотел показывать, поэтому опустил голову и практически уткнулся лбом в плечо Лу. – Идиот! Лухан только тепло улыбнулся и обнял его, крепко прижимая к своей груди, как нечто очень ценное. - Нам надо поговорить, - глухо пробормотал Бэкки. - Пойдем ко мне? Они подошли к неприметной многоэтажке, причем, со стороны, противоположной входу. Всю дорогу Бэкхён не шел, а почти летел, во все глаза смотря на Лухана и крепко держась за его руку, не замечая ничего и никого вокруг. Теперь же он поднял глаза на балконы, начинающиеся со второго этажа, и понял... что ничего не понял. - Давай я тебя подсажу, - Лу явно хотел запялить его на проржавевшую пожарную лестницу. Как ни странно, ему это удалось. - И какого хрена ты не сказал, что живешь в общаге? – бурчал Бэк, ловко забираясь по лестнице. Он перелез на балкон и помог Лухану с рюкзаком. Было заметно, что китаец часто пользуется этим «входом», и даже его одежда подходила для лазания по балконам. А вот Бэкки в своей офисной, строгой одежде выглядел странно и даже глупо, как ему казалось. Стараясь не попасться на глаза кому бы то ни было, они быстро шмыгнули в комнату Лухана, которая находилась слева по коридору. Внутри все отвечало характеристике «обитель студентов»: много тетрадей, книг, каких-то бумажек, валяющихся даже на полу, несколько пустых бутылок в ряд у дальней стены и две узкие кровати. - Мой сосед Сэхун в ближайшее время не придет – он сейчас был со мной и все понял. Мы договаривались, что не будем сюда никого приводить, но... Он крепко прижал Бэкхёна к себе, не собираясь выпускать из объятий, как минимум, до утра, и с наслаждением вдохнул его запах, по которому уже успел смертельно соскучиться. - Но ты особенный, - прошептал Лу, целуя Бэка в висок. Он снова прикасался слишком трепетно и нежно, аккуратно проводя по спине Бэкки теплыми ладонями, и Бэкхён сгорал от этой нежности и своего нетерпения. - Так в чем дело? – он поднял взгляд, стараясь рассмотреть в глазах Лухана ответы на свои вопросы. Лу тяжело вздохнул. - Ты в самом начале говорил, что тебе не нужны отношения, ты не любишь нежности, особенно в постели, а я понял, что хочу этого. Поэтому сделал вывод, что лучше дать тебе возможность найти себе кого-то по душе, чем навязывать свои условия. Кого-то, кто сможет дать тебе все, что ты хочешь. - А ты у меня для начала не мог спросить? Бэкки снова разозлился и готов был ругать Лу, называя идиотом и дураком, но вместо этого наклонил его к себе за шею и властно поцеловал. Раньше он никогда себе не позволял такого, потому что должен был быть покорным и нерешительным. Но на самом деле, Бэк мог быть и таким. Сильным, настойчивым, дерзким. Он знал, что сейчас Лухан не будет сопротивляться, и пользовался этим по полной, толкая его на кровать и выдергивая свой ремень из брюк. - Отшлепаешь меня за это? – усмехнулся Лу. Несмотря ни на что, к такому он был не готов, и идея быть отшлепанным ему точно не нравилась. Бэкхён только дьявольски соблазнительно и нагло улыбнулся, сел на его бедра, чтобы привязать руки Лухана к спинке кровати, и начал медленно раздеваться. Смотря на то, как тонкие пальчики расстегивают пуговку за пуговкой, Лу уже облизывался от нетерпения и не понимал, как он будет терпеть это дальше. Бэкки явно хотел его помучить на этот раз – он так же медленно стянул рубашку с плеч и даже аккуратно повесил ее на спинку стула, заставив своего любовника практически зарычать от досады. - Я знаю, ты привык к тому образу, который я создал. Послушная, покорная, робкая вещь, идеальная живая игрушка. Но... поверь, Лухан, мне ничего не стоит самому тебя сейчас трахнуть, - заметив молчаливую панику в глазах китайца, Бэк добавил, - но я не буду, потому что ты не готов. Я просто покажу тебе другого Бэкхёна. Он быстро задрал футболку Лу, оставляя ее болтаться на его связанных руках, и наклонился к его шее, обжигая ее горячим дыханием. Хань замер в ожидании желанных прикосновений, но их не последовало, и он растерянно вскинул голову и дернул связанными руками. - Тшш, - Бэкки засмеялся, приложив пальчик к губам, и наклонил голову, - смотри-ка, я даже к тебе не прикоснулся толком, а ты уже готов. С коротким смешком он опустил ладонь и погладил член Лухана через одежду. - Так всегда было, - сжав зубы, пробормотал Лу. Он изо всех сил старался держать себя в руках, но это было нереально, особенно когда Бэк встал с кровати и снял с себя оставшуюся одежду. Хань уже давно жалел, что позволил себя связать, и раздумывал над тем, как это может нравиться Бэкхёну, которого он сам связывал каждую их встречу? Хотелось схватить этого наглеца, бросить на кровать и трахать, пока он не забудет свое имя, но он не мог этого сделать. Тем временем Бэкки уже стягивал с Лухана шорты и белье, облизываясь от своих собственных фантазий и картины перед ним. Он быстро бросил вещи на стул и уселся на бедрах Лу, откинувшись назад и опираясь на левую руку. Смотря прямо в глаза своему любовнику, Бэкхён облизал указательный палец на правой руке и взял его в рот. Он решил повторить то, что когда-то делал на видео. Хань жадно смотрел на то, как тонкие пальцы по одному скрываются во рту Бэка, и сходил с ума оттого, что все еще не мог хоть как-нибудь к нему прикоснуться. Откинувшись назад еще сильнее, чтобы предоставить лучший обзор, Бэкки стал растягивать себя, тихо постанывая. Он начал сразу с двух пальцев, и они проходили с трудом, внутри было так тесно, что он чувствовал боль, но это его только заводило. Не удосужившись достаточно растянуть себя и смазать член Лухана хоть чем-нибудь, он стал опускаться на него, помогая себе рукой. Лу взвыл и снова дернулся, но желание оказалось сильнее его, а боль быстро прошла. Бэкхён, едва успев насадиться до конца, уперся руками в его плечи, поднимаясь и снова опускаясь все быстрее. Их тяжелое дыхание смешалось, а стоны звучали глухо и вряд ли были слышны за пределами комнаты. На пару секунд на Лухана обрушилась реальность, и он даже испугался – Бэк был похож на сумасшедшего, яростно трахая себя его членом, а сам Лу почувствовал что-то горячее. Сердце мучительно замерло. Бэкки мог порвать себя? От этих мыслей даже возбуждение, кровавой пеленой застилавшее глаза, немного спало. Лухан, как в замедленной съемке, наблюдал за Бэкхёном. Тот, после очередного толчка, выгнулся до хруста позвоночника и вскрикнул, кончая на живот. Отдышавшись пару секунд, он слез с Ханя и встал на четвереньки, хитро смотря на него снизу вверх. Лу просто не мог оторвать от него взгляд. Бэк обхватил своими тонкими, красивыми пальцами его член, начиная надрачивать, и взял головку в рот, страстно лаская ее языком. Самоконтроль Лухана уже давно трещал по швам, но сейчас он совсем закончился, лопнул, как воздушный шарик. Поэтому он несдержанно застонал, пытаясь толкнуться в рот Бэкхёна глубже, но Бэкки не давал ему этого сделать. Он продолжал свою пытку, пока не понял, что бедра Лу уже сводит предоргазменная судорога. Тогда Бэк вытащил головку изо рта, пошло причмокнув, и приоткрыл рот, устроив ее на своем языке. Его горячий взгляд буквально прожигал Лухана насквозь, и, конечно же, тот не выдержал такого зрелища. Лу кончил, попав в рот и на губы Бэкки. Тот только пошло облизнулся, причмокивая, и, не торопясь, сел. - Развяжи, - стараясь вложить в голос побольше силы, сказал Лу. - Только попробуй еще раз бросить меня, - буркнул Бэк. Он потянулся и развязал ремень, держась из последних сил, чтобы не рухнуть от усталости. Заметив это, Лухан после освобождения от пут обхватил его руками и прижал к себе, укладывая сверху. Бэкки улыбнулся, положил голову ему на грудь и потерся о нее щекой. Получив ласковый поцелуй в макушку, он едва не заурчал от удовольствия, как кот. Внезапно заметив на тумбочке Лу смутно знакомый предмет, он показал в ту сторону. - Это что, моя помада? Хань аккуратно уложил его на кровать и потянулся за ней. - Да. Прости, я забрал ее, когда уходил. Мне кажется, она тебе очень идет, хоть ты и не любишь косметику, - он хитро улыбнулся, открыв тюбик. - Я не люблю женскую косметику, это совсем другое, - Бэкхён важно поднял вверх указательный палец. Они поменялись местами – теперь Лу лежал сверху, прижимая Бэка своим весом к узкой кровати. Неожиданно китаец протянул руку и стал красить ему губы – Бэкки даже не успел возразить, все еще пребывая в сонной и сладкой неге после секса. Закончив свое дело, Лухан усмехнулся, жадно смотря на него. - Я же говорил, тебе очень идет. - Значит, тебе тоже пойдет, - Бэкхён схватил его за шею и страстно поцеловал, размазывая липкую помаду по его губам. - Я больше тебя не брошу, - прошептал Лухан. Его очень возбуждал вид красных от помады, слегка припухших губ Бэка, и Лу даже не думал, что в этом их вкусы совпадают. Смотря на такие же яркие, как у него самого, губы Ханя, Бэкки тоже ощутил новую волну возбуждения, и обхватил его ногами, привлекая еще ближе. Поздним вечером они оба лениво валялись в ворохе смятых как попало простыней, ленясь даже пошевелить пальцем. Вся подушка была измазана в помаде, потому что Бэкхён хватал ее зубами, стоя на четвереньках, чтобы не заорать на всю общагу оттого, как потрясающе жестко трахал его сзади Лухан. - Сколько тебе лет? - Двадцать пять, - лениво ответил Лу. – А тебе? - Мне двадцать три... хён, - засмеялся Бэкки. Он чувствовал, как голова кружится от сумасшедшего счастья, а пальцы все еще дрожат от пережитого наслаждения. Все вокруг казалось просто прекрасным сном, от которого было бы очень больно очнуться. - Иди сюда, - Лухан, кряхтя, все-таки перевернулся на бок и сгреб Бэкхёна в охапку, крепко прижимая к себе, давая понять, что это вовсе не сон. Бэк счастливо улыбнулся, уже сквозь дрему ощущая, как Хань укрывает их обоих теплым одеялом. Ночью в двери тихонько поскребся ключ, и узкий луч света попал на лицо Бэкки. Он поморщился и открыл один глаз – Лухан сзади сладко посапывал, звук его дыхания Бэк бы не перепутал ни с каким другим. Сам он лежал, плотно прижатый к Ханю, положив голову на его вытянутую руку. На пороге стоял, видимо, Сэхун. Он, прищурившись, посмотрел на лохматую макушку Бэкхёна, и тихо прошел к своей кровати. Свет больше не раздражал глаза, так как дверь закрылась, и Бэк снова провалился в сон. Самое счастливое утро в жизни Бэкхёна встретило его нежным влажным касанием к носу. Он поморщился и открыл глаза – Лухан целовал его в нос. - Вставай, солнышко, - он улыбнулся и чмокнул Бэка в губы. Очень не хотелось портить его прекрасный романтический настрой, но... - Не говори так, а то я блевану от умиления, - хрипло пробормотал Бэкки, садясь на кровати. Одеяло сползло вниз, обнажая его покрытую засосами шею, руки в синяках и искусанные до крови ключицы. Охнув, ревнивый Лу тут же кинулся укрывать его. - А он мне определенно нравится. Совсем не ванильный, - засмеялся кто-то в противоположной стороне комнаты. Сфокусировавшись, Бэк понял, что это был сосед Лухана, которого он уже видел возле спортивного центра. - Привет, я Сэхун, - сказал он. - Бэкхён, - пробормотал Бэкки и принял из рук Ханя стаканчик кофе. – Ты уже успел в кофейню сбегать, что ли? Да хватит меня укутывать! Он гневно сверкнул глазами, и Лухан засмеялся, но своего дела не прекратил. - Прости, Бэк, я же хотел по дороге купить тебе зубную щетку, - вдруг спохватился он. – Сейчас сбегаю на первый этаж и куплю в киоске. Не успев возразить, Бэкхён пронаблюдал удаляющуюся спину неугомонного китайца. Отпив кофе, он тяжело вздохнул и заглянул под одеяло, с удивлением отмечая, что Хань надел на него не только белье, но даже брюки! «Вот же собственник», - усмехнулся Бэк, вставая и скидывая одеяло, в котором ему давно стало жарко. Он поставил кофе на тумбочку, поднял свою рубашку и стал неторопливо одеваться. - Я еще никогда не видел, чтобы Лу-хён был таким заботливым. Он даже булочки купил, будешь? Бэкки заправил застегнутую на все пуговицы рубашку в штаны и повернулся к Сэ – тот подошел к столу и открыл коробочку из кондитерской. - Да, конечно, - Бэк не стал отказываться от такого предложения, и к моменту прихода Лухана они вдвоем спокойно поедали завтрак, сидя за столом. В комнате было всего два стула, поэтому Бэкхёну пришлось сесть на колени к Лу, когда он пришел. Хань обхватил руками его талию и прижался.щекой к плечу. От него пахло улицей – ветром, солнцем и немного пылью, и Бэкки очень хотелось повернуться и поцеловать его, но он не хотел шокировать Сэхуна. Поэтому вместо своего языка Бэк засовывал в его рот только кусочки булочки, отщипывая их понемногу, и Хань благодарно терся носом об его шею время от времени. - Знаете, я никогда не был гомофобом, и, тем не менее, отношусь к однополым отношениям отрицательно, - неожиданно сказал Сэхун, - но вы такая слишком красивая пара, что даже сложно представить вас обоих с кем-то другим. - И на том спасибо, - пробубнил Бэкхён, раздумывая о том, опоздает он на работу или нет, и только через минуту вспомнив, что в субботу он не работает. Лухану нужно было на пары, поэтому он вызвался проводить Бэкхёна так далеко, как сможет. По дороге Лу крепко держал его за руку, уверенно шагая вперед, и теперь Бэк даже без их обычного маскарада видел в нем того самого сильного, властного и горячего хозяина, которым он всегда восхищался. Они болтали о всякой ерунде, в конце концов, договорившись пойти вечером вместе в клуб, чтобы познакомить своих друзей. Когда Лухан обнял Бэкхёна на прощание посреди улицы, у последнего чуть сердце в очередной раз не выпрыгнуло из груди от счастья. Он взволнованно вздохнул, сжимая пальцами плечи парня и не желая его отпускать. - Не забудь свою помаду в клуб, у меня есть идея, - прошептал Лу ему на ухо, тут же заставив Бэка нахмуриться. - Не слишком ли много этих бабских штучек в последнее время? Ты же знаешь, я не люблю. Лухан улыбнулся. - Тогда я сам возьму, так и знал, что тебе нельзя ее доверять, - он достал помаду из кармана, повертел перед носом Бэкки и положил обратно. – Сегодня я докажу тебе, что женские штучки нисколько не умаляют твоей мужественности. Весь день Бэкхён провел в ожидании, сгорая от любопытства, недоумевая по поводу того, что же задумал Лухан, но ближе к вечеру он сосредоточился на сборах и отвлекся. Надев модную черную футболку со светлым принтом и узкие джинсы, Бэк натянул кроссовки и вышел из дома. По пути он встретился в назначенном месте с Ифанем, и уже вместе они пришли в клуб. Лухан сидел за столиком один, ревниво глянув на Бэкки, он тут же собственнически прижал его к себе, кидая поверх его головы оценивающий и недовольный взгляд на «соперника». - Тронешь его – и я тебя убью, - сказал он по-китайски. Ифань закатил глаза и с улыбкой ответил: - Серьезно навредишь ему – и я убью тебя. Бэкхён отвратительно знал китайский, поэтому после этого обмена любезностями поднял голову и с подозрением посмотрел на них обоих. - Что вы сказали? - Что нам очень приятно познакомиться, - улыбнулся ему Лу и поцеловал в макушку, все еще приобнимая его. Пожав плечами, Бэк сделал вид, что поверил ему. Вскоре пришли Чонин с Сэхуном. Все удобно расположились на мягких диванчиках и распивали одну бутылку за другой. С алкоголем разговор, конечно, стал активнее, непринужденнее, и вскоре парочке уже не нужно было участвовать, чтобы у остальных не возникало чувства неловкости друг с другом. Лу с Бэком сидели рядом, слегка соприкасаясь локтями и бедрами, в какой-то момент Лухан просто повернулся и сел вполоборота, так что его губы находились всего в паре сантиметров от губ Бэкки. Они разговаривали, не обращая внимания ни на что вокруг, и Лу просто держал руку младшего в своей, перебирая и поглаживая его пальцы. - Я раньше подрабатывал здесь барменом, - Хань дотронулся до щеки Бэка, - пойдем, покажу тебе клуб? Что-то подсказывало Бэкхёну, что хён не просто так хочет «показать ему клуб». Он явно что-то задумал, но эта мысль не остановила парня, и он с радостью согласился, уходя следом за старшим в полумрак танцпола, а оттуда – на служебную лестницу. Все служебные помещения клуба были серыми, и эта лестница тоже, причем вся – от стен и до перил и ступенек. На втором этаже располагалось несколько дверей, и Бэкки стало даже интересно, что за ними находится. - А что здесь... – начал спрашивать он, продвигаясь на одну ступеньку выше, как вдруг Лухан, шедший сзади, зажал ему ладонью рот и затащил под лестницу, прижимая к себе. Его глаза горели тем самым огнем, заставляющим взрываться атомным бомбам, не меньше, внутри Бэкхёна, и ноги младшего тут же подкосились. Он молча смотрел в глаза Ханя, не пытаясь вырваться, только слушая бешеное биение своего сердца и думая о том, что будет дальше. А дальше... Лухан достал из кармана наручники, зафиксировал его руки сзади и сказал всего два слова: «На колени». Бэкки пришлось опуститься вниз. Он привык подчиняться хёну, и даже в такой ситуации не смел возразить. Бэк, хотя и считал себя извращенцем, к эксгибиционистам никогда не причислял, а здесь их мог увидеть кто угодно – от официантки и до хозяина клуба, но, похоже, Лу это никак не напрягало. Он вытащил из другого кармана ту самую помаду и накрасил губы младшего, с удовольствием проводя по ним несколько раз. - Открой рот. Бэкхен послушно разомкнул губы, наблюдая, как хен расстегивает ширинку, и какого же было его удивление, когда он заметил под джинсами Ханя черные резинки чулок. Бэкки поднял на него непонимающий взгляд, но ничего не успел спросить. Лухан взял его за волосы и стал жестко трахать в рот, с удовольствием наблюдая за красными следами от помады на своем члене. Изо всех сил стараясь не подавиться, Бэк расслабил горло, дыша через раз, но хен не собирался кончать так быстро. Вскоре Хань отстранился и поднял его на ноги. Он со страстью впился в припухшие губы Бэкхена жарким поцелуем, прижимая его к стене и заставляя постанывать от каждого прикосновения. Тело Бэкки снова сходило с ума, требуя все больше и больше Лухана. - Держись за стену, - негромко приказал старший, расстегнув наручники и оставляя их болтаться на правой руке Бэка. Лу развернул его к себе задом, спустил штаны и надавил на спину, заставляя прогнуться. Бэкхен всхлипнул и начал тоненько скулить, ощутив в себе его язык. Одной рукой он едва не снял крошку со стены, расставляя ноги шире, а второй пришлось заткнуть себе рот, чтобы не закричать. Он стонал, слушая музыку с первого этажа, зажмуриваясь все крепче и теряя над собой контроль. Ноги дрожали, на лбу выступила испарина, а по виску скатилась маленькая капелька пота. Хань творил что-то невообразимое своим языком, трахая его все быстрее, в ритм музыки, но не дал кончить. Он поднялся и смачно шлепнул Бэка по ягодице. - Будь хорошим мальчиком, повернись. Бэкхен тут же повернулся, повинуясь, и старший с довольной улыбкой посмотрел на него. Он обнял Бэкки за талию, прижимаясь очень близко, и снова глубоко поцеловал. Лухан двинул бедрами так, что его член проехался по члену Бэка, и тот громко застонал в поцелуй. Он обнял Лу за шею, ощущая, что совсем скоро позорно кончит оттого, как хен просто трется о него. Как подросток. Но Бэкхену очень хотелось большего. - Хен, войди в меня, пожалуйста, - жарко зашептал он на ухо старшего, совсем не контролируя свой голос и слова, и захныкал, - пожалуйста, трахни меня... Внезапно почувствовав руку на своей шее, Бэкки замолчал. Лухан прижал его за шею к стене, слегка придушив. В его глазах блестел нехороший огонек. - Какой плохой малыш с грязным ртом. Он надавил на нижнюю губу Бэка, заставляя его открыть рот, и проник внутрь двумя пальцами, провел по его языку и зубам. Зажмурившись, младший стал посасывать пальцы, лаская их языком и оставляя побольше слюны. Он закусил губу почти до крови, когда Лухан наскоро растянул его этими самыми пальцами и вошел, сжимая руками бедра до синяков. Ощущение твердого члена внутри казалось волшебным и долгожданным, Бэкхен стал дрожать сильнее, сжимая его в себе. - Хен, я хочу, чтобы ты кончил мне на лицо. Запачкай меня, пожалуйста. Получив пощечину, он снова замолчал, не переставая смотреть на Лухана горящими глазами. Хань придерживал ноги младшего на своей талии, делая глубокие и мощные толчки. Обычно он всегда кончал позже Бэкхена, но в этот раз не выдержал. - На колени, - снова коротко бросил он, выходя из тела Бэка и отстраняясь. Когда тот послушно опустился, Хань тут же кончил ему на лицо, всего пару раз проведя по члену рукой. Бэкхен слизал сперму с верхней губы, которая стекала с носа и щек, ухмыляясь. - Вот теперь ты точно грязный, малыш. Бэкхену снова пришлось подняться на ноги, и вскоре он оказался прижатым лицом к стене. В этот момент Хань пожалел, что не взял с собой больше никаких игрушек, но в конце концов, кое-что у него было. Резко загнав в младшего сразу два пальца, он продолжил трахать его, второй рукой сжимая его член у основания и не давая кончить. Так продолжалось несколько минут, пока Бэкхен не захныкал, начиная умолять. Он тяжело дышал и содрогался от действий Лу, неистово двигая бедрами в попытке насадиться сильнее на пальцы, и когда хен позволил ему кончить, перед глазами Бэкки заплясали фиолетовые круги и яркие точки. Как и любой оргазм с Луханом, этот был великолепен. Хен прижался к нему сзади и поцеловал в висок. - Я люблю тебя. Он нежно гладил тело Бэка руками, пока тот успокаивался после секса, помог ему привести себя в порядок и отвел вниз, к друзьям. Бэкхен чувствовал себя, как во сне, и постоянно прокручивал в голове последние слова Лу, как эхо. Он его любит. Любит. Бэкки прижался к хену, обняв его поперек груди. Лухан, который спокойно сидел рядом с ним на диванчике и разговаривал с Сэхуном, удивленно посмотрел на Бэка. «Я тоже люблю тебя», - хотел сказать тот, но вместо этого смущенно прошептал: - А зачем чулки? Лухан усмехнулся. - Они не помешали мне трахнуть тебя так жестко, как ты любишь. И женская косметика тебе совсем не мешает быть тем, кто ты есть. Бэкки задумался на пару секунд и притянул его ближе к себе. - Кажется, я тоже люблю тебя, хен, - прошептал он Ханю на ушко.