Сердце альфы

Фемслэш, AU, Ангст, Повседневность, OOC, Смена пола. Когда Бэкхи смотрит на серое низкое небо над головой, она думает, что такая же унылая и серая. Ее жизнь ничем не примечательна, как и миллионы жизней других людей, и она не понимает, почему они зачастую не задумываются об этом? Ведь если их вдруг не станет, в мире ничего и не изменится... Они скучные, серые и слишком обычные, чтобы их замечать, но сами себя считают пупом земли. Бэкки так не считает. Она верит – исчезни она завтра, растворись в воздухе, в кафе, где она работает официанткой, просто повесят объявление об открывшейся вакансии. Она старается изо всех сил, но, кажется, Бог не дал ей чего-то выдающегося, чтобы стать кем-то, о ком говорят в новостях, печатают в газетах и сплетничают на каждом углу, хотя, может быть, оно и к лучшему. Она старается быть как все и учится готовить, сидит на диетах и смеется над несмешными шутками своего парня – все ради того, чтобы нравиться ему. Но это не дает ей никакого счастья и спокойствия, ей все время кажется, что жизнь пролетает мимо, а она словно живет по чьему-то убогому сценарию, словно так хочет кто-то другой, но не она. Действия повторяются изо дня в день, составляют схему, систему даже, и от этого становится дурно. В один туманный и серый день все меняется, но Бэкки даже не догадывается об этом. Дома перед зеркалом она надевает черный бюстгальтер, блузку и простые черные джинсы, пытается улыбнуться, расчесывает длинные волосы цвета темного шоколада и собирает их в тугой высокий хвост, чтобы они не мешали работе. Она всего самую малость подводит глаза, чтобы они хоть как-то выделялись на лице, ведь они не такие большие, как ей бы хотелось. В этот день Бэк видит – уже перед самым закрытием – за столиком у окна красивую девушку, которая постоянно заходит к ним в кафе. Она высокая, тонкая, изящная, с длинными светлыми волосами и, по меркам Бэкки, огромными светло-карими глазами. Она всегда оставляет чаевые, улыбается и смущенно благодарит. Она производит впечатление милой, доброй и невероятно приятной девушки, и неожиданно Бэкхи тоже хочет сделать ей что-нибудь приятное. Она, не думая, забегает на кухню и просит хотя бы самое малюсенькое пирожное. Сначала лицо девушки принимает слегка озабоченное и даже словно напуганное выражение. - Я не заказывала, - негромко говорит она. - Это подарок постоянному клиенту, - улыбается Бэкки. После этого незнакомка краснеет, судорожным движением руки пытаясь прикрыть свой блокнот, но уже понимает, что не выйдет. Симпатичная официантка уже увидела все, что там было нарисовано – часть улицы, видной из окна, дождь, туман и спешащих, закутанных в плащи прохожих. Нужно что-то сказать, чтобы ситуация перестала быть такой неловкой, ведь Бэкки чувствует себя так, словно специально подсмотрела чей-то секрет. - Очень красиво, - наконец, выдавливает из себя она, тоже слегка краснея. - Правда? Неловкость пропадает сразу, и девушка, как ни странно, даже приглашает Бэкки прогуляться, когда узнает, что ее смена почти закончилась. Просто на работе особо не поболтаешь, даже если очень хочется. - Меня зовут Лу Хань, - она протягивает руку Бэкки сразу, как только та выходит на улицу, и вокруг будто становится на несколько градусов теплее. Да и дождь капает уже не так сильно, или это только кажется? - Бен Бэкхи. Рука Хань нежная, мягкая кожа так и манит прикоснуться к ней вновь. Бэкки отводит взгляд. Пока Хань провожает ее до дома, она почти всю дорогу болтает про свои рисунки, а Бэк слушает, чуть ли не с открытым ртом. Ей нравится все – как девушка поправляет волосы, как улыбается ей, как забавно морщит носик. Она кажется волшебной, нереальной. Хань зовет ее на выставку и целует на прощание в щеку – Бэкхи тут же забывает имя художника, а вот поцелуй остается в ее памяти навсегда. Это совсем дружеское легкое прикосновение сладко пахнущих бальзамом губ, но ее как будто током бьет, и после этого весь вечер она приходит в себя. Да что вечер, у нее как раз два выходных до выставки, и все эти два дня она ходит, как в воду опущенная, практически не ест и без конца волнуется. Ей кажется, что даже перед самым первым свиданием в школе она так не волновалась. Когда наступает день встречи, Бэкки уже с утра знает, что ей предстоит что-то невероятное, незабываемое. Она надевает короткое черное платье в надежде, что классика еще никогда никого не подводила, рисует подводкой стрелки - толще, чем обычно, и наносит на шею свой любимый сладковатый аромат. На высоких каблуках идти непривычно и неудобно, но она так хочет выглядеть красивой, что терпит все. Судя по взглядам, которые бросают на нее редкие прохожие, ей это удается. Хань встречает ее внутри, у входа в здание, на ней светло-розовое платье, туфли также на высоком каблуке и ободок, придающий лицу еще больше миловидности. Она искренне улыбается, и Бэк не может не улыбнуться в ответ так же. - Ты прекрасно выглядишь, - Хань снова целует ее в щеку, и единственное, на что Бэкхи еще способна, это невнятно пробубнить в ответ что-то типа «ты тоже». В холле очень пустынно, да и в самих залах тоже – похоже, в их маленьком городке нашлось совсем немного ценителей живописи. Бэкки внимательно вглядывается в каждый рисунок, пытаясь понять, что именно нашла Хань в этом художнике, и понимает. Неожиданно она осознает, что он хотел сказать своему зрителю. Он изображает повседневность в деталях, указывая людям на то, что она прекрасна. Что вся их жизнь и состоит из повседневных мелочей – утреннего кофе, поцелуя любимого человека, сообщения с веселыми смайликами в конце... Должно быть, она что-то упустила в этой жизни, если не может этому радоваться, и Бэкки так и говорит об этом Хань, которая неожиданно для Бэкхи уже держит ее за руку. Девушка ее прекрасно понимает, разрешает называть смешным детским прозвищем Лулу и уводит в темный уголок между залами. Бэк очень сильно смущается, ее щеки пылают, когда Лу проводит носом по ее шее, затем слегка задевая ее язычком, и долго, сладко целует в губы, забираясь рукой под платье и поглаживая бедро. Осознание того, что их могут в любой момент поймать и с позором выгнать с выставки настолько заводит, что Бэкки уже готова на все, лишь бы чувствовать мягкие губы Хань снова и снова, лишь бы продлить этот момент. Она осторожно кладет руку на тонкую талию девушки и старается прижаться ближе. - Так нельзя, - в конце концов, из последних сил она отталкивает Хань, тяжело дыша, - у меня есть парень. - У меня тоже, - кажется, если бы они были на улице, Лу бы достала сигарету и закурила. По крайней мере, так кажется Бэкки, - ты его любишь? - Конечно, - по привычке отвечает Бэк, чтобы еще пару дней думать над тем, а действительно ли она его любит? Может быть, вся ее жизнь просто задана кем-то, как компьютерная программа, и изначально она была запрограммирована на добро, семейное счастье и кучу детей. Лулу тогда – сбой в программе, который привел к полнейшему хаосу и неразберихе, но тогда почему Бэкки так радуется этому сбою, словно это самое счастливое в ее жизни событие? Не в силах больше терпеть, она приглашает Хань к себе домой, пока ее парень на работе – та приглашение принимает, но робко оглядывается, больше не спеша переходить к поцелуям или чему-то подобному. Тогда Бэкки не выдерживает. Она толкает Хань на кровать, забирается сверху и страстно целует ее, настолько страстно, что верхние детали одежды слетают с них, словно сами собой. Лулу покусывает ее губы, шарит горячими руками по телу и обхватывает своими длинными ногами так, что трудно вздохнуть от возбуждения. Неожиданно их прерывает звонок в дверь, они подскакивают и одеваются, в панике запихивая белье Хань под кровать. Парень Бэкки, который вернулся немного раньше, чем она ожидала, хмуро знакомится с новой «подругой» своей девушки и уходит в спальню, включая телевизор довольно громко, чтобы они поняли, насколько ему все равно. - Он всегда такой... хм, вежливый? – Лу приподнимает бровь в недоумении. - Всегда, - Бэкхи уже тянет ее в ванную, схватив за руку, и быстро закрывает дверь. Хань тут же прижимает ее к стене и снова целует, засовывает руку под кофточку, ласкает грудь, живот и опускает ее ниже... Бэк стонет, стараясь делать это как можно тише, а когда чувствует в себе пальцы Лулу, выгибается, ударяясь головой о стену, и зажимает себе рот рукой, чтобы не закричать. У нее перед глазами практически темнота, внезапно рассыпающаяся тысячами мелких звездочек, дышать тяжело, а пальцы закушены почти до крови. Хань что-то шепчет, убирает ее руку и целует, доставая, кажется, одним своим взглядом до души и всего самого сокровенного, о чем когда-либо думала Бэкки, как будто узнает все ее секреты. После не менее оглушительного оргазма Бэкхи цепляется за нее, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя, да только, кажется, прийти в себя уже не получится никогда. Ведь она явно не в себе, когда снова оказывается в постели с Лулу, на этот раз в отеле, где им никто не может помешать? После страстного секса Хань целует ее спину и плечи, лениво проводит по ним горячим языком и губами, на которых уже давно смазался сладкий блеск, который так любит слизывать Бэкки. Хань вроде свободного художника, из колледжа ее давным-давно отчислили, восстанавливаться она не собирается и перебивается случайными заработками. В отличие от серьезной до крайности Бэкхи, она веселая, беззаботная и даже чуточку безответственная. Она старше Бэкки на два года, очень любит целоваться, а еще она китаянка и иногда путает некоторые корейские слова, но это даже мило. Несмотря ни на что, Бэк всегда говорит, что она потрясающе рисует, и верит в нее, и... любит. Она, наверное, с самого начала осознает, что это не просто интрижка на стороне, и не способ вернуть давнишним отношениям прелесть и остроту. Бэкки плачет по ночам, отодвигаясь от своего парня на самый краешек кровати, и молчит. Потому что у Хань, скорее всего, ветер в голове. Возможно, она вообще не понимает, зачем связалась с Бэкхи, и это очень вероятно и очень обидно, особенно когда Бэк понимает, насколько у нее все серьезно. Неожиданно, в один из вечеров, когда они просто сидят в кафе, и Хань задумчиво гладит ее пальчиками по коленке, она сама затрагивает эту тему. - Бэкки, ты бы хотела сбежать куда-нибудь со мной? Чуть не подавившись ароматным фруктовым чаем, Бэк поднимает на нее темные, словно повзрослевшие от этой фразы глаза. - Куда, Лулу? - Не знаю, - Лу сжимает ее бедро, перебираясь пальчиками на внутреннюю сторону, - в другой город, начать все заново. С чистого листа, только мы вдвоем? - Хотела бы, - Бэк нежно целует ее в щеку, с наслаждением вдыхая тонкий аромат духов, когда оказывается слишком близко. – Давай сбежим? С этого момента она готовится: собирает небольшую незаметную сумку самых необходимых вещей, забирает на работе расчет и покупает два билета на электричку на ранее утро. В назначенное время Бэкки стоит на вокзале и ждет Лулу. Она никогда не любила ждать, но сейчас минутная стрелка на часах ползет слишком быстро, и она начинает паниковать с каждой отсчитанной минутой все больше. Хань не так часто опаздывает, и в такой важный день она могла бы выйти пораньше. А может быть, она просто не хочет никуда ехать? Скорее всего, она поняла, какой это все бред, и осталась дома... Бэкхи сама не замечает, как горькие слезы начинают стекать по ее лицу, капая куда-то вниз, она тихо всхлипывает, понимая, что ее поезд ушел, а Хань так и не пришла. Новая жизнь без нее Бэкки не нужна, да и вообще какая-либо жизнь... Она медленно рвет билеты и выбрасывает их в ближайшую урну, поворачиваясь, и вдруг замечает Лу. Та несется к ней на всех парах, пытается отдышаться, видимо, она бежала очень долго, потому что никак не может успокоиться и даже кашляет. Первая радость сменяется отчаянием – в руках у нее нет никакой сумки, а значит, она не опоздала, а правда не хочет никуда ехать. Бэкки готовится попрощаться и вытирает слезы рукавом, стараясь быть сильной. - Малыш, Бэкки, - Хань хватает ее за руки, - прости... я не могу... Просто не могу уехать и бросить свою прежнюю жизнь... - Ты меня не любишь? – Бэк смотрит ей прямо в глаза, не давая возможности увильнуть, хотя, кажется, она и не собиралась. - Люблю, - Лу обнимает ее и целует заплаканное лицо на глазах у всех, - я люблю тебя больше всех на свете... - Тогда я тебе не верю, Лулу. Потому что я тоже люблю тебя, но готова отдать за это гораздо больше, чем свою прошлую жизнь, - грустно говорит Бэкхи и, оттолкнув ее, находит в себе силы зайти в следующую как раз подъехавшую электричку. Оставшись одна на перроне, Хань закрывает глаза – по щекам тут же стекают слезы. Так больно, как сейчас, ей не было еще никогда в жизни. Она и не предполагала, что все так закончится, ведь она хотела уговорить Бэкки остаться здесь, с ней, в этом скучном маленьком городке, но кажется, Бэк поняла, что тогда ничего не изменится. Все будет по прежнему – жизнь порознь, редкие встречи украдкой и ненастоящая «дружба». От всего этого у Лулу тоже давно возникала тошнота, но сил поменять что-либо не было. Она вытерла слезы и зашагала прочь, смотря перед собой пустым обреченным взглядом.