В омут

      Отбывать отработку во время того, как по замку шатались счастливые гриффиндорцы, то и дело поздравляющие друг друга с победой, — было худшим наказанием. Не то, чтобы Поттер и остальные сильно бесили Драко, скорее раздражал тот факт, что план, в котором он сам принимал непосредственное участие, с позором провалился, а ведь это всё планировалось интересным и забавным приключением.       — Лучше бы с дохлыми жабами Снейпа пришлось возиться! — сокрушалась Пэнси, держа тряпку на двух вытянутых пальцах. — Я же не маггла какая-то!       Мимо прошёл Флинт и хмуро зыркнул.       — Ты ещё не привыкла?       — Привыкнешь к такому, — жалостливо вздохнула Пэнси, и Драко был полностью с ней солидарен.       Уставшие, они возвращались в гостиную переодеться, чтобы потом пойти на ужин. Увидев их, Теодор лишь покачал головой, но ничего не сказал, и Драко был этому рад.       Утром прогремело известие.       — Блэк! Сириус Блэк в башне Гриффиндора! Был! Этой ночью! — Пэнси размахивала руками и сбивчиво рассказывала. — Мне сказала Трейси, а Трейси — Филлис, а Филлис — Падма, а Падме — Парвати и Лаванда…       Дрожь пробежала по коже, как и всякий раз, когда происходило что-то, что он забыл, что должно было произойти.       — Блэк хотел убить Поттера, но перепутал кровати и чуть не убил Уизли! — продолжала тараторить Пэнси. — И это не слухи, клянусь! Я уже успела побывать наверху, пришлось сделать вид, что прогуливаюсь вместе с Падмой до её сестры… И вы бы видели! Около входа в гриффиндорскую гостиную гуляют тролли, будто у себя по лесу! Вы бы слышали, как мерзко они хрюкают и сморкаются!       — Они отвратительные, — согласилась Падма, их однокурсница с Рейвенкло. — Меряются своими дубинками… Фу!       Мимо них прошли гриффиндорцы, сбившиеся в возбуждённую кучу, и звонкий голос Рона прервал их беседу:       — Я повернулся, а он прямо надо мной стоит… как скелет! Волосы колтуном! В руке огромный нож, сантиметров тридцать, а то и сорок…       — Пойду послушаю, что он говорит, — Падма скользнула к группе и растворилась в их рядах.       Пэнси проводила тяжёлым взглядом гриффиндорцев и повернулась.       — Наконец-то Уизли хоть немного славы отхватил, — скривила она губы. — А то она вечно только Поттеру достаётся.       — Интересно, как Сириус Блэк попал в гостиную Гриффиндора? — спросил Драко во время завтрака. — В прошлый раз, когда нам пришлось спать в Большом зале, у него это не вышло.       — Лонгботтом, — фыркнула Пэнси. — Этот идиот не мог запомнить пароли и выписал их все на пергамент. А потом его потерял. Видимо, Сириус Блэк редкий везунчик.       Ближе к концу завтрака прилетели совы. Белый филин скинул конверт прямо Драко на колени. Пэнси, сидящая рядом, тоже сжимала в руках письмо. Рядом раздался взрыв хохота, и Драко вздрогнул. Переведя взгляд на стол Гриффиндора, выдохнул — смеялись не над ним. Перед Лонгботтомом прямо в тарелке с хлопьями валялся красный конверт, а лицо Невилла было искажено неподдельным ужасом.       — Громовещатель, — скривилась Пэнси. Потом посмотрела на своё письмо. — Какое счастье, что мои родители нормальные.       — Думаешь, это насчёт вашего вчерашнего приключения? — поинтересовался подсевший к ним Теодор.       Драко посмотрел на свой конверт со знакомой печатью.       — Скорее всего…       Письмо было от отца, и, как ни странно, об известном событии там не было ни слова. Люциус Малфой предлагал приехать на каникулы и пригласить с собой Теодора, «твоего самого разумного и подающего большие надежды друга». Только эта фраза намекала, что отец в курсе произошедших событий.       В следующую субботу в «Трёх мётлах» царила оживлённая атмосфера. Увидев Дафну, Трейси и Филлис, Пэнси махнула рукой и пересела за стол к девочкам, и Драко с Теодором остались одни. Сливочное пиво расслабляло и создавало необычайно радостный настрой на день.       — Визжащая хижина? — предложил Теодор, отставляя стакан.       — Странно, что в неё Пэнси отказывается идти, — заметил Драко. — Казалось бы, после всего произошедшего она превратилась в настоящую охотницу за адреналином, но…       — Но Визжащая хижина пока ещё не её уровень, — усмехнулся Теодор. — Во всей Британии у этого места самая дурная репутация. Даже Кровавый Барон обходит её стороной. На всякий случай можно взять Винса и Грега, вон они идут…       Хижина действительно выглядела пугающе. Она находилась в стороне от деревни, и чтобы до неё добраться, нужно было подняться на высокий холм. Заколоченные окна разваливающегося дома выглядели заплатками на гниющих ранах, сад казался маленьким куском дикого леса, а каждое дерево выглядело злым и враждебным пришельцем.       Рядом послышались голоса, и на холм поднялся запыхавшийся Рон Уизли.       — Сам с собой разговариваешь? — хмыкнул Теодор. — Это не очень хороший знак, знаешь ли.       — Иди ты! — буркнул Уизли, отворачиваясь и рассматривая хижину.       — Тяжела обрушившаяся слава, наверное? — участливо поинтересовался Теодор. — Тут нужно быть аккуратнее, а то можно начать не только самому с собой беседовать, проблемы могут быть похуже…       Драко не мог вымолвить ни слова от удивления, не понимая, с чего вдруг обычно спокойного и уравновешенного Теодора так понесло. Возможно, Нотт обычно тщательно скрывал своё отношение к Уизли и Поттеру, но на самом деле всё было куда глубже…       В этот момент Теодор охнул, изумлённо вытирая размазавшийся у него по лицу комок грязи. Рон рядом ухмылялся, но руки его были чисты. Драко огляделся по сторонам.       В следующий момент что-то плюхнулось прямо в его волосы, больно ударив по затылку и неприятно растекаясь за шиворот.       — Проклятье!       — Швыряют оттуда! — крикнул Теодор, и Винсент поспешил в указанном направлении. Но, не пройдя и шага, упал, потому что прямо в спину ему ударилась палка. Грегори свалился рядом с ним, споткнувшись на ровном месте. Падая, Гойл взмахнул ногой, и на секунду в воздухе показалась парящая голова.       — А-а-а! — заорал Винсент, тыча в голову пальцем. — Привидение!       — Бежим! — ещё громче заорал Грегори.       Не понимая, что происходит, и повинуясь инстинкту, Драко бросился вслед за друзьями вниз с холма, желая как можно скорее убраться из этого проклятого места. Только внизу, когда хижина пропала из поля зрения, остановился, пытаясь выровнять дыхание. В него чуть не врезался Теодор, а рядом тяжело отдувались после быстрого бега Винс и Грег.       — Мне показалось, или это была голова Поттера? — наконец, спросил Теодор.       — Точно! — воскликнул Грег. — Это был Поттер!       — Ага, он! — согласился Винс.       — Но почему тогда мы видели только его голову? — спросил Драко, вспоминая жуткое зрелище парящей головы, отделённой от туловища. Это выглядело совершенно неестественно и кошмарно.       Теодор пожал плечами.       — Мы можем рассказать об этом Снейпу.       Драко поёжился, всё ещё ощущая расползающуюся под воротником грязь, медленно застывающую и прилипающую к коже. Волосы, наверное, выглядели ужасно и были чёрными от грязищи.       — Надеюсь, Поттер тоже получит отработку, — сказал он зло.       Но Поттер отработку не получил. Он продолжал радостным ходить по коридорам, болтать на уроках с Уизли, обниматься на переменах со своей новой метлой, усмехаться при появлении Драко и его друзей. А всё сочувствие бедному сироте и герою с каждым днём всё уменьшалось и уменьшалось.       В день перед каникулами, в очередной раз столкнувшись в дверях в Большой зал с Поттером и его командой и, как обычно, переругавшись с ними, Драко окончательно решил, что не желает помогать этому самовлюблённому и недалёкому типу. Он даже был бы рад, убей Поттера Тёмный Лорд. Жаль, что только Поттер может спасти мир.