Сборник переводных зарисовок

       Снег, кажется, совершенно не думал останавливаться. Киллиан не очень любил снег, хотя, если говорить откровенно, когда у него вообще была возможность насладиться такой погодой и праздничным настроением в полной мере? Он рассматривал узоры, которые мороз нарисовал на стекле, и безмятежно смотрел вдаль.        Может быть, это не снег успокаивал его? Может, это был треск камина или запах горячего шоколада, доносящийся с кухни. Или скрип ручки, которой Генри дописывал домашнее задание. Или мягкое сияние гирлянды, разбрасывающей по стене причудливые блики.        Или всё-таки эту атмосферу создавала Эмма в своей красной, в тон Рождеству, пижаме и со сползшими на нос очками?..        — Завтра нас точно завалит, – резюмировал Киллиан, отворачиваясь от окна. Уж что-что, а признаки надвигающейся бури пират видел за версту.        — Это значит, что мы сможем устроить киноночь?! – подпрыгнул на своём месте Генри, мигом забыв о домашнем задании.        — Эй, парень, – окликнула Эмма и окинула его укоряющий взглядом, – отмена уроков из-за снега – это ещё не повод не доделывать алгебру!        Генри закатил глаза, но всё-таки склонился обратно к тетради. С самым, надо заметить, разнесчастным видом. Но Эмму так просто было не пронять, все его штучки она изучила уже давно и пресекала на корню.        Киллиан, продолжая стоять у окна, смотрел то на Генри, старательно решающего примеры, то на Эмму, которая пила какао из высокой кружки. Шапочка взбитых сливок коснулась носа, и Эмма, поморщившись, чуть слышно чихнула, а Киллиан широко улыбнулся.        Зима может быть уютной. Не в этом мире, не в этом дома – с этими людьми, которые превращают в его дом любое место, где бы они ни были. Вечером, когда Эмма выдала им с Генри носки с оленями и сказала, что теперь у них будет своя маленькая кинотрадиция, Киллиан осознал, что никогда ещё не был так счастлив.