Просто Игра

Неожиданно, Хироо поднял Ною, резко опрокидывая того на диван, и пристроился сверху. Подняв его ноги под икры, закинул их себе на плечи. Спуская руки, провел ладонями по внутренней стороне бедра, выше, минуя пояс джинсов, задирая чёрную футболку. Наклонился ближе, прижавшись своими бедрами к его, испытующе глядя ему прямо в глаза. Большими пальцами обвел слегка выпирающие косточки таза у живота, поглаживающими движениями, обхватывая талию. Юу не успел опомниться, как оказался припечатанным к дивану. Он банально растерялся от внезапности развития событий. Замер, когда сильные ладони заскользили по чувствительной внутренней стороне бедра, животу, бокам и груди. Коуджи вёл себя так, будто имел дело с девушкой. И Ное это крайне не понравилось. Но осознавая полную безвыходность положения, сопротивляться он не стал. Мнимо расслабился, претерпевая мучительно-медленные, но доводящие до сладкой истомы ласки, зарылся пальцами в густые тёмные волосы Коу. Прикосновения чужих рук были приятными, размеренными, умелыми, но в какой-то мере неуверенными… Ноя позволял возбуждать себя, ощущая, что партнёра этот процесс заводит ничуть не меньше. Он выжидал момент для контратаки. И хотя Хироо был значительно выше и крепче, всерьёз уступать ему Нишиноя не собирался. Немного погодя, он осторожно спустил ноги с его плеч, сгибая их в коленях и располагая по бокам, принимая «классическую позу». Погладил полускрытое чёлкой лицо, неспеша провёл ладонями по шее и плечам. После чего, наконец, отбросил обманчивую послушность и рывком подался всем телом вперёд, грубо опрокидывая парня на спину, и меняясь с ним положением. Прежде, чем тот успел среагировать, Юу навис над ним, перехватывая и фиксируя руки над головой. Игриво усмехнулся на выдохе. Он ожидал, что, вот, сейчас, Коуджи снова устремится взять инициативу на себя. Вырваться, перебороть, подмять его… но тот даже не пытался. Не встретив отпора, Нишиноя нарочито медленно приблизился к лицу Коу и почти неощутимо коснулся губ парня своими. Раз. Ещё раз. Каждый следующий поцелуй становился всё более смелым. Вскоре Ноя перестал довольствоваться краткими касаниями, сильнее и напористее сминая чужие губы. Чуть прикусывая, посасывая, облизывая, он пока не спешил проникать языком в призывно приоткрытый рот. Поцелуй за поцелуем, прерывисто, незавершённо, он откровенно дразнил «поверженного» противника этими «многоточиями». Упиваясь тем, что полностью контролирует ситуацию. Одной рукой крепко держа запястья Хироо, вторую Юу запустил под его шёлковую рубашку, в отместку повторяя всё, что тот прежде сотворил с ним, но с двойным азартом. Неторопливо расстёгивал пуговицу за пуговицей, массируя разгорячённую бледную кожу, то с нажимом, то еле касаясь. Обнажив торс Коу, он прильнул губами к его шее, одновременно качнув бёдрами, и теронувшись своим пахом о пах парня. Тот вздрогнул, запрокидывая голову, подставляя шею и подбородок под пламенные поцелуи. Ноя провёл кончиком влажного языка по его кадыку, ямочке между ключицами, свободной рукой устремляясь к животу. Подушечками пальцев погладил у кромки ремня, замечая, как напрягаются мышцы пресса. Медленно опуская ладонь ниже, постепенно начиная ласкать возбуждённую мужскую плоть через одежду. То чуть сжимая, то мягко поглаживая, чувствуя пульсирующий жар сквозь плотную ткань брюк. Хироо хрипло выдохнул, дёрнувшись. Но Нишиноя не выпустил из своей хватки его рук. Напротив, сжал запястья сильнее, до боли. Не сбавляя обороты, покрывал каждый доступный сантиметр его кожи поцелуями. Вернулся к пересохшим от неровного дыхания губам. Обвёл их кончиком языка по контуру. На сей раз не медля, страстно углубляя поцелуй, на который Коуджи ответил пылко, стремясь так же глубоко протолкнуться языком в рот Юу, словно жаждал этого на протяжении всей затянувшейся прелюдии. Поцелуй был долгим, до головокружения, до искр под сомкнутыми веками. Воздуха не хватало, но ни один не решался его разорвать, едва ухватывая редкие вдохи, между горячими страстными выдохами, обжигающими чужие губы. Сопротивления не будет. Теперь Ноя окончательно осознал это, освобождая затёкшие руки Коу. На короткий миг прервав ласки, он стянул с себя футболку, не глядя отбросив её куда-то на пол. Встал перед партнёром на колени. Машинально потянулся к ремню, расстёгивая его. Окинул взором лежащего на спине парня. Зрелище впечатляло. Безупречное тело, распахнутая рубашка, беспокойно вздымающаяся грудь. Развратно раздвинутые в стороны ноги. Покорно поднятые вверх руки, чуть согнутые в локтях, почти в том же положении, в каком он удерживал их над головой. Тёмные волосы в беспорядке спадающие на лоб, покрытый мелкими капельками пота. Непривычный румянец на щеках. И отведённый в сторону взор. Наверное, впервые за всё время их знакомства, Хироо прятал взгляд… Юу взял его за подбородок, заставляя взглянуть глаза в глаза. Никогда ещё он не видел столько эмоций в этом обычно безразличном ко всему лице. Ярче всего угадывалась тихая паника. Ноя чуть не сжалился. Чуть не сказал, что всё заходит слишком далеко, но ещё можно остановиться… Что ещё есть шанс ударить по тормозам… Но он был не из тех, кто умеет пользоваться такими шансами… И, как оказалось, не из тех, кто оставляет подобный шанс другим… Ноя не умел отступать. Эти лихорадочно блестящие чёрные глаза, чуть приподнятые и сведённые к переносице брови, приоткрытые губы, покрасневшие от длительного поцелуя… Весь напускной холод бесстрастного Хироо Коуджи растаял без следа. Это окончательно вышибло из головы Юу остатки здравого смысла. Действуя скорее по наитию, чем осознанно, Нишиноя потушил свет. В темноте, на ощупь, избавившись от брюк, он уместился между ног Коуджи. Теперь их возбуждённую плоть разделяла лишь тонкая ткань нижнего белья. Они почти соприкасались друг с другом, и это буквально сводило с ума. В отсутствие света Хироо стал более раскованным. Жадно тянулся за поцелуями, страстно кусал губы Юу. А тот медленно двигал бёдрами, тёрся, провоцируя новые волны вожделения, и учащение неровного дыхания, переходящего в полустоны… Возбуждение стало почти болезненным. Навалившись на Коу всем весом, продолжая ласкать его, Ноя спустил нижнее бельё. Почувствовав прикосновение пальцев, Хироо вдруг попытался воспротивиться, но Юу оставался непреклонен и настойчив, и тот вскоре сдался. Он старался как можно аккуратнее подготовить партнёра, причинив минимум дискомфорта и доставив максимум наслаждения. Не разрывая очередного глубокого поцелуя, не в силах больше терпеть, после долгих предварительных ласк, Ноя плавно вошёл в Коуджи. Парень застонал, отчаянно упираясь в его грудь руками, не то прошептал, не то прошипел что-то неразборчивое. Где-то на задворках сознания, на секунду промелькнула мысль, что произошло нечто непоправимое. Нечто ужасное. Неправильное. Противоестественное. Но их переплетающиеся тела вторили об обратном. Нишиноя лишь сильнее заключил партнёра в объятия, пресекая судорожные попытки сопротивления, осторожно, мягко, сантиметр за сантиметром проникая глубже. Хироо дрожал всем телом, впивался ногтями в его спину, едва сдерживая норовящие вырваться из груди стоны боли. Стремясь облегчить его муки, Ноя обвил руками Коу за пояс, чуть приподнимая его бёдра выше. Из последних сил сдерживаясь, чтобы не дать себе волю, и не причинить ему ещё больше боли, совершил несколько медленных толчков под другим углом. Коуджи резко выгнул спину, издал неконтролируемый стон, и на глубоком вдохе принял Юу в себя. Ноя прильнул к его губам, нежно прикусывая, скользя языком, чувственно слился с ним в поцелуе, страстно сжимая его подрагивающее, сильное, но такое податливое тело в своих объятиях, двигался внутри него, неумолимо наращивая темп. Вскоре Хироо расслабился, вошёл в ритм, и покачивая бёдрами, сам стал двигаться навстречу, насаживаясь до основания, вбирая упругую плоть в свой тесный плен, более не сдерживая собственные стоны, направляя партнёра так, как ему хотелось, полностью отдаваясь во власть новых, столь противоречивых чувств и ощущений. Ноя инстинктивно улавливал каждый звук, каждый вдох, прислушивался к чужим желаниям. То плавно замедляясь, покачиваясь с трепетной нежностью, то грубо проникая с каждым толчком всё глубже и агрессивнее. Он ласкал Коу губами, стимулировал руками, трогая везде, куда только мог дотянуться, обладая им до последней капли, с мазохистическим упорством оттягивая момент долгожданной разрядки… Если это было игрой, победителями вышли они оба.