В самое сердце

      Держа в руках небольшую корзину, Гюльшен срезала цветы с благоухающих розовых кустов. Она вырвалась в сад в то время, когда тут никого не бывало. Девушка хотела побыть наедине со своими мыслями, Гюльшен сама пугалась вспышек своего гнева. Мелике раздражала помощницу Хюмашах, еще больше ее злила приветливая улыбка Кесем, которая старалась всегда выглядеть доброй и приветливой.       Светловолосая хатун наклонилась за очередным хрупким цветком, чтобы отправить его в букет, когда услышала голос юной служанки Кесем. - Ну, почему она всегда появляется в том же месте, что и я?! - зло прошептала Гюльшен и прикусила губу. - О, Аллах, дай мне сил! - Похоже здесь кто-то ревнует? - чуть насмешливый голос за спиной заставил девушку подпрыгнуть. - Менекше! Ты меня напугала, - Гюльшен приложила руку к груди и тяжело вздохнула. Она действительно испугалась. - Что за глупости ты говоришь? - Прости, я думала ты услышишь мои шаги. Вот, ты обронила, - Менекше протянула нежно-розовую розу. - Глупости? Тебе виднее... Вот только все видят явную симпатию этой девочки к Искандеру-аге. - Я заметила, она глаз с него не сводит, всегда пытается угодить, - задумчиво произнесла Гюльшен, красивее укладывая цветы. - И все-таки ты ревнуешь, - чуть улыбнулась Менекше, она понимала чувства молодой, симпатичной девушки. Она была свободна, поэтому могла любить любого. - Нет, просто не понимаю, как можно так явно показывать свои чувства, - Гюльшен медленно пошла по направлению во дворец, служанка Халиме шла рядом. - Ну, говорят, Искандер-ага спас ее и Кесем Султан, - пояснила ситуацию женщина. - Видимо, в тот момент девочка и влюбилась. Ой, я забыла забрать книгу Госпожи. Я пойду.       Гюльшен улыбнулась на прощание и поспешила во дворец, надеясь не попасться на глаза Искандеру или кому-нибудь из султанш. Больше всего на свете девушке хотелось скрыться ото всех и погрузиться в чтение.       Отложив в сторону пяльца, Хюмашах потерла глаза и потянулась. Посмотрев в окно, женщина почувствовала невыносимое желание выйти в сад и прогуляться перед сном. Минуту поколебавшись, Госпожа поднялась на ноги и попросила накидку, на вопросительный взгляд Гюльшен, султанша повелела служанкам остаться в комнате и вышла из покоев.       Рыжеволосая красавица медленно шла по тропинкам сада, особенно не задумываясь о том, куда идет. Она наслаждалась одиночеством, ароматом цветов и шелестом листьев. Было очень спокойно, Хюмашах была полностью поглощена в свои мысли.       Когда перед женщиной внезапно возник Зюльфикар, султанша вскрикнула. - Госпожа, - мужчина поклонился, пряча улыбку. - Я не мог... Не успел поприветствовать Вас после приезда. - Вы можете сделать это теперь, - тихо проговорила рыжеволосая Госпожа. - Я рад, что Вы вернулись. Этот дворец ожил с Вашим появлением, - Паша взмахнул рукой и выронил папку с бумагами, что держал в руках. - О, Аллах! - Скорее, надо их собрать, - присев, Хюмашах принялась собирать разлетевшиеся листы. - Поторопитесь, Паша, а то ветер разнесет их по всему саду.       Зачарованный быстрыми и ловкими движениями султанши, Зюльфикар не сразу понял, что говорит ему Госпожа. Когда значения слов, наконец, дошли до разума бывшего янычара, он поспешил присоединиться к Хюмашах, собирающей его документы.       Выпрямившись, султанша протянула бумаги Паше и улыбнулась. - Вот, мы спасли Ваши труды, - приветливо произнесла Хюмашах. - Благодарю Вас, моя Госпожа, - поклонившись, мужчина принял документы, почувствовав прохладную кожу ладоней Хюмашах.       Султанша не спешила убирать рук и прерывать зрительный контакт, она молчала, чувствуя ускорившийся бег своего сердца. К ощущению спокойствия присоединилась нежная симпатия к стоящему напротив мужчине, Хюмашах сама удивлялась своим чувствам. За годы брака Госпожа ни разу не испытывала таких эмоций к своему супругу.       Зюльфикар радовался странному оцепенению Хюмашах, которое позволяло ему разглядывать женщину, любоваться ее улыбкой, глазами, падающими на плечи рыжими прядями. В сумраке сада султанша выглядела волшебным существом, настолько изящной и хрупкой она казалась.