В самое сердце

      После свадьбы Зюльфикара Паши и Хюмашах Султан прошло уже несколько дней. Обычно занимающаяся вместе с другими служанками султанши обустройством дворца, Гюльшен получила от госпожи пару выходных дней, которые девушка, разумеется, решила провести с сестрами. Зайдя по пути в несколько лавок, она доверху наполнила корзину фруктами и сладостями, припасла кувшин лимонного шербета и направилась в родительский дом.       Отворив дверь, хатун не увидела сестер, а приглушенные голоса подсказали ей, что сестры были на втором этаже. Поставив на стол угощения, Гюльшен сбросила обувь и медленно, чтобы сестры не услышали шагов, стала подниматься по лестнице. - Погоди-погоди, вот тут нужна буква "а", а не "о", - строго проговорила Михримах, скрывая смешинки в голосе. - Правда? - Нет, я написала все правильно! - отозвалась Фидан. Ее капризный голос рассмешил Гюльшен. - Извини, Фидан-ханым, но твоя сестра права, - в голосе Искандера была слышна улыбка. - Ты и вправду ошиблась, но в этом нет ничего страшного. Знаешь, сколько раз Зюльфикар-ага заставлял меня переписывать бумаги в корпусе? - Ну и ладно! Зато я красивая, - гордо проговорила Фидан, чем заставила Михримах фыркнуть. - Правда же, Искандер? - Правда, ты очень красивая, - добродушно проговорил Хранитель покоев. - Михримах, не хмурься, ты тоже настоящая красавица. - Искандер, а наша сестра? Правда, она прекрасна? - вновь задала вопрос Фидан. - Как ты можешь,сестрица, задавать такие вопросы! Вдруг Искандер-ага влюбился в нашу сестренку... - громко прошептала девочка, отчего молодой человек закашлялся. - Она тебе нравится? - Ваша сестра чудесная девушка и очень хороший друг, - искренне проговорил Искандер, - я никогда не думал, что буду вот так беседовать с хатун. Может быть, если бы мы встретились раньше, я бы смог ее полюбить.       Бывший янычар сам не заметил, как произнес последнюю фразу вслух, он-то думал, что озвучил ее лишь мысленно. Фидан удивленно уставилась на своего взрослого друга, а Михримах погрустнела. - Значит, ты любишь другую хатун, вы поженитесь и у вас будет много детей? Наш батюшка всегда говорил, что, если бы Валиде не отправилась к Аллаху, у нас было много братьев и сестер, - тихо проговорила девочка. - Нет, моя милая султанша, та девушка просто мечта, сказочный сон, я не могу на ней жениться, - отозвался чуть дрогнувшим голосом проговорил Искандер. - Тогда тебе точно надо пожениться на нашей сестренке! - выдала идею Фидан. - Одному быть тяжело, так Мехмет-эфенди всегда говорит. - Вот еще! Я вообще замуж не собираюсь, особенно за этого задаваку! - наконец, обнаружила свое присутствие Гюльшен. Сестры с радостными криками бросились к девушке, а Искандер, удивившись сам себе, смутился. - Сестрица, ты откуда? Мы так скучали! - наперебой кричали девочки, вызывая счастливую улыбку на лице Гюльшен. - Хюмашах Султан дала мне выходной, я там вам угощения принесла, спешила к вам, - шутливо рассердилась светловолосая хатун, - а вы, как я вижу, развлекаетесь тут. Видит Аллах, не нужна вам сестра! - Что ты такое говоришь? - Фидан крепко обняла Гюльшен, прижимаясь к сестре всем телом. - Искандер нас учит письму, только у меня плохо выходит. - На самом деле, все отлично, - улыбнулся Искандер, подходя к сестрам. - И Михримах, и Фидан очень хорошие ученицы.       Когда Гюльшен и Искандер вышли на улицу, небо уже потемнело и украсилось россыпью звезд. Счастливая и отдохнувшая девушка довольно прикрыла глаза, принюхиваясь к прохладному вечернему воздуху. Сейчас было удивительно хорошо и спокойно.       Поправив платок, скрывающий ее лицо от посторонних, Гюльшен вопросительно посмотрела на спутника. - Пройдемся немного? - тихо спросила хатун. Она прекрасно слышала весь разговор сестер и аги, но старательно гнала печальные мысли и обиду. - Прости, Гюльшен, - склонил голову Хранитель покоев Султана, извиняясь. - Мне нужно кое-что еще сделать. - Ну, давай, сходим по твоим делам вместе, - предложил девушка, ужасно ей не хотелось с прохладных улиц Стамбула возвращаться в каменные стены дворца. - Очень хочется погулять... -Если бы это были мои личные дела... Это дело государственное, - Искандер покачал головой. - Мне нужно выполнить одно поручение. - Сейчас уже поздно, - возразила Гюльшен, подняв взгляд к небу и всматриваясь в звездное небо. - Исполнишь поручения завтра...       Гюльшен предчувствовала, что ответ ее расстроит, но не ожидала, что настолько. - Прости, цветочек, но Кесем Султан просила сегодня все исполнить, - даже в темноте Искандер увидел вспыхнувшие глаза подруги. - Опять Кесем Султан... - процедила сквозь зубы Гюльшен, чувствуя, как запылали щеки. - Да я слышу ее имя чаще, чем имя нашего Повелителя! Ты служишь лично Госпоже? А если она однажды заставит тебя лишиться самого родного и близкого человека?! - Что? О чем ты? - За время их дружбы, молодой человек успел изучить эмоции Гюльшен и удивился этому приступу раздражения и гнева. - Послушай, Гюльшен, почему тебе так не нравится Госпожа? - Почему? Почему?! - почти прошипела хатун, порывисто стирая еще непролитые злые слезы. - Да потому что она нравится тебе! Понимаешь? - Гюльшен? - Искандер удивленно взглянул на подругу, желая еще что-то спросить, но девушка не дала воину такой возможности. Она резко развернулась и бегом скрылась в темноте улиц.       Хюмашах сидела на балконе с книгой, убаюканная спокойствием вечера и плавностью повествования. Она сама не заметила, как погрузилась в легкую дрему, укутавшись в полупрозрачную шаль.       Войдя в покои, Зюльфикар не смог сдержать улыбки, когда увидел свою супругу спящей. Положив на стол папку с бумагами, которыми он, несмотря на данные Султаном выходные, занимался, Паша осторожно подошел к рыжеволосой госпоже и ласково погладил ее по волосам. Хюмашах чему-то улыбнулась во сне, но не открыла глаз, оставаясь в царстве Морфея. Хитро улыбнувшись, Зюльфикар легко поцеловал султаншу в щеку, а потом плавно стал целовать тонкую шею женщины. - Зюльфикар, - ласково прошептала дочь Сафие, просыпаясь и обнимая мужа. - Какое счастье, что ты уже вернулся... - Простите, что заставил ждать Вас, моя ненаглядная, - Паша поцеловал руку Хюмашах, - я распорядился, и сейчас нам принесут ужин. - Ты знаешь, а я успела ужасно проголодаться, - усмехнулась султанша и вскрикнула от неожиданности, когда Зюльфикар подхватил ее на руки. - Ты чего?! - Отныне я буду всегда носить тебя на руках, свет моей души, - мужчина медленно, но настойчиво поцеловал госпожу.       Их идиллию прервали служанки, вошедшие в покои с подносами с фруктами, шербетом, сладостями и жареными перепелами. Расставив все это на столе, девушки остановились в ожидании новых приказаний. - Вы видели Гюльшен-хатун? - поинтересовалась у прислуги Хюмашах, сейчас ей хотелось лишь наслаждаться обществом мужа, но было одно безотлагательное дело. - Она еще не пришла, Госпожа, - поклонившись, проговорила одна из служанок, а вторая добавила. - Хатун собиралась навестить своих сестер, Султанша. - Можете идти, мы справимся сами, - отпустила рабынь Хюмашах.       Посмотрев на мужа, она заметила, что тот посмеивается. - Ты это чего смеешься? - прищурилась рыжеволосая красавица, пристально посмотрев на Пашу. - Ну, Искандер тоже решил навестить девочек, он к ним здорово привязался, - ухмыльнулся Зюльфикар. - Знаешь, моя драгоценная супруга, по-моему твоя мастерица неравнодушна к нашему Хранителю покоев... - Похоже ты прав, - улыбнулась Хюмашах, Гюльшен ей нравилась. - А что же Искандер? - Ему нравится другая хатун, ее он встретил давно, когда был новобранцем, - не вдаваясь в подробности, рассказал историю любви подопечного. - Судьба их с этой девушкой разлучила, вот только хатун оставила в его сердце глубокую рану. Я был бы рад, если у Гюльшен-хатун получится ту рану исцелить.       Хюмашах задумчиво кивнула, а потом тихо рассмеялась. Поймав удивленный и заинтересованный взгляд мужа, она улыбнулась. - Это так странно, мы обсуждаем сердечные дела Гюльшен и Искандера, - протянула султанша, отпивая глоток из своего бокала. - Дай Аллах, через некоторое время нам придется делать тоже самое для наших детей. - Аминь, - Зюльфикар стал смущенным, ему ужасно хотелось скорее увидеть их с Хюмашах детей. - У нас будет замечательная султанша, которая будет красотой и умом свою матушку. - - И маленький султанзаде, - хитро прищурилась султанша, глядя на мужа. - Только, я надеюсь, он унаследует доброту и смелость Паши. - У нас будет много детей, - мечтательно произнес Зюльфикар, когда Хюмашах удобно устроила голову на его плече. - Только, знаешь, пусть наши дети смогут заключать браки по любви, - тихо проговорила, вздыхая, Хюмашах. - Я не хочу, чтобы наша дочь выходила замуж за какого-нибудь мерзкого пашу. - Не волнуйся, душа моя, они будут самыми счастливыми, - ласково проговорил Зюльфикар, позволяя супруге надежно справиться в его объятиях.       А Хюмашах в это время наслаждалась редкими минутами абсолютного спокойствия и счастья, которые дарил прохладный вечер. Завтра будет новый день с делами и заботами, но это завтра, а пока султанша могла позволить себе сполна расслабиться и побыть рядом с любимым человеком.