Книжная пыль и лютики

Гарри не уверен, что он в порядке. Сегодня в читательском зале засела группа первокурсников, которые готовят какой-то доклад, и одна неаккуратная девочка порезала палец о страницу справочника. Так всегда с этими новыми пособиями, листы у них дорогие, глянцевые, только одно неосторожное движение, и Гарри всего передергивает. Челюсть начинает саднить, острые клыки лезут на такой манящий запах свежей крови. Стайлс никуда себя не деть, он закрывает рот рукой, и его тело начинает легонько потряхивать. Вампир слишком долго терзал себя, он уже больше трёх месяцев не пил человеческой крови. Его единственное здравое желание сейчас – это оказаться дома, открыть холодильник, достать из нижнего отсека необходимый цельный пакетик и осушить его весь, насытив свой внутренний животный инстинкт. Жажда играет с Гарри злую шутку, и воображение рисует за место разорванного пакета истерзанное горло уже бледной, ни в чем неповинной первокурсницы. Это отрезвляет Стайлс, он встает и на подкашивающихся ногах идёт в секцию редких книг на цокольном этаже. Юноша открывает подвал, практически вваливаясь в него. Он обессилено сползает по стенке вниз и делает глубокий вздох. Гарри не позволит себе убить человека. Он сдержит себя, как сдерживал раньше бесчисленное количество раз. Стайлс думает о том, что когда студенты уйдут, он проветрит читательский зал, а в его кабинете в сумке у него есть ампула на именно такой критичный случай с настойкой вербены, если вколоть внутривенно, то она ослабит вампира. Главное, чтобы запаха крови поблизости больше не было, и тогда Гарри справится. Мысли об этом успокаивают, и клыки исчезают.

***

Последние три дня Луи изрядно рассеян, он не припомнит себя в таком подавленном состоянии с класса так третьего, когда не прошел в школьную сборную по футболу младшей лиги. Перед Томлинсон до сих пор отчетливо стоит картина тех дней: Он – маленький плетется домой совершенно разбитый, шмыгает носом и пинает камешек, да и не камешек вовсе, а так, чумазый кусочек льда. Мир вокруг мальчика тогда лишился красок, и со всей злости Луи забросил этот ледок в горячий канализационный люк в другом конце квартала. Разбежался, размахнулся и упал, поскользнувшись на замершей луже. В тот момент ему десятилетнему, лежащему плашмя посередине пустой улицы, по лбу прилетела азбучная истина: «К цели своей нужно идти и бороться за место под солнцем тоже нужно до последнего». Вот Луи сейчас и идёт в библиотеку. «Ну, а что, - думает он, - предлог появиться есть, мне же нужно забрать читательский». Томлинсон немного прихрамывает на левую ногу, неудачно забил сегодня гол на тренировке, упал, причем смачно так, разодрав коленку в кровь, но под скинни не видно. Он не знает, что скажет Гарри, но этот парень должен пойти с ним на свидание. Правда, по мере приближения к библиотеке эта уверенность в Луи поупадает, но он старается держать себя в руках, высоко задирая голову, он Томлинсон или кто, в конце концов. Но это не отменяет факта, что с Гарри необычно, не как с девушками, да и сам библиотекарь весь из себя такой странный, Зейн был прав. Вот только это не делает Гарри для Луи менее притягательным. Он всё такой же манящий, и Луи сравнивает себя с белым мотыльком, летящим на свет лампы, глупое создание обжигается, но возвращается обратно раз за разом. Томлинсон с большим усилием отпирает тяжелую дверь библиотеки и заходит внутрь. Тишина здесь всё такая же нагнетающая, а книги мирно стоят на своих полках. Читательский зал пустой, и пункт выдачи книг скучает без библиотекаря. - Эй! Есть тут кто?! – Вопрошает Луи в пустоту, и его голос эхом разносится по старинным залам библиотеки.

***

Гарри лежит в кресле, голова запрокинута, рукав его вельветовой кофты на правой руке задран, и горлышко стеклянной ампулы грубо впивается в вену, кровь по ободку сосуда уже давно запеклась. Едва знакомый отдалённый голос возвращает Стайлса в этот мир. Он медленно встает, вытирает дорожки горячих слёз, покалывающие лицо, его ресницы слиплись. Вампир наспех приводит себя в порядок, выкидывает ампулу в мусорку и идёт навстречу посетителю. Возле его рабочего места стоит растерянный парень, тот самый неловкий Луи. Гарри косится на календарик на своём столе, прошло уже три дня, значит, он пришел за своим читательским. - Привет, - лучезарно улыбается Томлинсон, но его взгляд начинает судорожно бегать с распущенных волос библиотекаря, которые выглядят такими мягкими, на его опухшие глаза, и в груди вдруг неприятно саднит. - Привет, – глухо вторит библиотекарь, он торопливо подходит к столу и достает из картотеки новенький читательский билет, - это твоё. Луи осторожно берет его, замечая, что руки Стайлса дрожат. Он делает шаг ему на встречу: - С тобой всё в порядке? - Насторожено спрашивает Томлинсон, кладя свою ладонь на плечо библиотекаря. Гарри зажимает рот рукой и отрицательно мотает головой: - У тебя кровь?! – Беспричинно, как кажется Луи, начинает паниковать Стайлс. Горе-футболист смотрит вниз на своё колено, но проступающей крови на джинсовой ткани не наблюдает, рана же уже давно подсохла. Он бегло осматривает свои вещи, может быть, по неаккуратности испачкался и не заметил этого. - Где? – Наконец интересуется Томлинсон. - Коленка, - Гарри уже по знакомой Луи траектории отступает назад, поэтому он следует за ним. - Да, это я на тренировке упал неудачно, а откуда ты знаешь? – Удивляется парень. Но ответа не следует, библиотекарь вдруг закатывает глаза и теряет сознание уже в руках Луи, который в последний момент успевает поймать обмякшее его тело. Недоумевающий Томлинсон в панике, но он, как можно аккуратнее, медленно опускается с отключившимся юношей на пол, садясь на колени перед ним. Луи пытается привести его в чувства, бьет по щекам, зовет хоть кого-нибудь на помощь, но библиотека словно вымерла. Судорожно оглядываясь вокруг, парень замечает в другом конце помещения в углу кулер с водой. Луи кладет под голову Гарри свой рюкзак и спешит туда. Одноразовые стаканчики рассыпаются в его трясущихся руках, кнопка выдачи воды не вовремя заедает, отчего жидкость течет слишком медленно, как кажется Томлинсон. Он психует, бьёт по кулеру кулаком и совершенно не замечает, что Гарри за его спиной пришел в чувства, ну или почти Гарри. Вампир пробуждается, он встает сразу в полный рост. Его глаза наливаются алым и нездорово блестят. Оскалившись, вампир проводит языком по выросшим клыкам, проверяя их остроту. Для него человек в углу покрыт елейной пеленой крови с приятным солоноватым привкусом, он громко тянет носом этот запах, и Луи вздрагивает. Сущности Гарри всё равно, сейчас она не подвластна его разуму и готова выпить из этого человека буквально всю жизнь.

***

Пять дней спустя... Плюс того, что Зейн живет в отдельно – это то, что у него можно закатывать бомбезные вечеринки. Вообще изначально это планировалось как пре-пати футболистов, но потом некоторые игроки привели девочек, те позвонили своим подружкам, а те ещё друзьям. Как итог – второй час ночи, двери маликовской квартиры гостеприимно раскрыты для каждого желающего, внутри неоновый свет дискотек и биты музыки, заставляющие сердца пульсировать в такт. У Луи на коленях сидит девушка, у неё длинные каштановые волосы, которые вкусно пахнут. На новой песне, она встает, чтобы потанцевать со своими такими же разгоряченными подружками. Звонкий смех, крики «на ушко», в углу извергает дурманящие дымы кальян, возле него в кругу сидят по-турецки четверокурсники, расслабленно бдя за происходящим. В сладкой полутьме Луи нехорошо, он расстёгивает верхние пуговицы своей клетчатой рубашки. В красных пластмассовых стаканчиках явно было что-то запрещенное. Томлинсон проверяет банки с пивом на журнальном столике рядом с ним, но все они пусты. Вздыхая, он пинает Найла под бок, прерывая его очень важный разговор и сообщает, что уходит на кухню за добавкой. Хоран кивает и просит принести ему ещё Бада. Пробираясь сквозь тела людей, Луи буквально вываливается в коридор, в котором обстановка не лучше, но хоть музыка не такая громкая, поэтому здесь либо болтают, либо целуются. Парень уже заворачивает на кухню, когда дверь уборной открывается прямо перед его лицом, больно ударяя по лбу. - Ауч! – Луи хватается за лоб, приседая на корточки, и зло зыркает на обидчика. Из-за двери сначала показывается кудрявая макушка, а потом парень узнает до боли знакомые малахитовые глаза. - Упс, - выдает Гарри, - извини. Он наклоняется над пострадавшим. - Хааай, - нервно улыбается Луи и не узнает свой скрипящий голос, когда обнаруживает библиотекаря в доступной близости от себя. - Ты в порядке? Сильно больно? – Стайлс помогает парню встать. Он взволнованно обхватывает его предплечье, и Томлинсон с удивлением обнаруживает, что у Гарри довольно холодные руки, в окружающей их жаркой атмосфере это даже приятно. - Немного, - соглашается Луи. - Нужно приложить тебе что-нибудь холодное. - В холодильнике есть лёд для напитков, - вспоминает Томлинсон, всё еще не особо осознавая ситуацию, и Гарри, продолжая приобнимать его, ведет на кухню. А Луи только и хлопает глазами, не в силах оторвать взгляда от юноши. Для человека одевающегося довольно странно, Гарри этой ночью максимально прост в темной футболке с принтом группы AC/DC и черных джинсах в облипку, рваных на коленях, не изменяет он разве что только своим остроносым лоферам. Его непослушные волосы забраны в пучок, и Луи с улыбкой замечает, что с правого бока ещё и заплетена косичка. - Кто делает тебе такие прически? – Спрашивает Томлинсон, когда они заходят на кухню и включают свет. – Твоя девушка? Гарри усмехается, закрывая за собой дверь, тем самым ограждая это пространство от постороннего шума и музыки: - Я сам, у меня нет девушки, - он достает из морозилки пару кубиков льда, ловко и быстро заворачивает их в полотенце. Стайлс помогает Луи приложить этот охлаждающий компресс к месту ушиба, убирая со лба футболиста прилипшую взмокшую челку. - Тогда парень? - Не унимается Томлинсон и смешно морщит курносый носик. Гарри лукаво улыбается: - К чему такие вопросы? - Просто не ожидал увидеть тебя здесь, ты оказывается отвязный библиотекарь, - усмехается Луи. Возможно, где-то далеко мозгами он понимает, что сейчас очень явно заигрывает, но блять он слишком пьян, и какого черта? Ведь такого удачного второго шанса может не быть. - Нет, просто так сложились обстоятельства, - бледная кожа на скулах и щеках Гарри покрывается румянцем, и Луи именно в этот момент решает идти до конца победного, конечно же. - Кстати, представляешь, я совсем не помню, забирал ли читательский билет у тебя, - вдруг осознает Луи, он встает со стула и убирает компресс с лица, выкидывая его в раковину, а потом оказывается напротив Стайлс. Библиотекарь нервно передергивает плечами. - Вроде нет? – Отвечает он, исподлобья смотря на парня. - «Вроде нет?» - Весело передразнивает Луи, пододвигаясь ближе. – Я всё же думаю, что запомнил бы каждую, даже самую мимолетную, встречу с таким привлекательным парнем. Гарри краснеет ещё больше, но в этот раз не отступает, а Томлинсон накрывает его холодную ладонь своей теплой. - Ты замерз? – Вкрадчиво спрашивает он, и Стайлс отрицательно мотает головой. Свободной рукой Луи вдруг проводит по шее парня, аккуратно перемещаясь на его щеку, нежно большим пальцем оглаживая её. - Можно я…? – Хриплым голосом тихо спрашивает Луи. - Да, - также шепчет Гарри в ответ, закрывая глаза. Он наклоняется к нему, а Томлинсон встает на носочки и уже без стеснения целует вампира.