Тернии

Этот псих вскоре покинул особняк безликих. Странно что Слендер не нанёс ему никаких увечий и даже пригласил с ним позавтракать. Взглянув на своё отражение в зеркале, задумалась об этом, прокручивая ужасные кадры с этим маньяком у себя в голосе. В любом случае, это очень неприятный тип и видеть мне его более не хотелось. Вчера Слендер вновь повторил, что очень не любит, когда кто-то трогает его вещи и следом «посмотрел» на меня. Что же, теперь я, оказывается, не просто та, которая должна ему помочь в одном деле, а его собственность и вещь. Встав под прохладные струи воды в душе, старалась забыть недавнее происшествие в особняке. Не знаю причину, но я считала воду в такие моменты целебной отрадой. Она будто бы уносила с собой всю боль, обиды и неприятные чувства, наполняя душу и тело лёгкостью. Надев белый махровый халат, вышла из ванной и направилась в свою комнату. Открыв дверь, я не сразу осмотрелась, да и не зачем, ведь это пока моя комната. Я собиралась уже снять халат и переодеться, когда заметила мирно проводящего время на диване Слендера. Мог бы хотя бы поздороваться, ну хоть что-нибудь сказать. Интересно, он так бы и сидел молча, если бы я начала переодеваться прямо при нём? Лицо залилось краской, и я тут же завязала поясок на халате, который был развязан буквально четверть секунды назад. — Здравствуйте, Вы не предупредили, что хотели видеть меня, — выдавила я из своего горла, не отводя взгляда от безликого монстра. — Да, не предупредил, но это мой дом, а значит, я могу ходить и сидеть, где захочу. А ещё я сам решаю, когда мне следует тебя увидеть, а когда нет, — как ни в чём не бывало ответил тощий, а в его последних словах прозвучало безразличие. — Э, да, Вы несомненно правы, — с кривой улыбкой протянула я и, взяв расчёску в руки, принялась расчёсывать ещё влажные волосы. Они немного путались, из-за чего мне приходилось немного прилагать усилия. — Знаешь, чем мне так нравятся женские особи человека? — ни с того ни с сего подал голос монстр, ожидая моей реакции. — Нет, — шепнула еле слышно в ответ, продолжая водить расчёской по волосам. — Они более сильные, живучие. Их тяга к жизни просто невероятна, что даже сломанная рука становится для них всего лишь пустяком, — Слендер встал со своего места и поправил галстук, — а ещё они так склонны к эмпатии и жертве ради своего потомства, — продолжал свой рассказ безликий, подойдя ко мне со спины и положил руки на мои плечи. Я лишь вздрогнула, но не посмела даже двинуться, ведь любая мелочь могла только разозлить безликого в костюме. Холодные руки тут же охладили мои плечи, а длинные пальцы чуть сжали их. — Я не понимаю, к чему Вы говорите это, — на одном дыхании быстро сказала я и чуть повернула голову с целью рассмотреть монстра. — Не более чем просто информация. Я точно знаю, что людей до мозга и костей интересует неизведанное, а я ведь для тебя как раз это самое неизведанное и сокрытое, — говорил спокойно палочник. Отчего-то от этого спокойствия повеяло ещё более жутким ощущением беспомощности. Заведя мои волосы за ухо, монстр переложил пальцы правой руки на шею. Моё тело в ответ начало открыто дрожать, а на прикосновение я нервно вздохнула. — Бояться — это очень хорошо, — констатировал Слендер и довольно хмыкнул. — Что же тебя так пугает? — тощий наконец-то убрал руки с моего плеча и шеи и сделал шаг назад. — Я не могу выделить что-то конкретное, — протараторила я дрожащим голосом, пытаясь скорее привести своё состояние в порядок и не подавать открытой боязни. — Но меня не пугает ваш внешний вид, по крайней мере, сейчас, — всё же ответила я, наблюдая за замешательством монстра. Ведь он свято верил, что выглядит зловеще и нагоняет страх этим. Для меня было большой неожиданностью почувствовать на себе, что безликий поменялся в своём настроении. Кажется, он был рад? Когда палочник испытывает злость или же равнодушие, то и воздух будто становится в его компании тяжёлым и невыносимым. Тебе постоянно желается зажаться где-нибудь подальше, а сейчас мне хотелось лишь расслабиться. — А вообще, я здесь ради одного дела, — перевёл тему палочник, начав шарить во внутреннем кармане пиджака. Наконец достав оттуда что-то круглое, сунул мне в руки. Это был какой-то амулет бронзового цвета, в центре которого находился красный камень. Не прошло и секунды, как этот алый самоцвет загорелся, освещая какие-то выгравированные символы на металлическом основании. Вопросительно посмотрев на палочника, я тут же ощутила некую слабость в теле и сонливость. Я чуть качнулась, но всё же осталась на ногах, так как сам Слендер не дал мне упасть, придержав за предплечье. — Это то, ради чего ты мне нужна. Возможно, ты стала ощущать чьё-то незримое присутствие рядом с собой совсем недавно? Мои глаза расширись от удивления, ведь он говорил чистейшую правду. Это нечто даже пыталось говорить со мной совсем недавно, а про чувство, что за тобой наблюдают, и вспоминать не хотелось. — Вы можете мне объяснить и рассказать, что со мной? — прошептала я, продолжая смотреть на амулет. Так я и узнал, что моя душа была связана ещё с кем-то с самого моего рождения. Это существо чаще старалось меня защитить, когда мне угрожала серьёзная опасность. Так вот что тогда швырнуло безликого в костюме в лесу. С каждым днём, проведённым в демоническом мире, этот дух укрепляет нашу с ним связь и уже мог воздействовать на окружающие предметы. И, как оказалось, слияние двух душ очень ценится в демоническом мире, любой богатый монстр хотел бы иметь такую редкость.

***

— Это сущее… точнее, дух был человеком? — задавала я терзающие меня вопросы Слендеру. — Да, — сухо ответил мне в ответ монстр, сидя за рабочим столом в библиотеке. — Сегодня в полночь нам нужно быть на «Тёмном болоте». — Что? Серьёзно? — отозвался где-то в глубине стеллажей Оффендер. — Я не собираюсь быть сожранным болотными духами, — продолжил возмущаться маньяк, выйдя из-за шкафа с книгами. — Я знал, что ты так скажешь, поэтому подготовился. Вот скажи, чего бы ты хотел взамен на свою помощь? Оффендер сразу же замолчал и задумался. Буквально через секунду на его «лице» появилась пошлая улыбка. — Слендер, дорогой брат, с тобой приятно иметь дело, — уже начал радоваться безликий в шляпе, потирая свои ручонки. Ужас леса, видимо, прочитал мысли своего братца и лишь тяжело вздохнул. — Ладно, ты меня уговорил, — даже без лишних упрёков согласился монстр. — Но ты не пойдёшь со мной, ты будешь присматривать за Эмили. — Так значит ты правда собрался выступить против него в одиночку? — Мы уже договорились. Я не хочу подвергать опасности тебя, а тем более Эмили, — строго пробасил тощий в ответ, вставая с места. — поэтому я прошу твоей помощи, — продолжил говорить он, подойдя к безликому маньяку. Оффендер понимал, на что идёт его брат и он сам, поэтому не стал спорить или же осуждать его действия. Он лишь «взглянул» на меня и слегка улыбнулся. *** Мы шли через тёмный сосновый лес. Аромат хвои нежно обволакивал и впитывался в волосы и одежду, а хруст веток под тяжёлой ногой Оффендера иногда пугал и заставлял ёжиться. Вскоре в нос ударил отвратительный запах болота и затхлости. Здесь всё отличалось от леса Слендера, даже сама энергия. Вскоре под ногами начала хлюпать неприятная грязь, а вдалеке показалось дерево с толстым и необычным стволом. Будто бы два больших дерева переплелись когда-то воедино, оставляя между ними что-то вроде арки. Фонарь, что всё время нёс любитель роз, оказался на земле, а Слендер остановился около него, «вглядываясь» в желтоватый свет. Я тоже решила подойти к единственному источнику света и перевела взгляд на старшего безликого. Он был обеспокоен, но, похоже, его больше гнобило чувство скорого предательства отца, ведь тот явно даст достойный отпор своему непокорному сыну. Как же он будет разочарован в единственном достойном наследнике. Кабадатх лицезрел в своём старшем сыне отличного продолжателя его дела, ведь он напоминал ему себя в юном возрасте. — Когда амулет придёт в действие, то ты будешь без сознания, — прервал тишину старший безликий, собираясь уже отдать мне этот самый амулет, но остановился. — Обещайте, что вы вернётесь живым и невредимым, — прошептала я, буквально перебивая монстра и выхватила из его рук талисман. Безликий сначала опешил, но потом тяжело вздохнул. Кажется, и сам палочник не чувствовал уверенности в своём плане и действиях. — Обещаю. Иначе кто же будет убивать вас, наивных и жалких людишек? — надменно сказал Слендер, я лишь улыбнулась в ответ, чувствуя, как силы покидают моё тело. Амулет ярко засветился, а вокруг него образовалось некое завихрение, которое начало высасывать прозрачную материю из моей груди. Закрыв глаза, начала падать, но Оффендер поймал моё тело. Талисман без чьей-либо помощи висел в воздухе, ярко горя и разгоняя застоявшийся воздух. — Ну что же, удачи, лысый болван, — с усмешкой пропел Оффендер вслед Слендеру, который двинулся за амулетом. Встав в арку между двумя переплетёнными деревьями, талисман открыл портал красного цвета. Слендер ещё раз «посмотрел» на нас с Оффендером и вошёл в открытое «окно», исчезнув там.

***

По ту сторону портала были земли ещё одного безликого, который был ранее человеком, но это уже совсем другая история. Все существующие безликие знают прошлое Кабадатха, но молчали, дабы не разгневать столь могущественного монстра. Отец всегда внушал ужас в тёмные сердца ещё совсем юных безликих своими жестокими наказаниями за малейшие провинности. Однажды он заставил маленького Слендера убить девочку и отведать её сердце. Тернии заполонили весь лес его отца, удушая деревья и другие растения. Даже калитка поросла этим колючим растением и фонтан внутри двора. Безликий точно знал, что Кабадатх давно ощущает его и ждёт, ведь после ссоры тот пригрозил сыну смертью. Тощий остановился около огромной надгробной плиты и прикоснулся к ней рукой, отодвигая сухие колючки. Неужели он так её ненавидел? — Что-то ты совсем запустил свои владения, отец. Слендер медленно повернулся и «взглянул» на того, кого так искал. Кабадатх ничуть не изменился, вот только палочник больше не чувствовал того страха, который сковывал его тело при виде разъярённого отца. — Твоя мать не заслужила почестей, — леденяще произнёс монстр с косой. — Как жаль, что ты так подвёл меня, дорогой сын. Ну что же, надеюсь, ты не против разделить одну могилу с твоей любимой матерью? Похоже, Кабадатх давно знал о планах Слендера и просто ждал его здесь с намерением закончить это раз и навсегда. Аура отца будто бы обожгла кожу Слендера, проникая внутрь чёрного сердца. Резкий взмах косой — и боль пронзила руку тощего, заставив того зарычать и отдалиться от отца при помощи векторов. Кабадатх просто отсёк правую руку безликого без особой напряги, и из раны заструилась чёрная холодная кровь. Но буквально через несколько мгновений из раны выросли несколько векторов, которые сплелись, восстанавливая кости, мышцы, сухожилия и кожу. Позже от раны ничего не осталось, напоминанием о ней служили лишь порванный рукав костюма и следы крови. — Наша мать была той, кто спас твою шкуру от Сектантов, — прорычал Слендер, выпуская векторы из своей спины. — Что же я лицезрею? Мой сын нагло оголил против меня свои векторы. Это вся твоя благодарность, щенок? — злобно обратился отец к своему сыну, сделав шаг. Из земли тут же появилось множество теневых векторов, которые сейчас же атаковали палочника. Но тот не более чем увернулся, уничтожая на пути «оружие» отца. Как говорилось ранее, Кабадатх не всегда являлся безликим, поэтому не способен отращивать из своей плоти векторы. — Увы, но ты проиграл, здесь тебе не удастся использовать телепортацию, — довольно пробормотал Кабадатх, отзывая векторы. — Тогда что ты сделаешь против этого? — холодно ответил ужас леса, выставляя руку с амулет. — Неужели мой щенок смог чего-то добиться в этой жизни сам? Как я горжусь тобой, — радостно промолвил безликий с косой, а красный свет заполонил всё вокруг.

***

      Нахмурив брови, я вздрогнула, а Оффендер чуть не построил из-за этого кирпичный завод. Любитель роз был всё время со мной, охраняя моё тело, но он ощущал приближение чего-то могущественного и сильного. Это место не простое болото, это место скопления гиблых душ, а где есть гиблые души, там есть и те, кто не прочь ими поживиться. Взяв моё тело на руки, маньяк направился ближе к дереву, куда ушёл Слендер. Усадив меня под этим деревом, Оффендер достал из сумки бутерброд и принялся его есть. Ну да, действительно, отличное место для пикника. Но не успел наш дорогой безликий доесть своё кушанье, как чьи-то руки вцепились в его шею со спины.

***

Безликий в костюме прижимал рукой глубокую рану в груди и тяжело дышал. Этот бой был тяжелым, но победа была на стороне Слендера. Бездыханное тело Кабадатха лежало в нескольких метрах от палочника. — Спасибо, Эмили и … , — прошептал тощий, сжимая в руке артефакт, который совсем недавно был забран у отца.