Звон ветра

«Кто ж знал». Харуно Сакура храпела. Храпела громко и качественно, если так, конечно, можно выразиться. Ну а что ей ещё оставалось? Тем более, в квартире Анико она была одна, правда, через пару минут, когда Харуно проснется, она будет очень недовольна. Нет, с головой и в плане «сушняка» у неё всё будет в порядке, как ни странно. Все признаки «бухаловки» выразятся чуть позже и то не в таких ужасных размерах, но сейчас не об этом. Сакура будет зла, как взбесившийся от геморроя гиппопотам, ведь она будет в квартире одна. Одна! Вчера они грешили втроём, а на утро она просыпается одна! Но это ещё не самое страшное, ведь ничего не может быть страшнее, чем потеря памяти, а куноичи именно этим и обладала в данный момент, то есть, она много чего не помнила со вчерашнего вечера. Нет, как они начали распивать эту проклятую бутылку, она помнит. Они стали играть в какую-то игру, потом Харуно много чего рассказала того, чего она без алкоголя в крови никогда не сказала бы. Тут Сакура улыбнулась – память по - тихоньку начинала врываться в её сознание. Она вспомнила выражение Наруто, когда Харуно рассказала ему о поцелуе с неким Рукийо, который был, действительно, «неким». Какой-то шинобишка из другой деревни, пришёл на ежегодный праздник Конохи и в наглую прилипал к Сакуре. Ну, собственно, почему бы и нет? «Ух, ну у него и лицо было,- размышляла куноичи, улыбаясь и пробираясь в ванную комнату,- точно приревновал». - Анико-о-о! Наруто! – раздался хриплый крик куноичи, но никто не отозвался. Никто не отозвался и не через 30 секунд, не через минуту, не через две. Да, Сакура точно была одна. Она немного выругалась, и, про себя, дала рекомендации, куда Анико и Наруто следует провалиться на данный момент. Но всё было не так плохо. Квартира была убрана – а это огромный плюс. Харуно сейчас ни за что не смогла бы убрать за собой следы «раннего хулиганства». Умывшись холодной водой и взяв в руки яблочко, куноичи вышла на балкон. Холодный ветерок поприветствовал девушку, потрепав по её коротким, розовым волосам. Но у Сакуры вместо облегченной улыбки, которой от неё ждал ветер, только и появилось ощущение во что-либо укутаться. На улице было холодно и это свидетельствовало о двух вещах: о скором приближении осени и о том, что сейчас – ранее утро. Об осени девушка подумает потом. Не сейчас, так точно. В данный момент надо подумать, что делать дальше, то есть, узнать, куда подевались эти двое? Ну, ладно, решили уединиться, но Сакуре сейчас так и сидеть здесь и охранять квартиру до тех пор, пока никто не придёт? Тем более, Харуно только сейчас вспомнила, что её мама не знает о ночных, да ещё о пьяных, похождениях дочери. Ладно, с этим она быстро разберется. С тех пор, как куноичи стала тренироваться под руководством Цунаде, ей не раз приходилось подрабатывать, а точнее, улучшать, свои медицинские навыки, так что, можно сказать маме, что она в очередной раз помогала Хокаге в больнице. - Так, одна проблема устранена, а что делать с квартирой? - еле слышно бормотала куноичи. И вправду. Просто так она оставить не могла, поэтому девушка быстро спустилась вниз, нашла сонного господина Тошиби, выпросила у него запасной ключ от квартиры Арука и, наконец, закрыв её, направилась к себе домой, надеясь, что мама ещё спит. Ну, что ж, надежда, как говорится, умирает последней. *** После того как Анико спела песню на душе стало капельку спокойнее. На малую долю секунды, ей показалось, что мама здесь, где-то недалеко. Может именно поэтому, девушка тут же захотелось уйти из дома, что она в принципе, и сделала. «Черт, письма!»- пронеслось у Анико в голове, прежде чем она себя шлёпнула по лбу. Показывая своим стенам, что она лоханулась. Да, да, она хотела оставить письма для Сакуры и Наруто, с объяснением, почему она их покидает. Так же, Арука очень желала рассказать куноичи, что они с Узумаки просто играются, но… Девушка не была уверена, что старейшины вот прямо сейчас появятся перед ней, и они все вместе, дружно, под ручку отправятся в Храм страны Огня. А это означало, что ребята, обо всем узнав, её просто никуда не пустят. Наруто будет надувать щеки и говорить, что из-за неё он пропустил экзамен на чуунина, а она теперь собирается уходить. А вот Сакура будет хрустеть кулаками и пытаться узнавать, что же это за «игра» была между ней и Наруто. Девушка вздохнула. И в этой деревне она уже успела дров наломать. Но всё же, думая обо всём этом, ей, почему-то, очень хотелось смеяться. Значит, письма… Нет, теперь это было отменено. И девушке больше ничего в голову не пришло, как разбудить Наруто. Но и этого она сделать не смогла. Он каким-то интересным образом спал около Сакуры, и если бы он сейчас встал, розоволосая девушка точно упала бы. Поэтому, Арука, недолго думая, накалякала на бумажке, что-то типа: «Я скоро буду» и быстро собравшись покинула квартиру. Она рассчитывала, что ребята будут спать ещё часов пять, как минимум, но Анико ошибалась. Сразу после её ухода, минут через двадцать, проснётся Узумаки, увидит записку «Я скоро буду», и решит, что лучше пусть девушки между собой пообщаются, а ему срочно нужно освежиться от всех вчерашних происшествий, ну а Сакура проснется минут через десять, после того, как уйдёт парень. Вернёмся к Анико. Первым делом, она решила предупредить Хокаге о том, что она сегодня уходит, хотя, Цунаде-сама и так должна была знать это - старейшины поддерживали с ней связь. «Значит,- думала девушка,- значит надо отправиться к Какаши!» Арука ничего не останавливало, даже такое ранее время, хотя, как ни странно, Хатаке не спал, а читал какую-то оранжевую книжку, когда девушка вошла в палату. - Ой, ты бы хоть постучалась, - проговорил джоунин, пряча книгу под подушку. - Что-то ты рановато, тебе не кажется? - Э? Я думала, ты всегда рад меня видеть, - насупившись и скрестив руки, пробормотала девушка. Какаши улыбнулся, оглядел девушку своим зорким взглядом, и пригласил её присесть к нему на кушетку. - Знаешь, а мне казалось, что ты снимешь эту маску, - присев на кровать, тихо, легко улыбаясь, проговорила девушка. - Хм? - Ну, я помню, ещё тогда, когда мама была жива, да и… папа, соответственно – ты же к нам часто приходил, верно? - Да, было такое, - пытаясь предугадать следующее предложение Анико, пробормотал Какаши. - Помню, я тогда у тебя спрашивала, зачем тебе эта маска, а ты мне отвечал… - … что под ней я прячу поцелуй для своей возлюбленной… - почесав затылок, сказал Какаши. - Да, да… хватило у меня фантазии. - Ну, а что? – взяв яблоко - из корзины явно предназначенной для мужчины - и смачно откусив его, промолвила девушка. - Я тогда даже хотела себе такую же маску отыскать, чтобы хранить первый поцелуй для своего возлюбленного. - Хе, - усмехнулся Какаши, - но твой первый поцелуй уже ушел, верно? - Э? Ты что имеешь в виду? Ты про Узумаки что – ли? Знай, я помогаю ему в улучшении отношений с Сакурой, – Арука говорила почти без передышки. - С помощью ревности мы почти добились нужного результата, между прочим. Я думала, что Джирайа уже всё рассказал тебе. - Господи, а привычка много тараторить у тебя так и не пропала, – вздохнул мужчина. - Я даже не успел задать вопрос, а ты мне уже всё рассказала. - Ну, что поделать, такова моя натура, - громко откусив яблоко и, явно восхищаясь собой, проговорила девушка. Хатаке всё ещё пристально смотрел на Арука и всё – таки решился задать ещё один вопрос. - Ну, и, как саке? Анико тут же прекратила громко жевать и с непониманием на своем лице уставилась на джоунина. - Саке. - Какое саке? – будто одно слово протараторила Арука. - Водка рисовая - как она? – не сдаваясь, пробормотал Какаши. - А-откуда мне знать? – Анико прекрасно удавалось делать вид, что они почти не понимает, о чем джоунин говорит. - Мне до совершеннолетия ещё охохо… Давай лучше… - Я повторюсь твоими же словами, сейчас, как же ты говорила… - Хатаке сделал вид, будто задумался. - Ах, да, «я думаю, что Джирайа-сенсей тебе уже всё рассказал», - не смотря на то, что половину лица мужчины закрывала маска, весь его вид свидетельствовал о том, что он доволен. Доволен этим разговором, доволен этим следствием, всем доволен. Прошла минута, прежде чем Анико раз шесть пыталась, что-то объяснить, но каждый раз это заканчивалось каким-либо непродолжительным звуком. - Нормально, - сухо проговорила девушка, наконец. - Нормально? А чувствуешь ты себя как? – ещё с большим интересом спрашивал Хатаке, но благодаря его спокойному тону и выражению лицо, Арука понимала, что он не злится. - А с чего это мне чувствовать себя плохо? Это Сакура все выпила, хотя больше всех протестовала, - вспоминая розоволосую куноичи, говорила Анико, однако подставу со своей стороны она совсем не хотела вспоминать. - Ладно, ладно. Я все равно не собирался тебя руг… - А жаль. Джоунин ещё пару секунд пытался понять не только смысл фразы но и выражение лица этой юной наследницы. Ну, что за характер у неё? - В смысле? Тебе же 16 лет, я думаю, ты должна мне говорить: «Какаши, да мне уже 16, я – уже взрослая, не лезь в мою жизнь!» - иронически обратился Хатаке к девушке, но не заметил на ней даже проблеска улыбки. - А мне хочется тебе сказать: «Ругай меня, Какаши, ругай. Мне так этого не хватает. Заботься обо мне, пожалуйста». Вот, что мне хочется тебе сказать. - сухо пробормотала Арука. - Ну ты же знаешь, что я всегда… - А почему ты тогда не приходил ко мне, а? – громко задав вопрос, Анико стукнула правым кулаком по перине. И, видимо, так как особо никакого звука не было, это взбесило девушку еще больше. - Какого хрена ты не навещал меня?! У, в палате становилось жарко, и отопление здесь было не причем. Задумайтесь, какое к черту отопление в конце лета? Хатаке немного привстал с кровати и попытался спокойно попросить девушку «быть спокойнее». И у него это не вышло. - Ты что, забыл, где я живу?! Или думал, что после исчезновения мамы – мне легче стало? О, меня никто не ругает, о-о-о, как здорово! Да? О! Подожди, а, когда папа сделал самоубийство, ты решил, что я вообще стала самым счастливым ребёнком на свете?! – голос Анико всё повышался и повышался, но она никак не могла себя остановить. - Хотя, не-е-ет! Какой же из меня ребенок? На тот момент я была круглой, брошенной сиротой! - Анико, замолчи! – грозно произнёс Хатаке и злобно уставился на девушку. - Хватит! - А что ты предлагаешь мне делать? – вытирая слёзы, пробормотала девушка. - Я, между прочим, рада, что всё это высказала тебе. Хотя я надеялась, что тебе хоть как-то будет неловко. - Мне… очень нел… - не договорив фразу, Какаши вздохнул, и взглянул Арука прямо в глаза. - Послушай, я не собираюсь оправдываться. Я знаю, знаю, что неправильно поступил, но времени назад не вернёшь, главное, что мы сейчас, здесь с тобой, вот и всё. - Вот и всё? – Арука развела руки в стороны. - Ты даже извиниться не хочешь? - Дело не в извинении, а в том, осознаю я свою вину, или нет, - говоря спокойным тоном, продолжал джоунин. - Но, обычно, у людей, осознавших свою вину, возникает естественное желание попросить прощение, - проговорила девушка, большими глазами смотря на Какаши. - Я не такой. - А, ну, да, - всплеснув руками, иронически заговорила Анико, - ты же уже в 13 или 14 лет стал джоунином – да. Ты особенный. Куда уж нам до тебя. - Анико, прекрати. Я пытаюсь разговаривать с тобой, как с взрослым человеком, а ты только и пытаешься показать, насколько тебе тяжело жилось, и, как ты хочешь, чтобы тебя все пожалели, - отвернувшись и устремив свой взгляд в окно, Какаши все-таки выдал эту фразу. Почему он отвернулся? Внутри, он понимал, что сказал, что-то грубое. По крайней мере для такой эмоциональной девушки, как Анико. Это девушке, в свою очередь, с трудом удавалось сдерживать поток яростных мыслей. - Чтобы меня все пожалели? Да нахрена мне ваша жалость? Хатаке сделал глубокий вдох, а за ним последовал тяжелый выдох. - Господи, то есть, мне надо было, как ты, да? Купить маску, заявить всем, что я ненавижу своего отца, за то, что он сделал с собой, и, возможно, мать тоже возненавидеть? Ну, и, ходить, задрав высоко голову, достигнуть звания джоунина, и никогда не перед кем не извиняться? - Анико… - закрыв глаза от нахлынувших чувств, пробормотал Хатаке. - Ты… - Какаши, я вхожу! – внезапно, раздался голос Цунаде. - Ну, как дела? Ой, Анико, а чего это ты здесь? Я имею в виду, тебе же надо собираться. - Собираться? – оживился Какаши. - Куда собираться? Анико? - Я ухожу в Храм страны огня. Чтобы ты знал, я туда каждый год ходила с тех пор, как мои родители умерли, - тихим голосом проговорила девушка, и её взгляд пал на Хокаге. - Я хотела вам сказать, что я там останусь, скорее всего… Нет, точно останусь. - Мх, хорошо, а Наруто ты сказала об этом? – проверяя давление Хатаке, спросила Цунаде. - Нет, но я скажу, не бойтесь. - Мне-то чего бояться, Арука? Это ты должна бояться его реакции. - Реакции? - Ты думаешь, они тебя так легко отпустит? - женщина покачала головой. – Узумаки быстро привязывается к людям. Арука демонстративно закатила глаза. - Мы с Наруто просто… - Кем бы вы с Наруто не были, - перебила девушку Хокаге,- вы уже достаточно сблизились для того, чтобы жалеть о том, что вы расстанетесь. Анико не знала, что и ответить, поэтому она молча кивнула, якобы соглашаясь, и направилась к выходу. - Какаши, извини меня за то, что я наговорила тебе, - стоя спиной к шиноби, проговорила девушка. Цунаде тайком направила свои карие глаза на девушку, а Какаши, пользуясь моментом, немного пристал с кровати от удивления. Ну, и любопытства, конечно же. - … но, я не хочу быть такой как ты. Пусть я останусь генином навсегда, хоть и «левым» генином, но я никогда не отрекусь от родителей. Я найду маму, вот увидишь, - последняя фраза была сказана с улыбкой, и на это у Анико хватило сил повернуться к Какаши лицом, после чего, девушка вышла. - Господи, - улыбнулась Цунаде и положила джоунина на место, после чего Какаши издал болевой выдох,- как же она похожа … - На Наруто… – еле слышно буркнул Хатаке. - На Наруто, Сакуру, Джирайу… Шикамару… Ли… Гая… на тебя… меня… она похожа на шиноби скрытого листа, - тихо пробормотала Хокаге и посмотрела в окно. - Звучит слишком патриотично, - скептически пробормотал Какаши. - О, мы сегодня не в духе? Уникальный случай. Может, хотя бы теперь, ты задумаешься о том, что ты ей наговорил, - что-то записав в тетрадку, Хокаге кивнула вошедшей медсестричке, и поспешила удалиться, но напоследок повернулась к джоунину. - И тебе стоило бы извиниться, Хатаке. А нашей Хокаге стоило бы перестать подслушивать, не находите? *** - Мам, ещё раз говорю, я помогала Цунаде-сама, – в который раз повторяла девушка. – Ну, правда! - А почему ты так поздно, - женщина ещё раз взглянула на часы, - то есть, рано пришла тогда? - Ма-а-ам, - усталым тоном, словно в 10-ый раз объясняет задачку, говорила Сакура, - пациент – был – в- тяжелом- состоянии. А теперь, можно я пойду спать? Мать ничего не ответила, но своим грозным и недоверчивым взглядом девушку проводила. Когда та, почти скрылась за лестницей, женщина не выдержала. - Ты была с Наруто. Вообще-то, я видела. - Ну, да… Мы с ним в одной команде, хоть и… Саске-куна нет. - Прекрати мне «саскекунничать»! – отставив в сторону чай, взбесилась женщина. - Мы, кажется, обсуждали это. - Да, мам, - Харуно на секунду закрыла глаза. - Мы с Наруто в одной команде, поэтому ты нас вместе и видела, - устало бормотала Сакура, - я могу идти? - Когда ты обратишь на него внимание? Куноичи всё – таки надеялась, что ей это послышалось. «Чего?» - Когда ты обратишь на него внимание? Хм? - Да слышала я вопрос, - взбесилась Харуно, - меня его суть поражает! Мы с Наруто друзья - и всё! Тем более у него есть Анико. - О, - улыбнулась мама на словосочетание «тем более», - понятно. Харуно от напряжения аж рукой по лицу провела. - Что «понятно»? - Последней фразой ты поставила все точки над «и». Всё, иди спать, - и явно довольная мамочка поспешила покинуть комнату. - Все точки над «и»? Последней фразой? – Сакура с каждым разам говорила все громче, а кулак сжимала всё сильнее. - Да я просто спать хочу! *** После того, как Анико вышла из больницы она прямиком направилась в «Ичираку». Надо было наесться до отвала, пока есть время, а то в Храме только и будет, что рис да варёные овощи. Арука почти не удивилась встретив в «Ичираку» знакомого ей человека, который выглядел весьма жизнерадостно. - Значит, уходишь… - проговорил Джирайа, глядя в меню, - думаешь, получиться, навсегда там остаться? - У меня там есть близкий человек, - разламывая палочки пополам, пробормотала девушка, - да и… зачем мне сюда возвращаться, мне надо становиться сильнее, чтобы найти маму. - Ну, понятно. Но, если ты к нам, как-нибудь, заскочишь – то обращайся ко мне, я всегда буду рад тебя потренировать, – улыбнулся Джирайа. - Хм, -ухмыльнулась Анико, и сама не зная зачем и для чего сказала следующее, - такое чувство, что в Наруто, я вижу Вашу улыбку, все-таки, вы его учитель. - То, что я учитель – тут ты права. Но… с улыбкой, скорее, это в нас всех живёт его улыбка. - Мда, я, пожалуй, буду скучать по этому, - ухмыльнулась девушка ещё раз, ковыряя свою лапшу – которую, стоит заметить, ей быстро подали. - Думаешь, только по его улыбке? – загадочно спросил Эро-сеннин, но девушка даже не успела сообразить, как вдруг, кто-то схватил её за плечи, и она оказалась перед входом в «Ичираку». - Это правда, что ты уходишь из города навсегда?!? - Эй, - Арука пыталась успокоить не только парня, но и себя. - Не тряси меня так, я… - Это правда?! Девушка посмотрела в светлые глаза и отвела взгляд. Хватка немного ослабла, но никто её не отпускал. - Ну, - промямлила Анико, одновременно замечая, какие же красивые сегодня звезды на небе, - что – то типа того.