Звон ветра

«Вот и всё» - Отпусти меня, Наруто, - спокойно проговорила девушка, но парень, кажется, не собирался этого делать. - Ты же только недавно здесь основалась, зачем тебе уходить? – ничего не понимая, молвил блондин. - Зачем? - Зачем, зачем… Что ты всё про одно и то же заладил? – освобождаясь от сильной хватки Узумаки, бормотала девушка, затем резко уставилась на свою одежду. - Блин, ты мне всю майку помял! - Анико, ты же идёшь к своему другу, верно? – игнорируя отвлекающие маневры девушки, спрашивал Наруто. - Ну, про которого ты всегда рассказывала, да? - Ну, да, туда… Погоди, а откуда ты вообще узнал, что я ухожу? – недоумевала девушка. - Я только Хокаге рассказала и Какаши, ну и… - Арука сражу же насупилась. - Джирайа-сенсей! – девушка направилась обратно в «Ичираку», но Эро-сеннина там не было. А Узумаки всё это время всё пытался достучаться до девушки, постоянно выкрикивая её имя. - Что, Наруто? - Анико начала раздражаться. - Что?! Да, да и да! Я ухожу к «своему другу». Да – я хочу там остаться, да – я сюда не вернусь, да, да, да! – раздраженный голос стал переходить на крик, именно поэтому прохожие стали оборачиваться. - Ты переживаешь, потому что я не смогу теперь играть роль твоей девушки? Ну, так возьми дело в свои руки, начинай её добиваться сам, чёрт - побери! - Роль? Добиваться… О чем ты говоришь? – доброе, обеспокоенное выражение лица парня сменилось на угрюмую физиономию. - Речь вообще не о Сакуре сейчас! - Да, что ты говоришь? – не веря ни единому слову, воскликнула девушка. - А почему ты так хочешь, чтобы я осталась? - Я не говорил тебе, что хочу, чтобы ты осталась… Но это не значит, что я этого не желаю! – поспешно затараторил парень, заметив, что Анико готова его обозвать самыми непристойными словами, которые она только знает. - Я хочу понять, почему ты так поспешно уходишь. Вот и всё. Анико взбесилась. «Опять это грёбаное вот и всё». Сейчас она не обращала внимания на искренние слова парня, на его доброе намерение узнать причину её ухода - сейчас её волновало больше последняя фраза, сказанная им, ну, и, ещё одним человеком. - Вот и всё?! - Да, я хочу узнать причину твоего ухода из Конохи навсегда. - скрестив руки, пробормотал Узумаки. – Что такого удивительного? - Хорошо. Я тебе назову причину, после того, как ты мне скажешь, почему - же ты так удерживаешь меня. - Я не удерживаю, я хочу узнать… - Заткнись! – раздался крик девушки, и на этот раз прохожие стали кидать злобные взгляды, так как это парочка пугала уже пугала всех. - Что вы все смотрите, а?! – огрызнулась Арука на прохожих людей, и в этот момент Наруто был готов поспорить, что кроме гнева и злости, в глазах девушки он увидел печаль. - Анико, успокойся! Что тебе сделали все эти люди? - Отвечай на вопрос, черт-побери! - Сначала успокойся, а потом… Девушка догадывалась, что потом она может пожалеть о своих действиях, но поток бурных чувств остановить было невозможно. - Заткнись, тебе говорят! Узумаки был обессилен. Он не знал, что делать. Ему не раз приводилось видеть злобные взгляды, выслушивать грозные наставления, но он никогда не сталкивался с таким отчаянным криком, тем более, непонятно откуда взявшимся. - Твою мать, успокойся, наконец! – крикнул Наруто, так как решил, что это самое лучшее, что он мог сейчас сделать, а именно - ответить тем же. Оба переводили дыхание и сжимали от злости кулаки. Всё было на пределе. Нервы, чувства, кулаки, голос. Небо и то, казалось, сейчас лопнет от злости Арука и Узумаки. - А сейчас, - начал Наруто, - я тебя отведу в одно место, и мы спокойно поговорим. Анико помнит, что она даже не успела придумать колкость в адрес парня, как она оказалась у него на спине, и Наруто куда-то быстро мчался. Арука оставила на щеке Узумаки пару царапин в знак её негодования, и теперь правая щека парня была похожа на клеточку для игры в крестики-нолики. После того, как оба оказались «там», куда так быстро бежал Наруто, тот опустил девушку, отошёл в сторонку, и Арука услышала, как тот матюгнулся. Его нервы всё ещё были на пределе, и если бы не их недавний общий нервный срыв, то Анико вполне могла улыбнуться смешному поведению парня, но… - Ну и что? - Это кладбище Конохи, если ты ещё не поняла, - не глядя на девушку, произнёс Наруто. - Это я поняла, только, что мы делаем в таком прекрасном месте? - Можешь тут хотя бы не ёрничать? – сказал парень, и впервые за всё их знакомство Анико увидела долю призрения на лице блондина. Он стал удаляться, а девушка почувствовала колкость в области груди. Наруто прошёл вперёд к монументу, похожее на красное пламя, которое, как - будто, возглавляло всё это кладбище. Прошло минут пять, прежде, чем они снова заговорили. Но эти пять минут помогли Анико дать понять, что ей с Наруто надо быть откровенной. - Здесь похоронены твои родители? – раздался голос девушки, так же тихо, словно звук первого, теплого весеннего ветра. - Нет. - А… где? Узумаки, не оборачиваясь, пожал плечами. - Я не знаю. - Что? Как ты можешь не знать, где могилы твоих родителей? – нервы девушки вновь стали вылезать наружу, но она понимала, что здесь, она – к сожалению - не может выплескивать свою злобу. Только не здесь и не сейчас. - Я не знал своих родителей с самого рождения, и сейчас не знаю, где их могилы. Я вообще не знаю, кто они, если честно, - тяжело произносил Узумаки, а девушка внимательно слушала, хоть у Сакуры она не интересовалась этой информацией, но она понимала, знала, чувствовала - что угодно - что Наруто говорит об этом впервые. Она попыталась взять его за руку, но он её быстро отвёл, и засунул обе руки в карманы штанов. - Я ничего не знаю… И… даже не пытался узнать. - Почему? – еле слышно спросила девушка. - Я боялся, и… до сих пор боюсь… - … чего? – Арука совсем не понимала парня. - Чего ты боишься, Наруто? - … Деревня один раз уже скрыла от меня важную правду… Важную правду, - усмехнулся Наруто, повторив свои же слова, - как – будто обычно, она бывает не важной… В общем, я боюсь, что деревня опять-таки скрывает от меня информацию о моих родителях. - А чего тут скрывать? Если ты знаешь, что они погибли, зачем деревне скрывать их… местонахождение и имена, в конце - концов? – не понимала девушка. - Я боюсь, что… мои родители живы… - Живы? Наруто, - протирая лоб, проговорила Анико, оставляя их эмоциональный диалог где – то позади, - прекрати говорить загадками, чего ты боишься? Что от тебя деревня скрывает? - Я боюсь, что мои родители отказались от меня, - слова сами соскользнули с губ Узумаки, а ветер помог этим словам дойти до ушей девушки. Ещё один момент и Наруто получает по своей балде. - Ау-у, - взревел парень, - за что, даттебайо?! - Бака! Как ты можешь говорить такие слова? Как ты можешь думать о таком? – гневно говорила девушка. - Надо ценить своих родителей, а не убегать от них! - Да и мне бежать не к кому, черт - побери! И я не могу! Просто… - парень резко повернулся к девушке, и Анико понимала: вот-вот, и он что-то скажет, что-то очень важное. - … просто – что? - Просто ты не знаешь всей правды, - глухо ответил Наруто, уставившись на монумент опять. - Как я понимаю, ты мне не собираешься рассказывать.- скрестила руки Арука. Узумаки взглянув на девушку – что было смелым шагом – и никак не отреагировал на её слова. - Взгляни на этот памятник, что ты видишь? -Ты ещё и на вопросы не отвечаешь, - в сторону сказала девушка и, заметив укоризненный взгляд парня, быстро приняла позу мыслящего человека. - Ну? - Ну-ну, баранки гну. Не знаю. Похоже на пламя… - безразлично ответила девушка и нехотя уставилась на памятник. - Да, наверное, это пламя… Алое… Невысокое, но в то же время крепкое… Ведущее к чему-то…Притягивающее… Не знаю. Вообще, зачем ты меня сюда привёл? - Этого пламени хватает на всю деревню. В каждом её обитателе с самого рождение, вот здесь, - Наруто хлопнул себя по правой стороне груди, - прямо под сердцем зарождается такое же маленькое пламя. У кого-то оно остаётся такого же размера, у кого-то и вовсе исчезает, а у кого-то оно переселяется прямо в сердце. - Очень хорошо, и? – огрызалась девушка. - Что дальше? Узумаки закрыл глаза и его брови сдвинулись. Такое же лицо можно увидеть у человека, которому в данный момент говорят колкость, а он, в то же время, пытается накопившуюся злость удержать в себе. - Во сколько ты уходишь? – резко развернувшись и не смотря в сторону Арука, спросил Наруто. Девушка не готова была к такому вопросу. Она уже приготовилась услышать какую-нибудь колкость, глупое «э-э-э» парня или же в конце концов новые вопросы о том «зачем ей куда – то уходить» - что угодно, но не такой серьезный вопрос. Почему-то, ей стало очень тяжело и воле поневоле в голове пронеслись слова Хокаге насчёт расставания. - Где-то вечером, часов в семь, - вдаль отвечала девушка, так как блондин был уже вдалеке от нее. - Эй, Узумаки, подожди! - Я приду с тобой попрощаться, - тихо промолвил Узумаки, когда девушка его догнала. - Подожди, Наруто, а как же мой вопрос? - Хм? – парень остановился. - Какой вопрос? - Ты мне так и не ответил, почему ты меня так удерживаешь? - М… при прощании скажу. Анико сразу же выпрямилась. Воображение тут же заиграло новыми нотками и почему то ей стало страшно. Она даже не заметила, как вновь произнесла его имя вслух. - Ну что? - А зачем ты меня сюда привёл? Лёгкий ветер по - тихоньку набирал свою силу. Листья уже начинали желтеть, опадать и летать по всей Конохе. Детей стали теплее одевать, родители стали чаще сидеть друг с другом и наслаждаться домашним очагом. Влюблённые парочки гуляли всё реже. На улице пахло осенью, хоть до начала сентября и оставалась неделя. На улице уже была осень. И никто ничего не мог изменить так же, как никто не мог остановить в себе быстрый поток мыслей, которые часто превращали отличное утреннее настроение в угрюмое, часто депрессивное, состояние. Горячий чай мало помогал. Скажу точнее: он вообще не помогал. Осень в этом году пришла рано, об этом свидетельствовало всё. - Я хотел тебе кое-что сказать, - тихо прошептал Наруто, вдыхая воздух, и взглянул в небо. *** - Скажи ей! – монотонно произнёс Джирайа. - Она уходит сегодня вечером, скажи ей, пока не поздно. Джоунин отрицательно замотал головой. - Черт-побери, Какаши, ваш сегодняшний разговор тебя ничему не научил?! – после столь грозных слов саннина, Хатаке готов был признать, что впервые видел Джирайу-сенсея таким разъяренным. - Я не понимаю, почему вы так хотите, чтобы я натолкнул её на мысль, чтобы я подсказал. Вам-то что? - Ну, не будем забывать, что ты, всё-таки, ученик моего любимого ученика. - А это тут причем? - Не хотелось бы признавать, что ученик моего ученика трус и подлец, - смотря в даль, сквозь зубы проговорил саннин. Для Какаши это был весьма тяжелый день: наезды с двух сторон. Нет, с трех. Так как после того, как Хокаге посоветовала Хатаке извиниться и вышла из кабинета, через девять минут она вернулась и продолжила читать лекцию. Перед этим была Анико с весьма тяжелым разговором, а теперь Джирайа. И все его так обвиняют. Что-то здесь точно не так. - Хорошо. Я с ней поговорю, - раздался уставший голос Какаши и он заметил, что Джирайа на него недоверчиво смотрит. - Но до семи часов у меня есть время подумать, что ей сказать? – уже немного раздражаясь, проговорил джоунин. - Оу. да, - улыбнулся саннин, - время есть. Я знаю, что ты будешь стараться не взболтнуть лишнего, но я очень надеюсь, что ты что-нибудь, все-таки, взболтнешь, - покидая палату через окно с помощью лягушки, проговорил Джирайа. Хатаке тяжело и даже мучительно вздохнул. А до разговора осталось ровно семь часов.