on fire

В аду темно, холодно и жутко. В аду все слишком, особенно смерть. В аду не место Элис на данный момент. Чьи-то кости хрустели под ногами, а в глазах — дикий туман, но Билл, чертов упрямец, бежал вперед, не оглядываясь. Пока у него нет плана по освобождению и что с того? Когда у него вообще был план? Главное — это цель. Спасти глупую душонку Новак. Она у неё… Странная. Вроде бы насквозь пропиталась злобой, отчаянием и ненавистью, но в этом угле можно было найти и алмазы идеально граненые, сквозь остальные качества светившие тысячами солнц. Только за них и цеплялся демон, словно за единственный возможный расклад событий, единственный верный и единственный, к которому надо стремиться. А на самом деле Сайферу, который пока не мог спасти, хотелось хотя бы увидеть. Увидеть сердитое лицо со сморщенным от недовольства носом. Увидеть светящиеся от счастья глаза и недобро-веселую улыбку. Увидеть и забрать с собой на качавшиеся поля пшеницы, на берег зелено-синего моря, хоть куда-то от насилия ада. Элис чувствовала это, когда он только выбежал на свет, Элис знала, когда он только взглянул на неё из-под нахмуренных бровей, но в Элис, словно в ребенке, всегда до конца тлел уголек надежды, поэтому она рвалась на свободу и шептала: — Ты ведь спасешь меня? — Конечно, — улыбался Сайфер, — ты сомневаешься? — Никогда. — Элис улыбнулась в ответ, всегда уверенная и в себе, и в близких, непоколебимая и важная, потому что, будем честными, растопила самого могущественного демона во вселенной. А сейчас умирала, оставляя Билла словно рыбу без воды.

Can you save my heavy dirty soul?

Билл вернулся буквально на следующий день, найдя поддержку, а Элис бессильно свалилась ему в руки, смеясь: — Хитрюга… Казалось, Билл смеялся в ответ. Всегда делал все в ответ охотнице.