Yesterday's dance

— Трахнуть сразу двух. — Переспать с двумя. — Это называется «трахаться». — Это на твоём языке. — Это на любом языке.

Крису внезапно пришло сообщение от Патрика. Он писал:

Приходи к нам сегодня на первый сольный концерт в The Shelter, в семь вечера? Пропустим тебя гримёрку. Я помогу тебе завтра разобраться с детьми. Или, я совсем забыл, что ты не можешь.... Или ты не можешь в три?

Крис быстро ответил:

Я не могу в три. В семь я, конечно, я приду. Сегодня все сидят дома. Мне нужно будет поговорить с тобой насчёт Риса.

А что с ним? Он болен?

Нет, с ним всё отлично. Просто он категорически не хочет уезжать и другую семью он не потерпит. Он сможет жить с нами?

Если его не будет напрягать гейская семья и мой сын, то пожалуйста.

Познакомь меня с Кеннетом.

Это невозможно, он живёт в Торонто со своей матерью.

Почему они переехали?

По её совам, ей там дали работу, на самом деле, она просто хочет жить как можно дальше от меня.

Почему ты ей не веришь?

Потому что у неё нет никакого образования и она никогда в своей жизни не работала.

Прикольно. Я приду сегодня.

Хорошо. Увидимся позже.

***

Вечером Крис, как и обещал, приехал к небольшому клубу на окраине Детройта. Он вошёл внутрь, параллельно звоня Патрику. На входе не было ни одного охранника и это не мало смутило парня. Любой желающий мог войти и пронести с собой оружие или заложить бомбу. Хотя, быть может Патрик уже сообщил о том, что к нему придут. Бодрым шагом Кристофер дошёл до гримёрки. Внутри было странно. Неубранное помещение, немного мебели, диван, два стула, комод, вешал и тостер. На полках и столе с комодом стояли открытые чемоданы, на полу лежали кофры из-под инструментов и оборудования. Патрик почти с головой залез в один из баулов. -Привет. – тихо сказал Крис. Патрик обернулся. -Привет. Прости, я тут ищу кое-что. Неважно. Как ты себя чувствуешь? Как они? -Неплохо. Я думал, они воспримут мою новость куда хуже. Ты правда нашёл им семьи? -Да, отец хорошо постарался, я даже не знаю, что теперь буду должен сделать для него. -Зато я знаю, что я должен сделать для тебя. Хитрыми глазами Крис обвёл всё небольшое помещение комнаты. Он нашёл глазами расписание, у них было ещё полчаса. Он закрыл дверь в гримёрку на ключ и уверенными шагами подошёл к весьма удивлённому Патрику, и усмехнулся. От усмешки Патрик вздрогнул, но сопротивляться не стал. Почувствовав на шее тёплый и влажный язык Криса, он широко распахнул глаза и глубоко вздохнул. Затем он почувствовал укус в подбородок, затем в шею, и когда он не смог сдержать какого-то удовлетворённого стона, он почувствовал, как затылок ударился о косяк старой, давно облезлой двери, а тёплая рука зажала его рот. Патрик отчётливо понимал, что хочет большего. Намного большего. Он приоткрыл рот, касаясь языком ладони и скользя по ней губами. Он хотел укусить, но рука слишком сильно сжимала его, стесняла движения. Когда вторая рука Криса начала опускаться вниз по животу, залезая под полосатую красную рубашку, почти разрывая на ней отвратительные сейчас пуговицы, Патрик поднял руки, желая оттолкнуть Криса от себя, но смог лишь только положить ладони на его плечи и легко надавить. Проворная рука уже расстегнула тёмно-синие брюки и залезла под спущенное бельё, когда она коснулась его члена, он уже не мог сопротивляться. Патрик расслабился, положив ладони на щёки Криса, большими пальцами провёл по его губам и скользнул внутрь, Крис же, не переставая медленно водить рукой вверх и вниз, начал облизывать его пальцы, посасывать и снова водить по ним языком. Патрик прикрыл глаза, тяжело дыша и отчаянно толкаясь в руку, отчего его вновь и вновь до боли вжимали в дверной косяк. Криса хотелось полностью владеть этим парнем, ему нужно было, чтобы его слушались. А чтобы слушались, нужно сделать так, чтобы от него что-то требовалось. Что-то ненужное в обычной ситуации и жизненно необходимое прямо сейчас. Он сам не понимал, почему именно так выражает свою благодарность. Просто практически интуитивно он чувствовал, что всегда державшему всё под контролем Патрику иногда необходимо отдаться другому человеку. Но давить на него, однако никто не собирался. Поэтому он внезапно отпустил Патрика и отошёл от него. Патрик остался стоять точно так, как если бы Крис всё ещё держал его. Прижимаясь к дверному косяку, положив ладони на свои щёки, весь мокрый, с бесстыдно раздвинутыми ногами и вздыбленным членом. Крис медленно опустился на дырявый кожаный, местами потрескавшийся диван, не отрывая взгляда от стоящего в дверном проёме Патрика. Он же, наконец, очнулся от своего забвения и невидящим, чуть ли не потухшим взглядом посмотрел на довольного парня. Патрик мигом пересёк расстояние между ними и сел на лежащего Криса сверху. Тот положил руки на его бёдра и больно сжал их, наблюдая за реакцией Криса, который запрокинул голову назад и прикусил губу. Прекратил медлить. Все движения были резкими и рваными, Патрик быстро проник пальцами в рот Криса, заставляя смочить их слюной. Проталкивал глубже и вновь чуть вынимал, жадно улавливая каждое движение губ Криса, впитывая их в себя. Ещё одно резкое движение, и Крис уже не чувствует чужих пальцев во рту, зато видит, как Патрик выгибает спину, а на его лице – удовольствие. Рука заведена за спину – он готовит себя. Патрик приоткрыл глаза и посмотрел вниз, на Криса. После такого взгляда он уже не мог сдержаться, он резко дёрнул его за руку и не менее резко вошёл в него до самого основания. Патрик стиснул зубы. Было достаточно больно, ведь он не трахался сутками напролёт. Вдург Патрик подумал, что елси издаст хоть один звук, монтирующие сцену Мартин и Остен придут и станут специально подслушивать, а делать свидетелями других людей он очень не хотел. Чтобы не выдать себя, он кусал губы, чувствуя, как неприятно волосы липнут ко лбу. Чувствуя, что уже на пределе, Патрик опустился ниже к лицу Криса. Их губы мимолётно скользнули друг по другу, невесомо коснулись. Ещё ниже. Крис, кончая, укусил его за нижнюю губу, а затем поцеловал. Этим он смог заглушить стон, который, если бы не поцелуй, перешёл бы на крик. И этот поцелуй казался чем-то запретным и запредельным, и оттого чем-то волшебным. Дело в том, что Крис никогда не позволял кому-либо целовать себя. Он же проститутка. Крис позволил себе кончить внутри блаженно развалившегося Патрик и, в привычной себе манере, тут же прошептал: -Тебе пора.