Наследство.

— Налить тебе чаю? — Угу. C того разговора Ябоку и Юкине прошло несколько дней. Последнее время черноволосый старался вести себя спокойнее. Панические атаки — не шутка, и он прекрасно это понимал. — Где же чайник, черт подери?! К тому же, человек, познавший страх и боль на своей шкуре, никогда не оставит другого в беде. ******************************************* — Пусти, больно! Маленький мальчик лет 6-ти смотрит своими заплаканными небесно-голубыми глазками на высокую женщину со светлыми волосами. Последняя крепко держит ребенка за руку и ведет куда-то вниз по лестнице. — Папа, она опять меня обижает! Папа, пожалуйста! — надрывался мальчишка.- Пусти, мне больно! — Заткнись, малолетний придурок! — прошипела блондинка.- Он уехал, и ты прекрасно это знаешь! Мальчик тихо всхлипнул. — Чего ты ноешь?! Сам виноват! Нечего было залазить в мою комнату! Остановившись, женщина толкнула ребенка в небольшое помещение и закрыла большую дверь на ключ. — Быть может, ночь без ужина заставит тебя подумать над своим поступком. Темно. Сыро, темно и холодно. Черноволосый сжался. Он сел на каменный пол и обнял колени руками, чтобы хоть как-то согреться. Брюнет задал один единственный вопрос, который сразу же поглотила ужасающая тьма: — Почему?.. А ведь действительно, почему? Он ведь только хотел раскрасить мыльными пузырями серую и пугающую комнату приемной мамочки! Кто же знал, что шелк так легко пачкается? ******************************************* Четырехлетний малыш сидит на коленях и держит в руках плюшевые игрушки. — Сегодня на линге у нас Динозавлик Лэкс и его сопельница — Акула Звель. Бой натьнем через несколько секунд… Итак! Вы готовы? — получив согласие кукол, мальчик продолжил. — Натяли! Акула идет в нападение, но… Динозавлик отлазает все атаки, полазительно! И… Плямое попадание! Дамы и Господа, победителем втолой миловой битвы становится… Скрип двери. — Ула! — брюнет, бросая все, вскакивает и бежит ко входу.- Мама и папа велнулись! Спустившись вниз, ребенок остановился. У двери стоял папа, держащий в руках большое белое полотенце. Мамы рядом не было. — Пливет, пап! Что ты плинес? Мужчина грустно усмехнулся. — Это твоя сестренка, милый. — С… Сестленка? Она тепель будет жить с нами? — мальчишка улыбнулся.- Я буду любить ее сильно-сильно! Буду заботиться и обелигать! Да, папочка? Брюнет грустно кивнул. Только сейчас мальчик заметил его красные от слез глаза. — Папа, что случилось? Ты плакал? Мужчина отрицательно покачал головой. — Все хорошо, милый. — Ладно, — кивнул ребенок, не отводя глаз от новорожденной малышки.- А где мамочка? Подавленный всхлип. — Она уехала, малыш. — А когда велнется? Мужчина поднял заплаканные глаза. — Боюсь, мама уехала навсегда. Мальчишка растерянно посмотрел на отца. — То есть, как? — Она никогда больше не вернется. — Никогда-никогда? — Никогда — никогда, — на этот раз рыдания сдержать не получилось.- Забудь о маме. ******************************************* Подросток сидел на ступенях своего огромного коттеджа, обнимая колени руками, и смотрел куда-то вперед себя. Сегодня ему должно быть грустно. Сегодня он должен плакать в подушку, вспоминая прошедшие годы. Сегодня он должен задуматься о смерти, и не раз. Но… Почему же грусти не было? Казалось, детскую душу заполнила ненависть. « Восьмилетнюю девочку сбил автобус, пока она переходила дорогу. Девочка скончалась в больнице от многочисленных травм и переломов»… Кажется, именно так описывалось вчерашнее происшествие. Умерла маленькая девочка с темными волосами и голубыми глазами. Девочка, с большими губами, бледной кожей и румянцем. Девочка, так похожая на свою мать. Наверное, именно поэтому Ябоку настолько ненавидел свою сестру. Она убила самого родного человека мальчишки. Она и взяла все ее черты. Из-за нее в доме появилась эта крикливая и строгая блондинка, от которой всегда несло яростью. Ято ее боялся. Страшно боялся. Сегодня должно быть грустно и больно, но… Отчего же на душе так пусто? ******************************************* Опять эта темнота. Опять этот запах сырости и гнили. Опять эта всепоглощающая темнота, лишающая тебя сна. Отчего-то стало страшно. Страшно, как никогда. Воздуха становилось меньше с каждой секундой, и мальчишка стал задыхаться. Стало казаться, что скоро придет Смерть. Смерть, с длинной косой и в черном одеянии. Она любит тьму. Она всегда прячется во тьме. И вот сейчас костлявая старуха стоит в противоположном углу. Мальчик отчетливо видел ее пугающие глаза. Она делает шаг. Еще один. Черная мантия стелется за старухой по пятам. Приближается. Возможно, последние секунды жизни. Сердце забилось в бешенном ритме. Дверной скрип. Такой знакомый… Точно такой же, как и в тот вечер. Через секунду брюнет оказался в объятьях своего отца. От того как всегда пахло чем-то острым и противным, от чего всегда чесалось в носу. — Все хорошо, все хорошо, мой мальчик! Я рядом, все нормально… Темноволосый всхлипнул, после чего громко зарыдал. — Я видел ее, папочка! Она стояла прямо там, в углу, и смотрела на меня! Мужчина поцеловал сына в макушку. — Бедный мой Ято, — прошептал он, все еще не отпуская сына.- Детская, живая душа. ******************************************* — Точно, вот же он! — воскликнул брюнет, доставая фарфоровую емкость из-под газеты.- Сам же его туда положил, вот растяпа! Налив напиток в стеклянный стакан, мужчина присел за длинный стол. — Приятного аппетита, Юкине. — Приятного. Большое спасибо.