Записки к Богу

Это было 24 ноября 1746 года. В столицу моя семья переехала недавно так, что мы ещё не успели обжиться и меня определили в самую ближайшую школу. Мы поселились на окраине города, на границе бедного и богатого районов. Первый случай нашего знакомства пришёлся как раз на тот момент, когда меня загнали в угол коридора группа мальчиков из параллельного класса в предводительстве с Кайто Форспейром, моим бывшим одноклассником, он переехал в это место два года назад и уже успел освоиться и стать предводителем одной из групп его класса (одной из самых сильных). Они как это обычно происходило застали меня идущим из кабинета, в котором мы упражнялись в использовании своих питомцев-фамилиаров (в основном у всех они были водные или огненные), но у меня он был ледяной, маленькая лисичка с длинными ушками и хвостом, нам нельзя давать им имена, но я назвал его Феликс. Кайто взъелся на меня из-за этого, потому что у него был земляной и похожий на маленькую собачку с очень сморщенной мордой, земляные идут по редкости после огненных и водных. Когда они меня били, я повернулся к ним спиной и держал в руках свою сумку с спрятанным там Феликсом. Мимо проходил тот, с кем я тайно жаждал подружиться уже очень давно - Андрениум. Странно, но в этот момент группка Кайто остановилась и сам их предводитель с силой пнул мне прямо в бок, что я упал на пол. Он поднял меня за волосы. Для него - большого и сильного парня, я - худой и еле таскающий свою сумку с учебниками был как пушинка. Кайто держал меня в нескольких сантиметрах над землёй, так чтобы я тихо стонал от боли. Андрениум как раз заходил за угол и наши взгляды на мгновение встретились: его - непроницаемо холодный, немного недовольный и мой - еле живой, жалкий, умоляющий, он тут же отвёл свой, став чуть более недовольным. Кайто отвёл правую руку назад для замаха, этим местом и кончались все их издевательства на этот день, после этого его удара я обычно терял сознание, а они доставали Феликса и издевались над ним порой даже хуже чем надо мной. Но Андрениум! Один, не считая своего фамилиара - собаки бежево-белого окраса, редчайшей касты - воздушные, он остановил кулак Кайто в полёте, направленный ровно мне чуть выше щеки. Он отбросил не ожидавшего этого парня. Его рука разжала мои волосы и я полетел на пол, не знаю как, но я устоял, скорее всего опираясь на стены. Моим глазам представилась картина, на которой Андрениум, почти сидя на Кайто, наносил ему удар за ударом по его рукам, прикрывающим лицо парня. У всей компании Кайто на лице был написан ужас смешанный с удивлением, никто из них не решался приблизится и оттащить Андрениума от их главаря. Но эта месть длилась недолго. Друг Андрениума, с которым он шёл - Алдан Нэрэоф, взял его под руки и тихонько стал оттаскивать Андрениума и, рявкнув на компанию Кайто: “Убирайтесь, быстро!”, странно, я никогда не слышал его голоса, он оказался таким хорошо поставленным и спокойным, что аж пугал. Вся группа Кайто пытаясь поднять и удержать своего главаря. Когда они скрылись за поворотом коридора, Андрениум чуть успокоился и Алдан его отпустил, он подошёл ко мне… он протянул мне руку! Тот кто никогда не обращал на меня внимания, сейчас стоял и подавал мне руку! Это было для меня, как сходное с… у меня даже не хватит слов для того, чтобы это описать. Меня спасло, то что Феликс начал шевелиться в сумке и его спокойные монотонные толчки об моё правое бедро привели меня в чувства и я принял его руку. Она… она была такая крепкая и тёплая. Мы дошли до ближайшей лавочки, он развалился на ней, оставив мне немного места, а Алдан опёрся на узкий подоконник и искоса смотря на меня изучающе. Я на оставленное для меня место сел и неловко сжимая губы поставил сумку на колени, от чего тихо взвыл, и начал тихонько поправлять свои учебники и тетрадки. Как только я открыл сумку Феликс тут же тихонько, боясь вытащил голову со своими длинными ушками, покрытыми мягкой серебристой шёрсткой, посмотрев на меня и по сторонам, он вылез полностью и начал тереться своей головой об мой живот, сначала принося боль, но потом только спокойствие. Увидев мой маленький кайф, Алдан спросил: “Он и вправду восстанавливающий и ты в курсе, что ими пользоваться нельзя в школе?” Я не ожидая, что он что-то скажет дёрнулся и сумка с моих колен съехала на пол, утягивая за собой длинную ручку перекинутую через шею, она сорвавшись с шеи проелозила по всей спине принося жуткую боль, от которой я кажется прослезился, Феликс стоявший на крышке сумки, скатился вместе с ней в сумку. Я через боль поднял сумку. Дмитрий захохотал. А что? Он же не знал насколько это больно, когда плетёная ручка из бичёвки скользит по твоей спине, вся в синяках и ссадинах. Алдан тихонько толкнул ногой бедро Андрениума и он тут же обратил внимание на моё слегка искажённое лицо и заткнулся. Феликс тут же снова прильнул ко мне. Алдан снова повторил свой вопрос и я уже более спокойно реагируя закивал, не раскрывая рта. Андрениум усмехнулся и, лёгким движением показав, что у меня на щеке всё ещё осталась слеза, встал и он с Аланом дальше пошли по школе. Я быстрым движением стёр её и вскоре прозвенел звонок. Это был первый раз. Я радостный и мокрый до нитки пришёл домой. Благодаря, тому что у меня есть Феликс, дома родители не узнают, что надо мной издеваются. Я закрыл дверь в комнату, положил моего фамилиара к себе на колени и начал писать письмо Андрениуму, но… примерно через час у меня весь стол был завален смятыми бумажками. Я совершенно не мог подобрать нужные слова благодарности ему. И только под вечер я смог написать ему пару другую строк. В это время Феликс даже уснул у меня на коленях. На следующий день перед школой я забежал к его дому и оставил мою записку в почтовом ящик. Письмо от него - ответ, я получил почти через неделю. Декабрь 3, 1746 год. “Прости, что не написал сразу, был занят. Конечно чем я был занят это вопрос другой, но его не стоит обсуждать.) Почему ты мне не сказал этих слов в живую, побоялся? Или?.. мне Алдан говорил, что твой фамильяр может вылечить не всё… впрочем важно. Спасибо за такие слова. Хах, и на счёт рук. Они у меня постоянно холодные, так, что тебе показалось. И я надеюсь, что Форспейр отстанет от тебя надолго, если не навсегда.” И это всё?! Хотя, что я ещё мог ожидать от того, кто может сказать всё словами. Стоп! Он извинился передо мной? Он - Андрениум Рейве, один из сыновей дворянского рода извиняется передо мной? Это же… Хах-хахах-ах… это же неправильно… Следующие часа полтора у меня были заняты ответом моему… наверно другу… нет, просто моему спасителю. Декабрь 4, 1746 год. “Я с нетерпением ждал вашего письма и совершенно не надо было извиняться. Да, дела такие дела, можно окунуться в них и проснуться только через несколько дней. К слову о Кайто, этого хватит ненадолго - обычно если кто-то вступался за меня он на следующий день приходил весь избитый подобно мне, но тут он на целую неделю сидит тихо и не подходит. Ещё раз спасибо вам, господин Рейве” Мне не удалось завтра же отнести письмо. В школе Андрениум всё так же как будто не замечает меня. Что с ним? Так любезно говорить мне в своём письме и делать вид как будто меня нет. Наверно он просто не хочет подрывать свой авторитет в классе общением со мной… но, что если он просто так издевается надо мной?.. нет, оставлю эти мысли они не нужны, он не Кайто, он благородный. Я тихонько проходя мимо его парты притворился сонным и, столкнувшись с кем-то из его окружения подбросил письмо к нему в сумку. Но мой “безупречный” план никак не располагал к тому, чтобы меня толкнул тот с кем я хотел “нечаянно” столкнуться. Я почти полностью распластался на соседнем столе. Он мне немного помог встать, я извинился и вышел из кабинета. Ведать Андрениум заметил, что я хотел сделать и письмо сделав несколько кувырков в воздухе упало в его сумку. Его письмо пришло на следующий же день. Декабрь 5, 1746 год. “Не делай так больше, хорошо? Мне и тебя жалко и выслушивать морали Алдана мне не очень хочется. Раз ты с нетерпением ждал моего письма, я не мог не извиниться за его задержку.) На счёт Форспейра… он подходил ко мне со своей компанией, что самое забавное, он сам передо мной извинился за избиение тебя. Конечно Алдан прочитан ему короткую лекцию на тему “Заботы о слабых”, он естественно ничего не понял, но согласился со всем. P.S. и давай перейдём на “ты”, а то чувствую себя не очень удобно.” М-да… поступить так безрассудно, это на меня не похоже. Больше не буду так делать. Ему меня жалко? Значит он это всё сделал только из-за жалости? Да, я жалок. Может больше не писать ему, чтобы не отвлекать от его занятий. Это письмо будет последним. И с буйством этих мыслей я потратил почти полчаса на написание ему письма, странно, но мысли были чисты и ничего не отвлекало. В последние дни идёт дождь, а до дома Дмитрия идти пять кварталов. Декабрь 8, 1746 год. “Хорошо, буду приносить вам тебе письма в почтовый ящик, на дом. Кайто это сделал? Даже не верится. P.S. это наверное моё последнее письмо тебе, делаю слишком много черновиков и бумага кончается.” Какая дурацкая отговорка... но я думаю он меня поймёт. Декабрь 10, 1746 год. Уж чего я не ожидал, так это то, что он при почти заполненной аудитории подойдёт и отдаст мне весомый конверт и письмо на нём. Я сидел наверно весь красный и до жути смущённый. Но я еле сдерживая себя положил два конверта к себе в сумку и посидев немного на месте, дождавшись пока от меня отведут взгляды почти все… даже учитель смотрел на меня немного с недоумением… о Аркана, исчезнуть бы мне в этот момент… наконец я встал и меня как будто бы не было. Я действительно исчез. Меня одновременно охватил и ужас, и удовольствие, от того что я совершенно не заметен. Но, чёрт возьми, это так хорошо — быть незаметным. Придя домой я запер свою комнату достал Феликса и посадил на стол, он как обычно хотел забраться мне на плечи, я слегка опустил голову к столу, он запрыгнул и пришёлся медленно своими холодными подушечками лап по моей шее, отчего по спине легонько пробежали мурашки. Я нерешительно достал из сумки два конверта - большой и маленький. В большом явно какие-то документы, судя по весу и плотности конверта, а в малом конверте письмо от Андрениума, скорее всего объясняющее его выходку. Я всё так же нерешительно взял письмо в руки. Чувствуя моё волнение Феликс, сидевший у меня на плече и с интересом наблюдавший за моими действиями, тихонько потёрся своей головкой об моё ухо. Его прикосновение дарили спокойствие и наполняли меня малой долькой решительности. Я вскрыл конверт и достал письмо Андрениума. “Доброго, ты говорил, что у тебя кончилась бумага для писем, так теперь у тебя её будет много, невероятно много…” Что он хочет сделать?.. Я же говорил, что отговорка невероятно плохая. “... у тебя весьма красивый почерк и ты, судя по классным записям, довольно быстро пишешь. Это два важнейших критерия для появления у меня дома и поэтому в большом конверте находятся все нужные документы для поступления в мой дом на службу.” Я был ошеломлён таким предложением и около двух минут перечитывал одну и ту же строчку: “в мой дом...” и затем “... на службу” Он приглашает меня на службу… к себе домой… он приглашает, меня, к себе домой! Так, надо успокоиться. У меня ещё большой конверт. Я не могу успокоиться! Андрениум Рейве пригласил меня на службу! Я отклонился назад и, положив руки на лицо, отклонился назад. Но я забыл про Феликса и он, вцепившись в кофту и в меня своими коготками, тихонько съезжал вниз, чтобы окончательно не упасть он тихонько вцепился своими зубками в моё ухо. Я еле слышно взвыл и быстро потянулся к нему. Взяв на руки моего фамильяра и встретившись с ним взглядом, он смерил меня осуждающе. В моих глазах читался извиняющийся и слегка вопрошающий взгляд. Посидев так с секунд десять, он развернулся и погладил меня своим холодноватым хвостом по щеке в знак примирения. Феликс сел передними лапками на большой конверт. А точно ещё же большой. Я медленно развязывал, нитку завязанную на двух пуговицах. Феликс ожидал, когда я это закончу с заинтересованным видом. Мельком взглянув на него, я набрался энтузиазма и, наконец полностью развязав эту нить, я откинул крышку конверта и… там ничего не было. Как?.. почему пусто? Я думал там лежат документы, а там ничего. Пустота. Феликс тут же встрепенулся, чуть ли не подпрыгнув. Он смотрел на мой диван, слегка шипя. Почти сразу же в дверь постучал кто-то, я сорвался с места, потому что мама спала в своей комнате с ночной смены и что меня больше всего удивило - за дверью стоял Алдан и судя по его одышке он бежал. Я открыл двери и пригласил его жестом. Как только он переступил порог, я еле его поймал, а удержать его было ещё сложнее, по росту он был с Кайто, а телосложением чуть хедощавее Андрениума, уж весил он точно килограмм семьдесят - восемьдесят. Еле взвалив его на себя я подтащил Алдана к себе в комнату. Как только я толкнул дверь комнаты, Феликс испуганно посмотрев на меня, спрыгнул со стола и подбежав ко мне стал помогать мне тащить его к дивану. Мы донесли его до места и аккуратно положили. Я даже не думал, что Феликс такой сильный, когда он взялся, мне стало гораздо легче нести, может он ещё и усталость снимает? Возможно. Потом спрошу учителя. Что?! Что он делает, а главное с кем? Не воздух же он обнимает. Алдан тем временем перевернулся на бок и, взяв воздух руками, обнял его. У меня тут же округлились глаза и я сел на стул, но только накрыв его покрывалом, я сразу понял, что это было. Но кто же знал, что я обучаюсь в классе с владельцем самого сильного и самого редкого типа - эфирные. Этот тип славится своей невидимостью, возможностью полностью не зависеть от хозяина, управлять по мере своего обучения разумом людей. Я бы хотел такой, но мне и моего Феликса достаточно. Он, как будто слыша мои мысли, запрыгнул мне на колени, конечно, получилось это у него не очень и я поднял его, взяв под передние лапы. Но всё таки, что у меня дома делает фамилиар Алдана? Я даже не знаю, где он живёт… Ладно, как только проснётся спрошу у него, а пока надо всё таки открыть тот конверт и написать список вопросов. Я повернулся к столу и открыл большой конверт, там было несколько официальных документов о принятии на работу, но откуда они там взялись, я думаю, лучше будет дождаться пока проснётся Алдан, у нас всё равно завтра выходной. Декабрь 10, 1746 год, глубокий вечер. Мама снова ушла на работу, в дверь постучали и доставили письмо лично мне, оно было от Андрениума. “Умоляю скажи, что Алдан у тебя, а не свалился в сон где-нибудь на улице? Его фамильяр постоянно плетётся возле твоего и я подумал, что это самый верный вариант. Он мне очень важен и поэтому, мне не хочется, чтобы с ним что-то случилось.” Он за него волнуется, значит он, действительно, для него важен. Я показал жестом слуге Андрениума стоять тут, он окинул меня немного странным взглядом, но остался у входа. Написав ему ответ, что Алдан у меня спит и всё с ним в порядке, отдал записку слуге и он, поклонившись, удалился. Интересно, будет ли он так же искать меня если со мной что-то случиться, хотя, ему заботится о таком как я… Декабрь 12, 1746 год. Алдан спит уже второй день, это меня немного настораживает и пугает, но его никто кроме меня и Феликса его видеть не может и задеть тоже. Мне, конечно, не привыкать спать на полу, но всё таки. Интересно, это шутка Андрениума или он и правда тут лежит и спит? Все мои попытки его разбудить оказались тщетными, я не пробовал его облить холодной водой, по моему это слишком. Может это единственный способ его разбудить? Кто знает. Вечером мне пришло письмо от Андрениума. “Ты так и не решился вылить на него воды?.. А зря, если хозяин эфирного заснул в обнимку со своим фамилиаром, то налить на него воды, это пока единственный способ его разбудить. Точнее хозяин засыпает независимо от своего желания, а, облив его голову водой это хорошая возможность хоть как-то прервать ненадолго их связь, этого маленького времени вполне достаточно, чтобы хозяин пришёл в себя.” Интересно, чего же я боялся? Если это единственный способ… Я сходил набрал воды в графин и полил на его голову. Хах, это, действительно, сработало, вылив на него почти весь графин он медленно открыл глаза, сел, взял за шкирку своего фамилиара, причём он принял форму серебряной шестихвостой лисицы. Я как стоял с графиком в руках, так и сел. Это сработало безотказно, у меня оставались некоторые сомнения на половине графина, но потом… причём он взял, бросил её себе под ноги и поставил пятку ей на щёку. Почему-то мне казалось, что это она. “Это особь женского пола и имя этой наглой и своевольной сущности - Камея.” - посреди тишины дома неожиданно для меня раздался голос Алдана, слегка отдавшись эхом, - “Чего ты пугаешься постоянно?.. (а я, действительно, немного не ожидая, что он что-то скажет) мне вот интересно… что в твоём фамилиаре такого занимательного, что она (он сделал акцент и недовольно посмотрел на Камею) постоянно за ним плетётся?” Я взял в руки первую попавшуюся тетрадь и написал: “Без понятия. А она постоянно за мной ходит?” “А, - забыв о моей особенности он немного растерялся. - ну да… у тебя красивый почерк. Постоянно, и не ходит, а летает, я почти ни разу не видел, чтобы она вставала на лапы и ходила.” - Алдан улыбнулся, отведя от меня взгляд, наверно вспоминая этот момент. Я снова начеркал несколько слов в тетради и показал ему: “Мне Андрениум вручил эти документы в конверте, и я совершенно не знаю, как их заполнять и объяснить некому. Кстати, это ты меня тогда скрыл от класса?” Он вздохнув, встал с моего дивана, слегка потягиваясь, и подошёл ко мне. “Да, это я тебя скрыл от глаз класса, это мне стоило этих двух дней сна. Ты не знаешь, как заполнять документы?” Я помотал головой. “Понятно. Сейчас научим.” Следующие минут двадцать меня ожидала лекция и практическое её применение на заполнение этих документов. “И последнее, написанное невидимыми чернилами… дай сюда руки.” Я нехотя и нерешительно начал протягивать ему руки. “Да, не бойся. Такой же пугливый, как и твой фамильяр.” Он быстро своими ладонями опутал мои. “Холодные, впрочем не удивительно.” Алдан растёр мои руки, чтобы они стали чуть теплее. Крепко схватил одну мою руку, обрушил её на стол и начертил на тыльной стороне ладони какой-то символ. Было жутко больно, но как только чернила из пера смешивались с моей кровью боль приглушалась и всё исчезало. Как только Алдан закончил, он свалился уставший на диван. Боли совершенно не было и какого-либо шрама тоже не осталась. “Ты меня слышишь?..” - прозвучал его уставший голос в моей голове. Я, сначала перепутав его мыслеречь с обычной, закивал. -Ты не кивай, а попытайся сказать хоть что-то… зря я что ли это клеймо рисовал?.. - снова сказал он мне мыслеречью. -Зачем это вообще было делать?!” - неожиданно для себя сказал я мелодично и почти спокойно. -Воу!.. - он сел и от впечатления приложил руку ко рту, - Я знал, что немые много говорят с собой, но чтобы настолько… тебе вообще сколько лет? Я немного отвёл взгляд. -Столько же сколько и тебе, и… не называй меня так, хорошо? - попросил я немного не хотя. -Немым? Не буду. Да и ты теперь можешь говорить. - он улыбнулся своей строгой, но милой улыбкой. -А эту речь слышат все? - спросил я неожиданно для себя, как будто это был не мой вопрос, и мой “голос” был чуть писклявее. -Он тоже может говорить? - Алдан с неожиданным для меня удивлением посмотрел на Феликса. -Да могу, мог и у своей Камеи спросить… - недовольно сказал через меня Феликс. Теперь уже и я смотрел на запутавшегося в хвостах Камеи Феликса. Спустившись на пол со стула, я выпутал своего фамильяра, и взял его к себе на колени. -К вопросу, который я задал? - неуверенно вернул я его к нашему разговору. -А, ну, да. Эту слышат только те, у кого есть это клеймо. У Андрениума оно тоже есть. - сказал Алдан улыбнувшись. -Хорошо буду осторожен. - сказал я тоже слегка улыбнувшись. Мы закончили и он под вечер пошёл к Андрениуму, забрав у меня документы и записку с благодарностью, хотя и Алдан высказался на счёт этого, но я всё равно попросил его отдать записку. Декабрь 13, 1746 год. На следующий день я сел в на край соседней к Андрениуму скамейки в коридоре. Он мимолётно осмотрел всю его компанию, это были почти все мальчики класса, и наверно заметив меня между спин, мимолётно сказал мне мыслеречью: “Он всё же поставил тебе это клеймо?” Я чуть вздрогнул, но Феликс толкнувший мою ногу из сумки привёл меня в спокойствие. -Да, поставил… - застенчиво начал я. - Это хорошо, весьма недурной голос, - Дмитрий усмехнулся. - Было больно? - Да, нет. Разве, что в самом начале. - чуть увереннее произнёс я. - На руке оно работает гораздо лучше чем в других частях тела и это немного странно. - вмешался Алдан. - Ничего странного тут нет. Это может зависеть от его типа или от того, что он немой. - Кхм. - слегка кашлянул Алдан. - Прости, я забываю, что меня слышит не только Алдан. - Ничего, но можно это не упоминать, я же с вами разговариваю сейчас. - улыбнувшись сказал я, всё ещё немного не веря в то, что я мог с кем-то поговорить, хоть и мысленно, но могу. - Пожалуй ты прав. - усмехнулся Андрениум. У него есть одна интересная особенность, которая привлекает к нему и не даёт отвести взгляд. Девушки после его улыбки переговариваются между собой, а его окружение всё чаще после встречи со мной находит новый повод для зависти, но уходить от него в “свободное плавание” желающих мало, всё равно в конце концов тебе бы пришлось кому-то подчиниться, из всей параллели у моего спасителя были самые выгодные условия, точнее всех привлекало почти полное их отсутствие, но не об этом сейчас. Позднее я опишу более подробно о монархии владельцев редких фамильяров в школах. Мои рассуждения рассуждения о особенностях лица Андрениума прервал он же своим неожиданным вопросом. - Имиль, тебе точно хочется работать у меня? - спросил он серьёзно. - Ну, да… - растерялся я. - А это опасно? По словам Алана, это просто обычная работа секретаря. - Так и есть, но ты всего боишься и неуверен в себе, может лучше сейчас отказаться, чем потом… - Нет. - возразил я. - Мне нужна эта работа. - Какая… - Андрениум задумался подбирая слово. - Хватка. - Снисходительно сказал Алдан. - Да, хватка. Спасибо. Стоящий рядом Алдан сменил ногу, которую держал чуть поднятой, опираясь узкий на подоконник. Ведать это не в первый раз, когда он подсказывает ему слова в таких разговорах. - Какая у тебя забавная хватка за эту обычную работу, такой же полно в городе. - Там нужно говорить. - буркнул я. - Хм, вроде такого критерия никто не ставил. - Да и ты сам говорил, что я всего боюсь и неуверен в себе, так что мне легче работать у тебя. - Как хочешь. Сегодня после уроков ты идёшь с нами ко мне в дом. - Сегодня?! Я… я же даже не готов сегодня. Ты мою одежду видел?.. - Видел, об этом можешь не беспокоиться. Там у тебя будет свой костюм, который тебе дадут. - Но сегодня?.. - Приказы твоего работодателя не обсуждаются Имиль в бумагах, что ты заполнял был такой пункт. - вмешался Алдан, чтобы прекратить мою почти истерику. - Хорошо. - покладисто произнёс я. Честно говоря я даже не предполагал, что дом Андрениума настолько большой, скорее всего это для меня непривычно находиться в таких больших домах, живя в одних апартаментах на две основные комнаты, кухню, ванную раздельную с туалетом и маленький гардероб. В его доме же помимо огромнейшего холла размером почти с актовый зал школы, помимо огромных размеров и красивого интерьера в его доме буквально физически ощущалась тишина, неуютная, хотя всё и было обставлено с максимальным вкусом матери Андрениума, но она была невероятной, почти никого не было, прислуги было минимум. Скорее всего это потому, что прислуга не жила в их доме. Увидев мою растерянность Алдан взял меня за руку. - Почувствовал? Я неуверенно кивнул. - К этому легко привыкнуть, если знать, что дом у него далеко не такой мёртвый… - Я постараюсь. - вздохнул я. - Что вы там почувствовали? - спросил Андрениум, хотя он был где-то в одной из комнат. - Да так, ничего. - отмахнулся от него Алдан - А на каком расстоянии можно слышать мысли другого человека? - Если бы я сейчас закричал, то мой голос было бы слышно по всему этому дому, здесь примерно такой же радиус. - Приватные разговоры никак не сделать? - У нас пока не получалось. Мы пробовали найти ещё кого-то с этим же типом, но не нашли. Хотя такие же фамильяры есть в каждой уважаемой семье, но делиться ими никто не хочет. - Понятно. - Есть у нас ещё фамильяр эфирный, но его мне отец не даст. - Именно фамильяр ил... - Именно фамильяр. - недовольно перебил его Андрениум. - Мешаем? Ответом Алдану была звенящая тишина особняка Рейвэ. - О-он молчит? - неуверенно начал я. - Нет, у него немного другая печать, поэтому он может её спокойно убрать, чтобы не слышать. - То есть мы одни? - Не считая его сестры, которой сейчас не должно быть в особняке, и двух его друзей, хотя не правильно подобрал слово, но не важно. - Ты бы мог мне показать всё тут? - Это хотел сделать Андрениум, а меня только направил показать, где твоя форма и комната прислуги. - Пошли. Алдан повёл меня, распахнув передо мной двустворчатые двери в правый коридор. Мы прошли достаточно длинный коридор, поворот которого вёл к лестнице в подвал. Там по каким-то непонятным мне причинам эта гнетущая тишина сменилась обычной, приемлемой для всех тишиной. Моя рука тут же схватила Алдена за рубашку и он, понимающе, кивнул чуть развернув ко мне голову. - Но чт... - Можешь не спрашивать, я не знаю. - прервал мою мыслеречь он. - Хорошо. Наконец пройдя несколько дверей в погреба, мы дошли до комнаты прислуги. Как только Алдан открыл дверь, он встал, как вкопанный, не двигаясь с места. - Г-госпожа Аркадия? - Нерешительно произнёс мой проводник, что для меня было полной неожиданностью. - Что вы тут делаете?.. - Переодеваюсь, не видно что ли? - Чуть вздёрнув нос ответила она. - Но женская раздевалка на против. - всё так же нерешительно говорил Алдан. - Прости, перепутал. - Ядовито усмехнувшись, кинула Аркадия и, во время всего разговора прикрываясь блузкой, вступила в туфли и пришмыгнула за дверь напротив, а за ней вальяжно прошагала пустынная лисица бледно-рыдего окраса. Мы вошли и Ладан, заперев дверь, выдохнул. - Кто это был? - Подождав немного, спросил я. - Это была Аркадия Гайне. Андрениум попросил тебя от неё защищать и сказал, что её не будет в поместье. - Почти рассерженно говорил он. Из душа в этот момент как раз вышел молодой человек, выглядящий на 21 год, в одном полотенце. - Алдан? - Удивлённо спросил парень, явно не ожидая, нас тут увидеть. - Привет Андре. - С облегчением выдохнул он. - Познакомь нас с этим мальчиком. - Этот молодой человек подошёл ко мне и протянул руку. Я посмотрел на Алдена. - Можно-можно, это один из троих поваров этого поместья, ему можно доверять. Осторожно протянув ему свою руку, мы их пожали. Андре был необычайно тёплым, может это от того, что он был весь розовый и слегка пышел паром, но я всё же спросил. - У него огненный фамильяр? - Как узнал? - Голосом ответил он, но тут же поймал мой удивлённо-вопросительный взгляд и рассмеялся. - Успокойся, не надо от него ничего скрывать, даже мыслеречь. - Но?.. - Ты же губами шевелить умеешь? Беззвучно я сказал “Да”. - Вот и хорошо, я тебя и так пойму. - Улыбнулся мне Андре. - Ме-ня зо-ву-т И-ми-ль Ана-фел-оуз прият-но познакомица.- Озвучивал он движения моего рта. - Мне тоже приятно, Имиль.