Алхимия

      Талиг с интересом прислушивался. Была ночь, почти утро. В одной из смежных комнат хныкал и хлюпал носом пленник.       Нога под коркой из синтекожи горела и чесалась одновременно, и Талиг боролся с нестерпимым желанием подвывать в унисон с соседом. Стим у него закончился. Сперва он хотел растянуть его подольше, отложить дозу до того времени, когда его вызовут на очередное задание, но после того, как прошёл первоначальный эффект, его нервная система превратилась в моток раскалённых проводов, плавящихся изнутри. Как будто боль, которую он должен был ощущать на протяжении нескольких часов, накапливалась где-то в нервах, но в какой-то момент предохранитель перегорел, не выдержав напряжения. Это просто невозможно было терпеть. Не зря дроид рекомендовал принудительный медикаментозный сон, вот только Талиг не мог позволить себе такую роскошь.       Когда закончился эффект второй дозы стима, он был более-менее готов к последствиям. Если не физически, то хотя бы морально. Можно было не мучать себя, наверное, и не делать пауз между инъекциями, но это означало один долгий непредсказуемый отходняк, во время которого он мог понадобится патрону. И что тогда? После третьей и четвертой дозы Талиг уже мог вполне связно соображать. Видимо, иммунная система приспособилась. Хотя последний шприц он всё равно вкалывал себе как приговорённый к смертной казни.       Был у этого стима ещё один побочный эффект: организм не реагировал на нормальное обезболивающее. Сколько это ещё продлится, он не знал. С последней дозы (а это уже вторые сутки) Талиг хромал, как подбитый зелдрэйт, разве что пока прямоходящий. Впрочем, он вполне готов был упасть на четвереньки и начать кататься по полу с не меньшей прытью, чем раненая балморская ящерица. К счастью (хотя, может, и к сожалению) с той первой поездки в джунгли патрон его не вызывал, и Талиг был предоставлен самому себе. К счастью - потому что вести спидер в его состоянии было бы агонией. К сожалению - потому что в его состоянии всё было агонией, а тут не на что было отвлечься, разве что на завывания соседа.       Мельком он уже видел этого тощего балосара, который перешёл ситхам дорогу. Ничего примечательного. Все они выглядели как наркоманы, но этот вроде торчком не был. Во всяком случае, "палочки смерти" в рацион не входили. Еду ему приносили две девицы непотребного вида с ярко-розовой кожей - одна высокая, гибкая и без волос, другая пониже, пухленькая, с копной черных кудряшек на голове. Как ни странно, ночевали соседки тут же, рядом, в служебной секции, а не в спальне хозяина. Отец Талига похвалил бы ситха за воздержание, которое на Сиридонии считали одной из основных добродетелей, но сам Талиг достаточно давно имел дело с имперской элитой и знал, что у ситхов никогда ничего не бывает так просто.       Из новых соседей был ещё один серокожий - раттатаки, так назывался их подвид. Тихий и ненавязчивый. Наверное, какой-то родственник лорда Рэм-Джара. Иначе зачем он тут нужен?       Вся их честна́я компания вовсе не стремилась общаться друг с другом, но Талиг пару раз занимал стратегическую позицию в круглом холле, куда выходили двери всех комнат для персонала, чтобы хоть как-то отвлечься от жжения в разодранной ноге: по несколько часов кряду сидел там, развалившись на диване под засохшим деревом, и листал на датападе каталоги имперского вооружения. И в конце концов ему удалось увидеть всех здешних обитателей. Дроид серии Грэк-Эск, пленник-балосар, две розовокожие девицы неясного статуса, один сородич патрона - серый, лысый, татуированный, как все раттатаки (судя по данным голонета), но непохоже, чтоб сильно боеспособный.       Тут могло бы быть шумно и людно, но все держались особняком и не горели желанием знакомиться. По ночам так вообще было как в могиле, если не считать завывания, время от времени доносившиеся из соседней комнаты. Парня явно мучали кошмары.       Талиг поёрзал на кровати, придавая подушке удобную форму, и продолжил пялиться в потолок, гадая, когда же наступит утро. Окон в его комнате не было. В конце концов лежать без сна ему надоело. Из зала аудиенции вроде открывался прекрасный вид на город. Почему бы не встречать рассвет там?       Оказалось, однако, что эта светлая мысль не ему одному пришла в голову. Ещё на подходе с лестницы, из-за прозрачной раздвижной двери, он разглядел силуэт на фоне мерцающих городских огней. Талиг притаился, хотя нужды в этом, конечно же, не было. Это оказался тот самый второй раттатаки. Он просто стоял там, опустив плечи и уперевшись лбом в стекло, не подозревая, что за ним наблюдают. Не похоже было, чтобы он кого-то высматривал или ждал чьего-то прибытия. Патрон, насколько Талигу было известно, пребывал в своих покоях, никуда не собирался, и гостей не ждал.       Фигура у окна стояла неподвижно. Талиг решил, что ничего интересного не предвидится, и двинулся вперёд. Прозрачные створки разъехались в сторону, раттатаки заметно вздрогнул и обернулся на звук. Увидев Талига, он выпрямился, нервно провел ладонью по шее. Пара секунд - и он уже натянул привычную маску имперской вежливости.       - Доброй ночи. Вы что-то хотели? - спросил он.       - От вас, господин Рамит - абсолютно ничего, - ответил ему Талиг, надвигаясь как хищник на добычу (хромой хищник, но всё же). В последний момент, однако, он сделал шаг в сторону, став рядом у окна. Не настолько близко, чтобы нарушить границы личного пространства, но достаточно, чтобы нервировать своего визави. Он окинул взглядом горизонт. Город сверкал ночными огнями. По воздушным магистралям, соблюдая предписанную дистанцию, следовали друг за другом спидеры, сейчас в основном грузовые. Небо ещё не начинало светлеть.       Раттатаки рядом сложил руки на груди и переминался с ноги на ногу. Разговаривать ему, наверное, не хотелось, а молчать, видимо, было невежливо.       У Талига опять зачесалась нога. К боли привыкнуть было не сложно, но от этого зуда аж глаза слезились. Он сжал восстанавливающиеся мышцы пальцами. Сильно, но аккуратно, чтобы не содрать слой пластичной синтетической массы, защищающей рану от всякой грязи и стимулирующей рост новых клеток. Куда лучше корки из запёкшейся крови, которую придумала матушка-природа.       Сердобольный раттатаки подал голос:       - Вас беспокоит рана на ноге? Я мог бы вызвать медицинского дроида.       Этот голос был полон сочувствия.       Талиг покосился на Рамита.       - Дроида вызвать я и сам могу, - раздражённо ответил он. Затем попытался придать тону чуть больше дружелюбия. - Простите за резкость. Чешется и впрямь невыносимо, но это, к сожалению, не лечится.       Пауза после его фразы показалась Талигу чуть более длинной, чем следовало. На считанные миллисекунды.       - Экспериментальные препараты? - осторожно спросил раттатаки.       - Йэп, - ответил Талиг. Он не собирался вдаваться в подробности, и снова повисла тишина, во время которой раттатаки продолжал напряжённо стоять, пытаясь на что-то решиться. Уходить он не хотел, оставаться рядом с Талигом, судя по всему, тоже.       - Вам моя компания как будто не слишком приятна? - в лоб поинтересовался Талиг.       Раттатаки замер, отвёл глаза в сторону, затем только сказал "нет", будто вспоминал слово. Потом также, еле подбирая слова, продолжил:       - Просто... хотел побыть один.       Талиг хмыкнул.       - А комната внизу вас чем не устроила? Они же все одиночные, нет? Или вы?... Ну... От шума сбежали?       У раттатаки дёрнулся уголок рта.       Повисла неудобная тишина и Талиг решил нарушить её не менее неудобным вопросом:       - Вам что-нибудь известно? Когда это хнычущее недоразумение нас, наконец, покинет?       Раттатаки в ответ наградил его пристальным взглядом своих серых как пасмурное небо глаз. И ничего не ответил.       Талиг так и не понял, то ли Рамита покоробила формулировка, то ли он посчитал неприемлемым вопрос о планах лорда Рэм-Джара. Имперские служащие - сплошная загадка. Скажешь что-нибудь безобидное, а на тебя рапорт напишут. Не нравился ему этот Миер Рамит. Но патрону, разумеется, виднее, какими людьми себя окружать.       Снова воцарилась тишина. Краем глаза Талиг видел, как его собеседник по-прежнему мнётся. Стоило подтолкнуть раттатаки к правильному решению, поэтому он принялся тихонько напевать весёлую сиридонскую песенку, сделав вид, что погрузился в созерцание ландшафта.       Рамит сделал нерешительный подшаг в сторону дверей.       - Я вас покину, господин Ана'Гун Йиднесаар. Доброй ночи. Если вам что-нибудь понадобится, вы всегда можете ко мне обратиться, - прошелестел он в спину Талигу.       Тот обернулся, растянув губы в улыбке и вперившись в раттатаки взглядом как копьём.       - Доброй ночи, - ответил он, постаравшись, чтобы это прозвучало как "свали уже, наконец".       И раттатаки свалил.       Походка у него была кошачья. Осторожная, но твёрдая. Нетипичная для имперских служащих, чеканивших шаг как на плацу.

***

      Оставив пилота в зале аудиенции, Миер спустился обратно в свою комнату. Его вынужденный сосед уже затих. Забылся коротким сном, из которого каждый раз выныривал с криком. Это и Миера заставляло просыпаться. Чуткий сон - наследие детства.       Он сел на узкую кровать, стоявшую вплотную к стене. Нашарил на столе голодиск с записями недавних выступлений в Императорской Оратории. Невыносимо скучные образцы древней поэзии на едва понятном языке декламировались лучшими чтецами Дромунд-Кааса перед высокопоставленной публикой. Он давно хотел это послушать, но никак не мог собраться с духом. Оды наводили на него тоску.       Сейчас для них было самое время. Не мешало как-то отвлечься. Из-за злополучного соседства ему начали сниться тревожные сны. В одних он опять возвращался в родную коммуну на Раттатаке. В других тщетно пытался устроить своему соседу побег. Каждый раз это заканчивалось тем, что они напарывались на лорда Рэм-Джара. На этом он просыпался, и ему было вдвойне стыдно: и оттого, что это был только сон, и оттого, что ему вообще снились такие сны. С его стороны это было чёрной неблагодарностью.       За двадцать лет у леди Тайры он видел десятки подобных случаев. Сотни истерик. Отнюдь не каждый из её питомцев стоически воспринимал своё положение. Далеко не все были в рабстве с рождения. Всё что нужно было балосару, это курс успокоительного и собеседник, которому можно было бы жаловаться на жизнь. Он попытался сунуться к нему, но дроид объявил, что это строго запрещено. Только Ара или Зоя могли приближаться к пленнику, а у девушек явно не хватало опыта, чтобы хоть как-то его успокоить.       Возможно, если бы он попросил лорда Рэм-Джара дозволения заняться парнем самому, тот бы и не возражал. Но Миер просто не мог. Может быть, позже. Если подвернётся удачный момент. В конце концов, хозяин больше не отлучался надолго из Цитадели. Миер мог к нему обратиться в любой момент.

***

      Рассвет Талиг встретил в зале аудиенции перед панорамным окном. Это было красиво.       Дома, на Сиридонии рассвет был похож на медленно распахивающуюся пневматическую дверь, ведущую в ярко освещённое помещение: ночные тучи отодвигались от горизонта, образуя щель, в которую светила теплым светом Галида, звезда его родной системы. К вечеру створка облаков закрывалась обратно.       На Балморре рассветы были туманны, наполнены ядовитыми парами, и нередко сопровождались отдаленной канонадой очередного обмена любезностями между воюющими за планету армиями. Да и силовые щиты портили вид на небо.       На Коррибане рассвет был похож на жерло плавильной печи, готовой вот-вот изрыгнуть тебе в лицо потоки раскаленного металла.       А здесь, на Дромунд-Каасе: чёрное небо над чёрными джунглями сперва стало тёмно-фиолетовым, а кромки тяжёлых облаков загорелись расплавленным золотом. Затем раскалённый диск стал медленно выползать из-за горизонта, разбрызгивая золото между небоскрёбов Каас-Сити. Небо вокруг него стало ярко-малиновым, затем окрасилось в светло-сиреневый, и лишь потом приобрело привычный синий оттенок. Таких насыщенсных красок Талигу видеть ещё не доводилось.       Созерцание этой красоты прервал патрон собственной персоной. Вышел из коридора, ведущего в личные покои. Поманил его пальцем, кивнув в сторону переговорной. Без брони, значит дело поездок не требовало.       Талиг зашёл следом в небольшую комнату, предназначенную для неофициальных бесед. На стенах вместо пафосных знамён Империи - живописные голограммы с пейзажами. Мебель, можно сказать, уютная, по виду не казённая. Разве что ковры на полу те же, что в зале. Патрон уселся на диван с одной стороны от низкого прямоугольного стола, и указал ему на противоположный.       Прошлый раз он выглядел совсем обычным парнем. Просто очередной сослуживец, отлежавшийся в койке после ранения и готовый вернуться к работе, когда тебе самому в медблоке ещё торчать и торчать. Но впечатление было обманчивым - Талиг это прекрасно понимал. Ситхи были чем угодно, только не обычными людьми. Он мог бы поклясться, что от патрона прямо-таки разило угрозой. Точнее даже не самой угрозой, а неизбежностью. Неминуемой смертью. Может, это было только его воображение. Талигу не приходилось ещё так близко и так долго наблюдать за кем-то из ситхов.       Он был вполне уверен, что патрон не собирался причинять ему вред. Но ведь и про́пасть не угрожает тебе расправой. Она просто существует, и этого вполне достаточно, чтобы подвергнуть твою жизнь опасности.       Ситх уселся, расставив ноги и оперевшись на них ладонями. Он задумчиво просканировал своего пилота взглядом, а затем сказал:       - Есть для тебя задание, не связанное с транспортировкой. Но сперва кое-что ещё.       Звучало интригующе. Талигу удалось даже отвлечься немного от часотки в ноге. Дроид принёс какой-то длинный ящик, и в душе у него затеплилась надежда.       В ящике и правда оказалось оружие.       - Дальнобойный охотничий бластер?       Он был несколько удивлён. Да, у охотничьих моделей был ряд преимуществ, в основном касающихся мощности и простоты эксплуатации. Проще говоря, можно было месяцами таскаться по диким местам, охотясь на крупного зверя с толстой шкурой, и не опасаться, что оружие откажет или в обойме кончится заряд.       - Ты же охотник, верно? - ответил ситх риторическим вопросом.       - В этом... есть смысл, владыка... - озадаченно произнёс Талиг.       Лорд Рэм-Джар скривил физиономию, будто ему на зуб попала какая-то кислятина:       - Прекрати меня так называть. Я же не старый дед.       - Как прикажете, - моментально откликнулся Талиг. Отвечать по уставу, не раздумывая, давно вошло у него в привычку. По правде говоря, с самого детства, когда он подрабатывал при отце младшим патрульным. Но для ситхов никаких уставов не существовало. Они сами себе были устав. Так что лорда Рэм-Джара его ответ не устроил.       - Ещё короче, - потребовал он.       - Есть, - ответил Талиг, не растерявшись.       - Как тебе оружие? - спросил ситх, переходя к делу.       Талиг вынимал детали из ящика, прилаживая их друг к другу. С его опытом это было не сложно, хотя эту модель он видел только на схемах. Металл приятно холодил ладони. Он был не слишком лёгким и не слишком тяжёлым. От бластера пахло смазочными маслами, но на пальцах не оставалось грязных следов.       - Я первый раз такое держу в руках, но выглядит отменно, - сказал он, поглаживая приклад.       Затем он вскинул оружие к плечу и прицелился в самый высокий из небоскрёбов, видневшихся из окна. На его макушке, под коммуникационной башней с торчащими антеннами, отчётливо виднелся неоновый логотип из нескольких синих полукругов, напоминавших холмы. Будь это снайперский бластер, он мог бы снять цель средних габаритов прямо отсюда. Охотничья модель с такого расстояния позволяла разве что понаблюдать. Но если подобраться ближе, можно ликвидировать в том числе и бронированных противников. Мощности хватит. Может, на это был расчёт?       - Опробуешь в тире. А потом в деле, - объявил ему патрон.       - Есть, - ответил Талиг машинально, поглощённый исследованием системы прицеливания. У неё были разъёмы для проводного подключения к очкам или шлему.       - И на кого я буду охотиться? - спросил он, поскольку лорд Рэм-Джар замолчал, давая ему возможность ощупать бластер со всех сторон. У основания ствола находилась камера для усиливающего кристалла, но она была пуста. Ситхи предпочитали не разбрасываться драгоценным кибе́ром, даже при том что в свои мечи вставляли синтетику. Насколько разрушительнее станет бластер, снабженный кристаллом, Талиг мог только гадать.       - На мотылька, - ответил ситх, и Талиг сперва его не понял.       Рэм-Джар уловил его замешательство мгновенно, и поспешил добавить:       - Фигурально выражаясь.       Талиг ждал дальнейших разъяснений.       - Слышал нашего беспокойного гостя? - спросил Рэм-Джар.       Талиг кивнул.       - Видел, - сказал он. - Балосар, - Талиг опустил бластер и изобразил пальцами две антеннки, - Его приятелей надо отловить?       Рэм-Джар покачал головой.       - Нет. Я собираюсь выпустить его на волю. А ты попрактикуешься в стрельбе по движущимся мишеням. Мне нужно, чтобы ты наступал ему на пятки и не давал покоя как можно дольше. Ты же говорил, что предпочитаешь "бесконечную охоту"?       Чувства у Талига по поводу этого поручения были смешанные. С одной стороны, парень выглядел жалким. С другой... А чем он лучше любого республиканского лазутчика или отбившегося от своих пехотинца, которых он гонял по Балморре всё свободное время? В общем-то ничем.       - Есть какая-то траектория, по которой его надо поводить? - поинтересовался он деловым тоном, разбирая бластер и раскладывая детали обратно в ящик.       - Предоставь ему самому выбирать направления. Маловероятно, что он приведёт тебя к сообщникам, но не будем сбрасывать со счетов такую возможность. Для меня главное, чтобы он находился в постоянном напряжении. Напоминай о его положении каждый раз, когда он позволит себе передышку. Оставь ему пару неприятных ожогов, но так, чтобы он оставался на ходу.       - А если я его потеряю? Всё-таки незнакомый город.       - Скажешь мне. Разберёмся. Но лучше тебе его не терять. Город незнакомый для вас обоих. А он в отличие от тебя не в лучшей кондиции.       "Я тоже не в лучшей кондиции," - подумал Талиг про себя. Патрон предпочитал этого не замечать.       - У тебя есть пара дней на подготовку. Зарегистрируй бластер. Он твой. Прогуляйся по городу. Я сделаю тебе все необходимые разрешения и пропуски. Служба безопасности вас не потревожит. В пределах разумного, конечно, но думаю у него хватит ума не появляться больше вблизи Цитадели. Когда всё будет готово, я тебя вызову. Хочу, чтобы вы познакомились. Хочу, чтобы он знал.       - Есть, - коротко ответил Талиг.