Zugzwang

This is a wild game of survival

Game of Survival - Ruelle Говорят, что в мире всё неизбежно, подвластно нашим решениям и силе воли. Мы все имеем возможность обрести свободу и изменить свою судьбу, выбрав другие обходные пути, попытаться избежать своей участи всеми возможными дорогами, но мало кому известно, что это навсегда. Можно сколько угодно кружиться вокруг конечной точки, обойти её, выбрать другую тропу, но в конечном итоге всё равно финал один, как бы ты ни пытался. Zugzwang отсчитывает часы до исходного кода, выгравированного тонкими узорами на запястьях небесными чернилами. Ведь каждый шаг — потеря одной из пяти жизней. Возможно ли, что это и был тот самый исходный код для Юнги? Но ни один из ребят просто не хотел об этом говорить, доверяя тому, что видел. Наверное, это просто боязнь поверить в то, что это может оказаться правдой. Чонгук предпочитал на время отключать свои мысли и не загружать свою голову посторонними вещами, стараясь унять дрожь в руках от пустых глаз напротив. Отвлекался на настенные часы, слушая приглушённое тиканье, чтобы вновь не наблюдать бледное лицо друга. Юнги вышел из комы почти пять дней назад, до сих пор не проронив ни слова после того, как просто элементарно не смог ничего начертить на листе, руки не слушались, дрожа и роняя карандаш на белые простыни. Врач говорил, что возможен такой побочный эффект от лекарств, но рисование и механизмы были для Юнги всем. Вам словно перекрыли кислород и заставили задыхаться, как чёртову рыбу, слушая надоедливый голос своих мучеников. Юнги предпочёл бы просто никогда не просыпаться, делая вид, что не слышит ночные рыдания Чонгука. — Я жалок, верно? — хриплым от долгого молчания голосом сказал Юнги, присев на кровати, и осторожно поднял глаза на Чона, надеясь отыскать там ответы на терзающие душу мысли, но наткнулся лишь на улыбку. Искусанные губы складывались в единый и ровный ряд кроличьих зубов, которые так любил старший. В последнее время он так редко видел его улыбку. — Почему ты улыбаешься? Чонгук лишь машинально приподнялся на локтях с кресла, подошёл к парню, вручая ему альбом и карандаш, и присел сзади, обхватив его со спины наподобие кольца. Тёплые ладони Чонгука тут же зафиксировали дрожащие руки друга и поднесли к альбому, нанося на белый лист яркие краски, кривой контур механизмов, под чётким руководством Юнги. Тот лишь вжался и старался спрятать поступившие слёзы под густой чёлкой, но горячее дыхание и тёплое чонгуково «не говори, просто смотри» не давали отстранится, наблюдая, как с чужой помощью руки парня переставали трястись, выводя на бумаге его любимые ровные линии. Он так свыкся с мыслью, что больше никогда не сможет рисовать, станет беспомощным, обузой для ребят. Ведь он слышал о том, что больше никогда не сможет почувствовать росу под ногами, бегать за ночными звёздами, управлять роботом, просто стал кучкой ненужного хлама, который так часто видел на арене Рэйда. — Прошу перестань говорить об этом, будто твоя жизнь ничего не значит для тебя, — Чонгук не выдержал, роняя голову на плечо Юнги, который тут же почувствовал тёплые капли на своей футболке и усилившуюся хватку. — Разве ты не помнишь о нашем обещании никогда не оставлять друг друга. Перестань думать о смерти, как само собой разумеющее. Мне больно наблюдать, как ты с каждым днём превращаешься в призрак, который ускользает сквозь мои пальцы, хотя я ничего не могу сделать. Я не могу отмотать время, Юнги-я. После смерти родителей ты единственный человек, который вновь в меня поверил и не дал упасть...

Кто кроится в твоих тенях? Who's ready to play? Кто готов поиграть? Are we the hunters? Мы с тобой охотники Or are we the prey? Или добыча?

Тик-так, тик-так...

･*:.｡. .｡.:*･゜ﾟ･*☆

В тот же день после очередной попытки Чонгука забрать Юнги домой они вместе с парнем направились вдоль тропинок, обходными путями вдоль реки, прямиком к заброшенному району Рэйда. Подняв друга на руки, Чон старался не терять равновесие, часто озираясь назад в поисках слежки. Огни фонарей государственных кораблей то и дело сверкали над крышами зданий, оставляя на их стенах уродливые тени, они предвещали мало хорошего и напоминали о том, что на дворе комендантский час, и давали возможность практически незаметно собирать обломки старых прогнивших роботов. Все созданные роботы никогда не прятались от дождя, слонялись по улицам без дела, брошенные своими прежними хозяевами. Возможно, так они искали свою погибель, а может простого приюта. Но сейчас, как казалось Чонгуку, армия напоминала ему ищеек, беспрерывно роющихся в поисках мяса и жаждущих наконец-то выполнить приказ своего хозяина. Парня одолевало очень плохое предчувствие, которое подтвердилось сразу же, как он переступил порог дома, натыкаясь на красную макушку Тэхёна. Яркие прядки выбивались из хорошо уложенной укладки робота, который перехватив Юнги, вручил Чонгуку свежую газету. — Государственная армия что-то усердно разнюхивает, Чонгук, прочитай статью ниже, — Тэхён устало вздохнул, кладя уставшего Юнги на кровать, а после развернулся к тому полным корпусом. — И, кажется, я знаю, в чём причина.

12 марта 2056 год. ~В связи с недавним инцидентом на арене Рэйда, государственная армия была внедрена в качестве поддержки детективам местной полиции по поиску следов преступления. Сообщается о первых телах погибших, которыми были два пилота искореженного робота-пса — Мин Сон и Пак Минхёк, место рождения и род деятельности которых ещё устанавливаются, но есть предположения, что один из них был бывшим учёным, расследовавшим биохимические компоненты в секторе В. Полиция отказывается комментировать случившееся, надеясь установить причины произошедшего. К сожаления, гонки на время прекращают своё существование, все гонщики получат небольшое количество сырья в качестве компенсации. Это были все новости на сегодня, а теперь к очередному циклону на юге....~

— Вся эта статья — один сплошной цирк на публику, ничего они не расследуют и оба этих погибших парня были учёными из той лаборатории, из которой я сбежал. Вся эта ерунда про детективов лишь манёвр, чтобы отвлечь всех от реальной причины визита государственной армии на Рэйд, — Тэхён нервно взъерошил волосы и прикусил губу до крови, наблюдая за задумчивым и побледневшим парнем. — Чёрт, Чонгук, у нас огромные проблемы... — Прошу, только не говори мне, что... — присев рядом на колени рядом с роботом, младший просто не успевал переваривать информацию, которая свалилась на его плечи буквально за эти неполных два дня. — Что ты был без маски. Боже, наверное, её сорвало с твоего лица, когда робот рухнул на землю, чёрт, но это не отменяет того факта, что половина Рэйда вместе с государственной армией ищет тебя, увидев твоё лицо. — Ты безумно проницателен, но правда это мало поможет в этой ситуации, ты ведь это прекрасно понимаешь, — тяжёлый выдох. — И как долго вы с Юнги жили под таким давлением? Ах, я даже не представляю, как бы пережил это, не сломавшись. — После смерти родителей мы ночевали на улицах, скитались по заброшенным зданиям, стараясь обходить родные дома, насквозь пропитанные воспоминаниями тех дней. Родителей Юнги, как и моих, убили учёные, считавшие их проблемой на пути становления роботов. Как сейчас помню, они были такими правильными, всегда боролись за справедливость. Я дал себе клятву больше никогда не верить этим подонкам, которые прикрываются лживыми улыбками, в это же время сжимая за спиной очередной из своих скальпелей. Ви, они не оставят тебя в покое после твоего побега. Тебе было страшно? — Чонгук аккуратно провёл по запястьям робота, обводя подушечками пальцев ещё не совсем зажившие раны. На эти слова Тэхён просто кивнул, стараясь не придаваться воспоминаниям, пробирающимся острыми иглами сквозь кожу, молчание, на удивление, слегка успокаивало. Помня слова матери о своём предназначении он просто не мог оставить Чонгука одного, зная, что и за ним ведут охоту на выживание. Он прекрасно понимал, что новостные каналы не могут сеять панику о сбежавшем и особо опасном роботе, игнорируя прямые заявления и протесты в их сторону. Ночи, освещённые яркими фонарями и сканерами, становились с каждым днём всё тревожнее, предвещая не самый лучший расклад. Как только останется ровно пара часов и зажжется печать на запястье, Придётся бежать, надеясь на привязанность свыше. Смерть соулмейта — конец существования для тебя. Ты готов, Тэхён?