Танцуя любовь

За столь короткий период общения с Джексоном у меня сложилось впечатление, что в его лексиконе нет фраз типа: « А что ты делаешь сегодня вечером?», или: « А можно я заеду к тебе в семь?», или — Я заеду за тобой в десять. Ну, что я вам говорила? «Я заеду за тобой в десять», — мысленно передразнила я его. И похер, какие у меня были планы на вечер, в каком я настроении и хочу ли я вообще чтобы он заезжал. «Заеду в десять». — И одень что-нибудь нарядное. Я мгновенно впадаю в ступор. В понятии Джексона « что-нибудь нарядное» могло означать все, что угодно: видавшие виды дранные джинсы, что-нибудь откровенно сексуальное или, на самом деле, нарядное. Хотя последний вариант был вообще не вариант. Ровно в полдесятого я крутилась перед зеркалом, окидывая себя со всех сторон критическим взглядом. Я была просто уверена, что Майкл прикатит раньше назначенного времени и будет недовольно дуть губы на то, что я до сих пор не одета. «Ну что, мистер Джексон, Вы снова меня не разочаровали», — радостно процедила я, когда без двадцати десять в дверь моей квартиры настойчиво позвонили. Заскакивая на ходу в туфли, я резво рванула к выходу. — И чего ты так вырядилась? — прыснул смехом Джексон, окидывая меня скептическим взглядом. Я, молча, поудобнее устроилась на огромном кожаном сиденье, и Билл закрыл за мной тяжелую тонированную дверь. Похоже «романтИк» на сегодня отменялся. А я уже нарисовала себе радужные картины: цветы, ресторан, шампанское, кольцо… Стоп! Стоп! Тормозиии! «Чего ты так вырядилась?» — романтика по джексоновски. Получите — распишитесь. Я грустно улыбнулась своим мыслям и уставилась в окно. — Ну ладно тебе! Не дуйся! Ты шикарно выглядишь, — примирительным тоном пропел Майкл. Я отвернулась от окна, собираясь сказать: «Прощаю», как тут же открыла рот от удивления, буквально уткнувшись носом в огромный букет нежно -сиреневых роз.  — Спаасиибоо, — протянула я, вдыхая всей грудью божественный цветочный аромат. « А Вы, мистер, похоже не так уж и безнадежны», — подумала я, расплываясь в блаженной улыбке. Майкл смотрел на меня взглядом, полным нежности, и явно был несказанно рад, что мне понравились цветы. «Ну вот! Совсем другое дело, мистер!» — едва успела подумать я, как Майкл схватил меня за руку и, тыча пальцем в стекло, возбужденно зашептал: — Смотри, смотри! Как раз то, что нужно! Я внимательней вгляделась в одинокую мужскую фигуру, бредущую во тьме вдоль тротуара. «Что значит „то, что нужно“?! Ну уж нет! На секс втроем я точно не подписывалась!!!» И тут…небо разверзлось надо мной. Точнее, огромный люк в крыше лимузина, плавно и бесшумно, отъехал в сторону. Майкл, схватив с бокового сидения автомобиля какой-то круглый предмет, высунулся из люка наружу. И тут я, наконец, смогла разглядеть, во что он был одет. Серая кенгурушка, как минимум на два размера больше, видимо кого-то из братьев. Джинсы, напротив, очень узкие, видимо кого-то из сестер. Видавшие виды черные мокасины и внимание! носки разного цвета — один ярко-желтый, другой огненно-красный. Короче, стиль «фьюжн», в переводе на русский «ибо, похуй!» «Да уж, Король стиля, твою налево!» — нервно хохотнула я. Но как говорится, подлецу все к лицу. И Майкл в этом нелепом наряде был просто очарователен. — Мистер Джексон, а Вы случаем не с Жанной Агузаровой одним звездолетом с Марса прилетели? — я пыталась сказать это серьезно, но у меня не получилось и в конце фразы я все — таки прыснула со смеху.  — Чего?! — искренне не понял он. Действительно, откуда ему знать, кто такая Жанна Агузарова? Ну хорошо, хоть не обиделся. — Да ладно, забей! — я безразлично махнула на него рукой. Бааах! Это наполненный водой презерватив полетел в сторону прохожего. Майкл резко присел обратно в салон, чтобы не спалиться. — Майкл, ты… — Знаю, идиот! — хихикнул он в ответ, с радостью на лице оборачиваясь на меня и видя мою скептическую моську добавил: — Крис, ты — скучная… — Угу… — Уэйн! Сматываемся! Крис, как ты не понимаешь! Это же реально весело! «Ну конечно! Конечно, мистер! Я ничего веселее этого в жизни своей никчемной не видела. Водой в прохожих? Мелко плаваете, товарищ!» Я сразу вспомнила, как мы с подругой в своем Мухосранске кидались с крайнего этажа типовой панельной пятиэтажки в прохожих сырыми куриными яйцами. Благо, в Советском Союзе с этим делом дефицита не было. «Только не смей ему сказать об этом! Если у него хватает денег на презики, то на яйца хватит точно! Он весь Лос-Анджелес ими закидает!» Нам с подругой тогда было по девять, а этому здоровенному дитяте без одной недели двадцать девять. Мдя… Вечный ребенок, чего уж там… В следующее мгновение, через тонкий шелк летнего платья, я ощутила приятную прохладу кожаного сидения. Майкл, завалив меня спиной, упал сверху и принялся неистово целовать мои губы, быстро скользя пальцами по бедру, попутно резво задирая вверх пышную юбку. «Извините, сэр! Я, кажется, погорячилась! Беру свои слова про „вечного ребенка“ обратно!» Целовал меня Джексон, прямо скажем, далеко не по-детски. В такие моменты с Питером Пеном его роднило только одно — целовался он совершенно СКАЗОЧНО! *** — Просто я — джентльмен. У Тани не было денег на такси, и я подвез ее до дома. Знаете, чего мне хотелось в этот момент больше всего? По старой русской традиции заехать чугунной сковородкой по наглой королевской роже. Правда на моей исторической Родине такой чести удостаивались исключительно горячо любимые мужья. А этот звездный раздолбай мне вообще никто! «Джентльмен он, как же! Тогда я — Мая Плисецкая! Денег у нее на такси не было! А на автобусе не пробовала? Вот же стерва! Я прекрасно видела, как между дублями она зажимала тебя в темном углу студии, на что ты глупо хихикал и как бы случайно хватал ее за талию. Я что, уже ревную его??? Матерь Божья…» Его теплые губы, прикоснувшиеся к моей щеке, прервали мой эмоциональный внутренний монолог. — Ну прости, прости, я больше так не буду, — тихо зашептал он, покрывая мое лицо и волосы невесомыми, трепетными поцелуями. — Сегодня твоя очередь кататься! И, довольно хихикнув, он резво отскочил от меня на безопасное расстояние. И правильно сделал, а то бы я ему точно двинула! *** На парковке возле студии опять показывали шоу! Щупленький черноволосый паренек, нервно скрестив на груди руки, чихвостил и в хвост, и в гриву двух шкафоподобных громил. Нет, он не орал на них и даже не матерился. Джексон отчитывал их ровным, спокойным тоном, но при этом было совершенно очевидно, что он об этих двоих думал и по каким адресам при этом посылал. «До свиданья, скромный Джексон! Здравствуй Джексон, будь здоров!» -съязвила я про себя. Чего опять накосячили эти ребята в костюмах от Армани, я, честно, была не в курсе. Но при звуке джексоновского голоса мне самой захотелось вытянутся по стойке «смирно» и, отдав рукой честь, бежать исполнять поручение, каким бы идиотским оно не было. Бедные, бедные, бедные телохранители, свезло же вам охранять неугомонную звездную задницу. Сочувственно покачав головой, я повернула к машине и снова впала в ступор, уставившись на черную громадину. Русская пошлая поговорка про то, что «чем меньше у мужчины, пардон, член, тем больше у него машина» в случае с Джексоном не работала вообще никак. Все размеры были в полном соответствии. Откуда мне это известно? Ну тогда, на кухне, трудно было это не понять. — Почему ты все время как-то странно косишься на мою машину? — Майкл опять совершенно бесшумно подкрался ко мне, и на его красивых губах играла наимилейшая улыбка. — Твой худосочный менеджер как-то сказал на пробах, что если мне повезет, то ты трахнешь меня прямо в своем лимузине. — Я уволю этого мерзавца, — шутливо проворчал певец, учтиво распахивая передо мной дверь. Я неуверенно шагнула в роскошный салон, и Джексон тут же юркнул за мной следом. — Добро пожаловать в королевскую опочивальню, — произнес Майкл, склоняясь передо мной в реверансе. — Джексон, ты — сказочный идиот… *** — У меня сегодня, между прочим, день рождения, — небрежно обронил Майкл, со скучающим видом ополаскивая кружку под краном. «Поздравляю, Джексон. Вот и стали мы на год взрослее. Так ты ж вроде не празднуешь, так с чего вдруг?» — так и хотелось съязвить мне вслух. Мое сердце пропустило пару ударов, а затем начало бешено отбивать чечетку, когда он с грацией дикого кота двинулся ко мне. Его карие глаза, в прямом смысле слова, гипнотизировали меня. Я вся разом задрожала перед ним, как кролик перед удавом, который знает, чем это все закончится, но, почему-то, боится сдвинуться с места, чтобы спастись бегством. — Простите, Ваше Королевское Величество, но я, кажется, без подарка...— еле слышно выдавила я из себя внезапно пересохшими губами. — Сильно сомневаюсь, — рявкнул Джексон, сгребая меня в объятия. «Намек поняла Джексон! Уже бегу оборачиваться подарочной бумагой и лепить сверху пышный бант. Кстати, какой цвет упаковки предпочитаете?» Я не успела закончить рассуждения про упаковку, как Майкл рванул вверх мою супер узкую юбку. Нитки в швах угрожающе затрещали, но Джексона это нисколько не смутило. Его руки без стеснения изучали все изгибы и выпуклости моего тела, в то время, как горячие губы жадно скользили по моей шее вниз. Освободив нас двоих от одежды и повалив меня на кровать, Майкл внезапно переменился в своем поведении. Словно опомнившись, он вдруг стал невыносимо нежным и чутким. Его умелые, неторопливые ласки быстро заставили меня позабыть про все свои страхи и сомнения и хотеть только одного, чтобы он взял уже меня и прекратил эту невыносимую пытку. Господи, да я просто умирала от желания отдаться ему! Если бы я была посмелее, я бы уже кричала ему о том, как сильно хочу его. Хотя, я думаю, ему это было понятно и безо всяких слов. Когда он, наконец, вошел в меня, я была уже настолько возбуждена, что совершенно ничего не почувствовала из того, что обычно чувствуют в первый раз. Странно, но крови не было. Также как и нестерпимой боли, которой пугают все, кому не лень. Боль конечно была, но какая-то сладкая и пульсирующая, которая то усиливалась, то снова затухала в такт его движениям. Я просто задыхалась от дикого желания доставить удовольствие этому мужчине и на все остальное мне было абсолютно плевать. Какого-то особого наслаждения от процесса я, честно говоря, не испытывала. — Кристина…ты такая горячая…ты такая тесная… я просто схожу с ума… мне так хорошо… - ласково шептал он, продолжая плавно и не спеша двигаться. И в этот миг во мне, сначала совсем не уловимо, а затем все сильнее и сильнее, начали нарастать очень приятные ощущения. Я стала отчаянно цепляться ногтями за его плечи, крепко обвивая ногами его стройные бедра. Сквозь пелену затягивающего меня чувственного тумана, я услышала его сдавленный стон и толчки стали более частыми и уверенными. Я безумно хотела кончить, но оргазм, увы, так и не наступил. Не знаю, что испытывал в это время Майкл, я просто никак не могла заставить себя посмотреть ему в лицо.  — Кристина, выпусти меня…я не могу…я сейчас…о, Боже... — застонал Майкл, и я ощутила как изнутри меня обожгла горячая волна. Вот откуда только что берется. Инстинкты в чистом виде. Я так сильно обхватила его ногами, что в самый последний момент он не смог освободиться и кончил в меня. У танцоров сильные ноги, что уж тут скажешь. — Кристина, конечно же ты ничего не принимаешь, вот же черт… — прошептал Майкл. — Внизу есть аптека, я сейчас схожу… — Ну какая аптека. Да ладно…на все воля Господа… «Ты забыл добавить — и Майкла Джексона». Мы лежали молча, обнимаясь и тяжело дыша. Я не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я смогла более или менее прийти в себя.  — Крис…  — Мм…  — Я снова тебя хочу… «Нет, надо было все-таки сходить в аптеку». Небольшое лирическое отступление: я уже представляю, как в меня летят виртуальные тапки: «Боже, как банально», «Сплошное клеше». Хм… Честно? Я не знаю, чем отличается Джексон в постели от других мужиков и чтобы такое гениальное он мог шептать женщине во время секса. Что-то типа: «Я напишу об этом песню и она будет звучать в веках?» Короче, если есть мысли по этому поводу, то как говорится, ю, а велком!)))