Жуткий собственник

      Придя в общежитие, я просто вырубилась. Я была полна гнева и обиды. Сегодня я 44 раза сказала, что все хорошо со мной. Я ненавижу врать, ненавижу. Джису - только она меня понимает, ведь у неё такое же горе, но она выглядит, будто ничего и не случалось, будто все так же, как и раньше. Она очень сильная, а я нет. Но даже сильные люди могут сломаться, судьба всегда забирает самых важных тебе людей, так всегда. На моих глазах опять слезы. Нет, я сильная, должна быть сильной. Когда мне плохо, я выговариваю все Мире или Джису, ну или иду в танцзал. Миры нет, Джису итак плохо, остался только зал. Ладно, зал так зал.       Одевшись в спортивную одежду, я спустилась в подвал. Там и был танцзал, рядом была звукозаписывающая студия. В зале никого, отлично. Включив песню, я отдалась танцу. Я всегда вкладывала в танец все, что у меня есть, все чувства, все добро или всю злость. От этого танец был слишком эмоционален. У меня была прекрасная растяжка, поэтому в танец я всегда добавляла какое-то сложное движение. Это была моя фишка.       Я падала и вставала, вставала и падала, но в конце концов у меня получился слишком чувственный танец. Мое напряжение снято. Я стою у зеркала и пытаюсь отдышаться, как вдруг сзади слышу аплодисменты. Мне приходится развернуться. — Намджун, — сквозь зубы шиплю я. — Я поражён, я думал, ты только примеры решать умеешь, но в последнем движение ногу недотянула, работай над этим, а так я мне очень понравилась твоя растяжка. Ещё тебе надеть топ покороче, вообще класс будет. — Чего надо? — А что так грубо? Ты же девочка. Я был в студии, а за стеной будто стадо слонов пробежало. Мне это мешало, но вот я здесь. Я удивлён, что это ты. Вроде худая, а прыгаешь, как слон. — Ты по-любому хотел о чём-то поговорить. Давай, выкладывай. — Ох, так ты ещё и людей читаешь? Ну ладно, почему ты сегодня всем врала, что ты отлично себя чувствуешь? Кукла, ты не умеешь врать! — Джун, пойми, так надо. Спасибо за то, что успокоил меня утром, но теперь забудь.       Я уже собиралась уходить, как меня взяли за запястье. Он потянул меня к себе и повернул к себе лицом. — Кукла, не играй с огнём, не игнорируй меня, поняла?       Я посмотрела на него, но ничего не сказала.       Когда я пришла в общежитие, там никого не было. Ну слава богу. Быстро сделав уроки, я пошла на кухню, чтобы приготовить поесть. Я жутко голодная.       1:30. Я сижу на подоконнике, пью крепкий чай, смотрю в пустоту. Опять мысли, опять воспоминания, опять слезы. Как это уже надоело... Открываю окно и прыгаю на улицу. Комната на первом этаже. Когда не могу уснуть, всегда иду на улицу. Я никогда не заморачивалась по поводу того, как я выгляжу. Этот раз тоже не стал исключением: огромная белая мужская рубашка, даже не спрашивайте откуда, чёрные чулки, кеды, высокий хвост. На улице апрель, ночь, холод. Завтра не пойду в школу, ведь поднимется температура. Я уже привыкла, так бывает каждый раз.       Улицу освещал только свет луны и одинокий фонарь. Холодно, но не физически, а морально холодно на душе. — В такое время все приличные девочки спят, а не расхаживают в чулках по городу. И я вижу ты решила не топ, а отсутствие штанов. Так тоже можно. Но потом не плачь, ты первая начала.       Он потянул меня к себе, прижимая к своему телу. — Отпусти, — прохрипела я. — Кукла, тебе что-то не нравится? — Мне? Мне все не нравится! Мне не нравятся твои прикосновения, не нравятся громкие слова людей, которые они пускают на ветер, не нравится эта школа, этот мир, эта жизнь… Не нравится, понимаешь? — на последнем дыхании сказала я и упала. POV Намджун — Блять! У неё температура! Конечно, выперлась в рубашке в мороз.       Я взял ее на руки и пошёл к своей комнате. — Господи, она ест хоть что-нибудь? Сколько она весит?       Придя домой, я положил ее на кровать, снял кеды. Температура не спадала, а она и не думала просыпаться. Я бегал и накладывал холодные компресс, а после заснул, взяв ее за руку.       Что я к ней чувствую? Мое тело реагирует, когда я к ней прикасаюсь. Я влюбился в эти огромные глаза, в эти маленькие ручки, в ее миниатюрный рост. Она только моя кукла, я люблю ее, я люблю эту куклу.