mr. Garret Severus Prince Snape Riddle

Надеясь застать крестного за завтраком, маленький Эйбл-Гарри специально проснулся пораньше, имея в запасе полчаса. Он быстренько умылся и постарался расчесать свои волосы на бок или назад, но несколько локонов, как назло, подали на лоб. Еще в приюте, мальчик просил отрезать ему волосы покороче, но кому выгодно слушать капризы какой-то мелкой сироты? Его волосы были волнистыми, если некудрявыми, как у ягненка. Раньше, ложась в неособо уютную постельку, Эйбл мечтал, что за ним придет женщина, с такими же темными волнистыми локонами до пояса, и назовет ее «сыночек», а после она возьмет его за руку и они отправятся в это волшебное место поимени «Дом»… Или же высокий мужчина с темными, слегка кучерявыми волосами, придет и заберет его домой, назвав себя его «папой». А самой заветной мечтой для него была — что эти двое вышеперечисленных придут за ним вместе и представиятся его родителями. Потом бы они взяли его за руки и отвели бы в кондитерскую, напротив детского дома, там они все вместе выбрали бы самый большой шоколадный торт и поехали бы домой. По щеке мальчика скользнула едва заметная слезинка. Его родители мертвы, если верить словам этого старого колдуна с белоснежной бородой. Эйбл-Гарри безоговорочно доверяет Сириусу, своему крестному, а Блэк, в свою очередь, верит каждому слову старика Дамблдора. И, как бы Эйбл не хотел, ему пришлось поверить этому старику, даже если правда была такой жестокой… Покинув свою комнату (мальчик с большим удовольствием называл ее «своей»), Эйбл-Гарри на всех порах побежал в малую столовую, где, наверняка, уже сидит Сириус. Но подбегая ближе к комнате, мальчик услышал разговор двух магов, Сириуса и… Дамблдора? Дабы убедиться в своих предположениях, Эйбл-Гарри постарался, как можно тише, подкрадься ко входу, а после — спрятался в углу, между стеной и аркой, стоящей вместо двери. Он не видел их, но отлично слышал: — Хорошо, Сириус, очень хорошо. Вечером я объясню тебе, как открыть камин для всех, точнее, для ордена. Думая, собрание можно устроить уже завтра, — сказал старческий голос. — А что с мальчиком? Гарри привык к дому и тебе? — вдруг, спросил он. Эйбл отважился посмотреть одни глазком на сидящих в комнате. Сириус сидел на корточках перед камином, а из камина виднелась…голова Дамлдора? Мальчик не поверив, протер глаза и еще раз посмотрел туда. Да, все именно так, голова Дамблдора торчала из камина. — Вроде, — ответил Сириус.  — Отлично. Нам важно, чтобы он сблизился с тобой, Сириус. Ты же знаешь, ему не легко приходилось… Мальчик мой, чуть не забыл, вот, держи. Гораций любезно согласился приготовить для тебя зелье от бессонницы, — звон стекла, Сириус взяв у старика колбы, поставил их на стол. — Я пойду, мальчик мой, все-таки, у директора Хогвартса много дел. К тому же, тебе тоже уже пора в Аврорат. — Да, вы правы, — согласился Сириус, взглянув одним глазком на наручные часики. — Удачного дня, профессор, — сказал Блэк, гася огонь в камине при помощи магии. Закончив с этим, мужчина направился к выходу. Эйбл-Гарри запаниковал. Он, ведь, даже не подумал как вернется незамеченным назад! Но он же ничего такого не сделал… всего лишь подслушал кое-что. Мальчик стал в спешке вертеть головой по углам. Выход, все-таки, нашелся. Почти рядом, в нескольких метрах от самого мальчика, стоял довольно-таки большой платной шкаф из темного дерева. Долго не думая, Эйбл-Гарри решил спрятатся там и побежал к нему. Но неожиданно, когда мальчик случайно дотронулся до стены право рукой (чтобы оттолкнуться), он провалился сквозь нее! Мальчик просто напросто прошел, а точнее упал, за стену. Эйбл ушиб правый бок и плечо, упав на холодный кафель. Вокруг было темно. Он попытался разглядеть хоть что-то, но все его попытки потерпели неудачу. Вслепую поднявшись на ноги, мальчик постарался нащупать дверь или, хотя бы, стену. К сожалению, в комнате не было даже намека на дверь. Наконец, когда мальчик уже сделал почти круг по этой, мягко говоря, необычной комнате, маленькие ручки нащупали раму картины. Но картина была прикрыта простыней или чем-то схожим. Мальчик, не думая, тут же стянул простыню на пол. Вдруг, Эйбл сам чуть не упал на пол, услышав чей-то кашель. Сердце забилось как никогда. Мальчик стал оглядываться по сторонам, даже если ничего не видел в этой кромешной тьме. — И чей же ты отпрыск? — спросил леденящий душу голос. — Я…я… — Все ясно с тобой. Сразу понятно, что ты — щенок Сириуса, этот оболтус так же не умел отвечать мне. Я даже не удивлюсь, если ты окажешься «неожиданным» последствием связи моего сына и какой-то шлюхи, которыми он оскверняет фамильный дом. Ты даже не додумался осветить комнату! Свет! Повтори, идиот! — Эйбл же дрожащим голосом повторил это слово. В этот момент, всю комнату озарил яркий свет фонарей, приклипеленных к стенам. Эйбл-Гарри, наконец, смог рассмотреть эту необычную картину, кричащую на него. Это оказался портрет богатой леди в темно-красном одеянии. Ее кучерявые локоны были собраны назад заколкой, украшенной тремя серебристыми камнями, а черные, как два кусочка карбонадо*, глаза злобно глядели на мальчика. Но спустя пару секунд, злость уступила место любопытсву, осматривая и оценивая паренька. — Вы… Вы кто? — Эйбл решил нарушить тишину. — Я? Ох, пусть только попадется мне на глаза этот несносный мальчишка, я ему язык оторву! (речь идет о Сириусе) Даже не потрудился рассказать своему отпрыску о семье! — Эйблу казалось, что он сейчас вновь оказался в треклятом приюте, где няня кричит на него. Перед глазами пробегали моменты из прошлого… Вот он случайно разбил вазу в главном холле и его тянут за уши, таща к директору. Вот он стоит перед испорченными водой книгами и его, вновь, поволокли к директору, хотя, он даже не виноват в случившемся, мальчик и читать-то не умеет, на что ему взялись эти дурацкие книги… — Что ты застыл, как при встрече с Горгоной*?! Бабка я твоя по отцовской линии! И когда же ты, наконец, представишься? Или тебя даже таким элементарным вещам не учили? Отвечай! — Я… Я Эйб… то есть Гар… — промямлил он, но поймав на себе еще один гневный взгляд дамы на портрете, мальчик прокашлялся и ответил: — Меня зовут Гарри, миссис…эм, Блэк. — на это леди лишь хмыкнула. — Извините, но я не понимаю, почему вы назвали меня сыном Сириуса? Он только мой крестный… — Говоришь, только крестный? Раз твой отец не мой старший сын… — здесь она остановилась, будто переводя дух или вздыхая… — Значит, твоя мать из Блэков. — Н-нет, мэм. Мою мать звали Лили Эванс, а отца — Джеймс Поттер. Я — не Блэк, я — Поттер, — местами дрожа, ответил Эйбл. — Быть этого не может! — злобно крикнула дама. — Тогда, тебя бы здесь уже давно не было! Дом не любит чужаков, особенно представителей грязной крови. Если только этот идиот Сириус не изменил защитные чары… Нет, ему на это мозгов не хватит, к тому же он не лорд и не наследник, чтобы магия дома подчинялась ему. И Сириус не получит титул лорда Блэка, пока не осознает свои ошибки! Таков наш устав. А теперь, вернемся к тебе, отпрыск. Чтобы узнать, наверняка, чей ты там ребенок, придется заглянуть в родовой гобелен. Я в своем положении не смогу это сделать, но ты… Видишь потертую плитку посередине комнаты? — мальчик найдя ее вглзядом, неуверенно кивнул портрету. — Вставай на нее. — Эйбл подслушано встал туда. — А теперь громко и внятно, — леди Блэк сделала особое ударение в этих словах, намекая мальчику, чтобы он не мямлил. — Произнеси Toujours Pur! — Что? — мальчик смотрел на портрет, выпучив глаза. — Toujours Pur! Девиз нашей семьи! — крикнула она. — Чистота крови навек! To-u-jo-ur-s Pu-r, — повторила леди Блэк. Эйбл кивнул. Глубоко вздохнув, мальчик сказал эти самые слова. Плита под ногами медленно опустилась на четверть метра. На темных однотонных обоях комнаты начали появлятся «ростки», на кончиках которых висели миниатюрные изображения членов семьи, а под ними — имена хозяев этих портретов. Эйбл-Гарри смотрел на это все с открыть ртом. Его глаза заблестели осматривая комнату вновь и вновь. — Хватит валять дурака! Ищи свое имя! — приказным тоном сказал ему портрет дамы. Мальчик, спустившись с небес, стал искать свое имя на этих стенах. Вот только кого искать? Эйбла? Или Гарри? Решив, что легче будет найти во всей этой каше Сириуса, а раз тот является его крестным, то теорически, портрет Эйбла должен висеть недалеко от него, мальчик приступил к поискам имени крестного. Наконец, найдя его, Эйбл немного испугался, так как вместо изображения над именем строяло большое черное пятно, будто картинку специально выжгли. — Он сам это сделал, — теперь же голос леди Блэк звучал тихо, в нем слышались нотки раскаяния… — Идиот. Но это был не конец ветви. Ветвь тянулась дальше, а на этом кончике висело изображения… его самого? Под картинкой было написано «Эйбл»… Мальчик поднял вглзяд выше. К ветви Сириуса была присоедена ещ одна ветвь с изображеним девушки, именуемой Арья Поттер . Мальчик медленно развернулся обратно к портреты дамы. — Мое изображение и имя стоят рядом с именем Сириуса и… Здесь… Здесь еще написано Арья Поттер… — Значит, это твоя мать, а Сириус, как я сказала ранее, твой отец. Непохоже, что ты на седьмом небе от счастья, — хмыкнула дама. — Наверняка, этот оболтус Сириус и сам не знает о существовании отпрыска от этой…незаконорожденной Поттер. У Флимонта Поттер был лишь сын, по официальным данным, так что, твоя мать — бастард, впрочем, как и ты. Сириус не был женат, по крайней мере, магия еще не признавала его брака. И что же делать с тобой, мальчишка? — Эм… Я не знаю, — Эйбл пожал плечами. — А может… Я просто пойду? Там уже Сириус ждет, наверное… — мальчик уже отворачивался, но крик леди Блэк остановил его: — Стоять! Я не закончила говорить с тобой, бастард! С этого дня, ты будешь слушаться меня, так как я сделаю все, чтобы ты не опозорил наш род, как твой папаша. Для начала перевесь мой портрет на законное место. После этого, мы займемся твоим внешним видом, а как разберемся с этим, приступим к изучению истории рода. Понял? — Аа… — Хотя, с твоими манерами далеко не уйдешь. Придется с начала поработать над твоим поведением, — леди Блэк едва заметно вздохнула. — И что ты стоишь? Приступай! — К-к чему? — мальчик просто уставился на портрет. — К переноске! Тебе что каждый шаг диктовать? Снимай портрет со стены и неси его в главную гостиную! Повесь над камином, — велела дама. — Вперед! — К-как? Я не достану! И еще… Я не знаю где здесь выход, — мальчик опустил голову, изучая свои ботинки. Послышался еще один вздох от леди Блэк. — Слушай внимательно, я уже говорила тебе, что подчиняется лордам или же их наследникам, в твоем случае — вторые. Ты должен отдать приказ. Что непонятного? — То есть, я просто должен крикнуть в воздух, что я хочу от дома? — Именно, — леди Блэк невыдержав, закатила глаза. — Хоть что-то до тебя дошло. Мальчик облегченно вздохнув, приступил к «работе».

***

Тем временем, в поместье Принцев тоже не было тихо… Когда Беллатрисса вернулась, в ее голове так и хотелось что-то поменять или обновить. Снейпу оставалось только закатывать глаза при слушание «идей» жены. Наконец, решив, что готический стиль поместья не подходит для места воспитания детей, лорд Принц вместе с леди Лестрейндж-Принц согласовали насчет небольшой реставрации дома. И, конечно, не обошлось без помощи Гарри. Впрочем, с его комнаты то и начали. Теперь, вместо сине-серых полосок на стене — спокойные, светло-зеленые обои с едва заметными узорами в итальянском стиле. А жутковатый темный паркет они скрыли с помощью большого обюссонского ковра в светлых тонах. Широкую кровать с высоким подъемом трансфигурировали в более удобную для малыша кровать. Мягкий, но при этом достаточно пружинистый для прыганья матрас, шелковое одеяло и несколько подушечек, изготовленных из того же шелка, имели пастельно-зеленый и белоснежный оттенок. Помимо замены некоторой мебели, в комнату мальчика добавили еще письменный стол и большой книжный шкаф, который, пока что, пустовал. Леди Лестрейндж-Принц посчитала, что Гарри самое время начать учиться. Так что, с завтрашнего дня юный Гаррет будет прилагать все усилия, чтобы догнать в обучении сына Малфоев — Драко, который начал учиться писать и читать еще несколько месяцев назад. А сейчас, все трое лежали в спальне Северуса и Беллы. Мужчина, облокотившись об стенку кровати, читал в слух очередную сказку, что удивительно, из маггловской книги сказок, которую Гарри нашел в фамильной библиотеке. На вопрос, какого Мерлина эта книжонка оказалась в библиотеке чистокровных фанатиков, Северус предпочел не думать. Ведь, сейчас он думал о вещах гораздо важней — как бы его не раздавили с двух сторон толкающиеся сын с женой. Гарри, кажется, так и пытался залезть на отца, правда, все время скатывался из-за того, что Белла каждый раз щекотала его. И, по мнению Северуса, никто из присутствующих даже не пытался послушать сказку, он посчитал это оскорблением книги! Пришлось ему «проучить» этих двоих, защекотав их двумя руками. Смех наполнял комнату вновь и вновь. Гарри, не выдержав, уполз под одеяло, но Северус вытянул его и, вновь, уложил подле себя. Через полчаса, Белла с Гарри уснули, в отличие от Северуса, который казалось бы размышлял о чем-то. Но, если честно, в этот момент, мужчина не думал ни о чем, кроме своей приобретенной семьи. Сейчас, он был счатлив. Просто счатлив…