Шарфики

Едва за ними закрылась дверь, как Китама без лишних слов сгребла Сэйти в охапку и принялась деловито целовать, одновременно стаскивая одежду. Поначалу Акицу охотно отвечала, но когда поняла, что ни курткой, ни кофтой дело не ограничится, поинтересовалась: — Эй, ты чего? — Это ты «чего», — усмехнулась Рё. — Ты весь финал на меня смотрела, как приклеенная, я уже начала бояться, что ты в кого-нибудь врежешься… — Вовсе я не… Так, а ты откуда знаешь, что я смотрела, да еще и «как приклеенная», если сама на меня не смотрела? — А я топ, мне пара глаз на затылке по работе положены… Чтоб за всеми следить и все видеть. Ёёёщщщ! — Китама подняла Сэйти на плечо и потащила в душ. Та только беспомощно рассмеялась. Когда Китама сгрузила ее на кровать, Акицу решила все-таки проявить характер, хотя бы для порядка, но попытка отбиться подушкой, спрятаться под одеялом, и прикрыться оставшейся подушкой бесславно провалились. Хотя нет, это было славно… Очень славно, даже хорошо. — Слушай, ты меня всю решила вылизать? Я же не котенок, и вообще свежевымытая… — Так вку-усно же… — с наигранным недовольством ответила Тама откуда-то из области коленей, но все же развернулась и легла на бок рядом с Акицу, просунув руку ей под спину. Для Акицу мир исчез. Растворился. Нежные пальцы на груди, нежные губы на второй груди, сильные и умелые пальцы внизу… Китама умела быть сразу везде и всюду, она не просто любила, она обволакивала любовью… Сэйти очнулась от того, что Тама мягко положила голову ей на грудь. Она тихонько погладила короткие жесткие пряди: — Я, кажется, сейчас усну… — Спи, солнышко. Я так люблю слушать, как ты засыпаешь…