До столкновения с судьбой

      «Пииип-пииип», — протяжно пищит микроволновка на первом этаже, раздражая слуховые рецепторы. Это говорит о том, что отец уже разогрел завтрак и ровно через пятнадцать минут выйдет из дома.       Кларк переводит взгляд на часы, висящие на стене напротив кровати: «7:10». Их тиканье начинает раздражать, и приходится переключиться на что-то другое.       Отключив зарядное устройство, Кларк берет телефон в руку и откидывается на подушку. Она снимает блокировку, быстро вводит до боли заученные цифры пароля, который пришлось установить, чтобы чрезмерно обеспокоенные ее будущим родители оставили хоть немного личного пространства.       На экране уже светится уведомление о двух новых сообщениях. Отправитель Финн. Кларк поджимает губы.       Не то чтобы Финн ее раздражал, нет, поначалу он ей даже нравился, очень, но требование родителей выйти за него замуж стало медленно губить эту симпатию. Не выдержав давления, Кларк согласилась на брак и теперь была помолвлена с Финном, но все свободное время старалась проводить вдали от него. Она надеялась, что сможет найти работу и стать независимой от строгих родителей.       Поборов вспыхнувшую внутри ярость, Кларк открывает сообщение.       Финн: «Как насчет поездки в Тайланд на этих выходных? Уверен, тебе понравится».       Кларк морщится. Финн — сын богатых родителей — привык пользоваться их благами, а вот она всегда стремилась к независимости и с раннего возраста пыталась подрабатывать, чтобы не просить деньги у отца. Старалась до той поры, пока ее родители не запретили всем работодателям в их небольшом городке, представляющим вакантные места подросткам, нанимать Кларк. Они все как один твердили заученную фразу, которая неприятным скрежетом отдавалась в голове: «Прости, Кларк, буквально несколько минут назад на эту должность был принят другой человек».       Финн: «Я купил два билета. Уверен, мы как следует оторвемся там. Люблю тебя».       Еще одна черта Финна, которую Кларк ненавидит всем сердцем: он всегда принимает решения за нее. И постоянно признается ей в любви, словно действительно испытывает это чувство, а не просто желает затащить ее в постель.       Кларк снова морщится, а затем быстро набирает ответ. Ее сообщение немногословно, совсем. Оно содержит короткое слово: «Ок». Она знает, что через несколько минут Финн перезвонит и спросит: «Просто ок?!», а она будет вынуждена придумывать оправдание… Но это будет только через несколько минут, а пока она позволяет мозгу расслабиться.       Звонок мобильного возвращает в реальность. На экране высвечивается: «Финн». Кто бы сомневался. Кларк прикрывает глаза, высчитывает несколько секунд, а затем отвечает.       — Привет, Финн, — она старается сделать так, чтобы голос не казался вымученным.       — Кларк, привет. Я пишу тебе, что люблю тебя, а ты отвечаешь просто ок? Серьезно?       — Финн, а что ты хотел бы увидеть вместо этого? Скажи, и я буду отвечать желанным шаблоном.       — Ты встала не с той ноги?       — В общем, я еще не встала, но спасибо, что напомнил, встану с левой…       — Какая муха тебя укусила? — Финн злится.       — Я говорила тебе, что не люблю, когда решения принимают за меня. Родители и так всю мою жизнь распланировали. Ты не смог вытерпеть несколько часов, чтобы я согласилась на поездку с тобой, и уже купил билеты. — Кларк понимает, что вспылила: — Прости, может быть, ты прав, и я просто не выспалась.       — Уверен, что прав. Я заеду за тобой в девять, хочу пригласить в ресторан. Отказы не принимаются, — на последней фразе он отключает телефон.       Кларк почти рычит от ярости, даже подумывает кинуть треклятый телефон в стену, но сдерживает этот порыв.       Входная дверь закрывается. Отец ушел. Кларк смотрит на часы: «7:25». Она неохотно поднимается с постели и направляется в душ, прихватив полотенце и халат.       Ей не требуется много времени, чтобы покончить с водными процедурами. Уже скоро она снова стоит в своей комнате, смотрит в зеркало на растрепанные волосы и прикидывает, через сколько примерно времени доберется до Портленда. Кларк договорилась о встрече с Джексоном — главой центральной больницы — о встрече. Она надеялась, что сможет хотя бы там отыскать работу, раз уж в Бивертоне* родители постарались «запугать» всех работодателей.       Решив, что у нее есть в запасе еще полчаса, Кларк надевает облегающее платье изумрудного цвета. Она прекрасно понимает, что очаровать Джексона ей не под силу, потому что тот тайно влюблен в ее мать, однако хочется выглядеть презентабельно.       Нанеся легкий макияж и собрав волосы в высокий хвост, Кларк подмигивает своему отражению и спускается вниз.       В квартире уже никого нет. Родители ушли на работу. Кларк прикрывает глаза, прислушиваясь к учащенному сердцебиению. Она волнуется, но так или иначе надеется, что в этот раз удача не повернется к ней спиной.       Она открывает входную дверь, и порыв ветра тут же выбивает прядку волос из ее прически. Кларк нервничает, но изо всех сил старается успокоиться. Она садится в машину, которую отец подарил ей на восемнадцатый день рождения, заводит двигатель и движется навстречу своей мечте.       В кабинете Джексона пахнет формалином. Вероятно, кварцевую лампу отключили не так давно. Кларк думает о том, что ей придется привыкать к этому запаху, хоть он и раздражает слизистую по необъяснимой причине. Джексон просит помощницу принести им с Кларк кофе. За время, что Кларк провела в его кабинете, он обмолвился лишь парой слов, не отрываясь от документации.       Помощница вносит кофе, и Кларк втягивает носом его тонкий аромат — единственный хороший запах в больнице. Когда девушка выходит, Кларк берет свою чашку и испытующе смотрит на Джексона. Тот не выдерживает такой пронзительный взгляд и отрывается от бумаг.       — Ладно, Кларк, я знаю, зачем ты пришла, но я не могу дать тебе положительный ответ. — Джексон виновато опускает голову и отворачивается.       — Какого черта, Эрик? — выкрикивает Кларк, а затем понимает, что ведет себя слишком вызывающе. В конце концов, он ей ничего не должен. Не следовало так кричать. Взяв себя в руки, она выдыхает: — Прости.       — Я понимаю твое разочарование, но не могу принять тебя в клинику. Ты ведь отлично знаешь, что я многим обязан Эбби. Сегодня утром она позвонила мне…       «Значит мой блэкберри** тоже отслеживают», — думает Кларк, прикусывая нижнюю губу. Ей обидно, но она не может давить на Джексона.       — Ладно. Спасибо за кофе и теплый прием, — произносит Кларк отрешенным голосом, поднимается на ноги и выходит из кабинета. Вдогонку летят несвязные объяснения, но Кларк пропускает их. Она расстроена, однако пытается подавить это чувство. Отчаиваться нельзя.       Кларк выходит на улицу и приближается к своей машине, не без грусти заметив, что кто-то умудрился чуть поцарапать левую дверцу. Разбираться и искать виновника не хочется, поэтому Кларк садится за руль, достает телефон и набирает короткое сообщение:       «Буду у тебя около двенадцати».       Кларк отправляет СМС и настраивает навигатор к дому человека, который всегда утешит и поддержит ее. К человеку, который любит ее всем сердцем, а она пользуется этим и лишь в редкие моменты ощущает вину за такое эгоистичное поведение.       В обещанное время Кларк паркует машину у небольшого кирпичного дома и выходит. На крыльце ее уже встречает девушка, одетая в бежевую блузку с глубоким декольте и облегающие кожаные штаны. Ее светло-русые, почти пшеничные, волосы распущены и небрежно раскиданы по плечам. Кларк улыбается и открывает калитку.       — Найла, прости, что не предупредила заранее, — пытается оправдать свой визит Кларк.       — Ты же знаешь, я всегда рада тебя видеть, — отвечает Найла.       Кларк поднимается на крыльцо и сразу же спешит найти утешение: она целует Найлу требовательно, запускает руку в ее волосы, притягивая ближе. Найла отвечает, жадно впиваясь в губы Кларк и стягивая бретельку ее платья.       — Давай-ка лучше зайдем в дом, — бормочет Кларк в губы Найле, разорвав поцелуй.       Она боится заголовков, которые могут появиться в газете, если кому-то из корреспондентов удастся заполучить компрометирующий снимок. Найла всегда была понимающей. Она ничего не отвечает, просто заходит в дом и задергивает шторы. Солнечный свет чуть проникает сквозь узенькие щели, но в целом внутри царит полумрак.       Кларк проводит языком по распухшей губе, а затем расстегивает боковой замочек и скоро освобождается от платья. Она с вызовом смотрит в глаза подруге, которая повторяет за ней и спешит избавиться от одежды. Кларк прикусывает нижнюю губу — она знает, что это выглядит соблазнительно — и делает шаг навстречу Найле. Найла приближается, кладет одну руку на талию Кларк, а второй проводит по ее спине вдоль позвонков, возбуждая и даря минуты блаженного упоения, а затем их губы сливаются, и страсть одерживает верх.       Кларк надевает платье и поправляет волосы. Найла все еще лежит на диване, где только что они придавались любовным утехам. Она до сих пор обнажена, лишь тонкая простынь скрывает ее тело. И Кларк могла бы остаться… Ведь понимает, что Найла пытается снова соблазнить ее, но она больше не ощущает тяги. Она получила то, что хотела. Разрядку. Она делает так каждый раз, когда расстроена, а затем уходит. Вот и сейчас она стоит спиной к дивану и не решается повернуться. Минутное угрызение совести кричит о том, что следовало бы извиниться или сказать что-то приятное, но Кларк лишь невнятно бормочет: «Спасибо» и уходит.       Она садится за руль и прикрывает глаза, чтобы перевести дух. Кларк совершенно точно знает, что Найла сейчас стоит у окна и наблюдает за ней. Возможно, надеется, что Кларк вернется, но она поворачивает ключ зажигания, и машина выезжает на проезжую часть.       Кларк никогда не думала, что секс с девушкой позволит ей получить удовольствие. Впервые она позволила Найле действовать после очередной неудачи с Финном. Конечно, парню она ни разу не сказала о том, что секс не приносит ей удовольствия, однако была напряжена и пожаловалась подруге, а та вызвалась помочь. В тот день Кларк потеряла в лице Найлы близкого друга и обрела невероятную любовницу. Оргазмы во время их обоюдных ласк были яркими, словно взрывы фейерверков, и помогали расслабиться, скинув с души накопившийся груз. Вот и сейчас организм получил дозу наслаждения, внизу живота расползалась приятное тепло, и Кларк почти успокоилась.       Приехав домой, Кларк направляется к ноутбуку. Она знает, что родители постарались обзвонить все поликлиники, но, возможно, остались еще какие-то вакансии, где ее могли принять. Возможно, остался человек, не обращающий внимания на влияние Гриффинов, которое те имеют в городе.       По пути она берет яблоко со стола в гостиной, чтобы восстановить потраченную энергию, и взбегает вверх. Ноутбук быстро включается, и Кларк открывает сайт с вакансиями. Предложение, кажущееся подходящим, появляется почти сразу: «Сиделка для квадралептика***».       Кларк прекрасно понимает, что из себя представляют квадралептики. Возможно, ей придется менять простыни и вытаскивать горшок из-под пациента… Однако это не останавливает. Кларк набирает номер, указанный в объявлении. Слушать гудки приходится около тридцати секунд. Сдавленный женский голос приветствует ее.       — Добрый день! Я звоню по объявлению. Вам все еще требуется сиделка?       — Сиделка нужна моему сыну, а не мне, — раздраженным тоном отвечает женщина.       — О! Простите. Я неверно выразилась. Так должность еще свободна?       — Да. Вы можете приехать на собеседование. Адрес я вышлю вам в сообщении.       — Простите, а в какое время я могу подъехать? — Кларк понимает, что ей придется нелегко с суровым нравом работодательницы, но следует хотя бы попробовать.       — Можете приехать в течение часа.       Женщина кладет трубку, а через несколько секунд на экране телефона высвечивается сообщение с адресом местонахождения их дома. Он находится на самой окраине города, но Кларк это не пугает. Она улыбается и чуть щурится от наслаждения. Кларк уверена, что выиграла эту «битву», и родители вынуждены будут признать, что она должна выйти на работу. Возможно, они даже позволят ей стать хирургом в клинике пластической хирургии Griffin&Collins… Так или иначе, она уже предвкушает недовольное бормотание матери и лекцию отца о том, что «нехорошо идти против воли семьи».

***

      Кларк спешит сменить свое откровенное платье на что-то более подходящее. Она долго сомневается, но затем надевает блузку кремового цвета, черную юбку-карандаш до колен и любимый темно-серый пиджак в полоску. Волосы она решает распустить, чтобы в ее стиле было хоть что-то расслабляющее. Наклонившись из стороны в сторону, Кларк одобрительно кивает собственному отражению в зеркале и улыбается. Улыбка выходит загадочной, потому что Кларк уже представляет реакцию родителей на ее заявление о том, что она все-таки нашла работу.       Взяв телефон и сумочку с документами, Кларк спешит к своей машине, но вовремя соображает, что лучше было бы отправиться на общественном транспорте.       «Сомневаюсь, что мне дадут работу, если увидят машину, которая так и кричит „это дочь богатых родителей“», — подумала Кларк и поджала губы.       Она не привыкла к общественному транспорту, потому ожидание автобуса раздражает, заставляет нервно накручивать локоны на указательный палец. Когда автобус, наконец, подъезжает, Кларк почти шипит, ведь он забит людьми, но делать нечего. Она протискивается в салон и встает поближе к заднему окну. Толкающиеся люди выводят из себя. Кларк закатывает глаза и уже начинает жалеть о том, что оставила свою машину, но пытается успокоить себя.       «Все будет хорошо. В конце концов, это ненадолго. Родители поймут, как сильно ошибались, и дадут мне место в клинике», — пытается утешить себя Кларк, но она уже искусала всю щеку до крови от раздражения.       Выйдя на нужной остановке, она замечает следы чьей-то обуви на носках своих туфель. Обида так и норовит вырваться наружу, но Кларк берет себя в руки. Она смотрит на маленькие кирпичные строения, расположившиеся по обе стороны улицы, и направляется в сторону нужного дома. Он огорожен высоким металлическим забором, что можно понять. Наверняка, инвалиду не хочется, чтобы кто-то наблюдал за его жалкими попытками встать на ноги и сделать что-то самостоятельно. Кларк звонит и ждет, когда ее пропустят во двор. Совсем скоро появляется девушка примерно ее возраста.       — Вы очередная сиделка? — устало спрашивает она, пропуская Кларк вперед.       — Очередная? И много их уже было?       — Штук двадцать, наверное, не знаю… Я сбилась со счета.       Девушка жует жвачку. От нее приятно пахнет дорогими духами. Кларк совершенно точно знает, что это что-то из линейки Givenchy: Финн дарил ей похожие, но она закинула их в дальний шкафчик. Незнакомка одета в черные узкие джинсы и темно-серую блузку, а ее золотисто-кофейные волосы собраны в высокий хвост. Кларк даже не успевает осмотреть двор, потому что разглядывала, вероятно, хозяйку дома.       — Проходите. Сейчас мама спустится к вам, — произносит незнакомка, указывая Кларк на широкую арку, ведущую, судя по всему, в гостиную.       — А работа вам явно не помешает, — бросает она, глядя на ноги Кларк.       Как только незнакомка уходит, Кларк внимательно смотрит на лодыжки и отмечает дыру на капроновых колготках. С ее губ срывается недовольный писк. Она поджимает губы. Над камином Кларк замечает полку с фотографиями. Любопытство одерживает вверх, и она подходит чуть ближе, чтобы рассмотреть снимки. На многих изображена девушка, встретившая ее, и парень, старше лет на семь. Кларк облизывает пересохшие губы, отметив, что парень очень симпатичный.       — Добрый день, — раздается властный женский голос за спиной, заставляя резко обернуться.       Кларк натягивает улыбку.       — Здравствуйте. Меня зовут Кларк, — она решает пока не говорить фамилию на всякий случай… Чтобы это не стало причиной отказа. — Я окончила медицинский университет и прошла практику в лучшей клинике Портленда. — Кларк тарахтит, изо всех сил стараясь произвести впечатления.       — Что же привело вас сюда? — женщина щурит глаза, сцепив руки в замок за спиной.       Она одета в строгий темно-серый деловой костюм, а волосы собраны в тугой пучок. На висках серебрится седина. На лице из-под толстого слоя макияжа проглядывают морщины и синяки под глазами. Вероятно, она мало спит и очень много волнуется.       Кларк поджимает губы, потому что вопрос застает ее врасплох.       — Я пришла сюда в поисках работы.       — Это я поняла. Вот только, почему именно эта работа? С вашим образованием вы могли бы…       — Существуют определенные препятствия, поэтому я не могу устроиться ни в один медицинский центр. Мои родители… — Кларк уже теряет уверенность в том, что ей дадут работу.       — Мне не интересно, что хотят ваши родители. Мне нужна сиделка, которая сможет взять на себя ответственность по уходу за моим сыном. Он прикован к инвалидному креслу и не может самостоятельно передвигаться.       — Я понимаю, о чем идет речь, и готова взять на себя все обязанности по уходу за ним.       Кларк чувствует, как внизу живота стягивается тугой узел, а к горлу подкатывает тошнотворный ком от страха. Она не имеет и малейшего представления, как ухаживать за инвалидом, но ей нужна эта работа. Пусть она откажется от работы через несколько дней, когда докажет родителям самостоятельность. Главным было заполучить эту должность. И Кларк почти удалось сделать это.       — Вас не пугает тот факт, что придется кормить его, возможно, переодевать и определенно точно считаться с его капризным характером?       — Нет. Я готова ко всему, — выдавливает из себя Кларк.       Внутренности дрожат от страха. Кларк почти получила работу и теперь нужно дойти до конца.       — Что же, вы можете приступить к работе прямо сейчас.       — Сейчас? — Кларк вскидывает бровь и чуть открывает рот от удивления.       — Если вы не готовы, то мы можем попрощаться.       — Я… Что??? Нет, я готова.       Кларк чувствует, как кружится голова. Она вспоминает о том, что договорилась с Финном о свидании вечером, на которое, вероятнее всего, не успеет. Но его чувства волнуют в этот момент меньше всего.       — Меня зовут Аврора Блейк. Идемте, я познакомлю вас со своим сыном.       Она разворачивается на месте и уходит. Кларк спешит следом, стараясь совладать с волнением. Рука тянется к волосам, но Кларк вовремя одергивает себя. Нельзя показывать свой страх. Возможно, это просто проверка.       Женщина входит в комнату, дверь которой чуть приоткрыта, и пропускает Кларк. Внутри пахнет медикаментами и чем-то еще, но Кларк не может понять, что это. Она замечает мужчину, сидящего в инвалидном кресле. Он находится у окна — сидит спиной к вошедшим, — но по его волнистым волосам Кларк понимает, что это тот самый жизнерадостный парень с фотографии. Она на мгновение прикрывает глаза, чтобы совладать с паникой, а когда открывает их, замечает, что мужчина уже смотрит на нее.       — Познакомьтесь, Кларк, это мой сын — Беллами. С ним вы будете работать.       Кларк делает вдох и улыбается.       — Я оставлю вас одних, чтобы вы смогли получше узнать друг друга. Если к вечеру вы не захотите сбежать отсюда, то будете приняты на работу.       Кларк кивает. Миссис Блейк уходит. Беллами с помощью рычажка разворачивает кресло и снова смотрит в окно.       «Возьми себя в руки», — мысленно диктует Кларк, а затем выдавливает из себя:       — Привет!       — Тебе ни к чему стараться любезничать со мной, потому что уже через час ты выйдешь из этого дома с одним только желанием — забыть визит сюда, как кошмарный сон, — сухо бросает Беллами и замолкает.       «Ну, это мы еще посмотрим», — думает Кларк, подпирая бока руками. ___________________________________________________________ * Би́вертон (англ. Beaverton) — город, расположенный на северо-западе Соединённых Штатов, в долине реки Тюэлетин (англ.) русск., в 11 км от Портленда в штате Орегон. ** блэкберри — BlackBerry — беспроводной коммуникатор, впервые представленный в 1997 году компанией Research In Motion. Современный смартфон с уникальным дизайном. *** квадралептики — люди, страдающие парализацией четырех конечностей.