Bloody Scribblings

      — Не задерживайтесь слишком долго, это может негативно повлиять на него, — наставляла медсестра, направляя ее к нужной двери.       Маринетт кивнула, и ее хватка на коробке макарон, которую она держала, возможно, немного усилилась. Как только медсестра ушла, она открыла дверь. Комната была простой — кремово-оранжевые стены, двуспальная кровать с белыми простынями и одной подушкой, которую она узнала, так как сделала сама. В форме кота. Небольшой стол, заваленный бумагами и книгами. И блондин, стоящий у окна; послеобеденное солнце заставляло его волосы сиять, как золото. Его зеленые глаза переместились, когда он услышал, как кто-то вошел в комнату.       — Привет, Адриан, — произнесла Маринетт с улыбкой, закрывая за собой дверь. Она хихикнула, когда Адриан бросился к ней, вовлекая в тесные объятия. — Котенок, ты давишь макароны, которые я принесла тебе, — Маринетт побранила его, но все равно обняла за спину.       — Меня не волнует. Я скучал, — произнес он, наконец отпуская ее.       — Прошла всего неделя, — сказала Маринетт, направляя его к кровати, чтобы они оба могли сесть.       — И все-таки я скучал по тебе, — Адриан вздохнул, прежде чем одарить ее ослепительной улыбкой и посмотреть на нее таким взглядом, который и заставил ее влюбиться в него, возвращая обратно в дождливый день, когда им было пятнадцать. Разговор шёл как всегда — небольшая беседа, немного информации из внешнего мира. А потом они перешли на одну определенную тему, в которой, как она знала, Адриан был заинтересован.       — Департамент наконец-то запущен и работает. Благодаря отрицательной реакции в СМИ и судебным процессам в ЕСПЧ*, было принято решение создать отделение для фиксации задержания некоторых людей, которые могут избежать ответственности, и так далее. И ты смотришь на нового босса.       Адриан улыбнулся ей с гордостью. Если и был кто-то, кто хотел «позаботиться» о подлых мразях, желающих избежать наказания, и их поимке, то это была Маринетт.       — Я очень рад это слышать.       Маринетт одарила его острым взглядом, прежде чем запустить руку в его волосы.       — Все-таки тебя что-то беспокоит.       Адриан вздохнул.       — Маринетт, я люблю тебя всем сердцем, и знаю, на что ты способна. Но всегда будет кто-то, кто сможет ускользнуть от тебя. Не только здесь, но и во всем мире. Ты не сможешь поймать их всех. Вот зачем... была основана группа, частью которой я был. Добивать людей, не заслуживающих называться людьми.       Маринетт взяла его руки в свои, крепко сжимая.       — Ты... ты ведь не думаешь, что я сумасшедший, не так ли?       Маринетт фыркнула.       — Конечно, нет, глупый кот. Но лучше два года здесь, чем всю жизнь в тюрьме. Я знаю, то, что ты делал «правильно», но я также знаю, что это серьезно повлияло на тебя. Ты нуждался в этой помощи, Котенок, — пояснила она, поглаживая его щеку. Адриан взял ее руку и поцеловал ладонь, прижав ее к щеке.       — Ты не обязана ждать меня, — заявил он то, что, как он надеялся, было очевидным. — Я серьезно, если ты...       Маринетт лишь закатила глаза.       — Если я найду кого-то, то я должна пойти на это, да, да. Не беспокойся. И позволь мне прояснить одну вещь. Ты был моим лучшим другом, прежде чем стал любовью всей моей жизни. Я все еще жду тебя, несмотря ни на что.       Адриан растаял. Боже, эта женщина была ниспослана ему свыше, ведь он не сделал ничего, чтобы заслужить ее. Увидев его взгляд, Маринетт нежно втянула его в медленный поцелуй, надеясь наверстать этим простым жестом столько упущенного времени, сколько можно было.       — Думаю, мне пора идти, — объявила Маринетт после того, как они разорвали поцелуй. — Я не хочу, чтобы ты попал в беду.       Адриан уткнулся носом ей в щеку еще раз, прежде чем отпустить.       — Я надеюсь, что тебе понравятся макароны. Оу, и кстати, выходит «Mecha Strike Seven». Я сохраню ее до того момента, когда ты тоже выйдешь, — Маринетт подмигнула ему, прежде чем встать.       Адриан улыбнулся, как только услышал это — жест в стиле Маринетт. Приблизившись к двери, она повернулась к нему и послала воздушный поцелуй.       — Увидимся на следующей неделе, мой Котенок.       Адриан кивнул, хватая воздушный поцелуй в кулак, затем поднося его к своему сердцу.       — До свидания, любовь моя.