Bloody Scribblings

      Тикки устало открыла дверь в квартиру Маринетт. Положив ключ, который она нашла в цветочном горшке рядом с дверью, в свой карман, Тикки вошла в дом.       Казалось, ничего не изменилось, за исключением тонкого слоя пыли, который появился, расселяясь на всем. Тикки взяла свой пистолет и начала медленно двигаться, исследуя обстановку. Все было на своём месте, никаких следов борьбы или сопротивления. Тем не менее, кое-что все же было не так. Маринетт позвонила около двух недель назад, сказав, что ей нужен больничный. Что-то об усталости и прочем, что может сказаться на ее производительности на работе. Тикки, конечно, одобрила больничный. Она не хотела, чтобы Маринетт рисковала своим здоровьем из-за опасности или ради работы. Но когда она пыталась позвонить ей на прошлой неделе, чтобы спросить, где она находится, линия отключилась. Тикки предположила, что Маринетт, возможно, просто выключила свой телефон. Но после пары дней непрерывных звонков она поняла, что ошибалась, и пришла навестить ее. Похоже, ее инстинкты были правы.       Крепче сжимая пистолет, она подошла к двери спальни Маринетт, прежде чем со всей силы пинком открыть ее и ворваться внутрь, прицелившись. Пусто. Голубые глаза Тикки осмотрели комнату. Как ни странно, скетчбуки Маринетт пропали, но ее телефон все еще был здесь. Не видя рядом никакой прямой угрозы, Тикки опустила пистолет и прошла, чтобы взять телефон. Она была очень благодарна Маринетт, которая так и не удосужилась поставить пароль. Снимая блокировку, Тикки ожидала увидеть количество пропущенных звонков и не предполагала, что откроется их с Маринетт фото. Тикки прищурилась, глядя на экран, — узнала. Это было на Рождественской вечеринке в прошлом году. Обе девушки ярко улыбались на камеру, поражая глупой позой. Тикки смутно помнила, что они, кажется, были немного навеселе. Была ли фотография последним, что Маринетт смотрела на своем телефоне? Очевидно, она даже не удосужилась покинуть галерею. Не было никаких признаков борьбы в квартире, и если имело место похищение, то оно не было жестоким. Тикки нахмурилась, пытаясь навести порядок в своих мыслях. Что-то было не так.       Ее телефон завибрировал в кармане, заставив вздрогнуть. Тикки почувствовала, как холодок побежал вниз по позвоночнику — у нее было плохое предчувствие. На экране светился номер департамента, однако это не успокоило ее нервы.       — Говорите, — заявила Тикки, наконец ответив на вызов.       — Босс, у нас проблема.

***

Ранее этой же ночью       Адриан посмотрел на свою работу с довольной улыбкой — красный цвет крови на фоне здания кремового цвета притягивал внимание. Оно действительно выделялось. Кот одобрительно кивнул, глядя на свою работу, вытирая окровавленные руки о тряпочку. Это была мирная июньская ночь, возможно, слишком тихая для Парижа. Было довольно тепло, но прохладный ветер тут же позволял убедиться, что не душно. Он не знал, что может сделать ночь более прекрасной, чем убийство банды фашистов.       — Отлично поработал, красавчик.       На секунду показалось, будто бы рядом было что-то, что, безусловно, может сделать его ночь гораздо прекраснее.       Или кто-то.       — Ну, спасибо, — его довольная ухмылка сменилась нежной, когда он взглянул на девушку сверху вниз. — Это посвящение для кое-кого очень-очень особенного.       — О? Этот кое-кто, должно быть, действительно особенный, если заслуживает такого заявления, — они оба снова глянули на стену здания, где красные следы крови образовали идеальное сообщение.             Спасибо за то, что любишь меня       — Самый особенный, — торжественно заявил Кот, посматривая на девушку.       Ледибаг хихикнула.       — Ты очарователен. И, ты знаешь, это заявление довольно забавное.       — Как так? — спросил Нуар, нахмурившись.       Ледибаг одарила его взглядом, который он знал очень хорошо. Он означал, что она знала то, чего не знал он. Взяв его руки, Ледибаг повела Кота за собой.       — Закрой глаза. Это сюрприз.       Он сделал, как она просила, и позволил ей провести себя через ряд мелких, темных улиц Парижа, пока они не остановились.       — Сейчас ты можешь их открыть, — прошептала она ему на ухо. Кот ничего не мог поделать с улыбкой, которая появилась, как только его глаза нашли кровавую надпись.             Я всегда буду любить тебя       — Ну, выглядит так, будто мы поняли друг друга, — Кот обернул руки вокруг ее талии, притягивая ближе. — На самом деле, я хочу сделать отсылку к Диснею.       Ледибаг только фыркнула — что за придурок?       Впрочем, он был ее придурком, и она не променяла бы его ни на что на свете. Поднявшись на цыпочки, Маринетт уткнулась носом в его нос. Она могла услышать, как он почти мурлыкает от восторга. С небольшим хихиканьем Ледибаг наклонила голову, позволяя своим губам скользнуть по его. Кот вздохнул напротив ее рта. Он никогда не устанет от ее поцелуев, независимо от того, будут ли они в своем новом доме на окраине города или в темном переулке с окровавленными руками. Ледибаг потянула его за плечи, начиная углублять поцелуй. Кот посчитал, что они уже должны закругляться и идти домой, где они могли спокойно целоваться, но, к сожалению, вибрация прервала их. Кот недовольно зарычал, когда Леди отошла от него, чтобы открыть полученное на коммуникатор сообщение.       — Похоже, у нас новая цель, — Нуар заворчал, глядя через плечо на данные, переданные лидером Чудесных — Мастером Фу.       — В этот раз один, а не банда, — Ледибаг взглянула на него. — Ты в настроении, или мы отложим это?       Усмешка Кота была достаточным ответом.

***

      Что-то скрывалось в темноте. Он знал это и пытался игнорировать столько, сколько мог, но инстинкты кричали ему бежать, чтобы спасти свою жизнь. Возможно, выйти в этот час было не самой хорошей идеей — не тогда, когда такое происходит в Париже. Мужчина испустил задушенный вздох, когда веревка обвилась вокруг его шеи, утаскивая его вниз и усложняя его дыхание.       — Если бы я была вами, я бы не кричала, — он смотрел большими глазами, как подошла женщина, одетая в черное и красное, в руке которой был конец веревки и... йо-йо? Она не выглядела так, как по предположениям мог выглядеть серийный убийца, который всколыхнул весь Париж.       — Чудесный улов, моя малышка.       Мужчина резко повернулся в сторону голоса, взгляд остановился на высоком мужчине, идущем с другой стороны. Его кошачьи глаза пронзали насквозь, и человек, который сейчас лежал на земле, ухватился за веревки, пытаясь высвободить себя.       — Пожалуйста, — он умолял, его голос был приглушен, — нет, пожалуйста.       Женщина позади сухо рассмеялась. — Ты видишь это? Он, наконец, узнал смысл этих слов, — ее голос был пропитан чистым гневом, когда она чуть сильнее затянула веревку.       — Хм, так что же? — спросил мужчина, открыв один из карманов своего пояса и раскрыв небольшие флаконы.       — Напомни мне еще раз, сколько лет было этому ребенку?       — Если отчет был правильным, а они всегда правильные, то десять, — беспечно ответил он.       Женщина посмотрела вниз на виновника, прежде чем выражение ее лица изменилось на садистскую ухмылку.       — У тебя случайно нет с собой яда, заставляющего плавиться внутренние органы? — спросила она своего напарника.       Он вытащил один из флаконов вместе со шприцем и ухмыльнулся ей.       — Мне нравится ход твоих мыслей, моя Леди, — его глаза сдвинулись в сторону своей цели. — А теперь стой спокойно.       Ледибаг пристроила йо-йо обратно себе на пояс, как только они закончили. Кот радостно улыбнулся ей; кошачьи линзы, которые он носил, заставляли его глаза светиться в темноте ночи. Леди все-таки нашла их больше приятными, нежели страшными. Кот протянул руку, и она с удовольствием взялась за нее, позволяя ему притянуть себя ближе, довольно вздохнув. — Пойдем домой, любимый.