44 пары обуви и пирог с патокой

Не бечено ___________________________________________ Первый луч солнца несмело прикоснулся к грунтовой дороге, которая простиралась вдоль холмов, поросших кустами, открывая путь для других лучиков. Пролетая сквозь занавес утреннего тумана, они отскакивали от луж сверкая бело и ослепительно. Темно-зеленая калитка, которая встретила их на пути, с радостью подставилась под ласки света. Она бы рада была поприветствовать солнце скрипами старых петель, как всегда это делала, но заботливый хозяин коттеджа, к которому она перекрывала путь, недавно смазал их, лишив такой возможности. Легкий ветер провел рукой по цветам у дома, как бы милуясь их красками, и юркнул в крону груши. На кухонном столе все еще стояли две чашки из-под кофе, которые хозяева не допили. Желая поприветствовать и их, лучи заглянули сначала на кухню, прогуливая по стенам и фотографиям пожилой пары, затем в гостиную, которая также как и кухня встретила их тишиной и утренней прохладой. Только на втором этаже дома было слышно два голоса: веселый и задорный мужской не менее веселый и кокетливый женский. POV Флориан Фортескью — Ну что ты, дорогая? Тебе к лицу этот платок, ты выглядишь даже лучше, чем в нашу первую встречу, а я думал, что такое просто невозможно, — с улыбкой говорю это жене, поправляя манжеты своей сорочки. В это же время моя любимая металась по комнате, перевязывая платок разными узлами и меняя его местоположение с шеи на голову и обратно. Казалось, она вот-вот в нем запутается и мне, как ее герою, пришлось бы спасать от этого, с виду невинного, но на деле беспощадного кусочка ткани. И ведь я совершенно не лукавлю, ее облик ничем нельзя было омрачить. — Ну, Лори, милый… Тегау уверяет, что он меня полнит, — обиженно прозвучало мне в ответ. «Тебя полнит не платок, а возраст, моя дорогая. Вот только я никогда бы не посмел сказать тебе подобное». — Может купим мне какой-нибудь другой? — с надеждой спросила она меня. «Так во-о-о-от о чем весь этот разговор», — подумал я, не в состоянии сдержать рвущуюся наружу улыбку. — Какой-нибудь зеленый… Или шарфик… «Или и то и другое», — любовно подумалось мне. — Или и то и другое, — мечтательно послышалось со стороны зеркала. «И еще шапочку, да, дорогая?» — И какой-нибудь головной убор. Для комплекта… — Милая, зачем тебе столько вещей? Ты и так прекрасна. — Но на меня все будут смотреть, а если выйду в том, что мне не идет? — спросила она, сжимая тонкие губы от досады. — Тебе все идет. И мантия, и платок… Что ты переживаешь? Всех будут волновать твои речи, а не то, как на тебе сидит очередной элемент гардероба. Я читал твое выступление, оно превосходно. И единственный человек для кого стоит стараться это я, а мне ты нравишься в любом виде, — мягко начал я, аккуратно вытягивая из ее рук платок, чтобы помочь лучше разместить его на тонкой нежной шее столь взволнованной дамы, — Ты прекрасна, помни это, — прошептал я, легко приобняв ее за плечи и поцеловав у висок. — У тебя сегодня великий день, проживи его в удовольствие, — весело сказал я, надевая свой рабочий сюртук. Подойдя к камину я взял немного летучего пороха: — И не слушай Тегау. Она просто завидует. — Спасибо, Лори. Я тоже тебя люблю. Последнее, что я увидел, исчезая в зеленом пламени, была мягкая улыбка моей жены. *** — Доброе утро, мистер Фортескью, — услышал я радостный голос по своему прибытию в кафе. — Доброе, Оливер, — улыбнулся я ему в ответ. Оливер начал подрабатывать у меня с этого лета. Я сам предложил ему работу, когда увидел парня у «Все для Квиддича». Мальчишка яростно что-то доказывал продавцу и все лицо его покрылось красными пятнами от того напора, что он демонстрировал. Я еще подумал: «молодость»… Позже я узнал, что он капитан команды по Квиддичу в Хогвартсе и пришел в магазин, чтобы узнать правда ли игроки команды одного из факультетов, которые, по его словам, никогда не играли честно, приобрели себе все 7 новеньких Нимбусов. Он требовал расписку, их имена и адреса, а бедный Марти не знал, что и ответить, ведь так много метел он в последнее время не продавал. А если бы и продал, то рассказывать кому и тем более, где тот живет, он не имел права. Но заставить парня умолкнуть ему было не под силу. С трудом уговорив Оливера поболтать за порцией мороженого, мне удалось узнать много интересно о нем, как о человека, о его соперниках, как о людях, и том, что близнецы Уизли очень любят приврать. Тогда моя супруга только начинала проявлять себя в новой для нее деятельности и я старался поддерживать ее как мог, поэтому в кафе появлялся редко и мне нужен был кто-то, кто смог бы заменить меня на некоторое время, но при этом честно и качественно выполнял работу, не воруя ничего ни у меня, ни у посетителей кафе. И я подумал, почему бы мне не предложить эту кандидатуру Оливеру? Мальчишка согласился, ведь не помочь он не мог, но только на лето, что мне вполне подходило. — Что-нибудь интересное случалось пока меня не было? — Ну… — замялся парень. «Это что-то новенькое», — заинтересовано подумал я, садясь за свой столик. — В самом кафе ничего, все как обычно. Но вот в «Дырявом Котле» точно что-то интересное происходит. — Там всегда что-то происходит, — посмеялся я, вспоминая вчерашние рассказы взволнованных посетителей, — С чего ты решил, что сегодня это что-то прям интересное? — Может я и не прав, сэр, — покладисто согласился со мной парень, — Но все утро оттуда слышны вопли ужаса, с окон летает одежда, которую тут же растащили торговцы с Лютного, а мисс Топпер, которая снимает там номер, утверждает, что сегодня на балкон к ней залез какой-то мужчина и спер ее цветы. — Ха-ха, Мерлин, я думал и правда что-то необычное. Наверное, как всегда, семейные разборки. Вот помню, лет пять назад была похожая ситуация. Жена застала мужа с любовницей и выбросила все ее вещи с окна, мол так уходи, в чем осталась. А он потом бегал за ней, прощение выпрашивал. — И чем закончилось? — с интересом спросил меня молодой человек. — Да ничем. Ругались-ругались и съехали. Не видел их больше никто. Утренних газет еще не было? — Пока нет. — Странно. Совы обычно не опаздывают. Совы действительно прилетали очень рано. Это было связано с тем, что газеты нужно было доставить к 11 часам утра, но на всю Британию было только три редакции, которые их выпускали, а лететь совам нужно было далеко. Поэтому сотрудники рассылали газеты очень рано. Вот и выходило, что чем ближе вы живете к редакции, тем быстрее вы получаете свою газету. «Когда они уже с этим разберутся? Неужели так сложно построить пару-тройку домов? Похоже о том, когда Фадж вчера чихнул, в Уэльсе узнают быстрее, чем я». Прозвенел колокольчик и в кафе вошел парень на вид лет четырнадцати. — О, — обрадовался я, — мистер Дэвис, доброе утро. — Доброе, мистер Фортескью. — Тебе как всегда? — спросил я и не дожидаясь ответа махнул Оливеру, — Ему как всегда, — тот только улыбнулся. — Что, Вуд, променял спорт на сладкое? — весело спросил у него Роджер без единого намека на оскорбление. Роджер Дэвис был капитаном команды Когтеврана по Квиддичу, что делало его… — Не волнуйся, в этом году кубок точно будет за Гриффиндором. … соперником Вуда. По правде сказать, как только Оливер появился в магазине, продажи сильно выросли. Преимущественно за счет всех его соперников по метле, которые не отказывали себе в удовольствии заглянуть в кафе, чтобы полюбоваться на такую чудную картину, как самый строгий капитан в истории Хогвартса в белом фартуке. Кто-то даже вывесил перед входом большой разноцветный плакат, который сообщал во весь голос всем прохожим о новом продавце, не забывая при этом шутить и рисовать Вуда в разных позах за работой. Волшебницы с улицы тогда очень краснели и хихикали, а мне пришлось вызывать людей из Министерства, чтобы снять это безобразие. Хотя должен признать, выглядело смешно и мне стоило доплатить шутникам за столь сильную рекламу. «Да, с приходом это парня жизнь стала веселее». — Ты бы отвлекся от работы, Вуд. Мадам Терен сошла с ума и раздает всех питомцев на право и на лево. Пол школы уже у нее побывали. Ли Джордан, говорят, взял себе тарантула. — Правда, мистер Дэвис? Какая полезная покупка. Самое то, если любишь варить зелья. Может и правда, Оливер, сбегаешь в Зверинец… Тебе в этом году СОВы сдавать. — Ох, и не напоминайте, мистер Фортескью, — только вздохнул парень, передавая Дэвису его заказ, четыре шарика нетающего мороженого из молока Диринара и лимонным сиропом. — Я, конечно, не гонюсь за высокими баллами, поскольку собираюсь связать свою карьеру с небом, но говрят в этом году Защиту снова будет вести профессор Квиррелл. Я как вспомню его уроки в позапрошлом году, так и вздрогну. — Да ладно тебе, Вуд, — начал Роджер, передавая ему несколько монет за заказ, — Подумаешь, человек нервный. Всяко лучше, чем прошлогодний преподаватель, Квиррелл нам хоть чучела животных показывал, а этот вообще ничего не делал. — Мда… — только и смог я сказать, — А я еще помню время, когда в Хогвортсе преподавали настоящие специалисты в самых разных областях. Теперь они все заграницей, кто на раскопках, кто открыл свое собственное дело, кто в горы подался. В Британии совершенно нету перспектив. — Ну… Похоже на то, — как-то грустно заметил Дэвис, — Ладно, я пойду, всего Вам доброго. И не смея задерживаться дольше полагаемого, парень вышел из кафе. «Молодежь… Никогда нету времени послушать рассказ-другой. Ничего, Оливер то никуда от меня не сбежит». В таком размеренном темпе прошла большая половина дня. В основном ко мне заходили школьники, чтобы полакомится чем-то холодным в столь жаркий день, возможно последний жаркий день перед наступлением осени. Но уже ближе к вечеру колокольчик над входной дверью прозвенел еще раз, и на пороге показалась взволнованная женщина. Это была Дороти, супруга Тома. Мы с ней часто играли в шахматы, когда я заглядывал к Тому в бар разузнать новости и просто поболтать. В этом не было ничего удивительно, Дороти была подругой моей жены и учились они на одном курсе, хоть факультеты и были разные. — Доброго дня, Дороти, — с улыбкой было начал я, но заметив ее предобморочное состояние, я придал своему ввиду больше серьезности, пытаясь скрыть беспокойство, — Что-нибудь случилось? Ты вся бледная… — Там… Там, — пыталась отдышатся женщина, видимо она торопилась, возможно даже бежала, что не очень просто в ее возрасте. — Не торопись, дорогая. Оливер, — я уже было хотел попросить парня сходить за водой, но он сориентировался сам и уже протягивал пожилой, но бойкой даме, стакан. Выпив воды и отдышавшись, она продолжила уже спокойнее: — У нас закончился угорь и пошла к Хильде взять еще. Когда вернулась, дверь в бар была закрыта. Я попыталась зайти через главный ход, через который ходят все школьники, но там уже собралась толпа детей, которые утверждали, что стена не поддается. — Чары спали? — не понял я. — Я не знаю, — отрезала Дороти, вкинув голову, но тут же вернула себе самообладание, — Я попыталась вновь войти через двери на кухню, но она по прежнему была заперта. — Ты пробовала открыть чарами? — Мерлин, Флориан, ты как ребенок, — раздраженно перебила меня она, — Была бы я здесь, если бы у меня получилось. — Можно просто вызвать ликвидатора чар или авроров, — предложил Оливер, — Хотите я вызову? — Хочу, — важно ответила Дороти, стиснув челюсти с такой силой, что казалось их уже не разомкнуть, — И авроров хочу, и целителей хочу, и тебя, Флориан, тоже хочу, — начала заводится женщина, — Мы всей улицей пытаемся открыть чертову дверь, а за из бара доносится шум и крики! Флориан, — уже отчаянно продолжила она, — Там мой муж, пожалуйста. Мне даже не нужно было думать, как поступить, это же была Дороти. Кивнув Оливеру я вынул свою палочку: — Веди, дорогая. Не обижайся, но я выломаю твою дверь. *** — Ступефай Триа! … и Девиль с грохотом врезался в стену. С грохотом, поскольку волшебник, отправивший его туда, умудрился попасть телом мужчины в подсвечник прикрученный к этой самой стене. После, они оба упали на пол и стоит отметить, что подсвечнику в этом отношении повезло куда больше, чем сотруднику Министерства. Подсвечнику удалось отомстить обидчику за нанесенный ущерб. Падая, горящая свеча, черкнула по волосам и мантии Девиля и тот загорелся. Я аж подорвалась со своего места от неожиданности. Разрываясь между тем, чтобы помочь пострадавшему, и тем, чтобы узнать, кто попал у него, я по инерции обернулась. Позади никого не оказалось, кроме бармена, который с тем же скучающим видом что-то протирал. Вот только это был не стакан, как прежде, а волшебная палочка. «А я думала, он сквиб. Какого черта?» Убедившись, что мне ничего не угрожает, я вернула свой взор на горящего перед мной мужчину. Прежде я никогда не видела горящих людей, и никак не могла решить, меня завораживает вид красно-желтых языков на синем рукаве или это уже достаточная причина действовать. Группа посапывающих волшебников в углу бара так и не проснулась, что я нашла удивительным для такого шума. Выпить нам ничего не принесли, а выпивка других волшебником наверняка содержала спирт, поэтому я не нашла ничего лучше, чем снять собственную мантию и потушить огонь, избивая его. Тело Квиррелла, явно не приученное к таким нагрузкам, запыхалось от моих стараний. — Лучше бы он сгорел, — фыркнул Том из-за барной стойки. Уставшая, раздраженная и напугана, я медленно разогнула спину и обернулась к бармену лицом: — Простите? Это что сейчас было? — А разве я неправильно Вас понял, профессор? — притворно вопросительным тоном обратился тот ко мне, — Вы не с Лордом встретится хотели? Так этот только бы помешал. Знаю я его, как вцепится клешнями, не отцепишь. «Приплыли». После вопроса о Лорде я уже ничего больше не слышала, будто кто-то отключил все звуки. Я застыла, словно изваяния, без единой мысли в голове, чувствуя как холодеет воздух между разгоряченной после битья кожей и тканью рубашки, а вместе с ним и все мои внутренности. — Нет, — мрачно выдавила я из себя первое слово, — Не с Лордом. Позади нас, в углу, раздался храп одного из пьянчуг, и звук его громом прокатился по комнате, разрывая образовавшуюся в ней тишину. Но я уже не обращала на такие мелочи внимание, мой взор был устремлен на бармена, вернее на его палочку, которую тот так и не спрятал, хотя натирать закончил. Мне было совершенно нечего ему противопоставить. Колдовать я не могла, а если бы и могла, чем бы я в него бросала? Я могла разве что стулом бросить, но он опередит меня, в этом я была уверена. Неожиданно для себя, я вспомнила одну деталь, говорят в экстренных ситуациях мозг работает лучше. Это миф. Лучше работает память. — Почему Вы соврали? Том вопросительно посмотрел на меня, как бы намекая уточнить вопрос. Мой взгляд метнулся к выходу. — Вчера Вы сказали, что столько сколько я выпил, мог выпить только Хагрид. Но мистеру Муну… «Точно… Как я могла забыть? Старое Стадо… Не больше пинты». Договорить мне не дали. Тому резко навалился на барную стойку руками, отчего та скрипнула. Весьма угрожающе. — Меня не предупреждали о смене планов, — начал он, — С чего я могу сделать три вывода. Либо все вот это, — он неоднозначно помахал рукой в воздухе, — Ваша личная инициатива, что Лорду не очень понравится. Либо меня бессовестно вычеркнули из них, что не нравится уже мне. Либо Вас очень хорошо приложило головой и Вы забыли на кого работаете. По глазам вижу, что не забыли. И прекратите косится на двери, я их запер! Нам никто не помешает, будь-те уверены, — сказал он, изобразив на лице что-то вроде улыбки, хотя было похоже больше на оскал. «Ну что, Виолла, посмотрела на замок? Зачем я только вернулась сюда?» С трудом подавив желание сглотнуть, я выдала первое, что пришло мне в голову: — Ну… И где тогда мои 100 галлеонов? Том видимо не ожидал этого вопроса. Он сощурил глаза и наклонился вперед еще сильнее. — Раз я выпил так много, — начала я, медленно отходя за стол, придерживая его край правой рукой, — мне полагается обещанная награда за пинту, разве нет? — По Вашему это смешно? Депульсо! Стол, за которым я хотела спрятаться, отлетел и врезался в еще не пришедшего в себя Муна. Если до этого у него не было ничего сломано, то теперь поход к врачу ему обеспечен. — Я тут выкручиваюсь, как могу, выполняя поручения Лорда, а он решил пойти на попятную. Мне делать что ли нечего было, оттаскивать от тебя этого нищеброда? Смири-и-ись, — протянул Том, обходя свое насиженное место, — Ты провалил задание, так имей смелость признаться в этом. «Выполняет поручение Лорда? Ты же еще вчера рыдал перед Поттером, как шестиклассница, поздравляя его с возвращением домой. Что это за реальность такая?» Вдруг, послышался стук в дверь со стороны Аллеи. Том благополучно его проигнорировал. — Сейчас… мы пойдем к Лорду, и ты не будешь сидеть у меня на шее… Никогда я еще не чувствовала себя настолько беспомощной. Кто бы мог подумать, что Том… Хотя, я ведь не знала его никогда, может он склонен к подобному роду деятельности. Стук в дверь стал громче. «Вот это будет картина, когда человек за дверью подберет заклинание, чтобы ее открыть. Ну… я хотя бы в Азкабан не попаду, спишу все на сумасшедшего владельца, который ни с того, ни с сего стал по людям столы метать. Почему он еще не выстрелил в меня?» Согласится с Томом и пойти с ним я не могла. Я не хотела встречи с духом убийцы и психа. Но и перечить человеку с оружием наставленным на тебя тоже идея не из разумных. Но что-то меня настораживало. Том не спешил действовать. Да, он мало не грохнул Муна, опрокинул стол, загнал меня в угол, но, а дальше? Это же его бар. Бар, в котором на кухне кто-то прямо сейчас сидит и кормит кота. Бар, в зал которого в любой момент спустится постоялец, ведь с лестницы нету дверей, а запереть всех по их комнатам Том не мог. Не мог ведь? Да что там говорить, прямо у меня за спиной дрыхнут люди. И у меня встреча, о которой Том знает. А если я на нее не приду? Не может же он так рисковать? Если его и не заподозрят в моем исчезновении, то от Лорда прилетит, причем знатно. Он и вселится в него может, раз уж на то пошло. И я решила пойти ва-банк. — Никуда я не пойду, — отрезала я и двинулась в сторону лестницы, — Я иду переодеваться и мне глубоко плевать на то, что Вам нравится, что не нравится, Вы тут не командуете. А если Вас не посветили в изменения планов, все претензии к тому, кто их составляет. Вы знали, на что соглашались. Удивление и злость на лице бармена было неописуемым. Я уже было похвалила себя за догадку, как он поднял палочку, и видит небо, я не сомневалась для чего.